Kimi no hikari

      В комнате в традиционном японском стиле задвинуты седзи, но солнечный свет все равно проникает внутрь сквозь полупрозрачную тонкую бумагу. Куколка, ужасно бледная, лежит на футоне и слабо дышит. От желания прикоснуться к ней сводит кончики пальцев, но Сэйя просто сидит рядом и смотрит на нее, не смея дотронуться. Не при всех этих девочках... пристальные взгляды которых тоже направлены на Куколку.       — Почему она не приходит в себя? — шепчет Минако. — Рей, у тебя есть нашатырь?       Ами качает головой:       — Похоже на переутомление… Давайте еще немного подождем.       — После битвы с Галаксией она почти не спала.       — Чернушка?       Имя вырывается прежде, чем Сэйя успевает остановить себя. Знать, что кошка может разговаривать – это одно, а вот привыкнуть к этому – совсем другое.       — Я предпочитаю, чтобы меня называли Луной, — с достоинством возражает кошка и садится на пол около Куколки.       — Ты знала про Мамору-сана? — спрашивает Ами напрямую, и Луна отводит взгляд.       — Усаги просила вам не рассказывать…       Внимательный взгляд синих глаз пронзает насквозь.       — Ты ведь тоже знал? Поэтому и остался?       — Теперь вы тоже все знаете, —отвечает Сэйя. — Если Куколка вам ничего не рассказывала, значит, ей так было нужно. Нет смысла сейчас выяснять, почему кто-то знал, а кто-то – нет. Ей и так сейчас тяжело…       Ами опускает взгляд, видимо, почувствовав укол стыда.       — Как ты здесь вообще оказался? — спрашивает Рей. Сэйя пожимает плечами.       — Позвонил Куколке, ее брат сказал, что она сюда пошла. Вы же не уроками собирались заниматься?       — Мне кажется, у нас может появиться новый враг… — тихо, но решительно говорит Ами. — Я видела сегодня утром, как в бассейне скопилось очень много темной энергии. Определить источник я не успела, но смогла хотя бы закрыть бассейн для посетителей, – и девушка кратко рассказала о событиях утра.       — Я ничего не чувствовала… — задумчиво говорит Рей, прикусив ноготь на большом пальце. — Если бы это было что-то серьезное – я бы обязательно услышала!       — В любом случае, надо понять, с чем мы имеем дело… — решительно начинает Мако.       — Боюсь, информации у меня особо нет, — качает головой Ами. — Пока мы можем только наблюдать…       И тут, слабо застонав, Куколка приоткрывает глаза. Несколько секунд она просто напряженно моргает, видимо, пытаясь понять, где находится, потом вдруг встречается глазами с Сэйей – и уже не отводит взгляд.       — Сэйя, — шепчет она слабо.       — Привет, Пончик, — улыбается он ей и легонько касается кончиками пальцев ее руки. — Как ты? Получше?       — Спать хочется, — тихо отвечает Куколка, и Сэйя видит, как девочки переглядываются с легкой улыбкой.       — Ну ты и напугала нас, Усаги! — ворчит Рей.       — Извините, — шепчет она в ответ и устало прикрывает глаза. От жалости щемит в груди, и Сэйя принимает решение.       — Хочешь, я отвезу тебя домой?       Куколка вздрагивает и открывает глаза.       — Ты сможешь идти?       — Может, лучше здесь отдохнешь? — возражает Ами, но Куколка упрямо качает головой.       — Мне уже лучше. Хочу домой.       — Я вызову такси, — Сэйя встает. — Где у вас телефон?       — В коридоре, — Рей неопределенно кивает головой на дверь позади себя.       — Спасибо.       Уже набирая номер, он прислушивается к гулу голосов из комнаты. Голос Куколки тихий, но решительный. Надо вытаскивать ее отсюда…       — Такси скоро приедет, пойдем, как раз спустимся.       — Я провожу вас, — вызывается Мако. Сэйя помнит, что она очень сильная, но Усаги не позволяет.       — Нет. Мы с Сэйей пойдем вдвоем. Спасибо.       Они обуваются, Куколка медлит, застегивая босоножки, потом выпрямляется – и чуть пошатывается. Сэйя незаметно для девочек прижимается к ней плечом, давая опору, и девушка берет его под руку. Он знает, что она делает это просто, чтобы не упасть, но от ее прикосновения все равно перехватывает дыхание.       — Отдыхай! — невпопад прощаются все, и Сэйя с Куколкой медленно идут к выходу из храма. Чернушка остается позади, хотя парень был уверен, что она пойдет с ними. Лестница огромная, и он с тревогой думает, как они будут спускаться.       — Все нормально, мне уже лучше… — шепчет Куколка. — Только не торопись.       Спуск занимает целую вечность. Скрывшись с глаз девочек, Куколка цепляется за него двумя руками, и Сэйя все время готовится, что придется ее ловить – но в итоге они добираются до нижних ступенек вполне благополучно. Сэйя усаживает девушку на заднее сидение и собирается сесть спереди, но она хватает его за руку.       — Сядь со мной.       Обойдя машину, Сэйя садится назад к Куколке. Она все пытается пристегнуться, но замок никак не срабатывает, и парень забирает ремень из непослушных пальцев и защелкивает его сам.       — Куда едем?       — Какой у тебя точный адрес? —спрашивает он, но Куколка качает головой.       — Я не хочу домой.       Сэйя теряется.       — Но тебе действительно нужно отдохнуть.       — Я не хочу домой, — раздельно, очень тихо и устало повторяет девушка.       — Хочешь погулять? — предлагает он наобум и тут же прикусывает язык, потому что сморозил несусветную глупость.       — Нет. Хочу к тебе.       Она говорит так тихо, шепотом выдыхая слова, что ему приходится переспросить, не послышалось ли ему, но девушка только упрямо кивает головой. — Как скажешь, — только и соглашается он — и называет таксисту адрес, чувствуя, как бешено прямо у самого горла колотится сердце.

* * *

      — Ого, ты и правда живешь здесь?       Огромная квартира встречает их гулким эхом. Пока Куколка оглядывается по сторонам, Сэйя скидывает кроссовки и достает тапочки для девушки.       — Мы все тут жили, — зачем-то говорит он. Куколка поворачивается к нему, внимательные синие глаза, кажется, видят его насквозь.       — Тебе очень плохо без них?       Сэйя невесело усмехается.       — Без тебя было бы хуже.       Куколка принимает его ответ, внимательно смотрит и не отводит взгляд.       — Покажи мне тут все? — просит она.       — Пойдем.       Сейчас, в присутствии Куколки, квартира кажется ещё более безликой, чем обычно. Он показывает ей гостиную, где они проводили все совещания, три спальни, студию – небольшую, но полностью звукоизолированную комнату, где они репетировали и сочиняли музыку, и большую кухню.       — Хочешь чего-нибудь? — предлагает Сэйя, но Куколка качает головой.       — Я не голодна.       В квартире прохладно, работает мощный кондиционер, и он видит, как девушка ежится.       — Тебе надо отдохнуть... — напоминает он мягко.       — Да, — Куколка тут же кивает, и Сэйя замечает, что к ней вернулась прежняя отчужденность.       — Какая комната тебе больше понравилась?       — Твоя.       Она даже на секунду не мешкает с ответом.       — Хорошо. Вот тут ванная, чистые полотенца на полке. Приходи, как будешь готова.       Девушка кивает и закрывает за собой дверь. Сэйя слышит, как защелкивается замок, и этот звук его пугает. А если с ней что-нибудь случится? Если ей опять станет плохо?       Но он отгоняет эти мысли и идет в комнату. Мелькает идея сменить белье, но он понимает, что вряд ли успеет. Кровать большая, двуспальная, и Сэйя стелет чистое одеяло и укладывет подушки на другую сторону кровати.       — Ты полежишь со мной?       Сэйя вздрагивает от неожиданности, он совершенно не слышал шагов девушки в коридоре.       — Конечно.       На Куколке легкое летнее платье, и она неуверенно смотрит на расстеленную постель.       — Хочешь переодеться? — предлагает Сэйя, на что девушка лишь качает головой и забирается в постель. Она зябко натягивает на себя одеяло, и Сэйя аккуратно поправляет его, подтыкает сбоку, чтобы ей не было холодно.       — Побудь со мной, пожалуйста.       Сэйя, не раздеваясь, укладывается на свою сторону кровати. Куколка чуть пододвигается к нему, прижимаясь к его руке.       — Спасибо, что позволил остаться тут… — шепчет она сонно. — С тобой очень спокойно…       — Ты всегда можешь сюда прийти… — отвечает он, борясь с желанием прикоснуться к ней. — Всегда.       — Спасибо, — повторяет Куколка и затихает, а Сэйя еще долго лежит, слушая ее глубокое дыхание, и радуясь, что она смогла достаточно расслабиться, чтобы заснуть рядом с ним.

* * *

      Просыпаться совсем не хотелось. Во сне она знала, что была не одна. Во сне ей было не больно. С трудом подняв тяжелые веки, Усаги сонно оглянулась, пытаясь понять, где она. Подушка, на которой она лежала, неуловимо пахла чем-то очень родным, удивительно знакомым, отчего становилось спокойно на душе. В комнате было темно, только из окон лился внутрь желтый свет фонарей, придавая всему оттенок какой-то нереальности. Дверь, ведущая в коридор, была открыта, где-то вдалеке тоже горел свет, он манил ее, и Усаги заставила себя выбраться из постели.       Если еще не очень поздно, нужно ехать домой. Наверное, Сэйя бы ее разбудил, если бы она проспала слишком долго. Парень сидел в гостиной за ноутбуком в наушниках и напряженно хмурился, щелчки мышки неожиданно громко раздавались в тишине темной квартиры. Усаги замерла в дверях, глядя на него, прижавшись к косяку.       Она часто наблюдала, как работает Мамору: то же сосредоточенное выражение на лице, глаза внимательно скользят по экрану, выискивая нужную информацию. Сэйя выглядел неуловимо похоже, но все же как-то по-другому. Глядя на него, девушка не чувствовала того легкого страха и чувства благоговения, которые она испытывала в такие моменты к Мамору: тот мог легко на нее рассердиться, если она отвлекала его от работы или учебы, и она никогда точно не знала, какой будет его реакция. Однако сейчас она откуда-то точно знала, что Сэйя – ее – не оттолкнет. Ни сейчас – ни когда бы то ни было потом.       Парень вдруг поднял взгляд от экрана, ярко-синие в свете монитора глаза удивленно распахнулись, одной рукой он быстро стянул наушники.       — Куколка? Ты давно проснулась?       — Нет, — покачала головой Усаги, чувствуя, как губы помимо воли трогает легкая улыбка. — Прости, я не хотела тебя отвлекать.       — Я почти закончил, — покачал головой парень, длинные пряди челки скользнули по высокому лбу, и Усаги подавила какое-то нелепое желание прикоснуться к ним.       Господи, ты только неделю назад узнала, что Мамору погиб!       Мысль обожгла, словно хлыстом, улыбка врезалась болезненной гримасой в лицо. От неподдельного беспокойства, мелькнувшего в глазах Сэйи, на глаза навернулись слезы.       — Куколка! Ну ты чего… — как-то невпопад прошептал он, мгновенно оказавшись рядом, решительно обняв ее и прижав к себе. От окружившего ее тепла что-то сломалось внутри, и она все-таки расплакалась уже по-настоящему.       — Прости, пожалуйста, прости меня, — зашептала Усаги сквозь слезы и со всей силы сжала пальцами плотную ткань его футболки, чувствуя, как ее пробирает дрожь, зародившаяся где-то у основания позвоночника.       — Тебе не за что извиняться… — тихий голос Сэйи спокойный, ласковый, она чувствовала, как он осторожно гладил ее по спине, между лопаток, и в этом жесте она чувствовала только его желание утешить и поддержать.       — Ты знаешь, он же не просто был моим парнем… — вдруг выговорила она, ощущая непреодолимое желание выговориться прямо сейчас. Она почувствовала, как Сэйя напрягся от ее слов, но рука на ее спине даже не сбилась с ритма.       — Да? — тихо произнес он, и Усаги кивнула, чувствуя, как энергия собиралась в ее теле, переполняла ее, вырывалась наружу и окутывала теплым мягким светом.       — В прошлой жизни я была наследной принцессой лунного королевства – Серебряного Тысячелетия.       Длинное белое платье появилось на Усаги, длинный шлейф упал на пол, горячая ладонь Сэйи неожиданно легла ей прямо на голую спину – отчего они оба вздрогнули – и больше уже не двигалась.       — Меня звали Серенити. Я была влюблена в земного принца Эндимиона. Во время вторжения землян в Лунное королевство, Эндимион погиб. Я не смогла этого пережить – и покончила с собой.       — Эндимион – это твой парень? — тихо спросил Сэйя, мгновенно все поняв.       — Да, — просто ответила Усаги. — Мы много веков ждали этой возможности снова попробовать быть вместе – и опять не сумели…       Слезы тихо струились по ее щекам, и голос почти не дрожал.       — Мы должны были пожениться, и у нас должна была родиться девочка. Малышка… — тут голос ее все-таки подвел, и девушка досадливо мотнула головой, пытаясь собраться. — Малышка была здесь, в Токио, два года назад. Мы защищали ее от врагов… А теперь я больше никогда ее не увижу! И это так больно!       Усаги всхлипнула и торопливо вытерла слезы со щек.       — В моей жизни все должно было быть просто и понятно. Я просто ждала, когда Мамору вернется из Америки, мы бы поженились. А теперь – ничего это не будет. Вообще ничего не будет, и с этим надо как-то жить! Потому что опять появился какой-то враг, и я не могу позволить себе остаться в стороне, когда девочки готовы сражаться. А у меня больше нет сил…       Она даже не могла поднять взгляд на Сэйю, просто смотрела на свои пальцы, сжимающие его футболку, наверное, поэтому, когда парень вдруг настойчиво взял ее за руку и опустился перед ней на одно колено, она замерла от неожиданности, даже забыв толком, как дышать.       — Принцесса, — серьезно начал Сэйя. Яркие голубые глаза, казалось, глядели ей прямо в сердце, теплые руки нежно, но крепко сжимали ее руку. — Я клянусь, что буду всегда рядом с тобой. Что буду защищать тебя и помогать тебе в твоей борьбе с врагами, угрожающими вашей планете.       Было так странно видеть его на коленях, в его этой ярко-красной футболке, так сильно контрастировавшей с ее белым платьем.       — Спасибо, — прошептала она. — Мы с радостью примем твою помощь.       Твердые упругие губы легко коснулись тыльной стороны ее ладони, горячее дыхание почти обожгло прохладную кожу. Усаги вздрогнула, и энергия спала с ее тела, осыпавшись на пол миллионами ярких пылинок.