My blooming lily.

      Ран с детства понимал, что жизнь будет непростой. Он осознавал, что ему и Риндо предстоит много трудностей. Всепоглощающая тьма, жестокость и чувство превосходства над миром — всё это витало над ними. Такие мысли у пятилетнего ребёнка казались странными, не так ли?       Чувство собственности было у Рана с детства: игрушки, вкусности, которые привозили мама или отец, собственные вещи — всё это было его. Когда Ран встретил Юри, которая поначалу раздражала его. Сначала он встретил её на площадке. Тогда Ран думал, что это просто девчонка. Но когда она яростно защищала какого-то мальчика, они с Риндо просто гуляли неподалёку и услышали шум. Эта худенькая на вид девочка, казалось, ничего не может сделать.       Но какой же она была красивой!Теперь она стала смыслом его жизни. Казалось, только она могла выдержать его непростой характер и удержать его.       Юри была особенной для Рана. С канадским суровым характером, она никогда не боялась холода. Она обожала, когда Токио покрывался снегом, и вдыхала холодный воздух как можно больше. Плохо переносила жару, предпочитая пасмурную погоду. Может, это напоминало ей о доме? Она прожила там пять лет всего лишь.       Судзуки еще всегда была ранней пташкой. Это вошло в привычку, и мальчик не хотел открывать глаза, если подруга его не разбудит. Он впустил её в свою жизнь, открылся ей, а она цвела, как первая летняя лилия. Юри обожала эти цветы с детства и фотографировала их на свой маленький игрушечный фотоаппарат. Однажды Ран подарил ей книгу начинающего фотографа. Там рассказывалось о том, как подобрать кадр, ракурс, расположение предметов и людей, фотогеничные стороны человека, выбор поз для удачных фотографий. Юри читала ему книгу вслух, когда они были у неё в комнате. Потом Хайтани и сам не помнит, как привычкой стало приходить к ней по ночам, и они болтали до самого утра, пока первые лучи солнца не озаряли комнату. Это было очень удобно: их дома располагались друг напротив друга, разделяла их небольшая лужайка, а комнаты находились на первом этаже, поэтому уходить и приходить было легко.       Ран понимал, что слишком зависим от неё. Девочка полностью завладела его мыслями. Её голос был как пение синицы. Это было трудно описать, но ещё труднее выразить словами. Он знал, что родители её развелись, поэтому из снежной Канады они переехали на родину её матери — в Японию. Он объяснил ей, что такое развод, чтобы она понимала. Когда Юри грустила или была чем-то расстроена, сердце Рана сжималось так сильно, что ему становилось не по себе. Что это за чувство? Они ведь просто друзья, но Ран понимал, что никогда никому не отдаст Юри.       Всё изменилось, когда братья Хайтани начали взрослеть и узнавать, как устроен мир. С другой стороны, банды, статус, авторитет — всё это начинало подкупать. Отец воспитывал мальчиков так, что если не они, то никто другой. И тогда они начали проводить время с людьми, с которыми нужно было формировать собственную банду. Но Рану это не нравилось. Он не хотел быть в подчинении у кого-то. Он хотел руководить, чтобы слушали только Хайтани, чтобы только их фамилия на слуху вызывала страх.       Чтобы показать, кто теперь главный, нужно убрать с пути тех, кто мешает. Так всё и началось. Они с братом планировали захватить район, где жили. Всё шло по плану, но Ран не учёл одного — Юри.       Он совершил ошибку. Не позаботился о том, чтобы она не пошла за ним, не искала его и не переживала. Он не хотел, чтобы Судзуки видела его таким — потерявшим контроль, забившим человека до смерти. Кто мог предположить, что она придет туда и все увидит сама? Увидев её глаза, полные ужаса, ему захотелось исчезнуть. Он не мог допустить, чтобы она это увидела. Когда началась паника, полиция, к ней подошёл мужчина в форме. Она посмотрела в его сторону, их взгляды пересеклись. Юри боялась, страх был ощутим даже с расстояния. Она отрицательно ответила, когда её спросили, знает ли она его и брата.       Хайтани винил только себя за то, что не смог уберечь её от кошмара. Им было тогда по 13 лет.       Решение, которое он принял, было тяжёлым и казалось неправильным, но так нужно было сделать. Их с братом могли упечь в колонию, и кто знает, сколько они там проведут. Ран должен был отпустить Юри, дать ей понять, чтобы она забыла о нём. И больше не приходила навещать его, не извинялась за то, в чём не был виноват. Он должен был дать ей свободу жить для себя: найти друзей, заниматься фотографиями, жить и не вспоминать о нём.       Очередная боль в её глазах пронзала сердце острее ножа. Хотелось дать себе по морде, заклеить рот изолентой, чтобы не говорить таких глупостей. Но умом Ран понимал, что делает лучше в первую очередь для неё.       «Если любишь, отпусти», — говорил он себе. Риндо не был согласен с братом, но протестовать не стал. Старший сам решит, как ему жить, и вмешиваться лучше не стоит.       Прошло три года — долгих, мучительных. Три года без Юри. Через два с половиной года они выпустились из тюрьмы, но в дом не вернулись. Начали жить самостоятельно, оставив прошлую жизнь позади. Деньги были на их счету, к счастью, не заблокированном. Видимо, мама не позволила отцу. Они понимали, что с семьёй лучше не видеться, к тому же они переехали из прошлого дома, и всё было сказано в суде. Поэтому жизнь братьев ждала нелёгкой, но всё же зарабатывание денег, держание всего района — всё как и планировалось. Но чего-то не хватало.       Ран всё время думал, как сейчас выглядит Юри. Он вспоминал её волосы цвета молочного шоколада, которые слегка волнисты на кончиках, и карие глаза, сверкающие на солнце, как драгоценный янтарь. Ее тонкие запястья, длинные аристократические пальцы на руках. Насколько она выросла? Эти вопросы оставались без ответа, но Ран понимал, что хочет увидеть её хотя бы мельком. Хайтани прекрасно знал дом девушки, ведь она жила по соседству. Он знал, в какую школу она ходит, осталось лишь дождаться.       Ран ждал её у школьных ворот. Его ярко блестевший Lexus RX IV стоял припаркованный неподалёку. Он постукивал по рулю и нервно ждал, когда девушка появится в поле его зрения. Он приехал заранее, за час до окончания занятий, но терпение лопалось, как мыльный пузырь. И вдруг он услышал смех.       Смех, который мог растопить даже лед в океане. Смех, от которого хотелось закрыть глаза и наслаждаться моментом. Смех, который можно слушать вечно. И тут он увидел Юри.       Девушка заметно выросла. Её волосы цвета молочного шоколада переливались на солнце, они стали длиннее, и челки, как раньше, уже не было. Глаза ярко блестели, а длинные тёмные ресницы с каждым взмахом напоминали движение бабочки. Ран смотрел на неё, не смея отвести взгляд, буквально пожирая её глазами, пока она ни о чём не подозревала. Он смотрел на улыбающуюся девушку, и сердце неприятно сжималось от одной лишь мысли.       Она улыбается какому-то заурядному хлюпику. Вот о чём думал Хайтани.       Он сам велел ей забыть о нём и жить своей жизнью. Она так и сделала. Нашла новых друзей, стала мягче, не колючим ёжиком, каким была раньше. Раньше она общалась только с братьями, но теперь у неё появились другие друзья. И ещё у неё был плюшевый кролик. Интересно, остался ли он у неё сейчас?       Почти каждый день Ран наблюдал издалека за своим цветком, который только начал распускаться. Лилия зацветёт, только если будет рядом с ним. Поэтому спустя полгода он решился. Взвесив все «за» и «против», он принял решение показать себя. Сначала это был букет лилий — её любимых цветов. Ран оставил его на крыльце её дома, чтобы она увидела и поняла: он вернулся, и теперь всё будет по-другому. Оставить цветы и писать записки — это было только начало. Ран пока не хотел видеть её лично. Возможно, это был страх? Увидеть в её глазах отвращение или безразличие. Держа в руках телефон, парень думал, как ответить на сообщение от Юри: От кого: Юри «Ран, я хочу встретиться с тобой».       Юри нервно топнула ногой по полу и взглянула на своё сообщение, которое только что отправила парню. «Так продолжаться не может, нужно увидеться с ним и понять, какой будет итог этой встречи. Как реагировать на всё, что он скажет вживую? Сердце стучит, и становится страшно».       В этот момент экран телефона загорелся, и пришло новое сообщение. От кого: Ран «Цветочек, как пожелаешь, я заеду за тобой». «В смысле, он заедет за мной?» — вслух удивилась Судзуки. Хотя, с другой стороны, он же знал, где она живёт, так что, в принципе, всё нормально.       Через пару минут пришло ещё одно сообщение. От кого: Ран «Буду через 5 минут».       «Пять минут? Где он находится, чтобы быть здесь так быстро?» — подумала Юри, подходя к зеркалу и осматривая себя с ног до головы. Волосы были собраны в высокий хвост, но некоторые пряди торчали. Домашняя футболка была на два размера больше, а штаны — точно так же. Юри предпочитала комфорт, и если уж находиться дома, то так было самое то. Сняв резинку с волос, она немного распустила их, чтобы они выглядели чуть аккуратнее, чем пару минут назад.       Открыв шкаф и начиная перебирать вещи, Юри злилась, что не может найти ничего подходящего. «Ну и зачем я это делаю?» — подумала она. Но тут телефон снова зазвонил. От кого: Ран «Выходи».       «Вдох-выдох-вдох-выдох. Юри, успокойся, пожалуйста. Всё будет хорошо. Не переживай, это же просто Ран, твой Ран», — пыталась убедить себя девушка. Но она понимала, что всё изменилось. Три года назад они изменились, и больше не будет как раньше. Теперь всё по-другому, и этот факт не изменится.       Выйдя из дома в том, в чём была, с распущенными волосами (она не стала собирать хвост), Юри прикрыла калитку и увидела его. Ран стоял, облокотившись на машину, и пристально смотрел на девушку.       Он был высоким, примерно 180–185 см. Его волосы длиной до плеч были поочерёдно окрашены в чёрный и светлый блонди. Корни и концы были чёрными, а средняя часть — светлой. Раньше его волосы были полностью светлыми. Глаза, которые он опустил, были фиолетовыми. Необычный цвет всегда восхищал и притягивал Юри. На нём был серый свитшот и чёрные скини джинсы, а в левом ухе — чёрная серьга.       Юри стояла как прикованная, глядя на него. Весь гнев и страх испарились. Увидев его сейчас, она не могла вымолвить ни слова. Казалось, от того мальчика больше не осталось и следа. — Привет, Юри, — начал Ран, всё так же разглядывая её. — Привет, — чуть пискнув, ответила она.       Не так она представляла эту встречу. Её голос звучал почти по-детски.       Он улыбнулся, а затем, оттолкнувшись от машины, открыл дверь. — Садись. — Что? Зачем это? — Хочу немного прокатиться, цветочек. Или боишься?       Это был провокационный вопрос, но Юри всё-таки шагнула вперёд. Хотя детям всегда говорят не садиться в машину к незнакомцам, но ведь Ран не был незнакомцем, так ведь?       Сев в машину, Юри сжалась, как моллюск. Что говорить, когда все слова застревают в горле?       Машина тронулась, как только они выехали на дорогу и направились в неизвестном направлении. Девушка растерялась, увидев, что на ней домашняя одежда. Она не ожидала, что они куда-то поедут, но, собравшись с духом, спросила: — Куда мы едем, Ран?       Парень перевёл взгляд на неё, стараясь не задерживаться. Его голос, хоть и был нежным, но в нём слышалась взрослая нотка. За три года всё изменилось. — Просто прокатимся, — сказал он ровным тоном. — Ты же не готовилась к прогулке, да? — с лёгкой усмешкой добавил он.       Юри не знала, куда деть глаза и как не покраснеть. Она посмотрела на свои домашние штаны. Машина остановилась, и они оказались на парковке рядом с парком. Очевидно, они отъехали недалеко от дома девушки. — Ран, ты вновь появился в моей жизни, и многое изменилось. Просто... , — она замолчала, не договорив фразу, и перевела взгляд на окно, пытаясь унять дрожь в голосе. — Чтобы у тебя были проблемы из-за меня? — закончил за неё Хайтани. Сузуки обернулась к нему. — Я не это имела в виду! Просто ты сам тогда сказал мне... — она запнулась.       Парень вздохнул и посмотрел на неё. — Да, я помню. Когда говорил тебе это, было лучше для тебя. — И что теперь изменилось, Ран? — Теперь я вернулся, Юри Хайтани, — он прикоснулся к ней, положив руку поверх её. — Мы больше не связаны. Забудь обо мне, Ран, — тихо произнесла она, но, судя по всему, её слова только позабавили его. — Ты не права, цветочек. Поверь мне, я постоянно думаю о тебе. Укрыть ото всех, ты только моя. Я готов положить к твоим ногам весь мир, а если потребуется, уничтожить его ради тебя. Запомни это.       Юри была в шоке от слов Рана. Она не понимала, что это — страх или гнев. Освободившись от его рук, она открыла дверь и выбежала из машины. Откуда у него вообще машина и права в 16 лет? А были ли они вообще? Кем он стал? Чем занимается теперь? Столько вопросов хотелось ему задать, но все это тут же исчезло. Ведь они были просто друзьями, а теперь он говорит, как одержимый возлюбленный.       Юри шла домой быстрым шагом, желая поскорее попасть внутрь, закрыться в своей комнате и заблокировать контакт с Раном раз и навсегда. А что еще делать?       Тем временем Ран все еще сидел неподвижно, сжимая руку в кулак. Он был так близко и одновременно далеко. Видя ее взгляд, он не мог прочитать ее мысли. Все ее мысли для него были сплошной загадкой, но в одном он был уверен: теперь Юри никуда от него не денется.