Подарок судьбы

      Глухой лес, неумолимо приближающиеся берущие испуганную пару в кольцо жуткие твари в потрёпанных одеждах.       Маг изо всех сил пытался создать спасительного Патронуса, другой рукой прижимая к себе дрожащую жену. Женщина волшебницей не была, лишь чувствовала рядом кошмарное присутствие, будучи не в силах увидеть источник подступающего ужаса, так что неизвестно кому из них было страшнее. Лёгкая серебристая дымка вырвалась из волшебной палочки остановив ближайшего дементора, остальные сместились вбок, обходя неодолимое, но не слишком большое препятствие.       Вдруг кроны деревьев озарил слепящий свет. Взмах мощной лапы, удар крепкого клюва и пара тварей уже корчатся на земле. Гиппогриф поднялся на дыбы, распростёр огромные крылья, ближайшие дементоры захрипели отшатываясь, лелея оплавившиеся одежды, обожжённую нестерпимым сиянием плоть, упавшие же спастись бегством уже не смогли.       Маг воспрял духом, получив такую ошеломительно сильную поддержку со стороны, смог наконец вызвать и своего Патронуса. А затем опять похолодел: твари и не думали убегать, из-за деревьев вынырнули ещё несколько. Да что происходит?       Рядом со сжавшейся в комок парой возник высокий черноволосый мужчина.       – Смелые, да? – усмехнулся смутно знакомый волшебник, обращаясь к дементорам. – Жаждете сражаться? Будет вам сейчас сражение...       И вызвал ещё одного Патронуса. Дементоры замерли как громом поражённые. Третий появившийся гиппогриф заставил их очнуться от ступора и кинуться прочь, но наперерез убегающим теням выпрыгнула лань, на противоположной стороне возник оскалившийся волк, потом в кольцо ожившие кошмары стали брать другие сверкающие фигуры. Они не ранили и не уничтожали, просто отрезали возможности для побега. Развеиванием созданий тьмы в пыль успешно занимались гиппогрифы. Последний дементор резко взмыл вверх, за ним метнулась серебристая молния. Сидящий на спине зависнувшего вровень с растерянно замершей тварью Патронуса Сириус прищурился:       – Убегать надо было раньше, приятель. А ещё лучше изначально не нападать на местных магов и маглов.       И яркий свет завершил дело.       Спасённых супругов проводили до дома, после чего Сириус с Северусом и отряд министерских мракоборцев отправились в единственную на весь городок гостиницу.       – Верно нам говорили, совсем в последнее время обнаглели здесь эти дементоры. Уже и в лес на прогулку дальше опушки не зайдёшь, и по улицам шастают, – покачал головой коренастый рыжеволосый крепыш. – На маглов стали бросаться.       – Ничего, отучим от этих дурных привычек, – зловеще промолвил Блэк.       Снейп внутренне усмехнулся, скосив глаза на идущего рядом партнёра. Бедные дементоры, и за что им такое наказание? Впрочем, это риторический вопрос. Во времена Волдеморта их расплодилось великое множество. После поражения тёмного властелина те в основном отдалились от столицы и крупных городов, где с ними активно боролись мракоборцы, да и организованные министром магии курсы вызова Патронусов для широкого круга волшебников существенно увеличили количество людей, владеющих этим искусством. Да, призвание защитника дело не простое, но после тёмных времён многие волшебники отбросили типичную человеческую лень, из кожи вон лезли осваивая различные защитные практики, ранее казавшиеся не столь уж важными и нужными обычным магам. По крайней мере те, кто больше не хотел стать беспомощной жертвой очередного разгула нечисти и защитить родных людей.       Тёмные твари какое-то время сотрудничали с различными Пожирателями, но наиболее активные приспешники павшего Волдеморта уже сидели в Азкабане или лежали в могилах. Ну а нападение дементоров на собственных «союзников» в поместье Ноттов вовсе дискредитировало саму идею подобного взаимодействия.       Затем на голову оживших страхов свалились два их собственных персональных кошмара: Поттер с Блэком. Гарри, пользуясь объяснениями крёстного, сумел придать смертоносности своему Патронусу, больше пока ни у кого не получилось. Возможно всё дело в том, что подспудно остальным чародеям хотелось лишь отогнать угрозу, у этой же парочки были персональные счёты к тёмным созданиям. Сириус как-то говорил, что Патронуса он создаёт из светлого воспоминания, а возможность уничтожать дементоров ему придаёт ярость, поднимающаяся в душе при мысли о том, что счастливое событие можно обесцветить и исказить, сожрать вызываемые им добрые эмоции, трансформирующаяся в страстное желание защитить, сберечь светлые чувства. А поскольку Гарри, а особенно Сириус не понаслышке знают каково это быть пищей дементора, то более живо представляют себе исходящую от них угрозу, соответственно и реагируют острее.       Тёмные создания, помнящие момент недавнего триумфа под началом поганого недоящера, действительно обнаглели: нападали стаями, пытались обойти защиту Патронусов, выдумывали новые тактики, а ещё, судя по всему, общались между собой и после понимания что объявились два волшебника могущие их убивать, самостоятельно организовали нападения, отдельно на Поттера и на Блэка. Что ж, единственное чего они добились, так это массовых потерь среди своих, а ещё оба чародея независимо друг от друга пришли к мысли, что раз можно создавать сразу несколько защитников для рассылки сообщений, то почему не проделать то же самое в бою. И вот тут нападающим окончательно поплохело. Блэк и Поттер дали возможность уйти ровно по одной особи, так сказать в назидание. Теперь дементоры шарахались от обоих как от огня, каким-то образом вычисляя их появление ещё до вызова Патронусов.       Сегодняшняя ситуация была нетипичной, видимо до этой глухой отдалённой территории не дошла нужная информация, однако недолго осталось: разобравшись в достаточной степени с тёмными тварями в центре, теперь отряды мракоборцев последовательно проходились по всем районам Англии. В одном из них постоянно по долгу службы присутствовал сам Гарри, в других периодически объявлялся его крёстный, давший согласие откликаться на зов Министерства, направляя своего смертоносного защитника куда просят.       В этот раз с ним увязался и Снейп. Любопытный зельевар тоже пытался развить свою лань в уничтожителя дементоров, пока что безуспешно. Он внимательно следил сегодня за битвой, подмечая детали, надеясь понять как же Сириусу это удаётся. Ну и невольно отмечая, как тот хорош в битве: эти сверкающие глаза, ловкость и скорость, решительные движения, взметающийся в воздух гладкий поток чёрных как ночь волос.       Чародеи расположились в общей гостиной у пылающего камина, делясь впечатлениями, обсуждая дальнейшие планы. Вниманием Блэка завладел новенький мракоборец, у которого накопилось множество вопросов про Патронусов. В прошлое прибытие анимага в их отряд, Сириус помог тому с вызовом телесного защитника, а то у парня получалась лишь дымка, кстати, плотная и яркая, но бесформенная.       Северус наблюдал за оживлённым разговором с противоположного конца комнаты, борясь с желанием утащить любовника в их номер. Ревности в душе не было, видно же, что общение там шло сугубо деловое, а восхищение во взоре относилось к знаниям и умениям Блэка, а не к его персоне. Однако воспоминания о стремительном и опасном анимаге, не столь давно ловко расправляющимся с тёмными сущностями, будоражили воображение, разгоняли кровь.       «Помни о приличиях», – безуспешно взывал к самому себе мастер зелий. Тут Сириус изящным жестом отбросил назад волосы и широко улыбнулся, пламя в камине отразилось и заплясало в серых глазах. «К чёрту приличия», – решил Северус, стремительно пересекая гостиную.       – Есть разговор, – резко и отрывисто бросил он, с вызовом глядя на партнёра.       Сириус, зараза этакая, посмотрел на него с такой надменностью, что тут же захотелось поставить его на место самым приятным способом из всех возможных.       – Я к твоим услугам, – высокомерно ответствовал анимаг.       Снейп закатил глаза и схватив его за руку потащил к лестнице.       Ошарашенный мракоборец не заметил лукавого блеска в глазах утаскиваемого собеседника и улыбку, расцветшую на губах похитителя. Растеряно огляделся, отмечая нулевую реакцию окружающих и неуверенно промолвил:       – Э-э-э, что случилось?.. Может вмешаться, как-то помочь?       – Кому? Снейпу? – фыркнула Дора. – Думаю, он справится и без тебя.       – Нет, мистеру Блэку! Мистер Снейп с такой угрозой смотрел на него, – парнишка неуверенно шагнул к лестнице и остановился, услышав несколько сдавленных смешков.       Рыжеволосый крепыш хлопнул его по плечу:       – Не волнуйся, никакой угрозы для Блэка Снейп не представляет. Лучше иди, выпей с нами.       – А вот для тебя представляет, – добавила ещё одна коллега, многозначительно глядя юноше в глаза. – Если ты сейчас за ними увяжешься и помешаешь «общению».       Мракоборец покраснел, наконец сложив два и два, и присоединился к остальным.

***

      

      Северус поправил мантию, кинул взгляд на противника. Сириус был великолепен, как всегда. Своим отстранённым будто бы расфокусированным взором анимаг обводил глазами окружающее пространство, волшебная палочка в длинных пальцах выводила замысловатые фигуры, абсолютно со стороны бессмысленные, но Северус знал, что тот проверяет прочность защитного барьера и максимально усиливает его.       Всю неделю поливали дожди, однако сегодня с чистейших небес светило яркое октябрьское солнце, добавляя красок в иначе промозглый холодный день. Интересно, будь сейчас ливень их окружала бы такая же плотная шумная толпа? Всё-таки выходной, есть чем заняться, а они всё же не матч по квиддичу. Однако народу присутствовало немерено.       В принципе, идея Минервы периодически приглашать в Хогвартс героев войны, чтобы молодое поколение не забывало важность свержения Тёмного лорда для всего волшебного мира, неплохая. В прошлом учебном году здесь побывали многие члены Ордена Феникса, в этом дошёл черёд и до них. Обычно гости проводили пару обязательных для посещения встреч отдельно для всех факультетов, отвечали на возникшие вопросы, доносили свою точку зрения. Насколько эффективно? Гриффиндор и Пуффендуй, наиболее пострадавшие в битве за Хогвартс, горячо приветствовали такую практику, умники когтевранцы держали мнение при себе, слизеринцы же заняли глухую оборону. На встречах с ними не звучало ни одного вопроса от учеников. Не то, чтобы все они были против сложившегося расклада, однако подозрительное и временами непримиримое отношение окружающих заставляло бессознательно защищаться.       Перед завтраком в Большом зале по традиции представили новых посетителей, сказали пару слов об их важности в закончившейся войне и предоставили слово. Снейп ограничился краткой информацией, что встречи намечены на завтра, в гостиных факультетов, а расписание можно глянуть на доске объявлений. В глазах учеников промелькнуло удивление: все как-то привыкли, что «полощут им мозги» (выражение, услышанное мастером зелий почти сразу по прибытии от нескольких представителей змеиного факультета, проходящих мимо с замкнутыми надменными лицами) в Большом зале. Сириус был также немногословен, заметив, что всегда был больше сторонником практики, чем пустословия, потому сразу после обеда состоится боевой учебный поединок на квиддичном поле между ним и Снейпом, посмотреть на который смогут все желающие, но это не обязательное мероприятие. А вот здесь интерес не сумели скрыть даже нарочито отстранённые молчаливые слизеринцы.       В результате на школьном стадионе яблоку было негде упасть. Несмотря на двойственное отношение к самому Снейпу змеиный факультет расположился поближе к нему. Ранее мастер зелий уже успел выдержать несколько поединков взглядов, повернуть язвительные комментарии пары своих бывших учеников против них самих, вызвав неохотное уважение, а заодно уяснить, что на самом деле не так уж и враждебно к нему относятся на Слизерине. В год правления Волдеморта не все чистокровные с восторгом приняли изменения в обучающем процессе, а побывав на каникулах свидетелями пренебрежительного утилитарного отношения тёмного властелина к близким и родным юных магов, осознали, что возвышение их семей имеет свою, весьма неприглядную цену. Неожиданный смягчающий эффект оказало и приглашение Снейпа на ужин к Малфоям, и изменившееся в положительную сторону отношение к нему и Сириусу семейства Ноттов, и угасший пыл мстителей из числа родни осуждённых Пожирателей смерти. В общем, всё было не так уж и плохо.       – Что ж, народ, – начал Сириус, – золотой круг является границей защитного барьера, ближе него заходить нельзя, впрочем, у вас и не получится. За пределами линии стоять абсолютно безопасно, в том числе вплотную. В самом начале мы будем проговаривать применяемые заклинания вслух, позже перейдём на невербальные: смотрите внимательнее и попробуйте угадать, что мы используем.       Маги встали напротив друг друга.       – Идём от простого к сложному, – продолжил Сириус и ухмыльнулся, схлестнувшись взглядами со Снейпом. – Пусть победит сильнейший.       Мастер зелий прищурился:       – Тогда готовься к поражению, Блэк.       – Это мы ещё посмотрим!       Шёл второй час битвы, молодёжь прильнула к охранному периметру со всех сторон.       Простейшие заклинания первого-третьего курсов, создавшие вначале эффект неторопливости и наигранности происходящего, быстро сменились на сложные и весьма зрелищные боевые проклятья. Чародеи потихоньку поднимали темп сражения, не забывая обмениваться и обычными словесными колкостями.       Настороженность зрителей сменилась на азарт, Слизерин весьма активно болел за Снейпа, остальные факультеты за Блэка.       Сириус парировал очередное заклинание, но взметнувшаяся от удара невидимого кнута земля заставила на мгновение прикрыть глаза, а моментально переместившийся с помощью трансгрессии и оказавшийся за спиной противника Северус метнул новое проклятье, от которого, казалось, уже невозможно увернуться. Три четверти болельщиков ахнули, одна четверть приготовилась ликовать. Не тут-то было: огромная чёрная зверюга нечеловечески стремительно отпрыгнула в сторону, уходя с линии поражения, а затем бросилась вперёд и мощные челюсти волкодава чуть не сомкнулись на вражеском запястье. Снейп отпрянул, выставив защиту, что не позволило проклятью вновь обернувшегося человеком Сириуса причинить сильный вред, лишь отшвырнуть зельевара на пару-тройку метров назад, но на ногах тот всё же удержался.       – Обалдеть! – восторженно высказался кто-то из толпы.       Поединщики замерли, тяжело дыша и меряя друг друга вызывающими взглядами.       – Близко, но недостаточно, – фыркнул Блэк, откидывая с лица длинные чёрные волосы.       – Ещё не вечер, – откликнулся Снейп.       А затем они снова ринулись в атаку.       Заходящее солнце окрасило небо багрянцем. Не замечающие всё усиливавшегося холода зрители напряжённо наблюдали за продолжающимся сражением. Взъерошенные, спотыкающиеся от усталости дуэлянты не желали сдаваться. И, честно говоря, бедные ученики уже не знали за кого им болеть: восхищение чужой стойкостью и умениями, теперь безотносительно сложившегося ранее мнения об обоих магах, заслонило собой всё.       – Великий Салазар, да они же тут сдохнут, если не остановятся, – встревоженно прошептал старшекурсник в зелёных цветах факультета Слизерин.       Находящийся рядом гриффиндорец кивнул и тоже обеспокоенно высказался:       – Эй, завязывайте, вы ж уже на ногах не держитесь...       Все цвета в рядах болельщиков давно перемешались: защитный круг был не столь уж и большим, диаметром порядка двадцати метров, но сражающиеся волшебники постоянно перемещались по нему и временами замирали в совершенно неожиданных местах, заставляя тех, кто хотел поближе глянуть на применяемую магию периодически бегать вокруг периметра, ломая прежде строгое деление на четыре сектора.       В данный момент оба чародея находились в центре, на некотором расстоянии друг от друга. Снейп упёр руки в колени и никак не мог отдышаться, упрямые чёрные глаза впились в лицо противника. Сириус, мигом ранее чудом отразивший последнюю атаку, опустился на одно колено, волшебная палочка подрагивала в усталой руке, но в глазах сверкал азарт.       – Довольно, – раздался спокойный непреклонный голос.       Между противниками возникла фигура директора. Макгонагалл непринуждённо переместилась внутрь прочного, неподдающегося, как уже могли убедиться все присутствующие, барьера.       – Ученикам пора на ужин. Думаю, они уже достаточно узнали сегодня о боевых заклинаниях, хватит, – продолжила волшебница. – И я прошу вас, как одна из ваших бывших профессоров, согласиться на ничью.       Маги внимательно посмотрели сначала на неё, потом друг на друга. Зрители затаили дыхание. Помедлив, оба синхронно кивнули и спрятали своё волшебное оружие в складках мантий. Раздался коллективный вздох облегчения, следом нарастающий гомон.       – На ужин, ребята, на ужин, – упреждающе подняла руку Макгонагалл. – Пускай мистер Блэк и мистер Снейп приведут себя в порядок и немного отдохнут, а свои вопросы сможете задать им завтра, в обозначенное время.       Зрители нехотя отвели алчные взгляды от пошатывающихся магов, давя желание засыпать их восторженными дифирамбами и вопросами, не откладывая это дело в долгий ящик, и с сожалением признавая, что наколдовавшимся выше крыши чародеям действительно не помешает перевести дух. Затем вся толпа повернула к замку, оживлённо переговариваясь и делясь впечатлениями.       В Большом зале царила беззаботная болтовня, слышался весёлый смех. Минерва удовлетворённо улыбнулась: задумка Сириуса сработала, на время примирив все факультеты. Неизвестно надолго ли, но за нынешней трапезой отсутствовала уже ставшая привычной напряжённость, усиливавшаяся, когда в школу наведывались вот такие гости как сегодня. А ведь бедная директор чуть было не отчаялась. Казавшаяся первоначально хорошей идея напротив понемногу углубляла раскол между учениками, Минерва не знала, что делать и собиралась уж совсем отказаться от неё, и вдруг долгожданный успех. Конечно, всё может измениться уже завтра, но она была оптимистом. Сириус и Северус переночуют в старых комнатах бывшего декана Слизерина, а в воскресенье будут держать ответ перед взбудораженными юными дарованиями: первый перед Слизерином и Пуффендуем, второй перед Гриффиндором и Когтевраном. Оставалось надеяться, что всё пройдёт хорошо.       Снейп закутался по макушку в одеяло и с чувством выполненного долга забылся глубоким здоровым сном. Анимаг же задержался перед камином, задумчиво глядя на огонь, затем очнувшись погасил пламя и стал готовиться ко сну. В теле поселилась приятная усталость, в душе умиротворение. Сириус зашёл в спальню и покачал головой: Северус умудрился закатать себя сразу в два одеяла, приватизировав предполагаемую постельную принадлежность партнёра. Анимаг с умилением рассматривал эту картину и размышлял как бы отвоевать себе одно покрывало, не разбудив Северуса, как вдруг услышал тихие голоса и осторожные шаги. Накинув Дезиллюминационное, Блэк бесшумно вышел в гостиную и стал ждать топчущихся за дверью смельчаков. Скрипнули петли, в комнату воровато оглядываясь по сторонам пробрались двое парнишек и одна юная дева.       – Кажется, спят. Нам точно сюда надо?       – Надо, – отрезала девчонка. – Столько о них слухов ходит, я хочу знать правду.       – Ох нам и попадёт, если поймают...       – Хватит каркать. Где тут спальня?       – Что ж ты смелая такая? Точно факультетом не ошиблась? – ядовито изрёк мальчишка постарше.       – А что, только у гриффиндорцев есть право на храбрость? – парировала подруга.       Внутренне усмехаясь, Сириус накинул на комнату полог тишины и посторонился, пропуская сориентировавшуюся троицу в нужном направлении, затем снял заклятье невидимости и негромко заметил:       – Не спится?       Слизеринцы подпрыгнули и резко развернулись. Нервный темноволосый парень выронил фотоаппарат, и взломщики испуганно замерли, втянув головы в плечи от раздавшегося звука удара волшебной техники об пол. Дар речи, видимо, у них тоже отшибло, ребята только и могли, что попеременно испугано коситься на закрытую дверь спальни и с вожделением на входную за спиной анимага.       – Такие молодые, вся жизнь впереди, стоит ли становиться смертниками ради любопытства? – продолжил, зловеще улыбаясь Сириус.       – С... смертниками? – наконец выдавил из себя один из парней.       – Верно. Мой напарник весьма негативно относится к нарушению личного пространства, реакция может случиться чрезмерно жестокая и остатки чудо-техники, валяющиеся сейчас на полу, могут оказаться в непредназначенных для них местах.       – Не посмеете, – пискнула девчонка, расправляя плечи и пряча за спиной дрожащие руки.       Сириус выгнул бровь:       – Да неужели...       Наверное, лицо у него было весьма выразительным, потому как незваные гости побледнели ещё больше, а затем, к мысленному одобрению Сириуса, парни попытались закрыть подругу собой. Та было дернулась возразить, но встретившись с пронзительным взором серых глаз затихла.       – Отмычка в вашем левом нагрудном кармане, молодой человек, – промолвил Блэк. – Покажите мне её.       – У меня ничего нет, – вскинулся слизеринец.       – Да? А я вот готов поклясться, что есть. Впрочем, если не желаете общаться со мной, могу всё же разбудить мистера Снейпа. Или вашего нынешнего декана, на выбор. А может обоих?       Бедолаги совсем понурились, парень вытянул небольшой округлой формы предмет, покрытый рунами, который повинуясь жесту Блэка взлетел в воздух и опустился в подставленную ладонь. Анимаг окинул его внимательным словно погружённым в себя взглядом и присвистнул.       – Надо же, может открывать и апартаменты преподавателей, и подземные хранилища. А это что за заклинание? – словно разговаривая сам с собой пробормотал он и начал рассеянное перечисление использованных в отмычке магических техник, краем глаза отмечая ужас на юных лицах, ведь в рунах эта информация не содержалась, диагностирующие заклинания он не произносил, даже волшебной палочки в руках не было, и ученики все извелись, гадая каким образом он видит заключённую в артефакте магию.       – Сам заговаривал? – обратился к подателю отмычки Блэк.       Тот было дёрнулся глянуть на остальных, но с усилием удержал себя, хотя анимаг и так всё понял.       – А, значит коллективная работа! – уверено заключил Блэк.       Троица уставилась на него со священным ужасом.       – Что ж, будь я здесь преподавателем, то вам был бы конец, дорогие мои юные гении, – вздохнул Сириус, – но поскольку я всего лишь гость...       Анимаг перебросил артефакт обратно. Трио недоверчиво уставилось на него, напряглось, когда Сириус призвал волшебную палочку и удивлённо разинуло рты, когда починенный фотоаппарат взмыл в воздух и завис перед ними. Девочка очнулась первой, подхватила его и прижала к груди.       – Ну, мы пойдём? – робко вопросила она.       – Конечно, но только прямиком в свои спальни. Если узнаю, что вы отправились бродить по замку, а я узнаю, можете не сомневаться, то всё же сделаю всю ситуацию достоянием общественности, – высказался Блэк.       Троица судорожно кивнула и бочком стала пробираться к выходу. Сириус выпроводил незадачливых заговорщиков, усмехнулся и покачал головой. Вот же, паршивцы. Ладно, суть работы их изобретения он понял, навесив на входную дверь дополнительное заклинание, делающее самопальный артефакт бесполезным в деле её открытия. Поразмыслив, Сириус пришёл к выводу, что ему не хотелось бы сдавать хулиганов преподавательскому составу, может нет особой на то нужды. Гостиные факультетов открывались по другому принципу, вход в директорский кабинет тоже, да и в любом случае им не по зубам (сегодня мельком изучил с помощью визуализации его защиту и пришёл в восторг от её уровня), а комнаты профессоров... Ему стоит под благовидным предлогом пройтись завтра около каждой и добавить на двери одну маленькую степень защиты, никто и не заметит. Так что, там самодельная отмычка тоже станет бесполезной. Если же ребята продолжат изыскания и смогут в будущем обойти новое ограничение... Что ж, он тут в охранники не нанимался.       Сириус зашёл в спальню и осторожно вытянул у любовника второе одеяло, тот заворчал, но не проснулся. Забравшись в кровать анимаг приобнял подползшего к нему под бочок Снейпа и в свою очередь провалился в сон.       По-прежнему находящиеся в противоречивых чувствах слизеринцы собрались в назначенное время в гостиной.       – Не будем изменять себе, – задумчиво высказался один из присутствующих. – Вчера было классно, но сейчас нас ждёт стандартное восхваление так называемых защитничков школы да скрытые призывы к покаянию. Больше не о чем тогда и разговаривать.       Дверь открылась, в обитель Слизерина бодрым шагом ворвался анимаг.       – Добрый день, – поздоровался Сириус. – Не будем тратить время, повторяя и так наизусть заученные события, перейдём сразу к ответам на вопросы, если таковые имеются. Даю пять минут чтобы собраться с мыслями, если ничего в голову вам не придёт, то расстаёмся и занимаемся каждый своими делами.       Все ошеломлённо уставились на него. Ещё через минуту вдумчивого разглядывания пейзажа подземного озера за окном, Блэк небрежно заметил:       – Если надеетесь, что сработает артефакт с Конфундусом, висящий надо мной, то вас ждёт разочарование, заклятье не сможет активироваться. Потом только не забудьте обезвредить, мало ли кому случайно достанется.       И снова замолчал. Бо́льшая часть недоумённо подняла глаза к потолку, несколько парней смущённо потупились, обратив на себя внимание остальных. Кто-то хмыкнул и покачал головой.       Наконец Сириус оглядел присутствующих и улыбнулся:       – Раз вопросов нет, то доброго дня.       – Подождите!       Уже уходящий мужчина развернулся, вопросительно посмотрел на говорившего.       – Почему вы предали чистокровных?       – Хм… Моя точка зрения такова: нельзя судить о книге лишь по обложке, и я не желаю жить в мире, где определяющей является исключительно чистота крови. Идёт ли она рука об руку со способностями? Да, и очень часто. Всегда ли? Нет. Отбросить в сторону и задавить талантливого полукровку либо маглорожденного – путь в бездну нехватки кадров и тотальной некомпетентности. Да и чего стараться, если всё и так твоё по праву рождения. Вспомните, например, Кэрроу? Что дала им чистота крови? Ума? Способностей? Элементарных манер? Хотели бы вы себе всех учителей с подобными взглядами?       – Гм, не все такие... – неуверенно высказался вопрошающий.       – Естественно. Все маги разные, везде, в любых сословиях есть свои крепкие середняки, гении, посредственности. Да, кстати, не хотелось изначально отвечать вопросом на вопрос, поэтому объяснение я давал по собственному разумению, а вот теперь хочу уточнить: что есть с вашей точки зрения предательство? Где и когда я подписывал кровью какую-то общую клятву чистокровных, чтобы потом её нарушить?       – Это же элементарно! – возмущённо вскинулся очередной слизеринец.       – Для меня – нет. Объясните.       – Вы всё равно не поймёте, – пафосно высказалась расфуфыренная девица с жеманными манерами.       Блэк рассмеялся:       – Почему же? Я, кажется, не глупее вас, леди.       Раздались сдавленные смешки, девушка покраснела.       – Дельфиния права. Сложно объяснить любителю грязнокровок понятие достоинства, – сидящий в кресле красивый молодой человек с брезгливым выражением на лице вальяжно закинул ногу на ногу.       Сириус повёл плечами и неуловимо преобразился. На развалившегося слизеринца взирал потомственный аристократ. Холёный, уверенный в себе, надменный. Контраст был столь разительным, что все поражённо замерли и замолчали, заметив, как красота и высокомерие юнца словно бы скукожились и померкли, не выдерживая сравнения.       – Я тоже так могу, юноша, – скучающе бросил Блэк, а в помещении словно похолодало от ледяного презрения в серых глазах, – и потрудитесь выпрямить спину раз взялись изображать из себя лорда, – в голосе прорезалась сталь.       Наглец вздрогнул и торопливо выпрямился будто аршин проглотил. По сравнению с идеальной, но непринужденной осанкой Сириуса смотрелось нелепо и через несколько секунд гостиная взорвалась хохотом.       Отсмеявшись, слизеринец, задавший самый первый вопрос произнёс:       – И всё-таки? Чем вам не угодили убеждения Тёмного лорда?       Блэк пожал плечами и высказался со всей серьёзностью:       – Я догадывался, к чему могут привести идеи Волдеморта.       – Как? – тихо промолвил кто-то.       – Не так уж сложно увидеть, что методы ни главный Пожиратель, ни его последователи сильно не выбирали, не гнушаясь ничем. А они имеют большое значение, ведь путь к цели не менее важен, чем сама цель, иначе можно свернуть не туда...       Следующие три часа пролетели незаметно. Блэк предельно искренне отвечал на разнообразные вопросы, спорил, если считал необходимым и принимал чужую точку зрения, когда она казалась ему здравой. Затем глянул на часы:       – Было весьма интересно, однако скоро встреча со вторым назначенным мне факультетом, так что вынужден откланяться.       Все кивнули, и тут раздался ещё один голос:       – Последний вопрос, пожалуйста.       Пробравшаяся ночью в покои Блэка и Снейпа юная дева чинно сидела на стульчике благовоспитанно сложив руки на коленях, но в глазах горело озорство.       Сириус сделал приглашающий жест, с интересом глядя на неё.       – Вчерашняя битва была потрясающей. Вы оба так изящно и стремительно двигались, как... как в танце, будто знали, чувствовали друг друга. Ваши отношения ведь больше, чем сотрудничество, глубже чем дружба, так?       В глазах присутствующих зажглось неприкрытое лукавство. Все с нетерпением ждали ответа Блэка. Тот неспешно направился к упрямо вздёрнувшей подбородок девчонке и опустился перед ней на одно колено, проникновенно глядя в удивлённо расширившиеся небесно-голубые глаза. На нежных щеках проступил лёгкий румянец, она заворожённо смотрела на приблизившееся красивое лицо.       – Приватная жизнь человека должна оставаться за закрытыми дверями, – вкрадчиво начал Сириус, – этого требуют не только приличия, но и элементарное чувство собственного достоинства, не терпящее жизни напоказ. Хотя...       Голос понизился до шёпота, все непроизвольно придвинулись ближе. Неуловимое движение и прямо из воздуха Сириус достал изящную шпильку с искусно вырезанным навершием в виде цветка лотоса, которую осторожно вдел в белокурые волосы.       – Моё почтение за дерзость, – закончил он, весело блестя глазами и запечатлевая на маленькой ручке галантный практически невесомый поцелуй.       Затем отодвинулся от залившейся краской донельзя смущённой девы, встал и отвесив поклон с загадочной улыбкой на губах спокойно удалился. Он уже выходил за дверь, когда аудитория наконец отмерла и зашевелилась, вновь обрела дар речи.       – Ну что, получила, провокатор?       – О-хо-хо, на лице можно яичницу жарить! Отомри!       – А сами-то! – огрызнулась девчонка, прижимая ладони к пылающим щекам.       Весёлый беззлобный смех был ей ответом. Сириус улыбнулся и закрыл за собой дверь.       С Пуффендуем всё прошло интересно и при этом мирно, превратившись в вечер памяти – всё-таки половина факультета осталась тогда биться и не все из ребят уже успели выпуститься.       Освободившийся Сириус прошёл мимо двери Слизнорта – до обеда он успел навесить дополнительную защиту на все комнаты преподавателей, кроме этой – а затем вернулся в бывшую обитель Северуса, застав зельевара у только что разожжённого камина.       – Как всё прошло? – полюбопытствовал анимаг. – Бойкота удалось избежать?       – Да, – кивнул Снейп и от души потянулся.       Ещё вчера стало известно, что Гриффиндор готовил ответку в духе Слизерина и собирался играть в молчанку, если в лекторы им назначат бывшего профессора зельеварения. Это решение поколебала состоявшаяся битва, но полностью из их голов мысль так и не ушла.       – Предложил им заняться пока своими делами, а я займусь своими, – продолжил Снейп. – Восприняли как вызов. Предсказуемо... С Когтевраном же ожидаемо всё прошло отлично.       Гриффиндорцы с недоумением смотрели на доставшего какую-то книгу и углубившегося в чтение зельевара. Одно дело, они решили бойкотировать лектора, и совсем другое, когда тот и так не стремится к общению.       – У меня есть вопрос! – возмущённо высказался один из старшекурсников.       Снейп посмотрел на него предельно скептически:       – Да ну?.. Задавайте.       – Почему, если как говорят профессор Дамблдор взял с вас слово защищать школу и её учеников, вы ничего не делали, когда над нами издевались?       – Хороший вопрос... – протянул Северус, откладывая книгу. – Вспомним те события. Скажите мне, мистер Клеймор, когда вы повторно подменили текст лекции Алекто Кэрроу прямо на уроке озаботились ли вы какими-либо маскирующими чарами, чтобы применённое заклинание тут же не указало прямо на вас? После первого наказания должно же было прийти в голову, что действовать нужно умнее? – Снейп скользнул взглядом по золотому значку старосты, приколотому к мантии Клеймора. – Да если бы вы были такой один. Как сейчас себя чувствуете, следя за порядком в условиях, когда младшие курсы считают вас занудой, прислушиваться к которому скучно, а потому необязательно? И всячески противодействуют при любой представившейся возможности?       Парень смутился, но упрямо расправил плечи:       – Я.. может мы и усложняли вам задачу, но скрытничать... может, это и умнее, только на борьбу вдохновляет именно открытый пример, даёт надежду...       Снейп задумчиво потёр подбородок.       – В этих словах есть здравое зерно, – спокойно согласился он.       Все в шоке уставились на него, не веря своим ушам.       – А у меня тоже есть, что спросить, – заметила одна из девушек, смерив зельевара ясным без тени неприязни взглядом.       – Я слушаю, – откликнулся Снейп, разворачиваясь к ней.       Дальше пошло легче.       Сириус усмехнулся, взирая на партнёра из соседнего кресла:       – Вот и хорошо. Кажется, мы действительно немного помогли Минерве. Это радует.

***

      

      Снейп без особого интереса смотрел на разворачивающееся действо. Макгонагалл спустя время после их возвращения из Хогвартса прислала благодарственное письмо, где с удовлетворением отмечала потепление отношений и уменьшение враждебности между факультетами, причём эффект от их визита оказался долговременным. Волшебница также попросила обоих подумать, может организовать ещё какое-либо мероприятие, позволяющее расширить, закрепить успех. Кое-какие задумки были и Сириус с энтузиазмом «рыскал по округе» в поисках вдохновения.       Представшая сейчас перед глазами мастера зелий картина намекала, что «вдохновение» анимаг черпал не только в свежих идеях. Девица была ничего – молодая, симпатичная. Она облепила руками и ногами атлетичное тело, с энтузиазмом вбивающееся в неё.       Снейп кашлянул, и парочка на кровати всполошилась.       – Что за!.. – высказалась прижавшая к обнажённой груди простынь чародейка.       Северус не удостоил её даже взглядом.       – Хозяин паба сказал, что ты отправился наверх с симпатичной поклонницей, но, в принципе, я могу пройти тоже, раз уж мне так срочно, – протянул мастер зелий, в упор глядя на своего «любовника».       Тот заметно стушевался, но потом гордо выпрямился:       – Не злись, дорогуша. Я никогда не говорил тебе, что у нас какие-то эксклюзивные отношения, разве нет?       – Я и не могу на тебя злиться. На тебя – никогда, твоя спутница, с другой стороны.       Резкий выпад волшебной палочки и посечённая словно невидимым мечом ведьма, хрипя упала на кровать. Маг слетел с постели как ошпаренный.       – Совсем сдурел?! – голос сорвался на визг, а затем мужчина осёкся под взглядом равнодушных чёрных глаз и перенацеленной в его направлении палочкой.       – Се... Северус... ты... ты че..чего это? Это же я!       Тонкие губы растянулись в ядовитой улыбке:       – Вижу, что ты. А вот кто ты – весьма интересный вопрос.       – Э-э-э...       – И что здесь, чёрт возьми, происходит? – недовольный голос будто исходил от мёртвой женщины на кровати, однако звучал словно бы чуть выше.       Трясущийся около стены красавчик с ужасом и недоумением уставился в направлении звука. Северус усмехнулся и снял морок. Окровавленное тело исчезло, вместо него вновь обнаружилась хмурая, завёрнутая в простыню волшебница.       – Происходит обман и провокация, – ответил ей Снейп, после чего сотворил и подвесил в воздухе дымку, на глазах уплотнившуюся и обернувшуюся подобием зеркала, поверхность которого добросовестно отразила часть комнаты и девицу как их видели глаза, вместо же Сириуса у стены скорчился какой-то лысый пузатый мужичонка с бегающими глазками.       – Охренеть! – отреагировала женщина, переводя взгляд с точёной фигуры своего случайного любовника на жалкое существо в отражении.       Ещё один взмах палочки и на голову незадачливого обманщика свалилась зимняя мантия.       – Одевайтесь, – холодно велел Снейп.       Затем он преспокойно связал Антитрансгрессионными чарами натянувшего своё одеяние чародея, невзирая на возмущение.       – Не имеете права! – разорался тот.       – Ещё как имею, – промолвил Снейп, – имею полное право передать преступника мракоборцам. Присвоение чужой личности посредством Оборотного зелья плюс обман другого человека и получение неправомерной выгоды, используя не свою личину – уголовное преступление, между прочим. Вы тоже оденьтесь, пожалуйста, мисс...       – Нейл, – вздохнула чародейка, – а можно как-нибудь обойтись без меня? Ужасно неловко получилось...       – Увы, нет, – с нажимом произнёс Северус. – К тому же вы здесь пострадавшая и имеете право не только на моральное удовлетворение от законного справедливого возмездия, но и на материальный иск. Лично я знаю чудесного юриста, с удовольствием могу предоставить вам её услуги, причём даром.       В глазах женщины мелькнул интерес:       – Тогда ладно.       Оставив обманщика, уже вернувшего свой истинный облик, в руках стражей закона и разобравшись со всеми юридическими формальностями Снейп и Нейл готовились распрощаться, и тут женщина окинула мастера зелий любопытным взглядом.       – Вы ведь отнеслись к ситуации столь спокойно лишь потому, что ни на йоту не поверили в реальность измены, ведь так? – спросила волшебница. – Это не просто хорошее владение чувствами и управление гневом. Верно? А почему?       – Во-первых, я верю Сириусу, во-вторых, ценю его ум, и, в-третьих, – тут Снейп растянул губы в ехидной улыбке, – вы чуть ли не зевали в процессе, и это явно бросалось в глаза. Скуке никак не мешала даже ослепительная внешность партнёра.       – Хотите сказать, что в случае с оригиналом скучать бы не пришлось? – заинтересованно приподняла брови мисс Нейл.       Северус ухмыльнулся:       – Верно, моё появление вы не заметили бы уже не по причине увлечённого разглядывания потолка в попытках не заснуть. Вы бы просто позабыли обо всём на свете. Впрочем, попробовать вам не доведётся, так что, увы.       – Вы, мистер Снейп, просто негодяй, – фыркнула женщина, всплеснув руками, потом рассмеялась. – Ладно уж, ухожу.       – Хватит ржать, – Северус пихнул любовника плечом. – Разбрасываешься волосами где ни попадя, и вот результат.       Сириус вытер выступившие от смеха слёзы:       – Да уж. Чего тебя вообще понесло в этот паб, да ещё без меня? Знал же, что я в данный момент обретаюсь через дорогу.       – Ты выразил желание как-нибудь зайти туда, посидеть вдвоём вне дома, сказал, что недавно бывал и всё понравилось, а мне захотелось уточнить часы работы, раз уж всё равно иду мимо. Владелец же оказался слишком словоохотлив, удивил меня твоим предполагаемым присутствием наверху, – объяснил Северус. – Я забеспокоился: то ли ты уже всё успешно закончил, то ли не добился результата, то ли перенёс встречу, почему-то туда, и пошёл проверить.       – Что за веселье? – поинтересовался подошедший Шеклболт.       Рождественская вечеринка в лесном особняке была в самом разгаре, в этом году решили организовать её не на Гриммо, который на удивление не смог бы вместить всех желающих побывать на празднике. Северус был этому рад: дом в Лондоне тоже празднично украшен, однако на сей раз там царили тишина и покой – бальзам на душу для мастера зелий, вынужденного в прошлом году сбежать оттуда в не совсем законченную отдалённую резиденцию.       Оба мага заметили тень в глазах несколько неприкаянно выглядящего министра.       – Да так, – уклонился от прямого ответа Сириус. – А ты что такой хмурый? Что-то случилось?       Кингсли крутанул бокал с шампанским и уставился на потревоженные пузырьки, затем неохотно ответил:       – Скитер...       – Что, Скитер?       – Я не понимаю, откуда она берёт столь конфиденциальные сведения. Журналистка отстала от вас и ваших проектов, но теперь сложилось впечатление, что она нацелилась на Министерство.       Сириус нахмурился:       – Опять отрабатывает чей-то заказ? Если это снова сочувствующие идеям Волдеморта, то ей не поздоровится.       – Не думаю, – откликнулся Кингсли. – Больше похоже, что работает она сама на себя, восстанавливает пошатнувшуюся репутацию грамотного, острого на язык и при этом правдивого репортёра. А в моей, так сказать, сфере деятельности предостаточно проблем.       Министр магии вздохнул:       – Мы стараемся изо всех сил, разбираемся, пресекаем, исправляем. И да, я осознаю, что общественное давление тоже необходимо... Но как же она достала! Её статьи не помогают, а мешают исправить ситуацию. Вот, например, миссис Стриут, разве её разбор ситуации с Отделом тайн не является острым, взвешенным, побуждающим действовать? Справедливая критика и я вынужден это признать, но она серьёзный аналитик, здесь нужно думать, сопоставлять, да и вывод, что по щелчку пальцев ничего изменить нельзя в конце статьи очень взвешенный. Люди же... больше гонятся за раздутыми сенсациями, а это вотчина Скитер. Но, что ещё больше настораживает, так это раскрытие внутренних тайн, к которым нет доступа извне. Как она их узнаёт? Да ещё и мешает правду с ложью, намеренно сгущая краски, делая только хуже.       Рядом раздалось смущённое покашливание. Все взоры обратились на подошедшего Гарри.       – Я тут услышал окончание разговора и, кажется, знаю как журналистке удаётся получать закрытые сведения.       – И как же? – заинтересовано поднял брови Сириус.       – Это в своё время выяснила Гермиона, но потом столько всего случилось, я совсем об этом забыл. Рита Скитер – незарегистрированный анимаг.       Шеклболт чуть не выронил шампанское:       – Что ж ты раньше молчал?!       – Я думал, что с ней окончательно разобрались и жёстко приземлили. В последние несколько месяцев мотался в отряде по стране и не сильно интересовался газетами, только вчера вернулся и лишь сегодня выяснил, что она опять атакует, теперь уже Министерство.       – И в кого же она превращается? – спросил Снейп.       – В жука.       Шеклболт в волнении залпом осушил бокал:       – Так вот как ей это удаётся!       – Что ж, – усмехнулся Сириус, обращаясь к министру, – я в это дело вмешиваться не буду, условия нашей сделки мисс Рита не нарушает. А вот тебе и карты в руки: незарегистрированная анимагия и шпионаж. Осталось только поймать её.       – Поймаем, прямо с поличным поймаем, – недобро усмехнулся воодушевлённый Шеклболт, схватив Гарри за рукав и утаскивая в сторону стоящих в отдалении Рона с Гермионой.       Сириус проводил их взглядом, подумав, что теперь наконец-то понимает кто и зачем в защите особняка столь долго и упорно пытался пробуравить маленькое незаметное отверстие. Для крошечного жука его было бы вполне достаточно. Слава Богу, не получилось.       Поттер после новогодних праздников снова отправился кошмарить дементоров. Огорчало, что полностью всех изничтожить так и не удалось, но радовало, что их популяция здорово поредела и становилось всё труднее и труднее разыскивать тёмных созданий: в стаи те больше не собирались, действовали пугливо и поодиночке. Отряды столичных мракоборцев ещё месяца три рыскали по стране, занимаясь помимо поиска ставших трудноуловимыми дементоров, обучением местных сил охраны магического правопорядка, чтобы обрадовавшиеся твари не расплодились после окончания данного масштабного рейда.       Наконец Гарри вернулся в Лондон и отправился в Министерство, отчитался перед Кромвелем, получил наказ идти домой отдохнуть с дороги и вызвался перед уходом отнести важные документы в кабинет министра магии, чтобы помочь замороченным коллегам.       Секретарь встретила его одобрительным кивком головы, вслед за Гарри в приёмную постучался один из министерских работников. Доротея строго посмотрела на новоприбывшего поверх очков, но быстро пропустила того в кабинет. Мужчина пригладил волосы перед большим зеркалом, появившимся здесь, судя по всему, уже после того, как Поттер отправился на последнее задание и зашёл к Шеклболту.       – Гарри, задержись, пожалуйста, – попросила женщина уже направлявшегося к дверям молодого человека.       Тот недоумённо посмотрел на неё, но без возражений присел на предложенный стул.       – Что вы хотели, мисс Тревис? Чем-то помочь?       – Да, посиди здесь немного, делая вид будто всё в порядке, – отозвалась секретарь спокойным негромким голосом.       Гарри вопросительно наклонил голову.       Доротея поправила причёску и продолжила:       – Мужчина, зашедший сейчас к господину министру не тот, за кого себя выдаёт. Это какой-то незнакомец под Оборотным зельем. Господин Шеклболт уже получил моё предупреждение, а ты нужен в качестве подстраховки: мало ли какие у обманщика намерения. Выдавать себя пока не будем, это как с определителями Империуса.       Гарри понятливо кивнул.       Сириус и Северус весьма продвинулись в изучении этого Непростительного заклинания, смогли разработать в сотрудничестве с невыразимцами устройства, предупреждающие, что человек находится под его действием. Их скрытно разместили в некоторых стратегически важных местах, настроили просто на оповещение, отправлявшееся прямиком начальнику мракоборцев и министру магии. В том пока единственном случае, когда устройство сработало, все осведомлённые о ситуации делали вид будто ничего не происходит, вели подозреваемого и в конце концов вышли на заколдовавшего человека злоумышленника. Всех, кого нужно арестовали, расколдовали и запустили судебную машину.       – И как определяется оборотка? – тихо осведомился Гарри. – Подвох кроется в появившемся зеркале?       – Нет, – улыбнулась мисс Тревис, – оно совершенно обычное, а вот мои очки – другое дело, – она постучала пальцем по оправе. – Мистер Снейп разработал заклинание, вызывающее особую дымку, которой в принципе можно придать вид зеркала, где отразится истинный облик мага, находящегося под Оборотным зельем. А твой крёстный совместно с ним придумал как сплавить магическую силу с одними из моих очков. Так что, сквозь них я вижу всегда настоящую сущность, а чтобы сопоставить с тем, что отображают обманутые глаза остальных людей, смотрю поверх очков. Однако, зрение у меня негодное, сам знаешь.       Гарри сочувственно и понимающе кивнул.       – Так что, я сверяюсь ещё и с этим большим зеркалом на стене: если изображение на нём и сквозь заколдованные стёкла разнится, значит точно обман, – закончила объяснение секретарь.       – Интересно, а также полезно, что можно сразу увидеть истинный облик, – заметил Поттер. – Детекторы определяют маскировку, но такая функция им недоступна.       – По правде говоря, хвалёные Детекторы распознают ту оборотку отнюдь не всегда, велик процент не-срабатываний. Вот чисто чары маскировочные определяют хорошо, причем любые, скрытые предметы магические – тоже да, а тут сложносоставное зелье, уж очень сильно преобразующее структуру тела, это не просто иллюзия.       Оба разговаривали и вместе с тем прислушивались к происходящему в кабинете министра магии, но пока всё было спокойно.       – Чем закончилось дело Скитер? А то я, видимо, всё пропустил.       – Пять лет Азкабана, с запретом заниматься профессиональной деятельностью, а также печататься где-либо на тот же срок после выхода из тюрьмы. И если выйти раньше за хорошее поведение ещё можно, то стать снова журналистом либо автором книги или иного произведения разрешено строго по окончании первоначально назначенного наказания, – ответила секретарь.       – А разве можно это запретить? – удивился Поттер.       – Писать для себя – нет, официально публиковаться где-нибудь – вполне. Ведь в своих статьях она использовала данные полученные при помощи шпионажа, а это уголовное преступление и серьёзное нарушение профессиональной этики. Да ещё и анимаг незарегистрированный. Кстати, легилименты выяснили, что первое превращение состоялось в совершеннолетнем возрасте, так что никакой замены тюремного заключения на штраф не предусмотрено.       – Что ж, никто её на это не толкал. Сама наделала дел, сама и ответит. Есть какие-нибудь новости о про́клятой пещере? – осведомился Гарри.       В принципе, можно позже спросить непосредственно у Сириуса, но Доротея вполне может быть в курсе последних событий.       – Невыразимцы и мистер Блэк всю прошлую неделю буквально не вылезали оттуда. Думаю, совсем скоро команда, призванная очистить её от тёмно-магических проклятий и упокоить находящихся там инферналов приступит к последним приготовлениям.       – Помощь мракоборцев же требуется? – с надеждой вопросил молодой человек.       Волшебница усмехнулась:       – Ты в команде. Мистер Блэк обмолвился мистеру Кромвелю, что ты очень хотел поучаствовать.       На лице Поттера расцвела удовлетворённая улыбка.       – Что делать, когда посетитель выйдет оттуда? – Гарри кивнул на закрытую дверь.       – Скорее всего, скрытно «вести» его дальше. Вот только не тебе, – ответила Доротея, с явным весельем в голосе.       Гарри закатил глаза:       – Ха-ха, очень смешно. Но да, незаметно пробирающийся за кем-то победитель Волдеморта тот ещё анекдот.

***

      

      Северус сочувственно разглядывал одержимого делом анимага.       С про́клятой пещерой всё получилось, там теперь располагалось мрачное и холодное, но не смертельно опасное озеро. Пришлось немало потрудиться, яркий свет, озаривший тёмные своды не угасал несколько дней, но они справились. А ещё добросовестно упокоили инферналов и повытаскивали мёртвые тела из ледяных вод. Сейчас полным ходом шло опознание: не-волшебников искусственно разлагали до правдоподобного состояния и передавали родным через магловское Министерство, чародеев возвращали нашедшимся родственникам как есть.       Регулуса уже отдали Сириусу и тот смог похоронить младшего брата как положено. Казалось, это должно его умиротворить, причём так и было на самой церемонии и сразу после. Однако затем разворошённые воспоминания пошли не в ту сторону, терзая Блэка. Тот в ответ погрузился в подготовку будущего мероприятия, намечавшегося в Хогвартсе, но это мало помогало.       Северус подошёл к напряжённо застывшему анимагу, уставившемуся в никуда, и стал разминать окаменевшие плечи. Сириус несколько расслабился, развернулся и обнял любимого человека.       – День в разгаре, дел не перечесть, но я.. – начал было Сириус, затем осёкся, беспомощно глядя в чёрные бездонные глаза.       – Я твой, – просто ответил Северус.       Блэк прикрыл на мгновение веки, поднялся и обняв Снейпа ещё крепче трансгрессировал в свою комнату. Уронил спутника на алое покрывало, навис над ним и завладел мягкими губами. Северус вплёл пальцы в волосы анимага, полностью раскрываясь и безоговорочно принимая ставшего родным человека.       Середина апреля выдалась солнечной, практически безветренной. Оставалось две недели до второй годовщины битвы за Хогвартс, но школа уже гудела растревоженным ульем. Анонсированное директором за месяц до события соревнование нашло живой отклик среди учеников, и они с тех пор постоянно приглядывались друг к другу, прощупывали сильные и слабые стороны как целых факультетов, так и их отдельных представителей. Да, скептики ворчали, что идея соревнования четвёрок, в которых обязаны присутствовать по учащемуся из каждого факультета, странная и дурацкая, учитывая взаимодействие таких разных людей, но денежный приз победителям был хорош, а также чуть ли ни всем участникам полагались маленькие приятные бонусы, поэтому желающих нашлось предостаточно.       Участие являлось абсолютно добровольным для всех могущих договориться между собой юных дарований, правда, начиная с четвёртого курса. Как сухо заметила директор Макгонагалл к этому времени они уже должны научиться чему-то полезному.       Обещали, что все, кому удастся сформировать крепкую четвёрку и пройти до конца квалификацию, неважно с каким временем, получат возможность на выбор и определённую небольшую сумму отовариться в Сладком королевстве, Волшебных вредилках или посидеть в Трёх метлах. Первые восемь мест с лучшим временем с каждого курса проходили в финал, а бонус удваивался, причём реализовать его можно было как в том же месте, где собирались использовать первый, так и в другом из предложенных.       Финальная полоса препятствий и загадок на совершенно различные магические и не только способности и умения предполагалась достаточно сложной и многообразной, однако была оснащена огромным количеством следящих устройств, чтобы исключить мошенничество и обеспечить безопасность, возможность старшим магам из наблюдателей быстро прийти на помощь в случае травмы или внештатной ситуации.       Вознаграждение с первого по третье место, естественно, различалось, но не только это заставляло желать полной победы. Во-первых, директор объявила, что четвёрки, пришедшие первыми на каждом из участвующих в соревновании курсов, могут претендовать на улучшение своей оценки на экзаменах в отношении одного выбранного предмета ровно на одну же ступеньку вверх. А ещё после отбоя их ждали ночные посиделки у костра с разработчиками турнира Сириусом Блэком и Северусом Снейпом, с Золотым трио, а также с другими бывшими учениками школы, нынешними тестировщиками испытаний: Невиллом Долгопупсом, Полумной Лавгуд, Эрни Макмиллианом и... Драко Малфоем. Предполагаемые участники уже сейчас шушукались между собой и составляли списки вопросов. Возможность вот так запросто, с полностью законным правом наплевать на строгий распорядок школьных будней, в непринуждённой обстановке пожарить на огне какие-нибудь вкусняшки и поболтать с победителем Волдеморта и другими, овеянными слухами и легендами фигурами, манила не хуже материального поощрения.       Сириус усмехнулся, пробегая глазами список зарегистрировавшихся четвёрок. Посмотрим сможете ли вы реально работать в команде, отбросив предрассудки. Субботняя квалификация всё покажет. Существовала, конечно, опасность что поражение сильно рассорит участников, но была велика также вероятность что, поработав вместе, приобретя совместный опыт и общие воспоминания часть представителей враждующих факультетов станут меньше фыркать друг на друга. Сто́ящая цель.       Сам Блэк пребывал в хорошем расположении духа. Забота Северуса помогла вырваться из порочного круга вины и сожалений, вызванных всколыхнувшимися воспоминаниями о семье. А ещё благодарность окружающих: было здорово ощущать себя полезным. После очищения про́клятого озера многие получили тела своих родных, смогли достойно похоронить их. Маги писали в Министерство и ему, когда узнали кто был инициатором идеи, что им стало легче, когда удалось сделать всё как положено в отношении давно утерянных родных, неважно считали их пропавшими без вести или точно знали, что те погибли. Воспоминания Блэка никуда не ушли, но перестали причинять боль, которая трансформировалась в лёгкую грусть и временами накатывающую светлую ностальгию.       Самому Министерству эта история тоже обернулась пользой, сослужила добрую службу. Несколько ранее произошедших событий показали, что шутки с ним теперь плохи, но и заставили тревожно напрячься некоторую часть даже законопослушных чародеев. Это и поимка злоумышленника, использовавшего Империус на одном из министерских работников, и сработавшая ловушка для Риты Скитер, и вывод на чистую воду незадачливого хулигана, воспользовавшегося Оборотным зельем чтобы проникнуть к министру магии и тем проверить удастся ли ему дерзкая авантюра (впрочем, перепуганный журналист легко отделался, ибо действительно не желал ничего плохого, а лишь проводил «независимое расследование», на что Кингсли проворчал, что дать бы по шее и отправить в Азкабан за такие исследования, но всё же молодого человека отпустили всего лишь с устным предупреждением). С одной стороны, имели полное право и хорошо, что оборона столь важного органа власти находится на должном уровне. С другой, стали шептаться не превратится ли учреждение в обитель тирана, насколько далеко в защите самих себя готовы дойти представители власти. Сложнейшая операция в пещере, её успех и возможность многим получить ответы на годами мучающие вопросы о судьбе канувших во тьму дорогих людей смягчили недоверчивые сердца.       Сириус изначально недоумевал, с чего вообще возникают эти теории заговора. Того, что министр магии постоянно на виду, а все отделы вполне успешно выполняют свои задачи (одни мракоборцы, расправившиеся с почти всеми дементорами чего стоят), что доступ посетителям в здание открыт разве недостаточно? Понятно, что, обжегшись на молоке дуешь и на воду, но нужно стараться трезво оценивать реальность, не подгоняя её под свои страхи. Впрочем, несмотря на осторожность и некоторые перешёптывания, всё же доверие в глобальном смысле присутствовало, что хорошо.       – Интересный был день, – протянул Сириус, подняв голову и наслаждаясь видом ясного звёздного неба.       – Да и ночь богата на события, – откликнулся Гарри, добродушно улыбаясь.       – То же самое вы оба говорили в прошлые выходные, – заметил Северус, взмахом волшебной палочки заставив мгновенно погаснуть уютный костерок, вокруг которого они не столь давно сидели с победителями соревнований, угли обернулись пылью и развеялись по ветру.       Драко молча покосился на собеседников, а Эрни удивлённо промолвил:       – Так в прошлую субботу после дневной квалификации никаких мероприятий больше не было. Я думал все отправились отдыхать в замок.       – Ну а нам не спалось, – Сириус беспечно отмахнулся. – Вышли с Северусом прогуляться, встретили Гарри, а потом разбирали квалификационные трассы, в них не было больше нужды.       – Финальные тоже нам демонтировать?       – Нет, их пока не будут трогать, Минерва хотела что-то там ещё посмотреть, лучше разобраться в их функциях.       – Скорее уж, туда пролезут любопытные ученики, – вздохнула Гермиона.       – Нос прищемит, – зловеще улыбаясь заметил Снейп и сразу стало ясно, что это не пустые слова.       – Что туда навешано? – заинтересовался Драко.       – Весьма интересное переплетение проклятий, – оживился Северус.       – Пока наши штатные злодеи делятся друг с другом тёмными знаниями предлагаю убрать оставшийся беспорядок, – фыркнул Сириус, обращаясь к Полумне и остальным. – Не надо отрывать их от столь занимательной беседы.       Маги, посмеиваясь принялись уничтожать следы ночных посиделок.       Состоявшийся через неделю после квалификации финал прошёл динамичнее, с потрясающей ещё более сильной поддержкой зрителей. Менее волнительно, поскольку все уже примерно знали, как всё будет организовано, однако градус напряжения достиг апогея. Скандалов не было, испытания весьма потрепали участников, но без серьёзных травм, а выжатые досуха, усталые и безмерно довольные победители приняли заслуженные награды и всеобщее одобрение. Сбор около уютного костерка пришёлся на потрясающе красивый закат. Сначала чувствовалась некоторая робость, но потом ученики расслабились, неспешные разговоры затянулись до часу ночи, затем появились деканы и вежливо напомнили, что хоть в наступившем сейчас воскресном дне и можно будет отоспаться, но хватит юным организмам мучить себя, пора отправляться на ночной отдых. «Организмы» попытались уверить преподавателей, что отнюдь не устали и совершенно себя не мучают, но не преуспели, пришлось покорно последовать за взрослыми в замок.       Закончив уборку все вернулись в Хогвартс и разошлись. Направившегося в сторону подземелий Северуса перехватили.       – Ну ты что, действительно собрался спать? – с озорным блеском в глазах промолвил Сириус.       – А тебе хочется ещё прогуляться? Мне хватило предыдущих выходных, когда вы с Поттером потащили меня по местам вашей «боевой славы», – хмыкнул зельевар. – Я и с первого раза понял, что даже отдалённо не представлял масштабы творимых вами нарушений. Хотя, вынужден признать, что у Мародёров география была пошире, чем у скандального трио.       – Нет, ничего настолько энергозатратного, – ответил Сириус. – Предлагаю всего лишь посетить Астрономическую башню, посмотреть на звёзды.       – Насмотрелся уже, – Северус неохотно позволил подтолкнуть себя в нужном направлении. – Да и не лето пока, холодновато.       – Мы же волшебники, согреем себя как-нибудь, – беспечно заметил Сириус.       – И хоть мы не ученики, однако свободно бродить тут ночью тоже не можем.       – Хватит ворчать, привлечёшь ненужное внимание. Давай под Дезиллюминационным пойдём, раз так переживаешь. Только в этом случае точно необходимо соблюдать тишину, иначе будет смотреться странно.       Добравшись до самого верха взмахом волшебной палочки Сириус наколдовал в тени зубчатой стены толстое тёплое покрывало, усадил спутника подле себя и передал ему кубок с чем-то дымящимся. Северус подозрительно принюхался.       – Всего лишь глинтвейн, ты же сам говорил, что холодновато. Не смотри на него так скептически, он слабенький.       Какое-то время партнёры наслаждались ароматным горячим вином. Сириус развлекался, находя новые причудливые фигуры в ночном небе и выдумывая забавные наименования этим несуществующим созвездиям.       – «Грохх гнёт ель», – усмехнулся Снейп. – Только у тебя звёзды могут сложиться в подобный образ. Хотя... что-то в этом есть.       Северус отставил в сторону пустой кубок и наклонил голову, всматриваясь в небесный свод. Воздух вокруг потеплел, зельевар недоумённо глянул на придвинувшегося к нему Сириуса.       – Зачем? В мантии да после глинтвейна не так уж и холодно.       – А вот без мантии будет некомфортно, – вкрадчиво прошептал анимаг.       Северус сначала недоумённо уставился на Сириуса, потом охнул и упёрся руками тому в грудь.       – Нет, Блэк, нет. Мы не будем осквернять ещё и Астрономическую башню!       – Слово-то какое: «осквернять». Мы не в церкви.       – Это храм знаний!       – Угу, как скажешь, – отстранённо заметил Сириус, жарко дыша любовнику в шею и пытаясь выпутать суетящегося Снейпа из одежды.       – Тут дети экзамены сдают, – возмутился Северус стараясь не замечать дрожь предвкушения, бегущую по телу.       – В моей комнате тоже когда-то жил маленький мальчик Сириус и даже спал на той самой кровати, где мы сейчас занимаемся всяческими непотребствами, так что слабая отмазка.       – Сюда может кто-нибудь прийти, например, с проверкой, – сделал последнюю попытку Снейп, но его предательские руки уже нырнули в свою очередь под мантию Блэка.       – Заклятье отведения глаз я для чего улучшал, по-твоему, – ухмыльнулся Сириус укладывая партнёра на покрывало и впиваясь в тонкие губы страстным поцелуем.       Взаимные ласки сделали нахождение в одежде слишком жарким и оба с облегчением избавились от неё. Снейп оседлал любовника, сжал оба члена, неспешно скользя ладонями по всей длине. Анимаг заложил руки за голову, постанывая и глядя в чёрный обсидиан глаз нависшего над ним зельевара своим собственным взором цвета расплавленного серебра. Северус ускорился, усиливая волны удовольствия, превращая их в бушующий шторм. Сириус слегка подкинул бёдра и выдохнул:       – Со смазкой будет ещё приятнее.       Затем указал куда-то за спину Северуса. Тот прервался и развернулся к отброшенной одежде надеясь найти если не смазку, то выудить из кармана волшебную палочку чтобы призвать нужное средство.       Большое сильное тело навалилось сзади, поставив удивлённо вскинувшегося зельевара на четвереньки.       – Попался, – томно прошептал Сириус, дразняще потираясь о гибкую спину и ягодицы попытавшегося взбрыкнуть Северуса.       Анимаг прикусил порозовевшее ухо плотно обхватывая скользкой рукой чужой член, с нажимом проводя от основания до головки и обратно, ещё и ещё... Снейпа выгнуло, он принялся толкаться в сжимающий его кулак и разочарованно зашипел, когда Сириус остановился.       – Не злись, – прошептал Блэк, вжимая собственный член в ложбинку между упругими полушариями, – сейчас продолжим. Я.. просто уже не могу терпеть.       Сириус отстранился и проник скользкими пальцами в вожделенный вход, массируя и растягивая чувствительные стенки. Знакомое покалывание и бархатистая структура заставили Северуса с готовностью насаживаться на длинные аристократичные пальцы, громкими стонами поторапливая любовника. Наконец Сириус принялся аккуратно проталкиваться внутрь, Северус поперхнулся воздухом, когда головка пениса прошлась по простате, а в наступившей тишине, разбавляемой лишь тяжёлым дыханием обоих, послышались отдалённые еле слышные голоса. Северус замер и напрягся, анимаг же продолжил невозмутимо протискиваться в сжавшийся проход.       – Сириус, сюда кто-то идёт, – заполошно прошептал зельевар.       – Нас не увидят, – Сириус крутанул перед глазами любовника волшебную палочку, – если, конечно, не попрутся прямо сюда, к дальней от входа стене, и не натолкнутся на невидимые тела, впрочем, ничто не мешает нам маневрировать в данном случае. Вот только зачем им идти так далеко, на первый взгляд площадка пуста.       Блэк опять прижался губами к чужому уху, вобрал в рот мочку, а затем легонько подул на влажную кожу, длинные волосы упали вниз и скользнули по напряжённому торсу партнёра. Северус задрожал и выдохнул, отвлекаясь на побежавшие по коже мурашки и Сириус быстро двинул бёдрами, погружаясь до упора в расслабившееся тело. Стали слышны приближающиеся шаги и Северус вновь замер.       – Главное, как можно тщательнее соблюдать тишину, ветер скроет лишние звуки, – продолжил шептать анимаг, – хотя зрелище из себя мы представляем заманчивое.       Северус без труда вообразил эту картину. Стройный мужчина, покорно стоящий на четвереньках, чёрные волосы закрывают горящее возбуждением и смущением лицо. Сзади к нему прижат коленопреклонённый Блэк, вся его атлетичная смуглая фигура купается в лунном свете. Место соединения их тел притягивает взгляд, нежная кожа входа растянута внушительным пенисом, дрожит и сжимается вокруг него... Северус подавил рвущийся наружу стон, дёрнулся от прошившего всё существо возбуждения.       – Или мы можем остановиться и куда-нибудь спрятаться, – невозмутимо закончил этот гад, слегка качнувшись из стороны в сторону.       – С ума сошёл? – прошипел распалённый Снейп. – Двигайся давай!       Тихий смех сзади потонул в шуме ветра, Блэк наполовину выскользнул из источающего жар ануса и резко вогнал член обратно. Снейп прикусил кулак, а на башню в этот момент поднялись двое преподавателей, дементоры их побери.       Северус скосил глаза на фигуры в строгих мантиях, которые обвели пространство вокруг внимательным взглядом, скользнув по скрытым заклятьем любовникам, как по пустому месту.       «Здесь никого нет. Уходите», – мысленно уговаривал их Снейп, изо всех сил сдерживая томные стоны, а чёртова псина привычно и неуклонно сводила его с ума своими медленными, глубокими проникновениями. Затем Сириус, по-прежнему неторопливо выходя из сжимающего его пульсирующего канала, стал резко и быстро вгонять себя обратно, проходясь точно по чувствительному местечку внутри. Хотелось кричать от вспышек взрывного удовольствия. Хорошо хоть Блэк оставил в покое член Снейпа, держась обеими руками за дрожащие бёдра чтобы сохранить равновесие, а то мастер зелий бы не выдержал.       Нарушившие их уединение учителя тем временем никуда не торопились, облокотившись о высокий бортик они о чём-то разговаривали, но Северус не мог их слышать из-за шума крови в ушах. Впрочем, тема беседы его мало интересовала, не сейчас, когда любовник так резво и неутомимо подаётся вперёд, а сила толчка заставляет всерьёз опасаться, что сейчас Северус упадёт и пропашет носом пол. Он просто... хотел... чтобы эти... досадные... помехи... провалились... сквозь... землю! Сейчас он доберётся до волшебной палочки, и бывшие коллеги окажутся внизу в холле быстрее, чем моргнут.       Неугомонная псина, заметив его поползновения в сторону кармана мантии, достала откуда-то свою волшебную спутницу и повинуясь магической силе их одежда весьма бодро отползла на пару метров в сторону. А Сириус чёртов Блэк погрузился в него до основания, замер, а затем проделал круговое движение бёдрами. Северус окаменел и распахнул глаза. Ещё одно круговое вращение и в теле взорвался повторный фейерверк ощущений, а глаза потеряли фокусировку, изображение перед ними раздвоилось. Снейп рухнул грудью на покрывало и зажал обеими руками рот.       «Сволочь, какая же сволочь!» – мысленно возопил Северус, содрогаясь от нахлынувшего наслаждения. Сириус прошипел что-то неразборчивое, вцепился в его бёдра и сходу взял бешеный крышесносный темп. Северус, продолжая зажимать руками рвущиеся наружу крики удовольствия, скользил грудью по покрывалу одновременно пытаясь с силой податься назад, не обращая внимания на разъезжающиеся колени. С тихим рыком Блэк подхватил его под живот, ставя обратно, потом передумал и прижал к одеялу, навалился всем телом и продолжил толкаться: бешено, неровно, потрясающе сильно, изумительно быстро...       Сириус и сам уже не понимал, где находится. Поддразнивание Северуса доставило ему незабываемое удовольствие: все эти попытки заглушить стоны, безмолвные мольбы выгибающегося предлагающего себя тела, беспрестанные ёрзания, попытки насадиться на таранящую плоть, пробегающая по стройному телу дрожь, пульсация ануса, сжимающего его так сильно, так сладко. Нежеланные и ничего не подозревающие свидетели всё торчали у стены, и как же хотелось, чтобы они наконец свалили и дали Блэку услышать голос Северуса, его стоны и крики.       Сириус заметил, что Северус тянется к мантии и понял, что тот тоже на пределе, а преподавательский состав Хогвартса рискует не досчитаться двоих представителей, если мастер зелий доберётся до своего волшебного оружия. Анимаг отшвырнул одежду прочь, рискуя получить на свою задницу какое-нибудь беспалочковое проклятье, потом вогнал себя до упора и решил попробовать кое-что новенькое, выбив из головы Северуса мысли о мести. Результат превзошёл все ожидания. Блэк даже испугался, когда любовник буквально рухнул на покрывало верхней половиной туловища, а затем стало не до того: внутренние мышцы сжали его член по всей длине, отпустили, сжали, отпустили, ещё и ещё. Сириус стиснул зубы гася крик, всё существо омыла эйфория. А затем он принялся остервенело вбиваться в желанное тело, с восторгом отмечая ответные попытки впечататься в него со всей силы. В конце концов, устав тратить энергию на удержание равновесия для них обоих, Сириус прижал любовника к полу и продолжил гонку за разрядкой. Северус приглушенно стонал, ёрзал, пытался подаваться навстречу, а затем забился под ним в судорогах наслаждения. У Блэка потемнело в глазах, и он последовал за партнёром.       Продолжая изливаться в горячий пульсирующий канал Сириус краем глаза заметил, как ни о чём не догадавшиеся преподаватели спокойно спускаются вниз; вскоре они исчезли, шаги постепенно затихли вдали. Блэк откатился в сторону, дрожащей рукой нащупал палочку и применил необходимые очищающие заклинания.       Северус глубоко вдохнул одновременно тёплый и наполненный свежестью ночной воздух, перевернулся на спину, раскинувшись на покрывале, сыто жмурясь на звёзды.       – Ушли хоть? – тихонько осведомился мастер зелий.       – Да, – откликнулся Сириус.       – Всё-таки ты безбашенный. А вдруг кто-то бы из нас не сдержался? Вдруг бы они что-нибудь услышали?       – Исключено, – потянулся анимаг.       – Почему?       – Ну, – любовник отодвинулся от него и сел на пятки. – Мы ещё и под пологом тишины находились, так что вряд ли.       – Что??? – Северус медленно сел, сверля Сириуса пронзительным взглядом. – Хочешь сказать, что я зря буквально душил в себе все эмоции?! Блэк, я тебя сейчас четвертую. Где моя палочка?..       Северус попытался неуклюже подняться. По искусанным рукам прошлась тёплая волна, ранки затянулись, а затем перед самым носом зависла палочка Снейпа, призванная Сириусом.       Тот смотрел на него огромными серебряными глазами.       – А ведь было... я даже слов не могу подобрать как это было прекрасно, – тихо произнёс анимаг, откладывая в сторону свою волшебную спутницу. – И невероятно, просто невероятно сексуально.       Северус рассмеялся, кинул палочку на покрывало:       – Вот же, зараза! Злиться на тебя не получается... Соглашусь, было бесподобно.       Снейп опять лёг, заложив руки за голову и согнув одну ногу в колене. Блэк вытянулся рядом, перекатившись на бок и подперев рукой голову, вторая принялась оглаживать грудь и живот Северуса, тот лишь довольно жмурился под этой лаской. Наступила умиротворённая тишина.       В беззаботной неге шли минуты, никто из них никуда не спешил и просто впитывал в себя комфорт, который они черпали лишь в нахождении рядом друг с другом. Пальцы Блэка поднялись выше, легонько прошлись по горлу.       – Будешь полностью убирать?       – Шрамы? – уточнил мастер зелий. – Не планирую, пускай служат напоминанием о былом, надеюсь единственным.       – Потихоньку всё меняется, – ответил Сириус. – С оборотнями проделана большая работа и если получится всё-всё, что задумано, то больше не удастся склонить их на сторону тьмы, по крайней мере, массово. А вдруг у тебя получится и вовсе победить это проклятье, так сказать в целом. С великанами есть подвижки, Хагрид – молодец. Дементоров держат в узде, а значит потенциальный тёмный властелин не получит в своё распоряжение столь опасных соратников. Министерство сильно изменилось, подходом к правде, к своей ответственности перед волшебным миром. Даже чистокровные семьи потихоньку нащупывают путь в новом мире, не завязанный на дутом чувстве превосходства и пренебрежении чужими жизнями. Может наша роль в создании определённого уровня сотрудничества между факультетами, а не только соперничества, здесь, в Хогвартсе, тоже поможет...       – Но никогда ничего не будет идеальным, – заметил Северус, поворачивая к любовнику голову. – Всегда найдутся волшебники, рвущиеся к власти, готовые идти по головам. И они обязательно обзаведутся сторонниками.       – А идеального ничего и не надо. Тьма непобедима, впрочем, не следует забывать, что и свет тоже вечен. Мы постараемся привнести его как можно больше, а там будь что должно, – Сириус задорно улыбнулся. – Полностью одолеть врагов нам не удастся никогда, а вот осложнить им жизнь и постоянно путать все карты – отчего бы и нет.       Северус фыркнул:       – В этом деле ты – мастер.       – Только в этом? – анимаг ухмыльнулся и склонился для поцелуя.       Северус с готовностью приоткрыл губы пропуская внутрь настойчивый язык. Они увлечённо целовались под огромным полным звёзд ночным небом. Тёплый воздух вокруг любовников закрутился небольшими вихрями, оглаживая сплетшиеся тела, жаркая спираль прошлась по ногам Снейпа, заблудилась в паховых волосках, горячей волной обвила член и яички. Северус застонал, безотчётно развёл колени, прервал поцелуй и выдохнул:       – Это ещё что такое, обычный ветер так себя не ведёт.       – Мой ветер ведёт себя как мне заблагорассудится, – заметил Сириус, устраиваясь между разведённых ног партнёра, дразняще двигая тазом, вновь завладевая манящими слегка припухшими губами.       Тёплые струи продолжили оглаживать бока, ерошить волосы, щекотать чувствительный анус. Северус выгнулся, вжимаясь в любовника пахом, обхватил сильный торс руками, затем опустил их ниже и принялся мять напряжённые ягодицы, продолжая тереться о Сириуса, в данный момент увлечённо оставляющего засосы на шее и плечах мастера зелий.       Анимаг спустился ниже, попеременно дразня губами и языком, прихватывая зубами покрасневшие от такого внимания соски, затем ещё ниже, и жадный рот втянул в себя твёрдую плоть. Северус положил руки ему на голову, вплёл пальцы в чёрные волосы, направляя, бесстыдно требуя нужную скорость и глубину проникновения в расслабленное горло, ещё и ещё. Горячий воздух окутал возбуждённое тело, завихрения вокруг горошинок сосков вызвали к жизни табун мурашек, пальцы Сириуса по-хозяйски проникли в сжимающийся вход, вновь смазывая, растягивая, дразня, заставляя то насаживаться на них, то толкаться во влажную теплоту. Снейп самостоятельно выскользнул из глубин ласкающего его рта и требовательно двинул тазом:       – Хватит мучить меня, вставляй давай!       – Как пожелаешь, – анимаг облизнулся, с готовностью пристраивая член к заманчивому входу в желанное тело, неспешно, но настойчиво проникая внутрь. Северус резко втянул в себя воздух и принялся подаваться навстречу. На сей раз Сириус не стал медлить, а сразу начал с энтузиазмом вбиваться в него, одновременно непрерывно скользя по напряжённому пенису плотно сжатой ладонью, покрытой той замечательной, так им полюбившейся смазкой. Удовольствие захлестнуло с головой: ощущение покалывающего бархата на члене, неутомимый таран внутри, проходящийся по простате, тёплые струи воздуха омывающие бока и грудь. Северус тонул в ощущениях и не желал больше ничего иного. Он посмотрел на Сириуса: длинные чёрные ресницы опущены, взгляд устремлён вниз. О, он знал куда прикован горящий возбуждением взор, он тоже любил это зрелище.       Сириус наслаждался открывшимся видом, как его блестящий от смазки член вновь и вновь погружается в вынужденное растягиваться колечко мышц. Внутри было тесно и жарко, чужое тело будто с готовностью затягивало вглубь и не желало отпускать. Он ускорил движения бёдрами и рукой, слушая участившееся дыхание и сладкие стоны любовника. Вот Северус напрягся и задрожал, сжался вокруг Сириуса на грани боли, а из члена стала толчками изливаться вязкая сперма. Анимаг замер, наслаждаясь участившейся пульсацией и продолжая двигать рукой, проводя Северуса через оргазм, вглядываясь в раскрасневшееся запрокинутое лицо, сияющие омуты глаз, приоткрытые от удовольствия губы.       Затем закинул длинные стройные ноги себе на плечи и наклонился вперёд.       – Позволишь? – с придыханием вопросил Сириус, проникновенно заглядывая в чёрные глаза, покачивая бёдрами из стороны в сторону.       – Ещё как, – сдавленно отозвался Северус, облизывая губы. – М-м-м.. давай...       Сириус медленно двинулся вперёд, так же неспешно отпрянул, повторил. Ещё и ещё, постепенно ускоряясь, ни на секунду не отводя взор от лица любовника, выстанывая его имя. Тот в свою очередь впился в него глазами, будто никак не мог насмотреться. Испытываемое удовольствие подстёгивало движения анимага, он вновь и вновь вгонял себя на полную длину, стонал и захлёбывался воздухом. Наконец пришло желанное освобождение. Сириус замер, склонился ещё ниже, прижался лбом ко лбу практически перегнув Северуса пополам, но тот не возражал, одной рукой поглаживая напряжённое плечо анимага, пальцами другой проводя сквозь шёлковые пряди смоляных волос, свесившихся на грудь и лицо зельевара, щекочущих тому шею.       Совсем скоро наступит рассвет. На подгибающихся после жаркой чувственной ночи ногах, мужчины проберутся в выделенные им комнаты. Отоспаться можно будет позже, уже дома, а здесь и сейчас следует привести себя в порядок и окунуться в новый день, в намеченные встречи с директором Хогвартса, а также с учащимися в школе, опекаемыми Блэком малышами, взятыми в эту обитель знаний прямиком из оборотничьих стай – те прекрасно себя чувствовали, но будут рады пообщаться с хорошо знакомыми им магами, которым ребятишки доверяют и которые обязательно передадут им свежие новости из лесного особняка, а их приветы родным доставят по назначению. Да и вообще намечена ещё куча дел.       Однако оба надеялись, что впереди у них много-много времени, и его можно будет потратить не только на требующий постоянного внимания окружающий мир, но и друг на друга.