Твое присутствие

«Думаю, что вчерашний день нужно забыть как можно скорее. Потому что Драко поцеловал меня на глазах у слизеринцев.

Все началось с того, что Джинни уболтала меня сходить с ней в Хогсмид. Несколько часов я слушала ее аргументы и, прости, нытье. Поэтому пришлось согласиться, чтобы она позволила мне спокойно позавтракать.

И все бы ничего, но подруга забыла уточнить о парном «свидании». Я просидела напротив Рона несколько часов и мне было так некомфортно. Кто устраивает такие встречи без предупреждения? Рон все болтал и болтал, стараясь держать взгляд на мне. И эти странные попытки взять за руку, проводя по ней своей липкой ладонью. Не понимаю, это такие попытки привлечь внимание или отбить желание?

В любом случае, если бы не идея Джинни, я отказала бы Драко провести время в Подземелье. Но он был чертовски убедителен. И… после парочки стаканов огневиски я предложила сыграть в «Правду или действие». Кто ж знал, что все закончится желанием, чтобы я поцеловала Драко. И на мои попытки отказаться и препираться… парень сам сократил расстояние и припал к моим губам…

Это был наш первый поцелуй. Не уверена, что Малфой вспомнит о таком, учитывая количество выпитого им Огдена. А я лишний раз не буду напоминать. Это может вызвать проблемы в нашей и без того шаткой дружбе.

Фрагмент из личного дневника Гермионы Грейнджер»

В гостиной раздался хлопок. Гермиона вывалилась из камина и не удержала равновесие, споткнувшись о собственные ноги. Колени больно ударились о пол, и девушка зашипела от боли. Воронка с глухим звуком сомкнулась за спиной, рассыпав по ковру и около камина немного пепла. Ладони резко коснулись холодного пола, чтобы смягчить падение. Все, что Гермиона успела схватить со столешницы Малфоя и забрать с собой, разлетелось у ног ведьмы. Сердце бешено колотилось, будто Грейнджер мчалась домой через весь Лондон. Но на самом деле все было проделано в считанные минуты. Как и учили в Министерстве: вовремя убегать в момент разговоров «не для всех». Она быстро обняла Кэсси, которая из-за сонливости медленно протянула руки к девушке. Также стремительно собрала документы, кажется не все. И бросила наспех сказанные слова прощания Драко. «Оу, эм, увидимся, Драко. Я напишу», – как же смешно, по-детски и неловко получилось это. Будто бы их поймали за чем-то непристойным родители, а они нашкодившие подростки. — Салазар, Гермиона, – сразу донеслось недалеко. Она подняла голову и увидела, как Пэнси вскакивает с дивана и подбегает к ней. — Давай руку. Разумеется, она не спала. Гермиона встала с помощью подруги, собрала разбросанные вещи и кучкой положила их на кофейный столик. Там же стоял бокал с каплями красного вина и маленькая тарелка со шпажками. Гермиона прикрыла глаза. Воздух в квартире пах ароматической свечой, которую Паркинсон, вероятно, зажгла пару часов назад. Что-то незатейливое и сладкое. Окутывающее ведьму спокойствием. Она была дома, все позади. Никто не накосячил. — Готова поговорить о своем побеге? — Пэнс, ну ты прям надзиратель. Утром, – бросила Гермиона, не оборачиваясь. Хочется умыться и лечь, чтобы обдумать произошедшее. В голове так и витало: «Дура, а если не Кэс, поцеловала бы Драко? Вот так легко сдаешься?». Она услышала, как Пэнси шла следом за ней. — Это было плохо или хорошо? — Пэнс, – имя подруги прозвучало тихо и достаточно предупреждающе, чтобы зарубить на корню диалог. Паркинсон поджала губы и замолчала. Гермиона обернулась, улыбнулась подруге и быстро пошла в направлении ванной комнаты. Закрыв дверь и облокотившись о край раковины, девушка позволила плечам опуститься. Она медленно подняла голову и посмотрела в заляпанное зеркало. На нее смотрела она же, но с раскрасневшимися щеками и глазами, в которых плескалось что-то опасное и желанное. Когда в последний раз она была так близка с мужчиной? Девушка медленно подняла руку и коснулась пальцами нижней губы, очерчивая ее контур. Будто бы там еще осталось тепло от его тяжелого, томного дыхания. Малфой. Она резко отдернула руку и ударила по ней. — Соберись, – тихо сказала себе. — Не время растекаться от неисполненного. Это всего лишь Малфой. Кассиопея остановила то, что может снова усложнить все. И Гермиона была благодарна малышке за это. Ей хотелось бы разобраться с появившимися проблемами и Министерством, а уже потом думать о Драко и их несложившихся когда-то отношениях. За столько лет они изменились и нужно заново узнать друг друга, прежде чем начинать что-то. Или, возродившееся общение покажет, что тогда было правильно закончить все. Что Гермиона не хотела признавать, но приходится? Так это то, что тело все равно помнит, как он стоял слишком близко, и в его голосе, словах… не было привычной ему и ей насмешки. И, казалось бы, стоило вовремя отстраниться, увеличить расстояние. Но она не хотела и теперь в голове еще одна мысль, которая будет выедать мозг. Гермиона стянула серьги, бросила их на полочку над раковиной и тяжело вздохнула. Рационально. Нужно мыслить рационально. Гермиона умылась, переоделась в пижаму и направилась в комнату. Параллельно размышляя о случившемся. Да, сегодня она и Драко наконец-то обсудили тревожащую их тему. Закрыли абсурдную, болезненную, затянувшуюся историю с проклятым выпускным. Тупая гордость и трусость привели к тому, что они потеряли много времени на ненужные обоим обиды. Может поговори они тогда, возьми они небольшую паузу … все было бы иначе? Гермиона тряхнула головой и стиснула зубы. Эти размышления, нужно ли все это? Все-таки мама учила ее, что: «все, что не делается, все к лучшему». И тогда, они не смогли стать чем-то большим в силу возраста. Но сейчас, будучи взрослыми, они вольны в выборе и своем будущем… Гермиона стояла за стойкой с ноутбуком, проверяя поставки. Сегодня Лондон в очередной раз встретил каждого жителя дождем и хмурыми тучами. Поэтому голова у Гермионы болела с самого утра. Да нет, с ночи. Потому что в моменте затылочная часть начала ныть и ведьме пришлось искать бутылек с зельем, чтобы уменьшить страдания и заснуть еще хотя бы на пару часов. Она помассировала виски и услышала, как колокольчик над дверью оповестил о новом посетителе. Сегодня было много людей, ищущих укрытия от непогоды. Грейнджер перевела взгляд с ноутбука в сторону входа, чтобы посмотреть на пришедших или пришедшего гостя. И в затылке неприятно кольнуло, когда девушка увидела Тео, идущего к ней. Нотт выглядел уставшим. Под глазами виднелись темные круги, которые он, видимо, старался скрыть чарами. Но получилось не очень. Волосы были небрежно зачесаны назад, а рубашка не поглажена, как и брюки без стрелок. — Доброе утро, – произнес он, подходя к стойке. Она посмотрела на сотрудников, которые заинтересовались привлекательным мужчиной. Даже уставшим, ведь можно помочь отдохнуть такому. И быстро сделали вид, что продолжают работать, когда словили пристальный взгляд Гермионы. — Сомнительно, но допустим. Ты чего-то хотел? Прости, но в меню на сегодня не планировались крики и упреки в мою сторону. Он хмыкнул. Конечно же Гермиона не станет дарить привычную ему улыбку и объятия. Тео ошибся, оступился и полностью осознает это. Вот только банальное «прости, я не хотел» не поможет, а только усугубит ситуацию. Поэтому Нотт четко для себя решил, что не отстанет от ведьмы, пока та не поговорит с ним. Может после этого послать или проклясть его, но только пусть выслушает. — Можно тебя украсть на двадцать минут? – попытал удачу Тео, но в ответ столкнулся лишь с осуждающим взглядом Гермионы. — Нет. — Тогда на десять. Правда, я не стану кричать и обижать тебя, кудряшка. Мне просто нужно немного твоего внимания. Обещаю, что мы быстро закончим. И, если тебе будет неуютно, то ты сможешь развернуться и уйти. Или дать пощечину. — Тео. — Мне нужно поговорить с тобой. Гермиона несколько секунд подумала, взвесила все «за» и «против». Тем временем за окном наконец-то перестал лить дождь, который все утро вводил ее в тоску и дезориентировал. Никто же не умрет, если она выслушает друга? Грейнджер очень надоела эта ссора и хотелось разобраться во всем. Она захлопнула ноутбук и решила выслушать Тео. Решаем проблемы по мере их поступления и возможности прекращения. — Хорошо. Тео предложил пройтись по улице, чтобы подышать свежим и дождливым воздухом. Заодно поможет, чтобы разговор остался только между ними, без пристальных взглядов ее сотрудников и гостей. До ближайшего парка было десять минут пешком, которые они прошли молча. Тео же не уточнял от чего будет идти отсчет выделенного для него времени. Ноябрьский воздух и мелкие дождевые капли, которые падали с крыш и поверхностей, кусали щеки. Под ногами, в парке, валялась и перемешивалась с грязью дорожка из листьев. А деревья монотонно покачивались и вводили в транс. Гермиона сунула руки в карманы пальто и вздрогнула, когда холодный ветер в очередной раз окатил ее с ног до головы. Тео оглянулся по сторонам и нарочно чуть отстал, чтобы почти незаметно достать палочку из внутреннего кармана и потихоньку произнести нужные слова, сопровождая их аккуратным движением. Теплая волна прошлась вокруг них и Гермиона была благодарна другу за его заботу. Они остановились у небольшого пруда, где несколько птиц копошились в, должно быть, холодной воде. — Ты все еще злишься на меня, кудряшка, – Тео начал издалека и сказал самое очевидное. Ему просто помнилось до сих пор, как Гермиона умела злиться на кого-то во времена их обучения. А тогда было что-то незначительно, тогда как сейчас он крупно облажался. Еще и в момент появления Малфоя, который умел овладевать вниманием Гермионы. И это чертовски бесило. — Как проницательно, Теодор. Ты знаешь тех, кто после услышанного просто продолжил бы делать вид, что ничего и не было? Если да, то познакомь нас, я бы хотела узнать об их методах выдержки. — Гермиона, я перегнул. В тот день у меня было тяжелое утро с одной из пациенток, а потом я решил провести время с тобой. Но увидел Малфоя, все будто бы треснуло окончательно. Я, может, и не видел до конца его взгляда, но этот черт точно наслаждался тем, что видел перед собой. Буквально, сам просрал все и теперь снова получает по щелчку пальцев. Меня охватило негодование и злость. Да, я напился в том баре, куда мы ходили недавно. Мне нужно было уйти к камину, отоспаться и все принять, как должное. Все же не мое дело. Но я не смог пересилить злость и пошел к тебе. — Тео, есть вещи, которые касаются только меня. Или только меня и Драко. Что-то мы решаем совместно с Пэнс. Понимаешь? Все индивидуально, а еще относится к разным людям. И ты не имел права лезть ко мне, раздавать «советы» и давить на больное. Я же взрослая, могу сама решить проблемы. И разобраться с Драко, потому что это напрямую относится к нему. — Да. Я понимаю, – Гермиона скрестила руки на груди, а Тео тем временем смотрел куда-то мимо нее. На серый пруд, в котором плавала листва. А на другом берегу бегали дети. Он выдержал паузу и тяжело вздохнул. Ну, сейчас и время рубить и закрыть. — Мне просто страшно и тревожно за тебя. Я переживаю. И не читаю нотации, потому что хочу контролировать ситуацию, в которой третий лишний. Просто, Герм, я же давно влюблен в тебя. Ветер стих на секунду, поставив на паузу все живое вокруг. Гермиона резко вдохнула из-за сказанных слов друга. И не могла пошевелиться, только может медленно моргнула. Это был тот самый случай и разговор, который имел место быть. И все откладывался ими двумя, чтобы не надломить дружбу. Но раз уж все пошло по пизде, то Тео решил прыгнуть в бездну. А Гермиона, конечно же, догадывалась о чувствах Нотта. Но не хотела поднимать неловкий разговор. — Эммм… Тео, ты уверен, что нужно начинать это? Может… — Я и так начал слишком поздно. Раз уж Драко вне конкуренции, то позволь закончить, – он усмехнулся и на лице отобразилась горечь. — Кажется, что он также неожиданно все перевернул в Хогвартсе. Когда догадывался, что я не просто так прошу освободить тебя от пары с ним. И поначалу ему было чисто по приколу, а потом он распробовал общение с тобой. Пришлось не лезть, потому что оба ваших состояния еле балансировали. Не хотелось сделать больно тебе, потому что я бы сломал Драко. А ты подтянулась бы просто так к этому. Еще в Хогвартсе ты раздражала меня до безумия, а потом удивляла своей искренностью и чистотой помыслов. Гермиона решила не перебивать Теодора. — Салазар, меня восхищала и одновременно бесила твоя открытость и желание помочь тем, кто этого даже не заслуживал. Когда тебе нужна была тоже помощь, но ты забивала на это в угоду другим. Он перевел взгляд на нее. Гермиона молча смотрела на Тео, не в силах что-то сказать, перебить его. Лучше, чтобы он уже закончил и отпустил груз, мучивший его годами. — А потом я понял, что жду, когда ты войдешь в комнату. Или появишься в компании слизеринцев в какие-то вечера. Не говоря уже о том, что ваша дружба с Пэнси… это было спасение. Лучшее, что могло случиться. Ведь я видел, что отношения тебе не нужны. Но я мог быть рядом и поддерживать. — Тео… — Нет. Дай договорить хоть раз. Я боюсь, что второй раз не решусь, – он провел ладонью по лицу и посмотрел еще раз на окружающую их обстановку. Ветер снова усиливался, что подсказывало о скором дожде. Нужно заканчивать и уводить Гермиону. — Я не пытался тебя добиваться. Потому что видел, что для тебя я друг. И мне, в целом, этого и было достаточно. Возможно. А сейчас я понимаю, что упустил шанс и должен был рискнуть еще в Хогвартсе. После этого треклятого бала и твоих слез. Но появился Уизли, поэтому я смотрел, как ты заставляешь себя быть счастливой. Абсурдно, да? Гермиона резко отвернулась. Она была готова услышать о переживаниях Тео, поддержать его и, к сожалению, ответить ему отказом. Может тогда он смог бы двигаться дальше. Многие ведьмы готовы драться за такого завидного жениха, когда тот просто ждет. Чего? Не известно. — Не надо. Давай мы не будем наступать на минное поле дальше, поэтому оставим наши отношения с Роном, как тему следующего разговора. Сейчас меньше всего я хочу вспоминать о нем. Правда, я знаю, что была дурой. — Хорошо, мы не будем останавливаться на нем. Просто я скажу тебе так, – он сделал шаг ближе и приобнял подругу. — Был тот, кто нужен твоему сердцу. Поэтому, как бы ты не старалась полюбить или принять Рона, меня… Да кого угодно. Все это был обман. Не поставив точку в отношениях с Драко, сердце продолжало тянуться неосознанно к нему. Искать в других его черты характера, повадки. Ты никогда не любила кого-то так, как его. Они немного помолчали. Здесь и сейчас. Не хотелось терять нить разговора. Но другие мысли так или иначе завлекали их в водоворот и уединение. — Малфой, – сказали они в один момент и вздрогнули. В груди Гермионы болезненно дернулось, из-за чего она выскочила из объятий Тео. Она шагнула вперед и посмотрела на друга. Тот стоял с каменным лицом и ждал вердикта, приговора Гермионы. А девушка… решила закончить разговор, тем более, что отведенное ему время вышло. — Понимаешь. Вы оба хороши. Тогда один паренек струсил и сделал тем самым неосознанно больно другому человеку. Сейчас же, мужчина также неосознанно решается высказать свое мнение из-за накопленных чувств, о котором его не просили. И достается опять же другому. В этом во всем больно и вам. И мне. — Герм… — Мы закончим на этом. Ты знаешь, что я не могу ответить на твои чувства взаимностью. Но мы взрослые люди, поэтому прерывать из-за этого дружбу… не вижу смысла. Если тебе будет тяжело находиться рядом со мной, то я пойму. Только давай больше не высказываться о чем-либо, когда не просят. Хорошо? Тео… ты чудесный. Просто постарайся двигаться дальше. Вечером Пэнси сидела на кухне в шелковом халате и с бокалом вина, ожидая подругу. Она уже закончила несколько эскизов и выкроек. Даже успела поговорить с одним из индивидуальных заказчиков. Не хватало только Гермионы, которая закрывала сегодня книжный и перебирала новую вечернюю доставку книг. Когда Грейнджер все же зашла домой, переобулась и поспешила на кухню с пакетом выпечки, то в лоб услышала вопрос от Паркинсон. — С Тео поговорили? Гермиона молча подошла к столешнице, поставила крафтовый пакет и пошла за тарелками. Она уже знала от Тео, что именно Пэнси сдала ее место обитания на сегодня. Хотя, как будто бы могло быть по-другому. Разве что нужно записаться на прием к психотерапевту, но это терпит. А ее маленькое детище в виде кофейни и книжного магазина всегда справлялись с тем, чтобы поддержать Гермиону и помочь отпустить ненужные мысли на время. — Ненавижу тебя за способность знать все заранее. И зачем ты отправила Тео ко мне? — Присаживайся, давай немного отдохнем, – Пэнси указала на второй бокал, который был подготовлен для Гермионы. — Вам нужно было поговорить, он доставал меня все это время. Поэтому проще было подтолкнуть его на встречу с тобой, которую он искал. Девушка села напротив и налила себе почти до краев. Отпив, она дала Пэнси право говорить, пока Грейнджер наслаждалась приятным послевкусием красного вина. — Но сегодня мы обсудим не Тео, оставим это для завтрашнего разговора. Потому что я помню о твоем возвращении. А еще, сегодня я виделась с Нарциссой, – Пэнси решила начать издалека, чтобы завладеть вниманием подруги. — И Кэсси. Мы обсуждали детскую коллекцию, над которой я активно работаю. Деньги сами себя не заработают. Не суть. Иногда честность, искренность ребенка так прекрасна. Моя крестница, между прочим, не думала, что своими рассказами выдаст двух взрослых, которые тайно что-то промышляют. Все разболтала. Не знаешь к чему я веду? Гермиона замерла, но вовремя сориентировалась и постаралась сделать невозмутимое лицо, отпивая еще немного напитка. Затем, ее рука потянулась к круассану, чтобы уж точно показать расслабленность и обыденность. — Нет, даже не могу представить. Поделишься? — Да вот малышка Кэс рассказала Нарциссе, когда та попросила ее принести новые игрушки, что вчера у них дома была Миона. И Кассиопея смогла показать и ей некоторые вещи. Так как, Салазар, ты умудрилась оказаться у Малфоев? Да еще и в новой квартире. Вы же недавно только общаться начали, пару раз виделись от силы. А теперь ты в гости ходишь? Гермиона закрыла глаза. Стоило ожидать, что данное событие всплывет. Вопрос времени. Кассиопея была открытым и общительным ребенком, поэтому рассказать про Гермиону у них дома… ну а что в этом такого для нее? — Прекрасно. Я как раз икала, это вы меня вспоминали? — Ты это о чем? – непонимающе посмотрела на нее Пэнси. А затем также потянулась за выпечкой. — Ладно, потом пояснишь. Нарцисса была в легком шоке, но ее лицо быстро сменилось с непонимания на хитрую улыбку. Кажется, что она что-то знает. Может Драко разговаривал с ней о вас? — Вряд ли. Да и нет как таковых «нас», – Гермиона пожала плечами, на что Пэнси усмехнулась. — Теперь рассказывай. Что у тебя тут происходит и чего я не знаю? Гермиона приступила к рассказу. Было проще обсуждать это с Пэнси, потому что за годы жизни вместе Паркинсон узнала почти обо всем, происходящем в Министерстве с Грейнджер. И сама лично порывалась отправиться туда, чтобы наслать пару-тройку проклятий на Министра и его болванчиков. Она сходила в гостиную, чтобы принести полученное от них письмо с «мягкими угрозами». — И следом я получаю от Драко документы… – Гермиона показала Пэнси еще и бухгалтерские сверки, чтобы подруга могла быть в теме и подсказать что-то на свежую голову. Все же Драко и она были заинтересованными лицами, а Паркинсон могла посмотреть на это без скрытого умысла. — Ебать они поверили в себя. И эти маги еще что-то про новые времена говорили? – Пэнс пролистывала документы и ее лицо потихоньку окрашивалось в красный из-за накопившейся злости. Закончила свой монолог Гермиона на том, как оборвался для них вечер. И почему Кэс стала ее хранителем. В этот момент Пэнси подорвалась со стула и кричит довольное: «я так и знала, не могло все быть так просто для вас». — О, Мерлин, – вздохнула Грейнджер, покачивая бокал. Жидкость плавно стекала со стенок, перекатывалась по направлению и расслабляла тем самым девушку. — Раз уж у тебя день признаний… да, я знала, что Малфой был по уши влюблен в тебя на восьмом курсе, – Паркинсон самодовольно ухмыльнулась и принялась доливать себе вина. — Как-то раз нам из мести подлили на ужин Веритасерум в чай. Не смотри так, будто у меня третий глаз появился. Мы были змеями, которых не переваривали многие. Не забуду тот момент, когда несколько дней ходила с зелеными волосами, потому что кто-то решил подшутить надо мной. — А вы рассказывали про это Макгонагалл? — Зачем? Все знали, а лишний раз ходить и жаловаться не имело смысла. Блейз один раз сходил на ковер, но после этого был вынужден возвращаться после тренировки в одном полотенце. Благо уверенности ему не занимать. Так, мы уходим от темы. Мы сидели в общей комнате, приняли решение раскрыть между собой по одной тайне, чтобы успокоиться. Я вот поделилась, что целовалась с девушкой на пятом курсе. — Насколько я помню, в какой-то момент вы начали играть в «Правду или действие» с Веритасерумом. — Как раз после этого активно и стали использовать, это нас сблизило. Опять уходишь от темы. Драко долго сопротивлялся, все же окклюмент. Но в моменте не сдержался и сказал, что ему больно быть с тобой. Нам постоянно приходилось сталкиваться с нездоровой агрессией других людей, всем же все равно: дети или нет. И ему стало боязно, что подпустив тебя ближе, начнут жрать вместе с ним. Гермиона смотрела вниз, на столешницу и мелкие полосы в дереве. А где-то внутри живота что-то болезненно закручивалось в плотный комок и лопалось. По щеке скатилась одинокая слеза, которую Гермиона поспешила смахнуть. А Пэнси продолжила рассказ, сделав вид, что не заметила ее. Потому что Грейнджер ненавидела, когда кто-то начинал ее жалеть. Чуть позже, когда бутылка почти опустела, девочки отошли от тревожных разговоров и перешли в гостиную для просмотра фильма. Пэнси прилегла и положила голову на колени подруги. По телевизору показывали какой-то ромком, не требующий особых усилий и размышлений для просмотра. Когда фильм подходил к концу, а Пэнси на минутку прикорнула, на столике раздалась вибрация. Аккуратно привстав, чтобы не потревожить подругу, Гермиона не посмотрела на имя входящего и приняла звонок. — Да? — Привет, кудряш. Его голос сразу собрал крупицы сна Гермионы и выкинул. А Пэнси приподнялась и бесстыдно вытянулась вперед, пытаясь услышать нить диалога. — Не поздновато ли для разговоров, Драко? – Грейнджер встала с дивана и пошла в сторону кухни, чтобы поговорить с ним без лишних ушей. — Почти час ночи. — Не мог уснуть. Да и в Париже уже два. Я выиграл. Гермиона упустила момент, как Драко оказался уже в другой стране. Опять. Это его больное хобби — сближаться, а затем убегать? Так, стоп. Он бы тогда не позвонил, а значит этому было объяснение. — Гермиона, я даже через трубку слышу, как закипает твоя голова и прокручиваются шестеренки. Кажется я догадываюсь о причине и спешу сказать: нет, я не сбежал. Просто в Париже небольшие проблемы возникли, поэтому пришлось срочно возвращаться сюда. Девушка может и не признавалась, но это ответ немного успокоил ее тревогу. А он даже не должен что-то объяснять ей. — И почему ты не отдыхаешь в столь позднее время? — Ты переживаешь за меня? Это радует, кудряш, – улыбнулся Драко, а Гермиона услышала чистый смешок. И это заставило уголки ее губ дрогнуть. — Все очень просто. Мне захотелось услышать твой голос. Банально, слащаво. Но факт. И на сонную голову мне проще приступить к следующему шагу. Гермиона прикусила нижнюю губу, ожидая этого таинственного предложения от Драко. Кажется, что она пока только думала о возможных решениях появившихся проблем. А у Малфоя все было готово наперед и просчитаны риски. И это настораживает. — Проще всего бросить им пищу для размышлений и показаться. Они думают, что одно письмо заставит тебя прекратить копать под них. Но никто не в курсе твоей группы поддержки. Нужно выйти в свет, чтобы показать свою силу и уверенность. Гермиона невольно выпрямилась и начала ковырять зажившие на пальцах ранки от покусываний. — Пора напомнить им, кто ты. И чего ты стоишь, Гермиона. А я поддержу тебя и буду рядом в любом случае. Пэнси пришла за Гермионой и присела на стул, вглядываясь в потерянную подругу. Что мог предложить ей Драко поздней ночью? Паркинсон видела, как Грейнджер потихоньку закипала и глаза ее бегали от предмета к предмету в поисках концентрации. — Ты же в курсе о ежегодной встрече выпускников в Хогвартсе. Собирается наш выпуск и тот, что выпустился годом позже. И по стандарту приглашены люди из Министерства, семьи, которые входят в попечительский совет Хогвартса. В этом году будет еще и благотворительный вечер. Но я думаю ты итак в курсе, сова не могла обделить тебя пригласительным. Ставлю, что оно еще и подписано лично Макгонагалл. Девушка чувствовала, как сердце стало биться в разы быстрее. Конечно она понимала о чем рассказывает Малфой. Ее письмо с приглашением аккуратно лежало в шкафу с теми, что отправлялись и годами ранее. В прошлом году даже Пэнси думала закончить затворничество и посетить вечер. Но так и не решилась, как и Гермиона. Она думала и в этом году отставить встречу без внимания. Но у Малфоя, видимо, свои планы. — Ты же составишь мне компанию, кудряш? А надо? Девушка сильно надавила на ранку, срывая корочку. И шикнула от неприятного и болезненного ощущения, распространившегося по телу. Пэнси подошла к подруге и ударила слегка по руке, а затем удалилась за аптечкой. Гермиона закрыла глаза и пыталась принять быстрое решение, пока на том конце Драко ждал спокойно ответа. Почему-то он не был до конца уверен в том, что девушка согласится. Да, Грейнджер была скрытна, немного напугана. Но это не мешало ей оставаться при своем характере и показывать в нужные моменты его, давая отпор. — Я подумаю, – тихо сказала Гермиона и сжала край столешницы. — Еще же есть время, никто не торопит меня и тебя. — Уже прогресс, я рад это слышать, – ухмыльнулся Драко. — Сразу предупреждаю, что завтра к тебе может нагрянуть моя мама и Кэс, если я не вернусь. Малышка получила сегодня несколько звездочек и выпросила новых книг из твоего магазина. Признай, вы в доле с маленькой мисс Малфой? Ведьму рассмешила резкая смена настроения и темы от Драко. И по телу разлилось тепло, когда он начал говорить о дочери этим мягким, завлекающим голосом. Все же она могла признать: мужчина, обожающий своего ребенка — великолепен и привлекателен. Это та взрослая сексуальность, которую невозможно приобрести просто так. А Драко был прекрасным отцом, это ощущалось каждый раз, когда Гермиона видела их вместе или слышала от мужчины рассказы о своем ребенке. — Нет, ты не подумай, Драко. Хотя, даже будь это так, – Грейнджер куснула губу и провела по ней кончиком языка. — Мы не стали бы рассказывать тебе. — Приятно слышать, что у дорогих мне девочек могут быть секреты от меня, – сладко прошептал Драко. — На этой ноте, я предлагаю идти нам отдыхать. Спокойной ночи, Гермиона. — Спокойной, Драко. Он отключился первым. В этот момент на кухню вернулась Пэнси с аптечкой. Она сказала Гермионе, чтобы та присела. И от нее конечно же не ускользнул изменившейся настрой подруги. Когда она уходила, та жутко переживала. — Ну давай, горе мое. Рассказывай, а я пока обработаю тебе ранки. И как тебя только отучить от этой вредной привычки. — Пэнс, я конечно еще не согласилась, – начала издалека Грейнджер. — Но, отчасти согласна с Драко. Не хотела бы ты подготовить нам вечерние платья и нагрянуть в Хогвартс в ближайшее время? – ухмыльнулась Гермиона и шикнула, когда мокрая ватка коснулась открытой раны. Паркинсон прищурилась и ее губы изогнулись в хитрой улыбке. — Салазар, я обожаю Драко, – посмеялась подруга и немного подула на палец Грейнджер. — Они будут кусать локти, дорогая.