Твое присутствие

«Мне стало проще не привязываться к людям, чтобы не было больно отпускать их. Потому что они приходят и уходят, оставляя после себя дыру. А заделывать ее приходится мне. С каждым разом это дается тяжелее… Фрагмент из личного дневника Гермионы»

Гермиона только спустя минуту одернула себя, потому что открыто пялилась на Драко Малфоя. Повзрослевшего, возмужавшего Малфоя, образ которого дополнял детский рюзак с бабочками, свисающий с одного плеча. Она проследила, как он кивнул старой знакомой с легкой улыбкой на лице. А потом подошел к столику. Книги и рюкзачок Драко положил на столик, а сам присел на место рядом с дочерью. Мерлин, у Малфоя есть ребенок! Драко наклонился к девочке и легко, почти невесомо, коснулся губами ее лба. Убрал волосы с лица девочки. Жест настолько естественный, что выбивался из всей картины, которую Гермиона привыкла связывать с ним. Никакой резкости, сдержанности и холода. Перед ней был отец, выражающий беспокойство, заботу и любовь по отношению к своему ребенку. Кэс… так Драко обратился к ребенку? Девочка просияла и что-то начала рассказывать отцу, но это едва различалось за фоновым шумом кофейни. Драко выпрямился, отвечая ей полушепотом, а потом его взгляд снова нашел Гермиону. Она моргнула и вспомнила, что стоит около них. Не двигаясь. Хотя собиралась узнать у сотрудников по загруженности и принести себе чашку с чаем. Будет ли уместно подсесть к ним? В этом же нет ничего плохого? Вроде нет. «Ох, Гермиона, тебе нужно научиться общаться с людьми. Не всегда же тебе бежать от них. Прошли времена, когда ты навязывалась, надоедала. Если что, можно всегда сослаться на дела», – Грейнджер старалась поддержать себя, чтобы не зарыться в размышлениях и самобичеваниях. — Я сейчас, – сказала она и поспешила в сторону прилавка. Ей нужна эта пауза. Несколько минут наедине с собой. Насколько позволяла обстановка на работе, чтобы перевести дыхание, собрать мысли. Да и напомнить себе, что это просто встреча двух давних однокурсников. Сейчас он и его дочь находятся у нее в заведении. Пусть за Драко и Гермионой есть прошлое, которое до сих пор отзывалось где-то под ребрами. Она налила себе чай из маленького чайничка, который подготавливала каждый день. Крепкий, терпкий, оставляющий вязкое послевкусие. И подумала взять еще одну чашку. На 8 курсе Гермиона заметила, что Драко пил только черный кофе. Без сахара и прочих добавок. Почему-то ведьма уверена в выборе и на подсознательном уровне знала, что Малфой до сих пор любит такой вариант. Трэвис стоял за кассой и кивнул Гермионе, подтверждая, что у них с Линдси все под контролем. Надо позже проверить книжный и обновить входную выкладку. Когда Гермиона снова оказалась около их столика, Драко все также сидел рядом с Кэс, слегка наклонившись к ней. Его внимание было сосредоточено на ребенке и ее важном монологе. — Ваш… твой кофе, – она поставила чашку перед ним. Драко перевел взгляд на ведьму и улыбнулся в ответ. — Я… эмм… присяду? Не против? – Малфой не стал спорить или выгонять. В глазах промелькнуло что-то похожее на искру после вопроса ведьмы. — Какой сервис. Гостеприимство на высшем уровне, Грейнджер, – усмехнулся он и проследил, как Гермиона присаживается за последнее свободное место за столиком. — Только. Тебя за такие посиделки не выгонят? А то подумают, что прохлаждаешься в разгар рабочего дня. Уголки ее губ дрогнули. Может Драко и вырос, но привычка поддевать и подкалывать никуда не ушла. Сейчас его слова возвращали ведьму в Хогвартс. Примерно в середину 8 курса, когда Малфой более-менее перестал сторониться однокурсников. И даже заговорил с Гермионой после месяцев, проведенных за одной партой на Зельях. — Хозяев не выгоняют, – ответила она. — Тогда мне повезло. Кэс внимательно следила за ними, переводя взгляд с одного на другую. И в промежутках отвлекалась, чтобы сделать маленький глоток своего напитка. От нее не могло ускользнуть, что папу веселила незнакомая ей мисс. Он редко позволял себе такие разговоры с чужими. Значит мисс… не чужая, да? — Мы… – начала она и тут же запнулась. Да, отец и бабушка учили ее не встревать без надобности в разговоры взрослых. Но ей очень хотелось стать частью их диалогов. — Папа сказал, что мы теперь будем здесь часто. Здорово, да? — Часто? – переспросила Гермиона, наклоняясь чуть ближе. Из-за шума вокруг голос ребенка сливался и был едва слышен. Грейнджер подумала, что в словах затерялось «не». Зачем Малфою проводить здесь время? Драко посмотрел на дочь с мягкой укоризненностью. Кажется кого-то спалили или донесли неполную информацию. — Кэс. Не все стоит рассказывать тем, кого едва знаешь. — Что? – она упрямо вздернула подбородок. — Гренжер же не чужая? Ты ее знаешь. Гермиона улыбнулась и тихо хихикнула от такой прямоты ребенка. Почувствовала, как что-то внутри нее расслабляется и теплеет. — Салазар… пей свой напиток, дорогая. Нам скоро возвращаться домой. — Как давно вы вернулись? – спросила Гермиона, обращаясь уже к Драко, пока девочка увлеченно размешивала горячий шоколад. Грейнджер решила не зацикливаться на сказанных ранее Кэс словах, переводя тему. — Пару недель или… неделя? Время быстро летит. Решили, что пора оставить Францию и вернуться домой, – он ограничился кивком и сделал глоток кофе. — О, неплохой. Хорошее зерно. Заниматься ребенком… – он сделал паузу, подбирая слова. — стало тяжеловато. Гермиона кивнула и не стала заваливать Драко уточняющими вопросами. Она уловила эту намеренную недосказанность Драко. Если ему не хотелось вдаваться в подробности… Значит так надо. Да и между ними не столь близкие отношения, чтобы болтать спокойно о жизни. — И еще, – добавил он, чуть тише. — С отца недавно сняли последние… ограничения. Ну ты итак должна быть слышать про это. — Оу, нет. Я… стараюсь не интересоваться происходящим в том мире. — Правда? Почему? — Мы жили в квартире, – перебила его Кэс и замахала руками, подбирая слово. — Там было… — Просторно? – подсказала Гермиона. Ей хотелось тактично пропустить вопросы Драко и не поднимать разговор о ее жизни в магловском Лондоне. — Да! – девочка радостно закивала. — Но у ба мне нравится больше. Она мне покупает красивые платья. А еще, у меня есть друзья. — Будто ты там была обделена этим, – буркнул Драко. Это было сказано серьезно, но в то же время в себя, что Гермиона не удержалась от смеха. Они просидели еще немного, чтобы Кэс допила горячий шоколад. На этом диалог между Драко и Гермионой сошел на «нет». И поддерживали они общение только в рамках вопросов и разговоров от маленькой девочки. Когда Малфои поднялись, Кэс резко отдала Драко новые книжки. Что удивило Драко, ведь она так их хотела. И неожиданно обняла Гермиону за ногу. — Пока, Гренжер, – сказала она, не выговаривая нормально фамилию ведьмы. — Я приду еще. Драко очень рассмешила и умилила сцена, поэтому он не решился прервать резкий порыв нежности Кассиопеи по отношению к Гермионе. Которую она узнала только сегодня, но уже почему-то выделила для нее места. Что было только единожды с Пэнси. Но она как бы и крестная, поэтому тут все логично. А Гермиона не часть семьи. Не хорошая или близкая подруга. Она… просто Гермиона. И Драко было отчасти боязно за дочь, которая, в силу детской наивности, так относилась к чужому человеку. А если Грейнджер ее оттолкнет и это расстроит малышку? Ну нет, такое не похоже на Гермиону. — Буду рада тебя видеть, крошка, – сказала Гермиона и присела на корточки, чтобы поравняться с ребенком. — Можешь звать меня Миона. Так проще. — Но папа зовет тебя Гре…й…н…джер. Это было тяжело. — Кэс, у твоего папы… свои причины на это. Если тебе сложно выговаривать, то можно сократить мое имя. А папе мы оставим право звать меня по фамилии. — Я подумаю. Она молча согласилась. Спорить с дочерью Драко бесполезно. Если дети что-то хотят делать, говорить… то их сложно переубедить. Так это еще и Малфой. Гены дают о себе знать, Кэс уже сейчас походила мимикой и характером на Драко, которого Гермиона встретила на первом курсе. И это она заметила за короткое время, проведенное с ней. — Грейнджер… Гермиона. Был рад встречи. — Взаимно. Гермиона закрывала смену медленно, расставляя поступившие вечером чашки и блюдца. Она давно хотела обновить посуду, поэтому с замиранием сердца рассматривала незамысловатые узоры. Входная группа наконец-то была обновлена и сможет радовать гостей новыми книгами. Протирая столы перед уходом еще раз, Гермиона позволила себе вспомнить про дневную встречу с Драко. Что зацепилось ей, так это замалчивание и упоминание в разговоре только их двоих. Он не рассказал о матери Кэс. Ни словом не обмолвился. А Гермиона считала, что с ее стороны будет невежливо спрашивать об этом. Так же, как он не стал расспрашивать ее, когда та постаралась увести тему от последнего визита Грейнджер в волшебный мир. Некоторые темы требовали времени. Хотя, что за бред? Очень маловероятно увидеть снова здесь Драко. Скорее всего про частые встречи что-то напутала Кэс. Малфою нет дела до нее и магловского мира. Пэнси появилась, как всегда, неожиданно. Она открыла дверь книжного своим ключом и также закрыла. Гермиона получила тусклый Патронус, когда сотрудники попрощались и оставили ведьму одну. Паркинсон предупредила, что проведет некоторое время с Нарциссой в Поместье после рабочей встречи. — Ты не поверишь, кого я сегодня видела, – начала она кричать с порога. — Если ты так перевозбуждена… могу поставить на Малфоя, – спокойно ответила Гермиона, поднимая взгляд. Пэнси замерла. У подруги в руках был крафтовый пакет с едой из закусочной напротив. В животе Гермионы заурчало. Она готова отдать все за лапшу с курицей, которую готовила милая семья по соседству. — Сразу скажу… что? Стесняюсь спросить, мисс затворница, откуда такие познания? — Я пересеклась с ним и его дочерью здесь. Они заходили за сказками. Пэнси поставила пакет и присела. Видимо Паркинсон чего-то не могла сопоставить, потому что на выражение лица говорило за себя: растерянность, смятение, скрипящие в голове шестеренки. — Ты познакомилась с Кассиопеей? Гермиона улыбнулась и почувствовала странное, теплое спокойствие. И ей было приятно узнать полное имя малышки, потому что ну не могла семья Малфоев так просто назвать ребенка. Да и многим известно, что у них было принято давать имена в честь созвездий. Кассиопея. — Да. Очень милая девочка. Уже похожая на Драко. Пэнси оставила слова без комментариев. Паркинсон смутил факт, что в Поместье, когда Драко и Кэс присоединились к ужину, он не обмолвился этой информацией. Да, он рассказал о том, что передавал документы по работе одному маглу. На этом рассказ про уже родные места для Пэнси подошел к концу. А никто и не подумал расспросить его подробнее. Ведь это Драко, который выдает информацию порциями и очень избирательно. Нарцисса была одной из немногих, с кем Пэнси продолжала поддерживать тесные взаимоотношения. Она даже считала женщину ближе родной матери. Поэтому не могла отказаться от небольшого вечера в Мэноре. Возможно это не так важно, но что-то во встречи Драко и Гермионы не давало покоя Паркинсон. Тем более, что за неделю до возвращения он ненароком затронул Грейнджер в разговоре. — И чего мне ожидать в нынешнем Министерстве? Золотое трио, которое тесно связано с семейкой Уизела? Будущего Министра Грейнджер с ее желанием менять жизнь каждого? Хочу скажу все продумать, чтобы не было проблем с делами в Лондоне. — Ну, Поттер и правда породнился с Уизли. Теперь в Пророке часто мелькает, беременная вторым, Джинни Поттер. Уизел… не слышала о нем многого. А Герм… Грейнджер, она и вовсе пропала с радаров уже как несколько лет. — Интересно, – задумчиво проговорил Драко, потушив сигарету. — Что ж, я ожидал больших слухов и интриг от главной по ним. — Ты же знаешь, я получаю информацию ограниченно, проживая давно в магловской части. В основном моими источниками является Пророк, Тео и твои родители. — Ладно, – Малфой решил увести разговор в другую сторону. — Кэсси сказала, что крестная пообещала ей пони… это же мы про игрушечного говорим? Пэнси тряхнула головой, чтобы выкинуть навязчивые мысли. Хотя в голове уже побежали теории. Драко был скрытным: свои мысли и чувства друг привык держать под сотней замков. — Кэс — милашка. Вся в крестную. Сегодня за ужином она убежала в комнату и принесла мне для оценки новые юбки. Герм, они такие крохотные. Я не сентиментальная, ты знаешь. Но ее ручки, которые протягивали одежду… словно кукольную. Я даже подумала разработать детскую коллекцию. Как думаешь? Пока мне дали возможность подумать о будущих проектах. — Если у тебя есть желание, то почему бы не попробовать? Иногда стоит открывать для себя что-то новое. Если к тому же удастся найти поддержку спонсора… Я уверен, что все сложится прекрасно. — Отлично. Завтра я обсужу это с Трейси, – Пэнси встала и накрыла руку Гермионы своей. — Перестань протирать столы, а то они скоро протрутся насквозь. Пойдем кушать, иначе остынет. Кстати, звонил Тео. Он хотел пригласить нас к себе. Опять. Все теплятся в нем надежды увидеть тебя в его привычной обстановке. Не суть. Ты ведь даже это избегаешь. Поэтому я предложила пойти в бар, который недавно открылся в паре кварталов отсюда. Никаких возражений не принимается, зануда. — Мерлин, Пэнс… Ну, я обдумаю это. Возможно, за ужином мое настроение улучшится. Пойдем, расскажешь, что нового у тебя на работе. Поздним вечером, уже ближе к двенадцати, в Поместье Малфоев всегда тихо. Слышались только потрескивания дров в камине, который не так давно появился в кабинете Драко. И скрип половиц, когда он ходит по комнате из стороны в сторону. Сейчас Малфой сидел в массивном кожаном кресле, вчитываясь в присланное для него письмо. Снял пиджак и ослабил галстук. На кофейном столике стоял граненый стакан с недопитым виски. В дверь постучали, но реакции Драко не последовало. Он даже не поднял головы, потому что три удара с небольшими задержками делала только мать. — Дорогой, есть минутка? – дверь приоткрылась. Нарцисса переступила через пород, оставаясь в проходе. — Конечно. Я думаю на сегодня закончить. Кэс? — Миппи укладывает Кассиопею, – сказала Нарцисса мягко. — Она уснула в малой гостиной. Сегодня слишком разговорчива и долго боролась с самой собой, чтобы растянуть время для игр. Драко наконец посмотрел на мать, приподнимая бровь. Он оставил дочь с родителями, чтобы закрыть нерешенные рабочие дела. И тогда Кэсси не показалась ему взбудораженной. А акцент мамы на слове «разговорчива» не заметил бы только глухой. — Разговорчива? Нарцисса позволила себе едва заметную улыбку. Она питала слабость к внучке, поэтому любые воспоминания вызывали у нее бурю эмоций. Такое было позволительно только в кругу семьи. Остальным суждено знать о стальной Нарциссе Малфой. — О да, сынок. В последний раз такое я встречала, когда ты был на первом курсе Хогвартса. И вернулся на Рождественские каникулы. Все не прекращал жаловаться на неотесанную, лохматую ведьму. Люциус поинтересовался у Кассиопеи, как она провела день. И конечно же она рассказала любимому дедушке про прогулку в месте, где папочка все делает без магии. А еще про красивую кудрявую девушку, которая напоила ее горячим шоколадом. — Блять… — Имей совесть выбирать выражения при разговоре с матерью, – строго перебила его Нарцисса. Этот взгляд и тон, будто он нашкодивший ребенок. — Драко, Кассиопея попросила сделать ей кудряшки. Потому что ей так больше понравилось. Скажи, ты отправился к Гермионе Грейнджер? Он замер всего на долю секунды. Достаточно, чтобы Нарцисса это заметила. А потом Драко отвел взгляд, рассматривая мерцающие статуэтки на стеллаже. Он вспомнил, как столкнулся с ней сегодня. И перед глазами пробежала картинка, как Грейнджер чуть опираясь бедром, беседовала с баристой. На ней был легкий свитер с мелкими катышками. Рукава закатаны небрежно, открывая вид на тонкие запястья. Никаких украшений, кроме часов. И чертова юбка, подчеркивающая округлые бедра и талию. Гермиона повзрослела, это отражалось в ее спокойствие, реакции. Хотя сначала она явно не была готова к таким встречам. — Знаешь, дети чувствуют лучше взрослых. Потому что пока лишены внешних воздействий и мнений, – сказала Нарцисса. — Особенно если кто-то дает им чувство безопасности. Но, тебе не кажется, что ты поспешил? Знаю, вы обсудили все с отцом. Не спугнет ли ее резкое вмешательство? Вопрос был задан тихо и без намека на осуждение. Однако в нем чувствовалось то холодное внимание, которое Нарцисса Малфой уделяла лишь значимым вещам. Драко выдохнул и откинулся на спинку кресла. — Нет, – ответил он после паузы. — Все идет так, как должно. Не хочу начинать общение с недосказанностей. Это выйдет мне боком с такой ведьмой, как Гермиона. Мне нужна ее поддержка и доверие. Что по вмешательству. Я пришел с дочерью за книгами и напитками. В этом если странность или подозрительность? Нарцисса всматривалась в его лицо еще несколько секунд, словно искала что-то. — Надеюсь, ты прав, – сказала она наконец. — И знаешь, что делаешь. Она вышла так же тихо, как и вошла. Не сказав напоследок «спокойной ночи». Будто не до конца понимала планов сына. Но он давно не играет в глупые игры, а значит просчитал все и идет к цели. После появления в его жизни Кассиопеи, Драко не поступает опрометчиво. Дочь была для него всем. И подставлять ее под потенциальные угрозы не стал бы. Так Драко и остался еще какое-то время в полумраке кабинета, глядя в окно. А в голове все прокручивалась встреча. Случайная ли? Или за этим скрывалось что-то еще… Одно Драко знал точно. Он желал этой встречи, когда услышал от проверенных источников об обнаружении Грейнджер.