Пробуждение

Сначала был запах. Не зелья. Не крови. Не сырого камня Визжащей хижины. Резкий запах спирта, пластика и чего-то сладковатого. Северус Снейп открыл глаза и тут же зажмурился от яркого белого света. Потолок был гладкий. Белый. Ровный. Никаких закопчённых балок, никаких теней свечей. Он резко дёрнулся, пытаясь подняться, и тут же почувствовал боль в горле. — Осторожнее, мистер Снейп. Голос был спокойный. Холодный. Слишком знакомый. Снейп медленно повернул голову. Над ним стоял высокий худой мужчина в белом халате. Тёмные волосы аккуратно зачёсаны назад, на переносице тонкие очки. На бейджике было написано: Доктор Том Риддл Снейп уставился на него. Риддл ответил ему вежливой профессиональной улыбкой. — Реакция зрачков нормальная. Память, судя по взгляду, тоже работает. Снейп хрипло выдавил: — Вы... Горло будто разорвали наждаком. Рядом появилась медсестра. Высокая женщина с тяжёлыми чёрными волосами и слишком яркими глазами. — Не напрягайтесь, — сказала она. — После четырёх месяцев комы это нормально. На её бейджике значилось: Беллатрикса Блэк Снейп медленно перевёл взгляд с неё на Риддла. Потом обратно. Потом снова на Риддла. — Это... шутка? — прохрипел он. Риддл сделал пометку в планшете. — Галлюцинаций после пробуждения нет. Хорошо. — Где я? — Больница Святого Георгия. Лондон. — Где моя палочка? Беллатрикса моргнула. — Ваша что? Снейп почувствовал, как внутри поднимается ледяная тревога. — Магия, — сказал он медленно. — Хогвартс. Министерство. Тёмный Лорд. В палате повисла тишина. А потом Беллатрикса осторожно посмотрела на Риддла. Как смотрят на тяжёлого пациента. — Северус, — мягко произнёс Риддл, — у вас была тяжёлая травма головы после автомобильной аварии. Некоторые воспоминания могли смешаться со снами. — Нет, — резко сказал Снейп. — Магии не существует, — спокойно ответил Риддл. — Никогда не существовало. Снейп смотрел на него несколько секунд. Потом поднял руку. Попытался вызвать палочку. Ничего. Попытался беспалочковой магией. Ничего. Снова. Ничего. В груди вдруг стало пусто. Беллатрикса осторожно поправила ему капельницу. — Такое бывает после комы. Не пугайтесь. Снейп медленно опустил руку. Впервые за много лет ему стало по-настоящему страшно. Первой пришла Лили. Дверь палаты открылась тихо. Снейп повернул голову — и замер. Рыжие волосы. Зелёные глаза. Живая. Не призрак. Не воспоминание. Живая. Она застыла у двери с дрожащей улыбкой. — Северус... Снейп смотрел на неё так, будто боялся моргнуть. Лили подошла ближе и осторожно взяла его за руку. Тёплая. Настоящая. — Ты нас так напугал, — тихо сказала она. Снейп продолжал молчать. Потом медленно спросил: — Ты... жива? Лили нервно усмехнулась. — Надеюсь. Он смотрел на неё ещё несколько секунд. А потом резко выдернул руку и почти сел на кровати. — Поттер. Лили моргнула. — Что? — Джеймс Поттер. — При чём тут Джеймс? Снейп уставился на неё. — Ты вышла за него. Теперь уже Лили смотрела на него как на сумасшедшего. — Северус... я вышла за тебя. Тишина. Полная. Абсолютная. Снейп медленно повернул голову к окну. Потом обратно к ней. — Что? Лили неожиданно рассмеялась сквозь слёзы. — Боже, доктор Риддл предупреждал, что у тебя могут быть странные воспоминания... — Нет, — перебил Снейп. — Нет. Этого не может быть. — Мы женаты пятнадцать лет. Он побледнел ещё сильнее. — Пятнадцать... Лили села рядом. — Ты преподавал химию в университете. Потом попал в аварию. Гарри места себе не находил. Снейп закрыл глаза. Химия. Не зелья. Никакого Хогвартса. Никакого Волдеморта. Лили осторожно коснулась его щеки. И Северус вдруг понял, что она не боится его. Совсем. От этого стало почти больно. Следующими пришли Мародёры. Снейп услышал смех ещё до того, как открылась дверь. И сразу напрягся. В палату ввалились трое мужчин. Сириус Блэк — в кожаной куртке и с сединой в волосах. Римус Люпин — уставший, с мягким взглядом преподавателя. И Джеймс Поттер. Живой. Улыбающийся. — Нюниус проснулся! — радостно объявил Сириус. Снейп побледнел. Инстинктивно потянулся за палочкой. Которой не было. Джеймс подошёл первым. — Чёрт, дружище, ну ты нас и напугал. И хлопнул его по плечу. Просто. Будто это было нормально. Снейп смотрел на его руку так, словно видел ядовитую змею. — Не трогай меня, Поттер. Джеймс удивлённо моргнул. — О, память вернулась. Отлично. Сириус расхохотался. — А я говорил, первым делом он опять тебя возненавидит. — Взаимно, — автоматически бросил Снейп. И замер. Потому что все трое рассмеялись. Не зло. Не издевательски. Как старые друзья. Римус протянул ему пакет. — Мы принесли нормальный кофе. Больничный — преступление против человечества. Снейп смотрел на него несколько секунд. — Люпин... — Да? — Ты... оборотень? В палате наступила тишина. Сириус медленно повернулся к Джеймсу. — Всё-таки головой он приложился сильно. Джеймс прыснул со смеху. Римус устало потёр переносицу. — Нет, Северус. Я преподаватель литературы. Снейп откинулся на подушку и закрыл глаза. Это было хуже, чем безумие. Потому что всё выглядело настоящим. Последним пришёл Гарри. Снейп услышал шаги в коридоре. Нервные. Быстрые. Дверь открылась. И Северус почувствовал, как у него остановилось сердце. Гарри Поттер. Но не совсем. Те же зелёные глаза Лили. Но волосы — чёрные, прямые, как у самого Снейпа. И никакого шрама. Парень застыл у двери, явно пытаясь не показать страх. — Пап? Снейп медленно сел. Пап. Это слово ударило сильнее любой Авады. Гарри подошёл ближе. — Мама сказала, ты очнулся. Северус смотрел на него не отрываясь. Не мальчик, которого он ненавидел за лицо Джеймса. Не живое напоминание о собственной ошибке. А его сын. Его. Гарри неловко улыбнулся. — Ты нас вообще помнишь? Снейп долго молчал. Потом тихо сказал: — Я помню, как умирал у тебя на руках. Гарри застыл. — Что? Снейп смотрел в его глаза. Глаза Лили. Гарри растерянно посмотрел на дверь. — Мам? — Всё нормально! — быстро ответила Лили из коридора. Она явно подслушивала. Гарри снова посмотрел на Снейпа. — Ну... ты вроде живой. И вдруг неуверенно усмехнулся. Снейп почувствовал странное жжение в глазах. Он резко отвернулся. Но Гарри всё равно заметил. Подошёл ближе. И осторожно обнял его. Северус замер. За всю жизнь его обнимали считанные разы. Он медленно поднял руку. Неловко. Будто не умел. И сжал ткань куртки сына. За окном шумел обычный маггловский Лондон. Без магии. Без войны. Без Тёмного Лорда. И Северус Снейп впервые не знал, хочет ли он проснуться обратно.