Desire.

любовь принесла слишком много боли для твоего юного, трепещущего сердца, чтобы снова ощутить её. твоему раненому сердцу больше нравится без обязательств, чтобы до дрожи в коленях, так, чтобы ты ещё два дня не могла сидеть нормально.  а в институте делать вид, будто бы вы совсем друг друга ненавидите. свободные отношения с кеем — лекарство для твоей души. — эй, т/и, ты знаешь как эта юбка полнит твои бёдра? я бы на твоём месте их не оголял вообще. эта фраза звучит на всю аудиторию, заставляя тебя вспыхнуть порывом агрессии и бросить в него первым попавшимся маркером под рукой, попадая прямо в скулу. но никто не знает, как после той самой проклятой пары, когда ты не успеваешь отвечать на колкости блондина насчёт твоей внешности — он нежно выцеловывает внутреннюю сторону твоего бедра, пока ты вздрагиваешь и скользишь влажной кожей по письменному столу в его комнате. оставляет на бёдрах багровые метки, из-за чего тебе и правда придётся скрывать их за джинсовой тканью, но это будет уже потом. в другой раз, не сейчас. *** в данную секунду мысли забиты лишь юрким языком, что пробирался к влажному белью. такого цукишиму видела только ты. сидящий в кресле, чтобы быть лицом на одном уровне с твоими бёдрами, с оголённым торсом, придерживающий на собственных плечах твои дрожащие ноги. глаза, что более не прикрыты линзами очков, были затуманены желанием, но он никогда не торопился, даже если ширинка джинсов уже доставляла не малый дискомфорт. язык двигается по круговой, заставляя тебя пальцами впиваться в край стола, чтобы хоть немного держать связь с реальностью, но фраза из губ кея, произнесённая осипшим голосом, доводит тебя чуть ли не до пика, заставляя тебя сжаться изнутри, а уши пылать красным. — не отводи от меня взгляд, т/и. переборов себя, устремляешь глаза на него, но в этих гляделках ты явно проигрываешь. ты слишком уязвима перед ним, он хозяин происходящего. доводит тебя до пика одним лишь языком, сладко причмокивая губами на последок, оставляя на складках развратный, влажный поцелуй, пока ты пытаешься прийти в себя после крышесносного оргазма. встаёт с кресла, склоняясь над тобой. целует влажно, горячо, лишь бы ты ощутила какое сильное влияние ты оказываешь на него. ласкает своим языком твой, руками нежно оглаживает бёдра и талию, еле касаясь скользя пальцами по затвердевшим соскам и спускаясь к рёбрам; касается чувствительных точек на теле, улыбаясь в поцелуй на твои вздохи и вздрагивания твоего тела. слышишь то, как шуршит фольга контрацептива. кей не отрывается от тебя ни на минуту. да и как тут оторвёшься, когда твои ногти впиваются в его спину, а вторая рука приятно сжимает и оттягивает волосы немного назад, как он и любит. волейболист входит медленно, прерывая поцелуй и надавливая немного на живот, смотря прямо в глаза, ловя каждую эмоцию на твоём лице. приоткрытый рот, дрожащие ресницы, влажная ладонь скользящая по его торсу — слишком хорошо, чтобы быть правдой. секс с тобой — слишком хорошо, чтобы он променял тебя на кого-либо.  двигается в тебе размеренно, опираясь одной рукой на стол, и двумя пальцами удерживая тебя за подбородок, смотря прямо в глаза. он не ускоряется, ждёт, пока попросишь большего, наслаждается смущением на твоём лице, тем, как ты мнёшься мысленно, перед тем как попросить, иногда уводя взгляд на долю секунды. но из твоих губ, почти шёпотом звучит заветное: — кей, пожалуйста. и этого хватает, чтобы у него снесло крышу. стол из-за быстрых, сильных толчков, беспощадно стучит об стену, явно надоедая противной соседке за ней. но сейчас вам слишком хорошо, чтобы об этом думать. вы растворяетесь друг в друге, целуете так, словно бы вы самое дорогое, что есть друг у друга и стонете почти в унисон. …. на следующий день ты и правда приходишь в проклятых джинсах, не смотря на действительно жаркую апрельскую погоду, потому что кей прошлым вечером постарался на славу, чтобы ты не смогла оголить ноги. и только ты переступаешь порог аудитории, то замечаешь хитрый прищур волейболиста, который даже не думает упустить момента, чтобы подшутить. — что, т/и, всё таки не решилась больше оголять свои бёдра? рад, что прислушалась ко мне. одногруппники тихо посмеиваются, но ты лишь тяжело вздыхаешь, и усаживаешься на своё ненавистное место, прямо впереди кея. и если бы ты знала, как сильно он хочет огрызнуться на всех смеющихся одногруппников, а после пары вновь выцеловывать твои, столь любимые для него, бёдра.