Когда тьма шепчет о свете

Дверь в подземелья с тяжелым скрипом отворилась, и в едва освещенную комнату, пахнущую сыростью и полынью, стремительно вошел Северус Снейп, окутываемый все тем же багровым маревом, которое постепенно таяло, опускаясь на каменный пол. На его руках висел неподвижный Николас -- лицо мальчика в обрамлении длинноватых, неопределенного цвета, волос, было бледным, как пергамент, и местами измазано сажей, глаза закрыты, грудная клетка часто и тяжело вздымалась, будто каждый вздох давался ему с трудом. Владанна, благодаря усилиям эльфийки Мили, уже помытая и переодетая в предложенное ей платье, нервно ходила из угла в угол. Едва увидев профессора с его ношей, она тот час бросилась к ним. -- Николас... --взволнованно сказала она, собираясь взять мальчика на руки, -- Сынок!.. Но Снейп обошел ее и резче чем следовало, сказал: -- Вы можете поплакать и в мое отсутствие, хотя я сомневаюсь, что это оживит его лучше зелья. Я склонен доверять зельям больше, чем материнским всхлыпываниям. Он быстро пересек комнату и аккуратно внес мальчишку в свою спальню. Там он положил его на мягкую кровать, усланную бельем с гербом Хогвартса, и не мешкая начал склядывать маленькие склянки с зельями на прикроватной тумбочке: --Ваш сын, похоже, унаследовал от Вас дар выпадать из реальности в самый неподходящий момент. Только ему повезло меньше – он не рухнул буквально мне на голову в подземелья школы, а провалился под плиты высотки, в которой вы жили. Еще четверть часа – и у нас на руках был бы холодный труп, а не пациент. Его пальцы тем временем пробежали по вискам мальчика, по шее, затем приподняли веко. --Мили! – позвал он эльфийку, которая ранее помогала Владанне. Та незамедлительно явилась с низким поклоном. – Дай мальчишке кровевосполняющее и успокоительное, смажь раны настойкой бадьяна, но не переусердствуй – его организм не привык к магии. Если начнется отторжение – зови меня незамедлительно. Пока меня не будет – отвечаешь за него головой. Молодая эльфийка поспешила исполнить приказ. Снейп же, не теряя времени, резко дернул Владанну, державшую сына за руку, и едва она встала с постели – потащил в соседнюю гостинную, где они были раньше, и буквально пригвоздил молодую женщину к полу своим вопросом: – Кто отец этого ребенка? Владанна опешила от неожиданности. Уж чего-чего, а этого она не ожидала: – Его отец, мой муж, погиб на войне 4 года назад. – Маггл? Хм... Возможно, вы замечали за ним какие-либо странности в поведении? — Мы жили вместе почти восемь лет, профессор, и я могу вас заверить: единственная его странность заключалась в том, что у него их вообще не было. Какое это имеет значение в сложившейся ситуации, и как это относится к Николасу? Зельевар презрительно фыркнул: – А так относится, что аура этого мальчишки фонит как у волшебника из древнего рода. И Вы смеете мне лгать о том, что его отцом является обычный маггл? – Я в этом совершенно уверенна! – А вы уверены, – напряжённо продолжил он после короткой паузы, – что именно Ваш муж является отцом ребёнка? Владанна вмиг окаменела от возмущения, когда поняла, на что именно намекает зельевар. Рот её приоткрылся, однако следом она сжала челюсти так крепко, что казалось, ею движет неподдельная ярость. Ее губы сжались в тонкую линию, а взгляд, полный ярости, пронзал зельевара насквозь. Будь её взгляд оружием, он наверняка уже был бы мёртв: – Совершенно уверена. Он был моим единственным мужчиной. Благодарю за такой "вежливый" интерес. Действительно, давно мечтала поделиться подробностями своей личной жизни. Мой покойный муж был простым человеком и несомненно является отцом моего сына. А ваши намёки – это вершина бестактности. Немного тактичности вас бы не убило. Снейп лишь пожал плечами, явно ничуть не смущаясь: -- Как интересно... Знаете, за свою жизнь я видел множество удивительных существ, но подобных вам встречаю впервые. Когда ранее я вошел в эту комнату и увидел Вас лежащей на полу, то ощутил что-то необычное. Это было сродни магии, но не вполне ею. Какая-то сила, мне неведомая. Она напоминала туман: ощущаешь её присутствие издалека, но чем ближе подходишь, тем более неуловимой она становится. Что же касается мальчика, то с ним ситуация ещё любопытнее – едва я взял его на руки, начали происходить странности. Его магическая аура почти полностью соответствует законам нашего мира, однако имеются определённые отличия. Когда я поднял этого ребенка на руки среди осколков бетона, то меня ударило магическим импульсом. Тем же самым, который проскочил, когда увидел Вас, лежащей на камнях подземелий. Магический всплеск. Сырой, дикий – но он был. Одинаковый у вас обоих. И если бы не острая необходимость не дать мальчишке истечь кровью, и не Ваше общее состояние, я бы немедленно провел полное сканирование ваших магических способностей, а так… придется подождать. – Так что же с моим сыном? Он будет жить? Мужчина медленно скрестил руки на груди, тень насмешки скользнула по его лицу. -- Вы спрашиваете что с ребенком, которого только что достали из-под развалин дома? Вопрос, достойный величайших умов. Ранен. Ослаблен. Еще и выглядит так, словно его уже дважды сожрал тролль и выплюнул обратно. Ничего такого, чего нельзя вылечить. Владанна окончательно вышла из себя, потеряв терпение: -- Профессор Снейп, вместо того чтоб просто стоять и сыпать оскорблениями, могли бы помочь ему поскорее прийти в себя! Глубокие черные глаза мужчины недобро сверкнули: -- Вижу, что сегодня мне уготована и роль спасителя, и объекта неблагодарности. Что ж, предсказуемо. Но, к счастью для вас обоих я самую малость заинтересован в том, чтоб и он и Вы жили. Научный интерес, так сказать. Снейп еще раз внимательно осмотрел молодую женщину, стоящую перед ним, а затем перевел взгляд на открытую дверь в спальню, на ее бессознательного сына-подростка. Тот лежал в порванной одежде, испачканной местами кровью и золой. При ближайшем рассмотрении оказалось, что он достаточно высокий для своих 11 лет. Растрепанные волосы неопределенного цвета частично закрывали его лицо, не давая возможности определить сходство мальчика с матерью. Взгляд Снейпа оставался беспристрастным, лишь в глубине темных глаз скрывались тени невысказанных вопросов. Лицо его снова приняло непроницаемое выражение, напоминавшее каменную маску. -Милли, — громко и четко произнес он, вновь глядя в уставшие зеленые глаза молодой женщины, которые метали молнии. Эльфийка выглянула из спальни, и теперь замерла в дверном проеме, преданно смотря на зельевара большими глазами. -- Соблюдай все мои рекомендации, и, ради Салазара, приведи мальчишку в приличный вид. Он выглядит так, будто вместе с матерью сражался на дуэли с бешеным котлом... и проиграл еще до начала битвы. Доложишь мне обо всем. Бросив эти слова, Снейп наконец отвел взгляд, повернулся спиной к ним и явно намеревался покинуть комнату. — Простите великодушно, я не успела надеть фамильные украшения, уложить волосы и явиться к вам в вечернем платье! Мы были слегка заняты попытками выжить! — голос Владанны, прилетевший в его спину, оказался полон резкости и яда, который вполне мог поспорить с язвительными замечаниями самого Снейпа. — Какая жалость. В следующий раз предупредите заранее, чтобы я успел спрятать особо чувствительные ингредиенты от вашего вида, — произнес он холодно, даже не замедлив шага на своем пути к выходу. («Он помог. Он спас Николаса. Я перед ним в неоплатном долгу. Кажется, это называется Долгом Жизни!») Владанна набрала воздух в легкие. Слова благодарности к этому человеку застряли в горле – гордость мешала, да и обида жгла. Но он уже взялся за ручку двери. Когда дверь за профессором уже почти закрылась, тихое «Спасибо», сорвавшееся с губ женщины, прозвучало, как усталый выдох, но Снейп все же уловил его, и, не оборачиваясь, ответил: – Не за что меня благодарить, мадам. Я сделал это не ради Вас. И не ради него. Я сделал это потому, что терпеть не могу неразгаданные загадки. А Вы – самая раздражающая и проблемная загадка из всех, что попадались мне за последний квартал. Сидите смирно и дожидайтесь, когда я доложу об этом всем руководству школы. Не заставляйте меня жалеть о своем решении оставить вас в своих комнатах. Дверь захлопнулась. Владанна осталась одна в гостинной профессора зельеварения, совершенно не понимая, что дальше ждет ее и Николаса, случайно заброшеных сюда прихотью Судьбы.