Подарок судьбы

      Лёжа на боку, подперев одной рукой голову Снейп любовался спящим анимагом. Воспоминания минувшего вечера отзывались приятной истомой во всём теле. Даже не верилось, что это действительно произошло, ведь после признания они ещё долго присматривались друг к другу. С другой стороны, правильно, что их отношения развиваются неспешно и основательно, закладывается прочный фундамент.       Северус протянул руку, невесомо прошёлся подушечками пальцев по губам, которые он не так давно зацеловывал, подхватил прядь длинных чёрных волос и пропустил её через кулак. Затем с сожалением выдохнул, приготовясь вставать. Во-первых, намечается масса различных дел и на то, чтобы валяться в постели нет времени. Во-вторых, очень хотелось повторить вчерашний опыт, а нельзя. Сириус добровольно покорился ему тогда, но вряд ли подписывался на это на постоянной основе. По идее теперь его очередь, и вот тут препятствием служат те самые страхи, что заставили Северуса накануне столь отчаянно перетягивать инициативу на себя. Он страшился уязвимости принимающей стороны, подчинённого положения: нет у него на самом деле той уверенности в себе, каковая явно присутствовала у партнёра. Также, анимаг почти этого не показал, но физическая боль при проникновении определённо присутствовала. Северус вообще-то не неженка, и всё же, всё же...       Пытающегося добраться до края кровати зельевара обхватили сзади и утянули обратно.       – Не так быстро, – усмехнулся анимаг, разворачивая любовника лицом к себе. – Интересно, о чём ты задумался, что так распереживался? Будто собрался на смертный бой.       – Ни о чём настолько серьёзном, – фыркнул в ответ зельевар, – просто у нас, как ты помнишь, сегодня несколько встреч и ещё масса разных дел.       Сириус аккуратно уложил Северуса на простыни и навис над ним.       – Само собой, но только-только забрезжил рассвет и до упомянутых тобою событий ещё далеко, – проникновенным хрипловатым голосом отозвался Блэк, неспешно скользя ладонями по гибкому стройному телу.       Северус непроизвольно выгнулся, пытаясь сильнее прильнуть к ласкающим рукам, позволяя анимагу устроиться между своих разведённых ног. Тот несильно прикусил его за ухо, затем принялся зализывать место укуса. Они с упоением тёрлись друг о друга, анимаг чуть сместился и тяжёлый пенис дразняще скользнул по ложбинке между белыми ягодицами. Северус замер и, кажется, даже перестал дышать. Сириус поднял голову, вопросительно выгнул бровь.       – Дела, – прошептал Снейп, мысленно ругая себя за неуверенность в голосе, предполагая, что сейчас услышит в ответ что-то вроде «подождут».       Сириус прошёлся изучающим взглядом по его напряжённому лицу, затем на губах расцвела мягкая улыбка.       – Хм.       Сириус отстранился, не выпуская Северуса из рук, потянул его за собой, маневрируя так, чтобы оба оказались лежащими на боку лицом друг к другу.       – Ну на это-то время у нас есть? – полувопросительно-полуутвердительно протянул анимаг, плотно обхватывая член Северуса и скользя ладонью вверх-вниз по напряжённому стволу.       Зельевара затопило облегчение, смешанное с благодарностью.       – Безусловно, – отозвался он, в свою очередь потянувшись к любовнику и оказывая ответную «любезность».       Люпин, Блэк и Снейп мучительно размышляли, как правильно организовать полноценное обучение оборотней в реалиях отсутствия у них доступа в магические школы. Все согласились с идеей Сириуса, что прививать подопечным базовые знания необходимо. Более-менее подходящие по возрасту дети, не обращённые в своё время, ещё могли поступить, например, в Хогвартс, в частности Лора – Минерва уже уверила, что для этого нет никаких препятствий, тем более Сириус вызвался спонсировать малышей. А вот как быть с оборотнями? С маленькими-то проблема, не говоря уже о взрослых.       Предстояло разработать план чему учить и как, кто будет передавать знания. Положим, трансфигурацию можно скинуть на Блэка, зельеварение на Снейпа. Ремус был готов совместно с Северусом просвещать их в защите от тёмных искусств, чары также мог взять на себя анимаг, хоть и частично. А вот, например, травологию и уход за магическими существами тоже желательно включить в программу, и для них потребуются свои профессионалы.       Те, кто выбирал для собственных детей обучение на дому нанимали приходящих учителей. Специалисты есть, но кто из них согласится просвещать кучу волкодлаков, да ещё и в их, условно говоря, «логове»? Храбрецов маловато. Решили пока поискать среди чародеев, обращённых в оборотней во взрослом состоянии, есть ли среди них люди подходящей профессии и квалификации. В общем, предстояло многое продумать и сделать.       – Уильям рекомендовал своего бывшего учителя по заклинаниям. Он не оборотень, но согласен обучать «молодое поколение», – Блэк смотрел вдаль и небрежно вертел в длинных пальцах свёрнутый трубочкой пергамент.       Снейп следил за отточенными движениями и думал совсем не о делах. Затем встряхнулся и ответил:       – Надо же, какой смелый. Что ещё о нём известно?       – Опытный преподаватель, специализировался именно на домашнем обучении. Как он сам сказал, его предложение – это знак уважения и поддержки для Уильяма, так-то он отошёл от дел, а насчёт смелости ответил, что в его возрасте уже глупо бояться и он сомневается, что вервольфы польстятся на столь древние кости.       Оба улыбнулись.       – Что ж, следует пообщаться вживую, – резюмировал Сириус.       В комнату зашёл Люпин и перекинул анимагу ещё один свиток.       – Письмо от Минервы, – заметил оборотень, – с рекомендациями.       Сириус воззрился на друга.       – Миссис Граббли-Дерг узнав о нашей ситуации предложила свои услуги. Так-то она не стремится обучать кого-либо, однако посчитала, что проживание в глухом лесу в компании вервольфов её полностью устраивает, – пояснил Ремус. – И, если её снабдят необходимыми волшебными созданиями, с удовольствием покажет, как с ними следует обращаться.       Снейп одобрительно кивнул:       – А это хорошо известная мне кандидатура. Прекрасный грамотный специалист.       – Понятно, надо поговорить и с ней, – отозвался Сириус. – Хагрид получается будет продолжать вести уроки в Хогвартсе?       – Да, – сказал Люпин, игнорируя скривившегося словно от зубной боли Снейпа. – Макгонагалл поговорила с ним, вместе они разработали достаточно чёткий и вроде безопасный план обучения. По крайней мере, в этом году пока никто не жаловался.       – Хорошо, – с облегчением промолвил Сириус, – а то Рубеус заводил уже со мной разговор по поводу переселения в лес вокруг особняка существ, которым стало тесно в Запретном и, если что-нибудь не сложится в школе, его братишке будет негде жить. Правда давно это было, ещё до Нового года. Мне нравится Хагрид – увлечённый и знающий лесник, Грохх тоже ведёт себя нормально, просто...       – Не хочется однажды обнаружить у себя под боком гнездо акромантулов? – саркастически прищурился Северус.       – Это да, – виновато вздохнул Сириус.       – Ну хорошо, что нам это не грозит. Все счастливы и на своём месте, – подытожил Ремус.       Блэк в одиночестве шёл по краю защищённого периметра, проверяя его надёжность. Вроде всё в порядке. Анимаг остановился и запрокинул голову, разглядывая темнеющее небо – день клонился к закату, надо возвращаться. Впрочем, он всегда мог превратиться в Бродягу, которому не помеха ни сумерки, ни темнота.       Он прислонился к стволу ближайшего дерева и погрузился в размышления о Снейпе. Их первая совместная ночь была восхитительно страстной, жаркой, крышесносной. Интимная сторона жизни заиграла новыми красками и сейчас они весьма смелы друг с другом, но... начиная с того утра, когда Северус явственно задеревенел, осознав его намерения, проникающего секса у них не было. Много всего присутствовало: обоюдное доведение до оргазма стимуляцией руками, ртом, страстными объятиями с взаимным трением – а вот этого не было. Так-то всё отлично, сексуальные отношения многообразны, а удовлетворение они получали, да ещё какое! И если бы это их полностью устраивало, то нечего больше желать. Однако чувствовалось, что Северус жаждет повторения сценария первой ночи, Сириус тоже совсем не против овладеть неуловимым мастером зелий, но вот незадача, продвинуться по этому пути никак не получалось.       Когда Блэк понял, что партнёр страшится оказаться снизу, решил опять предложить себя, а Северус неожиданно воспротивился, сделал вид, что не понимает и быстро скользнул вниз, надеясь минетом перебить любую мыслительную деятельность анимага. В самом процессе у него, естественно, получилось – Сириус потерял всякую способность думать, мог только чувствовать – но потом принялся анализировать произошедшее. Северус боялся настолько раскрыться перед ним и замирал при любых самых нежных попытках Сириуса, чем мгновенно сбивал Блэку весь настрой. Но и сам не давал себе волю, видимо, считая несправедливым делать из Сириуса лишь принимающего партнёра, что было трогательно, но не решало проблему. Тупик.       Анимаг попробовал поговорить с любовником, который оказался совсем не чужд откровенности в отношениях, но на данную конкретную тему это не распространялось и Снейп ужом выскальзывал из пальцев стоило затронуть животрепещущий вопрос. Никак не удавалось выяснить, что же за ужасы тот себе напридумывал, а значит не представлялось возможным проработать эти опасения, развеять их.       В конце концов, Сириус определил для себя, что всё упирается в одну большую проблему: Северус слишком много думает. Решение – сделать так, чтобы зельевар, хоть на время, но был бы не в состоянии думать. Это порождало ещё бо́льшую проблему: как этого добиться?       Совсем скоро состоится празднование дня победы над Волдемортом, оно будет проходить в Хогвартсе. Сириус увидится со многими людьми, будет вечер непринуждённого общения, Северус же, скорее всего, окажется не совсем в своей тарелке, учитывая его небольшое отчуждение на уже состоявшемся Вечере Памяти. Можно предложить зельевару чуть расслабиться, например, выпив вина, и коварно подпоить. Не сильно, Снейп, утративший контроль над собой ему не нужен, а вот немного отпустивший себя, очень даже необходим. А затем, уже дома, следует заласкать Северуса до безумия, чтобы тот наконец потерял способность ясно соображать. Вполне реальный план, нужно попробовать.       Сириус кивнул своим мыслям и обратился псом: для продирания через буреломы на пути к особняку в наступившей за размышлениями темноте человеческого зрения будет недостаточно.       – Привет! – улыбнулся Гарри, обнимая крёстного.       – Привет, мелкий! Ты как здесь оказался?       – Сегодня выходной и вместо Хогсмида решил заглянуть в Министерство. Кингсли позвал: у меня оказывается помимо счёта в банке есть и другое наследство от родителей, но получаемое после совершеннолетия. А меня, сам понимаешь, после наступления семнадцати лет где только не носило, затем была чехарда с документами, но вот всё выправилось. Между прочим, восстановили все сохранившиеся картотеки и нашли даже старый адрес Снейпа.       Сириус закатил глаза:       – М-да, лучше поздно, чем никогда. Освободился уже?       – Да. А ты что здесь делал?       – Обговаривал детали миссии уничтожения.       Молодой человек вопросительно уставился на анимага. Тот выдержал паузу и признался:       – Из всего материального наследия поганого недоящера осталась лишь та пещера с инферналами в озере и там тело моего брата. Я бы хотел отыскать его, упокоить и похоронить, а может устроить огненное погребение, заодно сжечь дотла всех остальных, да и вообще развеять все наложенные там тёмные проклятья. В одиночку подобное мне не провернуть, миссия опасная, непредсказуемая и потому нуждается в согласовании с Министерством магии и помощи оттуда же, и лучше тогда договориться и с невыразимцами, и с мракоборцами, чтобы увеличить шансы на благоприятный исход.       – Большое дело, – с серьёзным видом кивнул Гарри. – Могу помочь.       – Безусловно, но это не к спеху, нужно ещё многое изучить и продумать, не раз там побывав. Окончи сначала Хогвартс, чтобы Минерва меня не загрызла за создаваемые её ученикам опасные ситуации.       Поттер рассмеялся:       – Хорошо, но без меня не начинай.       – Договорились, – согласился Сириус.       – Слушай, а давай наведаемся туда прямо сейчас, – загорелся Гарри. – Можно даже внутрь не заходить, мало ли что, просто осмотреться, погулять по окрестностям.       – Я не против, – пожал плечами анимаг. – Заодно пообщаемся, а то давненько тебя не было видно.       – Подготовка к ЖАБА, – скривился Гарри. – Отнимает кучу времени. Кстати, есть пара вопросов по трансфигурации, с которыми я так и не разобрался. Поможешь?       – Конечно.       Шеклболт подписал очередной документ и переложил в соответствующую стопку, с неудовольствием оглядел кипу ещё не просмотренных бумаг. Раздался уверенный стук в дверь, и строгая секретарь провела в кабинет невыразимца. Учитывая, что мисс Тревис обычно служила мощным барьером между министром магии и различными посетителями, такое безапелляционное вторжение означало, что ситуация серьёзная. На это намекало и сложное выражение лица печально известного министру мистера Тунли.       – Что произошло?       – Ничего особенного... просто... мои размышления мне не нравятся и...       Кингсли терпеливо ждал.       – Если мои подозрения пустышка, я готов к отстранению, – выпалил невыразимец.       – Так, стоп, – заметил министр, – обойдёмся без резких движений. Всё, что вы здесь скажете, останется при необходимости внутри стен кабинета. Даже если вы хотите пересказать мне местные сплетни, либо сдать в полном составе весь отдел невыразимцев, которые, ну не знаю, проводят тут по ночам чёрные мессы и едят младенцев. Я просто пойду и всех вас убью, но огласки не будет.       Тот слабо улыбнулся:       – Весь отдел не сдам, а вот по поводу Медвинса всё же выскажусь.       Тунли замялся, но взял себя в руки:       – Он... слишком пристально следит за мистером Блэком. Именно он тогда попытался проникнуть в его личные воспоминания. Помните? Когда вам на это пожаловались и вы устроили нам разнос?       Кингсли кивнул.       – Эксперимент, что отправил мистера Блэка в больницу, также был идеей Ричарда. Да, мы все посчитали её дельной, но инициатива исходила от него... Я отмахнулся от этого всего и перестал обращать внимание на долгие взгляды в сторону Сириуса Блэка, пропустил бы мимо ушей и сегодняшний визит, но...       Невыразимец замолчал.       – Смелее, – подбодрил Шеклболт.       – На перерыве я вышел из Министерства и проходя мимо ближайшего переулка услышал негромкий голос Медвинса, говорящий, что Блэк и Поттер отправились к пещере с чашей. Кинул туда взгляд, всего лишь стало любопытно с кем это он болтает, но рядом с Ричардом никого не было. Казалось, он разговаривал сам с собой, но само построение фразы... всё-таки как будто он это говорил кому-то невидимому. Может я, конечно, понапридумывал себе всякого...       Шеклболт вскочил на ноги:       – Сидите здесь, Джеймс! Никуда не выходите. Доротея!       Секретарь возникла в дверном проёме.       – Сюда никого не впускать, отсюда никого не выпускать. Мистер Тунли сообщил важные сведения, которые должны пока держаться в секрете. Я – к мракоборцам. Вы – ждите здесь.       Министр скользнул к камину и быстро переместился в нужный отдел.       – Фрэнк, – обратился Шеклболт к главе мракоборцев, – мне необходимо установить наблюдение за невыразимцем Ричардом Медвинсом. Пока негласное, задержать только если тот попробует покинуть Министерство.       Фрэнк Кромвель кивнул, глаза сверкали как у хищника, почуявшего добычу.       – И ещё, необходимо несколько хороших бойцов. Блэк и Поттер сейчас около той про́клятой пещеры и на них, возможно, будет совершено нападение. Может я и ошибаюсь, так что переместитесь туда скрытно, без воинственных кличей.       – Понял, – быстро отозвался мракоборец.       – Надо же, такое красивое место и не скажешь, что там внизу таится настоящее зло, как бы пафосно это ни звучало, – заметил Сириус, стоя на краю обрыва.       – Это точно, – согласился Гарри. – Между прочим, почему пещера вдруг стала последним наследием Волдеморта? А хижина Мраксов? А особняк его отца?       – На особняк нашёлся покупатель, не имеющий отношения к волшебному миру. Сотрудники Министерства предварительно облазили каждый закоулок в доме и окрестностях, в том числе хижину и кладбище, изничтожая любые следы магического вмешательства, отыскивая и развеивая малейшие эманации любого чародейства, включая бытовое. Сделали всё, что могли, ещё чище местность стала бы, пожалуй, лишь после применения Адского пламени. Так что, дом опять наполнится людьми, а лесная лачуга, полагаю, попросту сгниёт в безвестии.       – А, тогда понятно. Спустимся?       – Давай, можем даже пробраться в тот огромный грот, но путь к озеру открывать не будем, это лишнее.       Только они оказались на знакомых Поттеру валунах, как анимаг сразу нахмурился и схватил юношу за руку, сделал попытку крутануться, но тут их кинуло друг к другу и словно стянуло спина к спине невидимыми верёвками, не давая добраться до волшебных палочек. Раздалось несколько торопливых возгласов, сказанных почти в унисон на разные голоса:       – Акцио, портал!       Из одежды анимага вылетели белая и чёрная горошины, которые подхватили ликующие нападающие в масках.       – Попались!       Сириус чуть повернул голову к крестнику, прошептал:       – Отвлеки их.       Гомон тем временем продолжался:       – Палочки надо забрать! Акц...       Сосед отвесил говорившему неслабый подзатыльник:       – Тихо, ты! Это же Блэк, прилетит тебе вместо палочек бладжером по глупой морде! Кончаем их и всё.       – Вы кто такие?! Что вам нужно?! – взревел Гарри.       Бешено вращая глазами и раздувая ноздри, он, извиваясь, пытался порвать незримый аркан Антитрансгрессионных чар, отвлекая внимание от неподвижного, ушедшего в себя крёстного. Его гримасы и потуги развеселили противников, заставили попридержать смертельные проклятья в угоду возможности поиздеваться.       – Не слишком ты смел, пацан!       – Что, уже не такой крутой, да?       – Бери пример с пса! Стоит тихо, не рыпается.       – Может от страха оцепенел?       Гарри втянул в себя холодный морской воздух и разразился ругательствами вперемешку с неправдоподобными угрозами, что в его положении выглядело глупо и претенциозно. Соответственно, опьянённые лёгкой победой враги развеселились ещё больше. Краем глаза юноша заметил, как Сириус, поводя вокруг расфокусированным взглядом, извернулся в связывающих чарах и словно схватился неловко вывернутыми частично прижатыми к телу руками за воздух, будто нащупав невидимые путы. Затем анимаг быстро и замысловато перебрал пальцами, сжал их в кулаки и сделал резкое разводящее движение, разрывая сдерживающее обоих колдовство.       Не теряя времени, парочка выхватила своих волшебных спутниц и ударила заклинаниями по насмешникам. Завязалась драка.       Сириус и Гарри сражались яростно и умело, двигались стремительно, и численное преимущество противников потеряло своё решающее значение. До того момента, как обоих обдало жутким неестественным холодом. «Дементоры», – отстранённо определил Гарри. Тёмные твари были не одни, с ними прибыла ещё парочка волшебников, вокруг которых увивались их Патронусы. Они ударили сверху проклятьями, целясь в камни, не разбирая кто здесь кто. В результате Сириус с Гарри и их противники упали в ледяную воду, колдовать в которой стало проблематично. Вражеские маги почли за лучшее отплыть в сторону и с палочками в зубах забраться обратно на каменную породу. На это у них были все шансы, в отличие от Блэка с Поттером, которых продолжали атаковать стоящие на скале новоприбывшие.       Экспеллиармус Гарри не достиг цели, но Сириусу удалось наколдовать Щитовые чары, на время укрыв обоих под сенью магии. Анимаг показал глазами на приближающихся в своей манере – неспешно и жутко – дементоров и кивнул на находящуюся позади пловцов расщелину в скале. Под прикрытием Сириуса, поддерживающего созданную им защиту, у Гарри получилось призвать слабенького Патронуса, не отогнавшего, но, по крайней мере, на время остановившего тёмных тварей, а также прояснившего сознание, очистив от искусственно вызванного ужаса грозящего прорвать самоконтроль. Затем оба нырнули, уходя из-под обстрела вражеских чародеев и вынырнули уже в скальном проходе.       – Долго мы здесь не продержимся, – прохрипел Гарри, отплёвываясь от солёной воды. – Нужно укрыться внутри.       – Не очень хорошая идея загнать себя в замкнутое пространство, – мрачно ответил Сириус, тем не менее начиная бодро двигаться в нужном направлении.       – Там хотя бы твёрдая поверхность под ногами, – заметил юноша, устремляясь вослед.       Проплыв на всей доступной скорости тоннель, они наконец добрались до цели. Осветили тёмные своды и держа палочки наизготовку напряжённо уставились на выход из пещеры.       – Я бы за нами точно не последовал, – промолвил настороженный анимаг. – Завалил чем-нибудь вход и дело с концом.       – Не вариант, – отозвался Гарри. – Чтобы нас уморить понадобится несколько дней, а из места назначения мы секрета не делали, кто-то наверняка слышал, да и Кингсли сразу вспомнит, зачем ты приходил в Министерство в последний раз.       – Тогда заколдовать проход, чтобы прибывшая помощь не смогла добраться до нас вовремя. Впрочем, ничто не мешает им отправить сюда хотя бы дементоров.       В и так холодной пещере стало совсем зябко, воцарилась полнейшая тишина и на волшебников словно набросили тяжёлое колючее одеяло полнейшей безнадёжности.       – Вот и они, – тихо продолжил Сириус, – готов подумать о чём-нибудь хорошем?       Гарри кивнул. Из чёрных вод выплыли и зависли над ними высокие закутанные в лохмотья фигуры, множество фигур – наверное, всё же надеялись взять числом. Каменные своды озарились ярким серебристым светом: олень и гиппогриф рванули на противников и те бросились врассыпную, но, вопреки всем расчетам не сбежали, а рассредоточились. То одна, то другая зловещая тень с разных сторон пыталась приблизиться к замершим на месте людям, отступая, когда путь им преграждал кто-то из Патронусов, но неизменно возвращаясь и пытаясь снова атаковать. Чародеев попеременно обдавало то теплом, то лютым холодом, болезненные воспоминания то скрывались в глубине души, то стремительно неслись к поверхности, смущая и путая сознание.       – Это что-то новенькое, – пробормотал ошеломлённый Гарри.       Сириус зло прищурился:       – ХВАТИТ.       Защитники бесшумны, поэтому раздавшийся сердитый клёкот стал полной неожиданностью. Олень вдруг встал между ними и наклонил голову с ветвистыми рогами, его сияние усилилось словно заключив обоих охраняемых магов в полусферу света. Гиппогриф же, казалось, раскалился добела. Резкий рывок в сторону, удар огромного клюва и попавший под раздачу дементор захрипел, затрепыхался в вышине, а затем рухнул на землю. Патронус развернулся к следующей тёмной фигуре: та отпрянула, но не была достаточно быстра, взмах когтистой лапы вспорол её лохмотья и находящуюся за ними гнилую плоть. Дементора отбросило в сторону и тварь стала оседать вниз, хрипя и захлёбываясь воздухом.       От медленного угрожающего кружения вокруг намеченной добычи не осталось и следа, дементоры в явной панике заметались по пещере, вся их неторопливость исчезла. Чародеи и сами были в шоке от происходящего, ошалело глазея на разворачивающуюся драму.       Наконец, видимо вернув себе способность соображать, жуткие создания стремительно кинулись в тёмную воду, раненые также доползли, иначе и не скажешь, до уходящих вглубь каменных ступеней и нырнули в море.       Сияние волшебного создания вернулось в норму. Гиппогриф заложил крутой вираж и приземлился морда к морде с Патронусом Гарри, распростёр огромные крылья: магов обдало дополнительным теплом и неземным спокойствием. Ещё минуту они нежились в этом уютном очищающем свете, а затем оба защитника пропали.       – Ничего себе, – нарушил молчание Гарри, – никогда не видел такого поведения. Чтобы дементоры так изощрённо нападали, а Патронусы создавали круговую защиту из света или действительно ранили, а не отгоняли их...       – Я тоже, – не скрывая изумления в голосе промолвил Сириус. – Мой Патронус, конечно, уже удивлял меня...  А ведь правда, год назад перед финальной битвой он ранил одного из дементоров, просто я тогда этого не понял.       Послышался еле слышный плеск, и чародеи наставили на воду волшебные палочки. Из тоннеля показалась Дора, она доплыла до ступеней и улыбнулась:       – Привет! Рада, что с вами всё в порядке. Сейчас докажу свою подлинность и надо выбираться, холодно здесь.       Метаморф действительно играючи изменила форму носа и ушей, цвет глаз и волос, затем заметила:       – И ещё, мама просила передать, она нашла в библиотеке ту самую старую сказку про ощущение, и может тебе будет интересно её почитать. Не знаю, что имелось в виду.       Анимаг улыбнулся в ответ:       – Потом расскажу. Как поняли, что мы в беде?       – Один из невыразимцев доложил о странном поведении коллеги и что он кому-то передал сведения, куда вы сегодня отправились. Кингсли насторожился, велел мракоборцам скрытно проверить всё ли в порядке. Мы тихонько подкрались и узрели кучу подозрительных типов в знакомых масках. Они обсуждали стоит ли идти внутрь, или обрушить вход, а может вызвать и послать ещё дементоров. Поняли, что вы в пещере. Быстро их повязали, и тут из расщелины повалили дементоры, да с такой скоростью! Нас чуть ветром не сдуло со скалы. Улепётывали они знатно, никто не успел даже осмыслить происходящее, не то, что Патронуса вызвать.       За рассказом они не заметили как выплыли наружу. Мракоборцы помогли вылезти на сушу, и вся компания отправилась в Министерство.       Молчаливый, какой-то неестественно тихий Шеклболт выслушал доклад Кромвеля и рассказ Сириуса с Гарри.       – Медвинс во время правления Волдеморта помогал несогласным с тогдашней политикой выкрутиться в сложных ситуациях, покрывал их. Да, половину потом убили в собственных домах Пожиратели смерти, но мало ли, чтобы нарваться на смертный приговор тогда было достаточно и простого подозрения, – тусклым усталым голосом промолвил министр магии. – Во время последующей чистки кадров мы нашли пособников Волдеморта и среди невыразимцев, но они явно открыли себя ещё в тот год и это было нетрудно – легилименция всё подтвердила. На всякий случай, проверили и остальных, включая Медвинса... Вот только он превосходный легилимент, а также окклюмент, как выяснилось.       – Мы его задержали при попытке сбежать, когда он прознал, что вы отбились от нападавших, – глава мракоборцев продолжил речь замолчавшего министра. – Теперь допрашиваем, но это крепкий орешек.       Блэк кивнул и обратился к хмурому Шеклболту:       – Прекрати источать уныние, ты не можешь всё знать, проникать в чужие души и, как каждый человек, нуждаешься в людях, которым доверяешь. Ты не можешь подозревать всех и каждого, невзирая на заслуги, иначе сойдёшь с ума.       Кингсли вздохнул:       – Понимаю, разумеется, только вы с Гарри чуть не погибли.       – Но не погибли. Ребята опять правильно выбрали время, прямо перед знаменательной датой, но снова, как и раньше, остались ни с чем, лишь лишились кучи исполнителей. Скоро желающих помочь им за золото ли, или за идею может и не остаться, – попытался поднять собравшимся настроение Блэк.       – Пока что их предостаточно, – проворчал сидящий рядом Снейп.       Мастер зелий каким-то образом всё прознал и поспешил в Министерство. Обычно сдержанный и закрытый человек, он находился слишком близко к анимагу, следовал за ним повсюду и пронзал предупреждающим взглядом каждого, кто пытался приблизиться к Сириусу, кроме разве что самых близких ему людей, в общем выдавал себя с головой.       Пронзительные чёрные глаза сосредоточились на министре магии:       – Позвольте мне поговорить с мистером Медвинсом. Посмотрим, насколько он хорош.       Шеклболт смерил мастера зелий испытующим взглядом, поколебался немного и ответил:       – Только не спалите ему мозги, Северус. Это лишь добавит нам проблем.       – Ничего ему не сделается, – зловещим тоном ответил Снейп.       На лицах всех присутствующих появилось выражение крайнего скепсиса. Кингсли вздохнул и обратился к начальнику мракоборцев:       – Проводите его к задержанному, Фрэнк. Всю ответственность беру на себя.       Чернокожий здоровяк обречённо махнул рукой, Кромвель с готовностью встал. Снейп закатил глаза, следуя за ним:       – Сказал же, ничего с драгоценным сознанием мистера Медвинса не случится.       Медвинс действительно являлся весьма сильным окклюментом, но не против шпиона много лет обманывавшего самого Тёмного лорда. Снейп принял участие и в допросах других задержанных, на правах внештатного «консультанта».       Сам Ричард не знал какому незримому связному передавал ценные сведения, он просто временами прогуливался в обозначенный заказчиком переулок, посылал в определённом направлении сигнальное заклинание и выждав минут десять разговаривал там якобы с самим собой. Иногда перед носом, словно из ниоткуда вспыхивали и медленно гасли полупрозрачные инструкции. Улочку тщательно обследовали, но не нашли ничего подозрительного.       Среди нападающих не присутствовало ни одного с реальной меткой Пожирателя смерти, это были просто сочувствующие их идеям маги, а пара умеющая вызывать Патронусов и вовсе оказались наёмниками, ещё один по-прежнему находился при заказчиках.       Напасть собирались конкретно на Блэка, готовили ловушки в нескольких местах, в том числе около пещеры, где раньше хранился крестраж, узнав от Медвинса, что Сириус проявляет к ней интерес и собирается в ближайшее время отправиться туда на разведку. Но были не против также устранить победителя Волдеморта, раз представилась такая возможность. И действительно пытались приурочить засаду как можно ближе ко второму мая.       Полученные ценные сведения уже могли послужить основой для открытия дела против заказчиков, но тут были и свои сложности.       – Очень хорошо, – медленно проговорил задумчивый Кингсли. – Есть за что зацепиться.       Сириус тем временем изучал осунувшееся лицо своего партнёра. Боевой запал у того прошёл, сменившись какой-то обречённостью.       – Родня осуждённых Пожирателей смерти хочет отыграться за близких им людей, – заметил анимаг. – Вполне естественное желание, но оно в конечном счёте приведёт их в Азкабан, если не в могилу.       Снейп еле заметно вздрогнул.       – Считаешь, что не следует привлекать их к ответственности? – нейтральным тоном вопросил анимаг, поймав взгляд зельевара.       Гарри аж подпрыгнул на диване:       – Сириус, ты о чём? Они уже столько неприятностей нам доставили! И оставить всё как есть? Серьёзно?       Блэк тяжко вздохнул:       – Если бы это реально могло помочь. Они ведь убеждены в своей правоте, и они такие не одни. Скольких ещё нужно пересажать, сколько планов расстроить?       – А мы убеждены в своей правде. Нам отбросить её, лишь бы врагам, не гнушающимся никакими способами достижения цели, стало хорошо? – возмутился Поттер.       – Нет, – покачал головой Блэк, – просто тот же Теодор Нотт, он ведь не негодяй, не злодей. Ему больно за отца. Это для нас тот убийца и пособник зла, а для него – родной человек.       Снейп смотрел на Сириуса с удивлением и благодарностью. Это, наконец, заметил и Гарри. Молодой человек успокоился и тихо сказал:       – Понимаю... Вот только он и остальные выбрали плохие методы. Нам ведь рассказали, что Теодор проводит какие-то научные изыскания, опыты, интересовался у Медвинса, что тому известно о маховиках времени. Они травили и пытались оболгать все наши начинания. Хоть нападение на лесной особняк и было разработано и совершено не подчиняющейся им группой беглых Пожирателей, но они заранее знали о нём, снабжали тех информацией и попытались в дальнейшем воспользоваться ситуацией. Теперь же они тоже перешагнули этот барьер: устраивают западни, связались с дементорами. Как мы будем себя чувствовать, если в своей кажущейся им праведной ярости они добьются своего? Например, убьют тебя? Ловушка около пещеры готовилась для тебя, Сириус, не забывай об этом.       Снейп устало провёл рукой по лицу:       – Поттер прав.       Все с удивлением уставились на него, Гарри так вообще вытаращился на своего бывшего профессора, не веря ушам.       – Мне тяжело, – продолжил Снейп, – ведь со многими я взаимодействовал, кого-то учил. Нотт – умный парень, талантливый маг, гордость Слизерина. Я понимаю его мотивы. Но, всё верно, их действия – это дорога в бездну и являют собой угрозу уже для наших близких.       Сириус поднял стул на задние ножки, скрестил руки на груди и принялся разглядывать потолок, а потом изрёк:       – Мне нужно связаться со Скитер.       – Зачем? – поинтересовался Кингсли.       – Через неё можно организовать встречу с отпрысками Нотта, Роули и остальных.       – Уверен, что она согласится? – уточнил Снейп. – Дело о клевете ты выиграл, вчинил ей внушительный материальный иск, который суд также удовлетворил. Теперь готовишь новый о связях с Пожирателями смерти, хотя об этом она пока не знает.       – Вот именно, – ответствовал анимаг. – Мисс Рита уже попыталась вызвать к себе сочувствие, раскричавшись о своём бедственном положении и моей жадности, но всем оказалось плевать, люди окончательно отвернулись от неё. Теперь она взывает к моей жалости, засыпая покаянными письмами. Ещё бы, сумма запрошенного морального ущерба вдвое превышает то, что она получила от наших чистокровных мстителей. Мне её деньги не нужны, но сам принцип... Так что, она на многое согласится.       – И что ты им скажешь при встрече? – полюбопытствовал министр магии.       – Постараюсь воззвать к здравому смыслу и чувству самосохранения, – пожал плечами Блэк. – Укажу на то, что их ярость может завести не туда, что они не только не помогут своим, но и усугубят их положение, а также сами рискуют оказаться в одной камере, и вряд ли это то воссоединение, о котором они мечтают. Покажу, что мы обладаем уже достаточным массивом данных, чтобы это устроить. Попробую доказать, что как они ни любят родных, но никого из них не посадили просто так, те творили действительно страшные вещи: продолжайте их любить, но не пытайтесь представить всё так словно правда на их стороне, как бы ни хотелось в это верить. Что союз с дементорами – это дурная идея и они не смогут их контролировать, в случае чего. Что ещё не поздно остановиться, пока не произошло ничего непоправимого.       Блэк оглядел недоверчивые лица окружающих магов.       – Они умные люди: кто-то да прислушается, кто-то засомневается в правильности выбранного пути, кто-то просто испугается последствий. Вряд ли они тут же дружно разойдутся в разные стороны, но я могу посеять сомнение, расколоть этот монолит изнутри. В любом случае, это шанс. Шанс прежде всего для них. Постараюсь это донести.       – Не очень верю в успех предприятия, но попробуй, – спустя минуту всеобщего молчания разродился Шеклболт. – А вдруг...       Большой зал Хогвартса сиял яркими огнями, играла музыка. Официальная часть празднества уже закончилась, волшебники разбились на группы по интересам. Рон, не теряя времени даром направился к фуршетному столу, Гермиона возведя очи горе пошла за ним, а Гарри прихватив бокал вина влился в небольшой тесный круг чародеев и сразу принялся выпытывать у крёстного удался ли его план.       – Я лишь слышал, что ты простил Рите Скитер присуждённый тебе моральный ущерб. Так ли уж это было необходимо?       – Да. Мы заключили своего рода договор. Мисс Скитер организовала встречу, в полном объёме вернула заказчикам травли полученные от них деньги и отказалась от дальнейшего сотрудничества, а также обязалась не лезть в мои дела. Взамен я простил долг и не буду подавать тот новый иск, о котором мы говорили. Если же журналистка в будущем попробует нарушить уговор, то мигом окажется на скамье подсудимых. Я показал ей часть доказательств и судя по мертвенно бледному лицу мисс Скитер быстро высчитала, какой срок ей грозит.       – А сама встреча?       – Прошла без происшествий, – анимаг искоса глянул на закатившего глаза Снейпа и добавил, – исключая несколько попыток проверить умею ли я сопротивляться действию Империуса.       – Что?! – возмущённый юноша чуть не расплескал вино.       – Примерно такая реакция была у Ремуса с Северусом, – усмехнулся Блэк. – Им не удалось взять меня под контроль, так что всё нормально.       – Ты в одиночку туда пошёл, что ли? – дошло до Гарри.       – Конечно. Из этой встречи не делалось тайны, так что не в их интересах было калечить или убивать меня на ней – это сразу бы указало на виновников, а идти целой делегацией, значит добавить ненужной напряжённости. В общем, я сказал им всё, что хотел сказать, а дальше пусть думают.       – Да уж, Империус это не шутки, – покачал головой Кингсли, – за одно это засадить бы их по полной, – а затем с хитрой улыбкой обратился к мастеру зелий. – Точно уверен, Северус, что Сириус отразил все попытки связать его волю?       – Уверен, – усмехнулся тот.       – К тому же Северус и Андромеда пошли со мной в Гринготтс и там мы бодро проехали через гоблинский водопад, а он смывает действие не только маскирующих чар, – добавил улыбающийся анимаг.       – По чьей инициативе?       – По моей, на всякий пожарный, – подмигнул Сириус.       – Это было лишним, Блэк сопротивляется данному заклятью даже в практически бессознательном состоянии, – заметил мастер зелий.       Гарри хотел спросить откуда Снейпу об этом известно, но тут крёстный продолжил развитие темы.       – «Гибель воров» крайне сложное комплексное заклятье, меня очень интересует его природа, надо будет поговорить с Биллом. Вообще, было бы здорово иметь в арсенале заклятье распознающее и отменяющее Империус, да установить его в коридорах, например, Министерства.       Шеклболт задумчиво крутанул бокал:       – Замечательная идея! Да и не только в Министерстве. Хотя, полагаю, такой водопад – слишком дорогое удовольствие. У нас есть Детекторы, тоже недешёвая вещь, но Империус они не выявляют. Да и того, кто их держит можно заколдовать.       – Если заклятье снимает все-все маскировочные и связывающие волю чары, то да. Создавать с нуля долго, также как и тестировать, чтобы работало без сбоев и разные компоненты магии не мешали друг другу, а купить у гоблинов – цены не сложишь. Но если настроить какое-нибудь встроенное в дверной проём заклятье лишь на Империус, можно просто на распознание, то затея становится реальнее, – возразил Блэк. – К тому же я не стал бы устанавливать преграду, отменяющую абсолютно все наложенные на человека заклятья, даже маскировочные: судебных исков не оберёшься, если с какой-нибудь модницы сдует, например, гламур, или у кого-то в интересном месте развалится наспех заделанная иллюзией прореха, а чародей всего-то хотел незаметно дотянуть до конца рабочего дня и намеревался исправить ситуацию уже дома. Как объяснишь почему ты вмешался в чужое не запрещённое колдовство? А вот Империус определённо вне закона.       – Интересно, можно ли наложить Табу на Непростительные заклятья? – вмешался Гарри. – Произнёс их кто-то и мракоборцы в курсе. Ведь даже на имя можно.       – Одно дело на имя – это определённый набор звуков, – включился мастер зелий. – Другое – на заклинание. А если его просто произнесли, кому-то объясняя, например, ученику, что применять его нельзя, но магическую силу не приложили. И тут, здравствуйте, патруль мракоборцев в классной комнате. Запретить вообще произносить данный набор звуков – это уже перебор. А если их кто-нибудь научится применять невербально? Пока не удавалось, но никто не знает, как будет дальше развиваться магия. Кстати, Табу, как и Надзор отслеживает место, а не кто точно применил. В случае с Непростительными это важно. Да и вообще, нужно сначала лучше изучить Империус. С остальными всё понятно, но вот это заклятье скрытное и непростое. Действительно, «Гибель воров» смывает его без следа, но у гоблинов вряд ли удастся вытянуть секрет водопада.       – Однако можно попробовать... Или самим досконально изучить Империус, – заметил Сириус, в глазах которого, как и у Северуса, горел неподдельный интерес.       – Да уж, какие маги, такой и непринуждённый разговор, – рассмеялся Кингсли. – Предлагаю пока закрыть тему и расслабиться. Праздник же.       Согласно предложению Кингсли перешли на более лёгкие темы, затем вниманием министра магии завладели другие страждущие пообщаться. Помимо участников битвы за Хогвартс на вечеринке присутствовали и маги, не принимавшие участие в сражении: представители Министерства, школьные попечители, другие почётные гости.       В какой-то момент Минерва утащила Северуса с собой, интересовалась как у него дела, как прошёл разговор с Граббли-Дерг и тому подобными вещами. Сириус продолжал весело болтать о чём-то с Золотым трио и Люпинами, временами к ним подходили другие чародеи, знакомые и незнакомые.       Мастер зелий хорошо чувствовал себя в таком привычном Большом зале, среди знакомых лиц, но ещё лучше ему было, если бы анимаг общался только с близким кругом друзей, однако массу самых разных людей как магнитом тянуло к Сириусу. Все эти кокетливые улыбки, взгляды из-под полуопущенных ресниц, стремление встать практически вплотную весьма нервировали Северуса. Он как-то позабыл, находясь в своём устоявшемся уютном мирке, где никто не посягал на их отношения, что его партнёр желанная добыча для многих. И, как краем глаза отмечал для себя мастер зелий, не только для женщин.       По окончании разговора Снейп ещё раз обменялся любезностями с Макгонагалл, директор пожелала ему всего наилучшего, и они разошлись. Северус решил вернуться к Сириусу, но замер на месте: собеседники у анимага опять поменялись, и если к пожилой женщине, обращающейся к Сириусу с какой-то материнской теплотой, у него не было никаких претензий, то к вертлявому молодому красавчику, пожирающему Блэка взглядом, имелись. Северус почувствовал, что закипает. Да сколько можно! Мастер зелий нахмурился, сделал решительный шаг вперёд, но мягко опустившаяся на рукав мантии узкая женская ладонь его остановила.       Андромеда тепло попрощалась со своим недавним собеседником – весьма милый старик, помнивший её ещё малюткой. Так странно после стольких лет опять оказаться среди множества волшебников. Раньше чародейке жилось достаточно комфортно в некоторой изоляции, но тогда рядом был Тед: родной, любимый человек. Они существовали уединённо, немного на периферии, поскольку в центре магического сообщества можно было встретить не самых приятных людей, имеющих на неё зуб лишь по факту замужества. Неподходящую по мнению чистокровных снобов партию ей не простили. Сейчас, когда любимого больше нет с нею – мысль, с которой Андромеда никак не могла смириться, но понимала, что ничего исправить нельзя, мёртвые не возвращаются – она потихоньку всё сильнее вливалась в самое ядро волшебного мира, где косые взгляды со всех сторон наоборот преследовали её бывших гонителей.       Женщина окинула взглядом зал, остановившись на напряжённом Северусе. Нимфадора рассказывала ей, что после нападения на Гарри и Сириуса мастер зелий буквально прилип к последнему, улыбаясь передала как забавно смотрелось, когда, нарвавшись на угрожающий взгляд чёрных глаз, люди собирающиеся подойти к анимагу резко меняли направление движения.       Сразу после покушения такая реакция оправдана, а вот почему Северус сейчас сверлит взглядом какого-то бедолагу? Впрочем, учитывая как молодой чародей откровенно облизывается на её кузена...       Понятно, каждый влюблённый имеет право на ревность, вопрос лишь в том насколько далеко он готов в ней зайти. Миссис Тонкс искренне желала мужчинам счастья, но сомневалась, что болезненное собственничество поможет построить долговечные отношения. Это не её дело и Снейп имеет полное право сказать об этом, в том числе в грубой форме, но она всё же вмешается.       Прикосновение руки остановило рвущегося в атаку зельевара. Северус с неудовольствием оглянулся на неожиданную помеху, затем его взгляд смягчился:       – Что?       – Извини, Северус, просто хотела удержать тебя от смертоубийства, – улыбнулась Андромеда.       Снейп возвёл очи горе:       – Как вы все любите преувеличивать.       – Возможно, – усмехнулась миссис Тонкс, а затем посерьёзнела. – Прости, что лезу без спроса, но мне хочется, чтобы у вас всё получилось. Сириус – человек смелый и страстный, с тягой к приключениям, но цель его жизни всё же не бродяжничество и домашний уют он ценит по достоинству. А ещё он честный: если ты его враг, то знаешь об этом, если друг – аналогично. В этом Сириус заслуживает всяческого доверия.       Северус не выказал гнева от вмешательства в свои личные дела, просто удивлённо уставился на неё.       – Я.. сказала что-то не то? Ты думаешь иначе? – смутилась чародейка.       – Да нет, всё то, но у меня и в мыслях не было не доверять Сириусу, – без всякого сомнения ответил маг. – А вот некоторым лишним элементам веры нет, – вновь ощерился зельевар, в своём воображении испепеляя наглеца всё не отлипающего от его мужчины.       «Что ж, доверие присутствует и это уже хорошо», – подумалось Андромеде.       – Я знаю, что если Сириус... если Сириус решит будто всё кончено, то скажет об этом прямо. Не станет юлить и таиться, – продолжил Северус, затем судорожно сглотнул, – и я.. приму это. Не стану навязываться. Или мешать ему, гм, строить свою жизнь, кого бы он ни выбрал.       Миссис Тонкс ободряюще улыбнулась. Слова Северуса звучали искренне, ну, кроме последней фразы, на которой тон его голоса сделался зловещим, и маг кинул очередной злобный взгляд на ничего не подозревающего собеседника Сириуса, всё ещё безуспешно пытающегося вызвать выходящий за рамки обычной вежливости интерес анимага к своей персоне. В общем, стало понятно, что самому Сириусу ничего не грозит, при любом раскладе. А вот за долгую и счастливую жизнь гипотетического разлучника или разлучницы Андромеда бы не поручилась.       – Да ну тебя, – фыркнула миссис Тонкс. – Ничего не кончено, всё у вас только начинается. Просто не раздавай тёмные проклятья направо и налево разным вертихвосткам: тебя посадят в Азкабан, Сириус пойдёт его штурмовать, и вы оба героически погибнете на радость менестрелям. Поэты обожают такие истории.       Снейп улыбнулся в ответ:       – Хорошо. Постараюсь сдерживаться, да и Блэка не следует обижать, вдруг примет на свой счёт и решит, что я его в чем-то подозреваю.       На том и разошлись.       Подошедший к Сириусу Северус постарался выдавить дружелюбную улыбку. Получилось не очень и прилипчивый молодой человек наконец понял, что ему пора откланяться. Но мастер зелий постарался исправиться, к своему удивлению, всё же приняв к сведению слова Андромеды. Обычно он никому не позволял лезть в личные дела, может кроме Альбуса, но тут старому интригану было невообразимо сложно противостоять, учитывая также, что делалось это из действительно добрых побуждений. Да ещё маме и Лили дозволялось его наставлять, в том далёком почти забытом прошлом. Однако в последнее время у закрытого и упрямого чародея появился свой круг – Блэк, Люпины, Лора, Маркус с Дариной и другие оборотни, миссис Тонкс, помогавшая ухаживать за раненым Сириусом, да и некоторые внешние силы, которым он доверял, например, госпожа Эйрмед или Берта. Этим людям, ставшим своими, позволялось намного больше, чем всем остальным кто когда-либо присутствовал в его жизни.       Сириус сдерживался изо всех сил, чтобы не рассмеяться. Он прекрасно заметил недовольные взгляды мастера зелий, бросаемые на подходящих к Блэку людей. Затем кузина о чём-то поговорила с источающим зловещую тёмную ауру Северусом и тот несколько притушил внешние проявления ревности, но так и не смог полностью закрыться.       Вот и сейчас, явно идущая к Сириусу симпатичная чародейка с обольстительной улыбкой на устах вдруг спала с лица, напоровшись, как на нож в подворотне, на пронзительный взгляд чёрных глаз, в которых горело обещание скорой смерти. Леди почла за лучшее сменить направление, Северус же досадливо поджал губы, судя по всему, ругая себя за несдержанность, за то, что никак не может взять себя в руки.       Анимаг ещё ни разу не оказывался в роли сказочной принцессы, охраняемой зловредным огнедышащим драконом, и это его изрядно веселило. Хотя, всякие прилипчивые чуть ли не предлагающие себя здесь и сейчас персонажи ему тоже надоели, в этот вечер их было многовато, сказывалась общая расслабленная атмосфера и выпитое вино. Так что, Сириус испытывал благодарность за избавление от них. Причём недостатка в собеседниках не наблюдалось, его личный «дракон» спокойно подпускал к ним близких друзей, пожилых почтенных магов, и даже тех волшебниц, которые может и смотрели на анимага с восхищением, но не лелеяли явных матримониальных планов.       Однако, пора закругляться: наговорился он на неделю вперёд и вообще росло и ширилось желание затащить Снейпа в укромный уголок – вот уж с кем удалось перекинуться лишь парой фраз за весь вечер.       Воспользовавшись небольшой передышкой Сириус приманил со стола ополовиненную бутылку с двумя чистыми бокалами и приблизившись к уху партнёра прошептал:       – Давай выберемся на балкон, подышим свежим воздухом.       По телу Северуса прошла дрожь от обдавшего его тёплого дыхания, он скосил на Сириуса глаза и кивнул. Анимаг незамедлительно накинул на обоих Дезиллюминационное заклинание, под прикрытием которого, лавируя среди гостей, они и выбрались за пределы залы.       Прохладный ночной воздух был наполнен свежестью, ароматами пробудившейся от зимнего сна и распустившейся природы. Блэк вручил спутнику бокал с вином, опёрся на перила небольшого скрытого балкончика.       – Замечательный праздник, подкинул несколько идей, – промолвил анимаг, – надо будет обдумать на досуге. Да и сама обстановка располагающая, столько интересных людей.       – Людей действительно много, больше, чем необходимо, – проворчал мастер зелий.       – Может быть. Разговоры с посторонними и правда несколько утомили, – ответил Блэк. – То ли дело общение с тобой, оно никогда не надоедает.       Улыбаясь, Сириус чокнулся с Северусом за этот неявный тост. Тот быстро поднёс бокал к губам, скрывая удовольствие и небольшое смущение от услышанного.       Они продолжили непринуждённое общение пока ёмкость не опустела. Затем Сириус взмахом волшебной палочки отправил посуду обратно в зал, на бутылку же кинул задумчивый взгляд и преобразовал её в изящную стеклянную розу. Проработка деталей была потрясающей, мастер зелий осторожно коснулся цветка, выглядящего столь хрупким, практически нереальным и одновременно обманчиво живым.       – Давай продолжим этот разговор дома, – прошептал Северусу находящийся очень близко к нему анимаг, одновременно вручая розу.  – Кстати, в погребе на Гриммо есть похожее вино, но с более чарующим букетом, если память меня не подводит. Сравним?       Свет, проникающий через щель в неплотно закрытых тяжёлых шторах, отделяющих их уютный закуток от остального замка, рассыпался разноцветными бликами, заиграл на стеклянных лепестках и его отражение вспыхнуло искорками в серебряных глазах.       – Давай, – заворожённо прошептал Северус.       Блэк улыбнулся и прижал любовника к себе. Спустя мгновение оба исчезли.       Вино из погреба действительно оказалось похожим, но намного ароматнее и насыщеннее. Портал отправил магов сразу в гостиную, где те и расположились в удобных креслах перед разожжённым камином. Невзирая на расслабленную атмосферу, они увлеклись разбором сложных схем создания собственных заклинаний, в разгар обмена мнениями Сириус пересел на подлокотник соседнего кресла, с жаром доказывая свою точку зрения, казалось не замечая, что Северус сразу потерял нить разговора. Наконец Северус не вытерпел и притянул Блэка поближе к себе, прерывая пылкую речь глубоким поцелуем.       – М-м-м, кажется время разговоров действительно подошло к концу, – усмехнулся анимаг. – Не возражаешь?       Не дав Снейпу возможности ответить Блэк выдернул его из объятий мягкой мебели и крутанулся, перемещаясь в спальню.       – Ох, – покачнулся дезориентированный зельевар.       – Извини, – с тревогой заметил Сириус.       – Ничего страшного, – отозвался Северус, но на кровать всё же присел.       – Позволь мне загладить вину, – вкрадчиво прошептал анимаг с готовностью опускаясь на колени и принявшись освобождать от одежды стратегические места. Добравшись до желаемого, единым порывом вобрал в рот больше половины уже вставшего, истекающего смазкой члена. Северус захлебнулся воздухом, откинулся назад и вплёл пальцы свободной руки в длинные шёлковые пряди на макушке, не пытаясь при этом руководить любовником, просто наслаждаясь процессом. Напряжение росло и росло... ещё немного... ещё чуть-чуть...       Анимаг неожиданно выпустил член изо рта и облизнулся. Переход от чувственного жара к бездушной комнатной прохладе вырвал стон из возбуждённого Снейпа, по телу прошла волна дрожи.       – Давай устроимся поудобнее, колени затекли, – с невинным видом заметил Сириус в ответ на недовольный взгляд чёрных глаз.       Впрочем, выражение лица зельевара быстро поменялось, когда Блэк принялся в не слишком быстром дразнящем темпе освобождаться от одежды, небрежно швыряя вещи на пол. Ощупывая атлетичное смуглое тело жадным взором Северус куда как стремительнее и нетерпеливее избавился от собственного одеяния и подтянул себя к изголовью.       Обнажённый Сириус скользнул на кровать и вновь устроил голову между широко разведённых ног, прошёлся языком вкруговую, напрочь игнорируя налитый кровью член, легонько сжал в руке яички, затем прильнул к ним ртом. Северус нетерпеливо дёрнулся и Сириус быстро обездвижил молочные бёдра, мягко, но решительно прижав зельевара к прохладным простыням. Ещё немного помучив любовника, анимаг снова плотно сомкнул губы на чувствительной плоти и заскользил по атласной коже постоянно меняя темп и угол, то вбирая глубже, то оставляя внутри лишь головку, дразня её языком, одновременно невесомо оглаживая пальцами пах, яички и нежное местечко между ними и анусом. Когда дыхание Северуса стало совсем прерывистым и тот напрягся, Сириус в очередной раз выпустил член изо рта и сжал основание, прекратив всяческие ласки. Сверху раздался вымученный стон:       – Сириус!       Анимаг поднял глаза: на лице зельевара была написана отчаянная мольба. Сириус вздохнул, выждал ещё немного и вытянулся на постели лицом к лицу со Снейпом.       – Эта мечта преследовала меня весь вечер, – прошептал анимаг. – Мне так хочется заласкать тебя, медленно, не спеша. Вдумчиво и без суеты распробовать на вкус. Потерпишь? Позволишь?       И с надеждой уставился на партнёра. Северус молча разглядывал его, видно было как сильно тому хочется возразить, получить всё прямо сейчас, не откладывая. Наконец, с видом человека осознающего, что он подписывает себе смертный приговор, зельевар медленно кивнул. Сириус просиял и Северус закатил глаза, пробормотав какой он дурак, что не может сопротивляться чёртовой псине. Страстный поцелуй прервал это самобичевание.       Блэк принялся с энтузиазмом переводить озвученную фантазию в реальность, действительно зацеловав, обласкав и попробовав на вкус всего Снейпа. Тот только и мог что, задыхаясь ёрзать на постели, периодически давясь воздухом и заходясь тихими придушенными стонами, когда Сириус в очередной раз вбирал напряжённый уже багровый пенис в жаркие глубины своего рта.       Чем дальше, тем приходилось применять бо́льшую силу, чтобы удержать мятущегося любовника, но запас у Сириуса имелся. Доведя Северуса до полубезумного состояния, Блэк осторожно и коварно принялся за вторую часть плана. Покрыв пальцы особо скользкой и приятной по текстуре смазкой («специально для таких нерешительных натур», – как с нежностью подумал Сириус) соблазнитель принялся аккуратно кружить около сжатого колечка мышц, затем медленно и осторожно стал проникать внутрь, потихоньку добавив к первому сначала второй, а потом и третий палец. Не знающий куда деться от шторма ощущений Северус на определённом этапе попытался самостоятельно насадиться на них, стремясь достичь пика хоть как-нибудь, но Сириус не позволил торопить события. Никакого дискомфорта при проникновении не будет, об этом анимаг уж точно позаботится.       Снейп горел в неугасимом пламени. Везде, на каждом кусочке кожи, которые Сириус неспешно прикусывал, ласкал губами и языком, где проводил ладонями, казалось, расцветали языки огня, заставляя дрожать и извиваться в изысканной пытке удовольствием. Любые попытки ускорить процесс, взять инициативу на себя, подавлялись обманчиво нежной хваткой рук, мышцы которых были словно сделаны из стали.       «Сильный, зараза!» – с неудовольствием подумал Северус после очередной провалившейся попытки достигнуть разрядки, вбившись в глубины ласкающего его жаркого рта. Вместо того, чтобы дать любовнику желаемое, Сириус в сотый раз стал подниматься вверх, выцеловывая дрожащее под ним тело, скользя по нему кожа к коже. Северусу казалось, что он скоро сойдет с ума, как он не кончил просто от всех этих невероятных ощущений непонятно. Он был настолько вдумчиво подготовлен, смазка уже просто сочилась из растянутого талантливыми пальцами ануса. В какой момент в святая святых вообще оказались шаловливые руки Северус отследить не смог: может он почувствовал что-то сразу, может позже, телу было откровенно всё равно. Разум практически отключился и ему стало не до напрасных сомнений да опасений, а главное, что чувствовал организм – это приятную теплоту, ощущение мягкого нежного бархата на ставших скользкими стенках и пикантное покалывание, заставляющее безудержно желать большего, но никто, видимо, не собирался давать ему того, чего Северус так жаждал.       Тёплое дыхание коснулось лица и Снейп попытался сфокусироваться на окружающей действительности. Лучше бы он этого не делал. Зрелище невыразимо прекрасного лица с горящими от страсти серыми глазами и припухшими губами, которые только что творили свою магию агонизирующе медленно и дразняще скользя по его возбуждённому члену окончательно сорвало все барьеры.       По пальцам одной руки можно пересчитать те редкие случаи, когда бывший профессор зельеварения о чём-либо умолял в своей жизни. Но здесь и сейчас уже не было сил держаться. Когда-то он гордился своим самоконтролем, неотъемлемой частью его таланта в искусстве окклюменции и легилименции. А сейчас ему было плевать: на гордость, собственное смущение, прежние глупые опасения, на проклятущий самоконтроль, разбившийся вдребезги о сексуальную выдержку чёртова Блэка.       Северус поймал губы любовника во всепожирающем поцелуе, а затем прижался к нему всем телом, не в силах при этом держаться неподвижно, извиваясь под придавившей его тяжестью, и жарко зашептал тому в ухо:       – Пожалуйста, я больше не могу! Пожалуйста, Сириус! Умоляю!       Анимаг вновь обездвижил его, греховные губы накрыли собой просящий рот и прежде, чем отчаяние охватило всё существо зельевара, он наконец-то почувствовал вожделенное проникновение, пошедшее по чистой случайности под безупречно правильным углом и отозвавшееся взрывом невероятного наслаждения уже перегретого ласками организма. От удовольствия перехватило дыхание, мир застыл, а затем разлетелся на осколки, всё тело сотрясла безудержная дрожь, а окружающая действительность растворилась в калейдоскопе размытых красок. Всё вокруг на время перестало существовать и Северус даже не почувствовал, как Сириус аккуратными, но настойчивыми толчками продолжил продвигаться вглубь его тела.       Наконец сквозь пелену только что пережитого оглушающего оргазма стала потихоньку проглядывать реальность. Блэк был полностью внутри него, но держал себя неподвижно насколько это возможно, лишь лёгкий трепет выдавал его напряжение. Удерживая часть веса своего тела на локтях, он со смешанным выражением нежности и страсти во взоре оглаживал кончиками пальцев лицо Снейпа. Поймав относительно осмысленный взгляд чёрных глаз анимаг улыбнулся и плавно двинул бёдрами. Он двигался столь медленно и осторожно, что не раздражал чрезмерно чувствительные после пережитой кульминации нервные окончания и не причинял никакого дискомфорта. Снейп, обхватив Сириуса руками и зарывшись пальцами в шёлк его волос, скрестив ноги у того за спиной, качался на волнах ленивого блаженства.       Всё существо Сириуса заходилось восторгом. Он сделал всё правильно и его приняли, перед ним полностью раскрылись. Цель, на которой анимаг сосредоточился, что и позволило проявить этой ночью чудеса выдержки, достигнута. Однако торопиться по-прежнему не хотелось, несмотря на ослепительное наслаждение, захватившее его.       Первое проникновение зажгло огнём все нервные окончания, а зельевар забился в его руках. Далее пошло ещё легче: Северус был максимально расслаблен и открыт, будто бы сам затягивая его внутрь. Теперь же Сириус скользил в узком обхватывающем со всех сторон канале, тонул в удовольствии и был настроен продержаться как можно дольше, желательно вечность.       Потихоньку ситуация стала меняться, член Северуса, пойманный между их телами, от непрекращающегося стимулирующего трения медленно оживал, захотелось большего. Сириус, прикрыв от наслаждения глаза явно растягивал удовольствие, неспешно входя до упора и скользя назад, почти полностью выходя из плотно охватывающего и сжимающего его раскалённого нутра, чтобы медленно погрузиться обратно. Однако партнёр опять стал проявлять признаки нетерпения.       Снейп попытался заставить Блэка ускорить движения подаваясь тому навстречу, однако анимаг не пошёл на поводу, продолжая прежний выверенный ритм и с лёгкой усмешкой загадочно глядя в чёрные омуты глаз, со страстью и разгорающимся возмущением смотревшие на него.       Ах, так! Северус, вплетя пальцы в корни смоляных волос с силой дёрнул за них, отмечая сотрясшую тело любовника дрожь вожделения, а затем несколько раз сжал внутренние мышцы одновременно жарко шепча насколько восхитительно ощущать этот большой горячий член в себе, как он жаждет чтобы Сириус оттрахал его до потери сознания, как он не может больше терпеть... И это сработало. В серых глазах разгорелось неукротимое пламя, движения стали быстрыми, менее контролируемыми, оставаясь по-прежнему бесподобно глубокими и крышесносными, проходящимися по всем правильным местам. Северус получил тот бешеный темп, к которому стремился, и это было изумительно. Чистое незамутнённое наслаждение волнами распространялось от места соединения их тел, заставляя желать большего: сильнее, глубже, быстрее. Их охватило отчаянное восхитительное нетерпение и на сей раз, спустя маленькую вечность и один миг, обоих накрыло одновременно. Сплетясь воедино и крепко держась друг за друга, они вместе проживали судороги удовольствия и накрывшую волну эйфории.       Несколько придя в себя, Северус краем сознания почувствовал, как Сириус применил к обоим заклятие очищения, а затем обнял его, накинув на них одеяло. Двигаться не хотелось. Впечатления были интересными: с одной стороны, по нему словно бы проехался каток, с другой, даже ломота в теле и опустошение ощущались как нечто чудесное. Все его глупые страхи о возможной боли при проникновении (ха, оказалось, что это ещё надо потрудиться, извернуться, чтобы заставить Сириуса в него войти!), о уязвимости подчинённого положения и тому подобное, развеяла эта ночь.       Всё-таки удивительно насколько менялись их роли в постели. Импульсивный порывистый сорвиголова Сириус поражал своей выдержкой, неспешностью, чуткостью, способностью медленно и неуклонно сводить с ума. В то время, как холодный бесчувственный Северус превращался в неукротимый огонь, не желающий терпеть ни секунды в желании доставить взаимное удовольствие, достичь разрядки. Достаточно вспомнить как ещё недавно он буквально срывал с Сириуса одежду, чтобы быстрее добраться до вожделенного тела, как неистово втрахивал его в матрас, балдея от готовности анимага позволить делать с собой что угодно.       Уже погружаясь в сон, Северус ещё раз в красках вспомнил через какие прекрасные, но всё же мучения ему пришлось пройти, прежде чем получить желаемое. Он чуть несколько раз не умер под этой чёртовой псиной с её грёбаной выдержкой. Притянув партнёра ближе к себе, Снейп с сонной угрозой в голосе изрёк:       – Ещё раз доведёшь меня до такого состояния, убью, скотину!       И отрубился. Последнее, что он запомнил перед тем, как провалиться в царство Морфея, был тихий смех, в котором не было ни капли раскаяния.