Подарок судьбы

      Чистое счастье и блаженство охватили душу и тело, всё стало так легко и кристально понятно: достаточно полностью отдать контроль и это состояние больше не прекратится... Какая-то часть разума вдруг встрепенулась. Что-то шептало, что эта радость искусственная и она опасна. Но почему? Среди всей боли что он пережил неужели ему нельзя получить кусочек рая?       Эти небеса – ненастоящие. Очнись!       Сквозь завладевший сознанием туман пробилось чувство противоречия. Он ведь знает, он помнит, что это просто заклинание и ему ни в коем случае нельзя поддаваться. Это ведь...       А затем все мысли исчезли в навязанном извне магическом сне.       Снейп опустил палочку и с яростью оглядел неподвижную фигуру. Опять не получилось поместить чёртову псину под заклятие Империус, проклятый Блэк успешно сопротивлялся даже в практически бессознательном состоянии. Вот уж проблема, навязанная на его голову, причём что самое обидное взвалил он её на себя самостоятельно и добровольно. Дебил! Чем он только думал?       Когда в зале появился этот бестолочь, достойный отпрыск своего покойного отца, Северус лишь скрипнул зубами: Поттер, как всегда, лезет куда не просят, а окружающие должны сбиваясь с ног стелить ему соломку во всех направлениях. Северус отправил сообщение Альбусу и стал дальше следить за развитием событий.       Решение тёмного властелина всё сжечь лишь бы не позволить противнику освободить заложника было неожиданным, но вполне в его духе. Несносного мальчишку вытащили из помещения, попытавшиеся освободить Блэка Люпин и Тонкс не смогли снять кандалы, их отшвырнуло прочь, а затем шуганул огненный дракон. Неподвижный узник не сильно интересовал живое пламя, оно в основном радостно охотилось на бегающих туда-сюда людей, однако, когда движущиеся мишени спасутся безусловно пожрёт всё вокруг. Уже стало слишком жарко и странно колеблющийся Снейп хотел уйти, но один из Пожирателей перед трансгрессией направил Адское пламя прицельно в скованного анимага и Снейп неожиданно для себя самого метнул наперерез заклинание окутавшее пространство вокруг Сириуса невидимым защитным барьером. Магический огонь взревел и его языки скрыли из виду арку, но волшебник точно знал, что всё получилось. Кто-то присвистнул и спросил:       – И что это было? Ты решил поджарить его первым? Но как-то непохоже.       Северус неспешно повернулся к говорившему. На него с любопытством и некоторым злорадством смотрел тот неизвестный ему человек, что совсем недавно ощупывал Блэка масляным взглядом, и не только им. Нежелательный свидетель поймал отстранённый взгляд мага и усмехнулся:       – Ладно тебе, уж старине Бэгнсу ты можешь довериться. Хочешь под шумок вытащить эту красоту из огня? Могу помочь. Как я уже говорил, я не жадный и не прочь поделиться. Адское пламя всё равно скроет все следы, господину и знать ничего не надо.       «М-да, это же надо быть таким тупым», – подумал Снейп. – «Во-первых, ничего ты от Тёмного лорда скрыть не сумеешь. Во-вторых, ты уже труп. Пример уничтоженного на месте товарища, который лишь позволил взять себя в плен ничему не научил? Нигде не шевельнулась мысль, а что же хозяин сделает со мной, самовольно покинувшим свой пост?»       Ну и потом, Северус прекрасный легилимент и чётко видел весь план незадачливого интригана. Ни с кем тот делиться безусловно не собирался, а надеялся воспользоваться его помощью и ударить в спину, как будто имел на это хоть малейший шанс. Губы мастера зелий растянулись в неприятной ядовитой улыбке, глаза опасно прищурились и это всё, что потребовалось чтобы спровоцировать напрягшегося Пожирателя, догадавшегося что его предложению не рады. Снейп отразил направленное на него проклятие и по-простому подсёк ноги дёрнувшегося в сторону противника. Простейшее школьное заклинание, обычно заканчивающееся лишь содранными ладонями и коленями, здесь неожиданно обернулось падением со второго этажа, и всё бы ничего, но «старина Бэгнс» умудрился рухнуть прямиком на спину грифона, точнее если бы это был настоящий грифон, а так он ухнул внутрь огненной формы и озадаченное псевдо-животное лишь недоумённо покрутило головой даже не поняв, что кого-то сожгло, так что заготовленный Снейпом в качестве следующего хода Обливиэйт не понадобился. Смотреть на схватку было некому: все уже эвакуировались, как осторожно невербальным заклинанием проверил Северус, прежде чем решиться на данную эскападу. Вот уж, верно, Адское пламя скроет все следы.       Заранее окутав себя соответствующим защитным заслоном от страшного пламени Снейп всё равно ощущал сильный жар. Понимая, что долго не продержится, усилил барьер и переместился поближе к арке, а затем подошёл к пленнику войдя в поле действия своего недавнего колдовства, оберегающего безмолвную фигуру. И зачем он это сделал? Самому непонятно. Не вмешайся он тогда и для Блэка всё уже было бы кончено, быстро и эффективно. А вот теперь Адское пламя станет потихоньку пожирать преграду и всё будет происходить не так стремительно, анимаг теоретически может проснуться от боли. Так что, придётся его убить чтобы исключить подобный жуткий сценарий.       Снейп направил палочку в сторону Блэка и замер. В душе бушевала буря различных чувств, с которой никак не удавалось справиться. Где-то недалеко раздался хлопок трансгрессии, знакомые шаги и тихий голос:       – Хочешь убить его... или спасти?       Северус нахмурился, слегка развернул корпус к Альбусу:       – Спасти? Всё-таки решили, что Блэк вам более ценен, чем я?       – Я просто задал вопрос. Не я же возвёл вокруг него защитный барьер, – парировал Дамблдор пристально глядя глаза в глаза.       От возмущения Северус даже и не подумал как-то закрыться от находящегося рядом с ним отличного легилимента, наоборот открыто обрушив на того все эмоции. Да, ему действительно, непонятно почему, вопреки здравому смыслу хотелось спасти своего недруга. Вот только каким образом? Подставить самого себя? Порушить все планы Дамблдора? А если спрятать анимага, как от родных людей, так и от врагов, то куда? Как обезопасить все тщательно лелеемые заковыристые схемы победы над Тёмным лордом, чтобы они не были разрушены моментом этой глупой слабости?       Снейп раздражённо повернулся к Блэку и.. снова застыл. Смертельное заклинание вертелось в мыслях, горело на кончике языка, а он всё медлил. На плечо легко опустилась рука:       – Северус, мне тоже не хочется смерти Сириуса. И есть кое-какие задумки, но они опять повесят на тебя слишком много. У меня ведь был в уме ещё один план помимо «случайного рикошета в разгаре битвы», но я понимал, что не смогу обеспечить его выполнение ведь моё время на исходе. А просить тебя... Я не верил, что ты согласишься.       Снейп повернул голову к директору, испытующий взгляд давал понять, что он готов слушать.       – У меня на примете есть старое семейное убежище. Там можно его спрятать и даже скрыть сам факт выживания Сириуса, в том числе от фамильной магии Блэков. Но тебе придётся, во-первых, заботиться о нём, во-вторых, предпринять все меры чтобы он не смог сбежать, вплоть до крайних. Даже убить, если для Сириуса откроется возможность ускользнуть до окончательной победы над Волдемортом, поскольку это может безвозвратно обрушить всю нашу стратегию... Сможешь?       Северус привык обдумывать такие важные решения спокойно, не торопясь, но жар становился всё сильнее и на размышления не осталось времени. К чёрту!       – Смогу, Альбус. А теперь давай поторопимся, а то скоро и мы сами не сможем выбраться.       Дамблдор кивнул, в глазах разгорелся энтузиазм, и он кинулся снимать наложенные на цепи заклятья, мастер зелий еле успел его остановить.       – Лучше я. Там есть подвох, – торопливо вмешался Снейп, пока их тоже не отшвырнуло куда-нибудь, как ранее Люпина.       Напоследок развеяв антитрансгрессионное поле, Северус, повинуясь инструкциям Дамблдора, одной рукой перехватил анимага поперёк груди и плотно прижал к себе, а второй крепко схватился за Альбуса чтобы не потерять друг друга при перемещении. Трио исчезло из пылающей залы, оставив Адское пламя, урча, догрызать поставленный против него барьер.       Всё прошло гладко, никто ничего не заподозрил. Какое-то время зельевар держал анимага в беспамятстве пока обустраивал для того будущую тюрьму. Альбус, забирая добро Ремуса из особняка Блэков, прихватил также и некоторые вещи хозяина дома.       Защитив выход из комнаты заковыристым барьером, Снейп решил для дополнительной гарантии лишить узника воли и уже пару дней бился над этой задачей. Пока ни черта не получалось.       – Да подчинись ты уже, Блэк! Ведь сколько проблем это решит! – прорычал маг, испытывая сильное желание сграбастать пленника за грудки и хорошенько потрясти.       Оставлять мужчину в постоянном магическом забытьи нельзя. В больнице пациентов иногда погружали в такое состояние, но они находились под неусыпным контролем медиведьм, а у Снейпа подобной возможности не будет. Придётся будить. И надеяться, что без волшебной палочки тот никуда не денется. Держали же его в Азкабане целых двенадцать лет. Это обнадёживало. Потом, правда, он первый и единственный кто смог самостоятельно без всякой посторонней помощи сбежать оттуда. Это уже не столь вдохновляло. Зельевар напомнил себе, что Сириусу просто помог тот факт, что он незарегистрированный анимаг, а это уже не секрет. На всякий случай Северус сильно модифицировал магический заслон. Тот был слишком мощным, чтобы взрывная стихийная магия могла его поколебать, и слишком сложным, чтобы с ним справилась беспалочковая магия, неспособная на столь тонкие манипуляции. В конце концов Блэк, конечно, тот ещё шулер по жизни, но даже у него не может оказаться туза в рукаве от заградительной стены такого уровня... Будем надеяться.       Для большей надёжности Северус придирчиво обыскал и переодел анимага, а потом долго сидел около него глядя в стену и в задумчивости накручивая на палец прядь чужих длинных чёрных волос. Некоторое «волнение» в душе и, что более настораживало в теле никак нельзя объяснить логически. Это по-прежнему его враг, вообще-то. Ну, уже не совсем, хотя сам Сириус с ним сейчас не согласится. Да и был всегда Северус одиночкой по жизни гордясь своей самодостаточностью. Тем более его юношеское желание «принадлежать», найти «своих» уже толкнуло его к Пожирателям смерти – катастрофа, с последствиями которой не удаётся справиться по сей день. Ответ на это, как решил он, может быть один – самоконтроль.       Сириус стоял, прислонившись к стене и скрестив руки на груди, хмуро смотря на выход: такой близкий и в то же время недосягаемый.       Когда он проснулся в тишине и одиночестве, на удобной кровати, то сначала даже не поверил. Вообще анимаг предполагал прийти в себя или находясь по-прежнему в оковах, мучительно ожидая прихода дементора, или его бы разбудили аккурат к началу экзекуции чтобы он полностью прочувствовал весь жуткий процесс, удовлетворив тем самым жажду мести красноглазого маньяка за все дерзкие слова, что Блэк наговорил ранее.       Возникла робкая надежда что его каким-то образом спас Орден, вот только почему оставили в одиночестве в незнакомом месте. Что-то случилось с семейный особняком? Но когда, попытавшись выйти из комнаты он наткнулся на препятствующий этому барьер, и не просто остановивший его, а нанёсший магический удар похожий на электрический и швырнувший на пол, Блэк засомневался, что находится у друзей.       Место, где он пребывал напоминало номер в хорошем старинном отеле: достаточно просторное помещение со спальной и небольшой обеденной зонами, плюс компактная и выделяющаяся намного более современным дизайном чем остальное пространство ванная комната, где располагались туалет, раковина и простой душ без, собственно, ванны, причём вопреки английской традиции там были установлены смесители вместо раздельных кранов. Ещё одной необычной деталью являлось полное отсутствие окон, лишь над столиком с серебряным кувшином потолок был обманчиво прозрачен являя кусочек безоблачного голубого неба. В кувшине клубился какой-то белый дым, но, если анимаг наклонял его над находящейся рядом серебряной же кружкой туда лилась обычная питьевая вода. Работали предметы только в паре, больше никуда вода проливаться не желала.       Учитывая, насколько всё было продумано для полноценного существования в пределах этих стен Сириуса посетила жуткая мысль, что несмотря на окружающий комфорт это очередная тюрьма откуда его не собираются выпускать, по крайней мере в ближайшее время. Изо всех сил удерживаемое вопреки гнетущей неизвестности душевное равновесие пошатнулось. Не снова! Да что ж он, проклят?! Почему его постоянно пытаются запереть! Вырвавшаяся стихийная магия не причинила окружающей обстановке вреда, лишь негромко звякнула посуда на столике да с кровати наполовину смело покрывало, барьер же вообще никак не отреагировал. Второй, теперь уже прицельный удар чувствующего себя загнанным зверем Сириуса в сторону открытого дверного проёма опять не вызвал никакой реакции, как и последующие. Он попытался «увидеть» проклятую преграду, но внутри всё слишком дрожало и кипело чтобы можно было сконцентрироваться, к тому же без волшебной палочки у него это в прошлом не получалось. Озверевший Блэк попробовал пробить волшебный заслон чисто физически. Зря. На сей раз его отшвырнуло к противоположной стене, ощутимо об неё приложив.       Боль отрезвила, мужчина с трудом, но взял себя в руки. Кто бы его ни заточил он явно не собирался сживать пленника со свету. Под «опекой» Волдеморта, особенно в конце, Сириус чувствовал себя паршиво – последствия пыток и обезвоживания – однако сейчас состояние организма было отличным, кто-то явно привёл его в норму. Но при этом установил на выход крайне недружелюбное препятствие. Хмурый анимаг встал и стал пристально рассматривать доступный взгляду кусочек широкого каменного коридора, попутно размышляя кому может быть обязан такой своеобразной заботой.       Послышались тихие шаги и в дверях нарисовался никто иной как Снейп. Неспешно оглядел ошарашенного Сириуса и усмехнулся:       – Ну что, успокоился уже?       – Ты!       – Верно, Блэк, я.       – Какого чёрта, Снейп! Что тебе нужно? Или это очередная схема твоего «хозяина»? Он... он ведь не добрался до Гарри, так?       – Как много вопросов. И что тебя заставляет думать, что я отвечу на них?       Уже готовый взорваться анимаг сделал несколько глубоких вдохов, успокаиваясь, и посмотрел на своего врага:       – Ты ведь не просто так заглянул сюда. Что тебе нужно?       Мастер зелий прислонился к дверному косяку и продолжил молча разглядывать Сириуса. Тот терпеливо ждал.       – Твоё «чудесное» спасение служит определённой цели, – наконец произнёс Снейп, – но я, пожалуй, оставлю тебя в неведении относительно неё...       – Ладно, – процедил Сириус. – Скорее всего план Волдеморта провалился, но ответь в порядке ли Гарри?       – Ещё раз назовёшь Тёмного лорда по имени и не получишь более ни единого ответа ни на один вопрос, Блэк, – отчеканил Снейп.       Анимаг сделал над собой очередное усилие:       – Я понял. Извини. План этого м-м-м поганого... поганого недоящера не увенчался успехом, так? Что с Гарри?       Свежепридуманное прозвище заставило собеседника вскинуть брови и усмехнувшись всё-таки ответить:       – Твой крестник сумел добраться до места, хоть и не смог тебя вызволить, но план действительно не сработал и сгорел синим пламенем вместе с особняком. Мальчишка же на удивление остался невредим благодаря вовремя подоспевшему Ордену и сейчас пребывает в Хогвартсе. Правда, считает тебя погибшим и поэтому отравляет всё окружающее пространство своим унынием.       Сириус ошеломлённо захлопал глазами:       – Можешь рассказать подробнее?       – Нет, – с нескрываемым удовольствием на лице и в голосе бросил ему стоящий напротив маг.       Узник скрипнул зубами.       – А ты?..       – А что я? Преподаю в школе чародейства и волшебства, шпионю для Дамблдора – всё как обычно. Очень жаль, что Тёмный лорд никому не доверяет и не делится своими планами направо и налево, и раз уж не посвятил во всё меня, то что-то выяснять самостоятельно опасно и может меня раскрыть. Наш дорогой директор так и сказал Поттеру, когда юнец попытался меня в чём-то там обвинить.       У Сириуса возникло жгучее желание свернуть самодовольно выглядящему противнику шею. Голыми руками.       – Держись подальше от Гарри!       – А то что?       Пару минут задыхающийся от ненависти анимаг испепелял собеседника взглядом, отмечая горящий в чёрных глазах триумф. На тонких губах Снейпа зазмеилась улыбка:       – Расслабься, Блэк. Поттер – добыча Тёмного лорда. А вот ты – моя.       – В смысле? – сквозь зубы прошипел Сириус.       – Двойная жизнь утомляет. Иногда хочется, знаешь ли, пообщаться с человеком, не питающим иллюзий. При этом полностью подконтрольным мне и не могущим ничего с этим поделать. И кандидатура моего школьного кошмара подходит как нельзя лучше, ведь как уже было сказано раньше месть сладка. Мне доставляет огромное удовольствие видеть тебя в состоянии бессильной ярости.       Непроизвольно сделавший быстрый шаг навстречу Сириус попал под действие барьера и вновь оказался на полу. Злорадная усмешка Снейпа стала просто невыносимой:       – Да, это будет весело.       Затем зельевар перешёл на деловой тон:       – В принципе, всё необходимое у тебя есть. Голодом морить тоже не собираюсь. Периодически буду наведываться сюда поболтать. Если будет что-то нужно проси, не стесняйся, может и предоставлю, при наличии хорошего настроения.       – Что заставляет тебя думать, что я буду с тобой разговаривать? – зло заметил вновь поднявшийся на ноги пленник.       – Можешь молчать, конечно, но тогда не жди, что я буду делиться с тобой новостями из внешнего мира. Узнаешь потом всё скопом после победы моего, гм, «господина». Устраивает такой расклад?       – А ты собираешься держать меня в курсе событий? Сомнительно, – горько промолвил чувствующий себя в ловушке анимаг.       – Почему бы и нет, – пожал плечами Снейп. – Веди себя прилично, не забывай о манерах и я не вижу ничего дурного в том, чтобы предоставить немного информации в ответ.       Затем Снейп отвернулся от узника и ушёл, бросив через плечо:       – Ещё увидимся, Блэк.       Оглушённый полученными неприятными ответами Сириус сел на кровать и спрятал лицо в ладонях. И ещё долго сидел так, переваривая ситуацию, в которой оказался, пытаясь справиться с охватившим душу отчаянием.       Снейп проводил взглядом выходящего из его кабинета насупленного Драко Малфоя. Декан Слизерина на полную использовал повод, подкинутый ему Поттером, и назначил ученику своего факультета суровое наказание: лишил походов в Хогсмид, навязал кучу отработок по вечерам и выходным и отобрал волшебную палочку, возвращая её лишь на время школьных занятий. В общем, изо всех сил мешал тому заниматься заданием Волдеморта. Зельевар понимал, что Драко рассказал ему отнюдь не обо всех своих делах, а поверхностное сканирование натыкалось на окклюменцию, которой его обучили мать и тётка. Северус мог пробить эту защиту, но у него не было оправдания для таких действий, и это причинило бы больше вреда, чем пользы. К сожалению, скоро наказание закончится, он не мог сделать его бессрочным. Коллеги и так изумлённо косились на Снейпа: он действительно был всегда мягок со своими слизеринцами, а тут за простую драку вкатил суровейшее взыскание.       Альбус, между прочим, уже намекнул, что дальше сдерживать Малфоя-младшего не стоит. Тёмный лорд теряет терпение, особенно в свете последней крупной неудачи, и парень может пострадать, да и Северус тоже. Ему удалось отговориться в самом начале, доказать Реддлу что он не мог не ограничить действия молодого Пожирателя учитывая серьёзность ситуации, в которую тот себя загнал, и что эта информация стала известна директору Хогвартса, скромно умалчивая откуда. Сам Дамблдор пока прекратил свои таинственные вылазки занимаясь реабилитацией Блэка, параллельно запустив процедуру его регистрации как анимага, а также успешно отражая напористые попытки министра магии сильнее привлечь «мальчика, который выжил». Даже допрос парня по событиям, происходившим в конце третьего года его обучения, состоялся в Хогвартсе в присутствии декана Гриффиндора.       Кстати, о Блэке. Беседы с ним проходили лучше, чем мог ожидать Северус. Той лёгкости как на Гриммо не было, но и ситуация сложилась другая. К тому же зельевар просто не мог удержаться, чтобы не провоцировать собеседника. Пленник сверкал глазами, но не позволял себе срываться, а для Снейпа возможность «держать на коротком поводке» школьного недруга была просто бальзамом на душу. В начале. Сдержанность Блэка, его вынужденная, но всё же вежливость и цивилизованность в ответ на чужой безудержный сарказм вызывали невольное уважение. Северус как-то глянул мысленно на всё это со стороны и увиденное ему не понравилось: в данном случае он представал как какой-то избалованный капризный подросток, с неограниченной используемой во зло властью. Вскоре волшебник перестал так сильно доставать Блэка, старался сдерживаться, хоть и не всегда получалось.       Впрочем, анимаг тоже не был невинной овечкой. Чего только стоит просьба принести ему памятное зеркальце раз уж Снейп всё равно шляется по его дому как по своему собственному. Так Сириус отреагировал на рассказ Северуса о визите зельевара в особняк без оповещения остальных членов Ордена чтобы хорошенько его обыскать. Северус тогда от души рассмеялся и уточнил не то ли это зеркало, через которое осуществляется связь с Поттером. Поняв, что этот секрет врагу известен Блэк надулся как ребёнок и пробормотал что неким слишком доверчивым директорам вообще нельзя раскрывать никакие тайны, которые тот передаёт кому ни попадя.       Касаемо упомянутого визита: Снейп как-то столкнулся с Наземникусом и мелкий жулик почему-то решил пожаловаться, что дом Блэков его не любит, как будто магу были интересны истории этого отребья. Однако рассказ неожиданно заинтриговал, особенно когда зельевар быстро перетряхнул воспоминания Флетчера. Тот забрался в дом через пару дней после «смерти» Сириуса, но пройдя вглубь действительно почувствовал себя неуютно, как будто тысячи глаз со злостью и угрозой следили за передвижениями вора. На прожжённого жулика такое вроде не должно было повлиять, однако, когда по ощущениям словно стены начали смыкаться вокруг неожиданно перепугавшегося Наземникуса, тот поспешил отступить на привычную кухню, где он был не раз. Вернув таким образом себе спокойствие, маг решил пошарить в чулане Кикимера не ожидая подвоха, увидел какую-то небольшую шкатулку, но даже не сумел её коснуться: что-то сверкнуло, и незадачливый любитель чужого добра очень близко познакомился со стеной напротив куда его откинуло. А затем получил сковородкой по голове от домовика, кричавшего:       – Это моё! Не смей!       После чего авантюрист волшебного мира позорно сбежал из негостеприимной обители ни с чем и возвращаться не планировал.       Северус отправился в особняк и, конечно, ничего такого не почувствовал. Да, идя по пустынным коридорам временами ощущался чей-то пристальный настороженный взор, но это можно списать на обычное человеческое воображение. Никакие стены самопроизвольно не смыкались, враждебности дом не источал. Может это было какое-то охранное колдовство, поставленное Блэком от незваных гостей? Тогда почему не сработало на зельеваре? Закончилось на Наземникусе, что ли? Но так не бывает. А вот шкатулку в чулане охраняла явно воля владельца фамильного гнезда, усиленная магией особняка. Впрочем, Снейп не собирался даже пытаться сломать защиту. Эльфы-домовики не кричат, что что-то принадлежит им просто так и, судя по всему, там хранились выигранные у хозяина безделушки. Не стоит усилий.       Снейп действительно тщательно обыскал особняк, правда, не совсем понимая, что надеется найти, разве что добраться до библиотеки, однако отыскать подобное помещение не получилось. Или её не было вовсе, или, что вероятнее, она скрыта от посторонних.       Северус действовал деликатно. Раньше просто перевернул бы всё вверх дном, а тут почему-то рука не поднималась. Заинтересовали листы бумаги с текстом на незнакомом языке в спальне Блэка, но никакие заклинания перевода на них не сработали. В конце концов он забрал несколько с собой чтобы поразмышлять на досуге.       Преподаватель защиты от тёмных искусств вздохнул и поднялся из-за стола. Хватит предаваться воспоминаниям, у него скоро урок, а также осталось совсем немного дней до начала СОВ и ЖАБА, так что на безделье нет времени.       Июнь начался как невообразимо скучный месяц. Благодаря своей маленькой мести Волдеморту Гарри немного пришёл в себя. Боль никуда не делась, часто душили слёзы, а возмездие красноглазому выродку было, конечно, недостаточным, но хоть что-то. На обычных уроках парня не слишком напрягали, даже Снейп. Почему-то все преподаватели дружно решили его поберечь, и Поттер был не против. Он перестал тенью следовать за друзьями и своей апатией заставлять их тратить выходные на траурное сидение в гостиной, а также нашёл в себе силы морально поддерживать начавшую нервничать в преддверии экзаменов Джинни.       Рутину разбавило известие об обнаруженном завещании Сириуса, переданное юноше директором. Чтобы проверить что оно действительно вступило в силу оба отправились на Гриммо, где Дамблдор предложил Гарри позвать Кикимера и приказать тому показать путь к библиотеке. Эльф явился и без вопросов проводил к нужному помещению. А когда, находясь там юноша спокойно зашёл в какую-то секцию куда за ним не смог проследовать старый маг, тот улыбнулся и сказал, что в эти закрытые от посторонних места может попасть лишь владелец дома и те, кому он или она позволили. Гарри попробовал озвучить такое разрешение и всё получилось, теперь Дамблдор без проблем присоединился к нему. Также директор Хогвартса отметил, что в своей последней воле Сириус выделил определённую достаточно большую сумму на нужды Ордена с распоряжением перевести в отдельный сейф, и наказал проделать подобное с ещё одной суммой для Ремуса. Альбус поинтересовался будет ли парень оспаривать данное решение, а Гарри, естественно, ответил, что не собирается делать ничего подобного, да и вообще не очень хочет всего этого наследства, и, если бы не перспектива что дом перейдёт к пособнице Волдеморта как следующей наследнице по закону, отказался бы. Дамблдор усмехнулся и сказал, что не он один сопротивляется: Люпин также попробовал заартачиться, но, когда волшебник отдал ему найденное вместе с завещанием письмо, так и озаглавленное – «Передать Ремусу, если Лунатик будет упрямиться» – хмуро согласился, пробормотав что «на это дело – ладно, но после нашей победы, сам ведь говорил мне так, подлый интриган», чтобы эти сердитые слова ни значили.       Затем наступили и прошли СОВ. Джинни смогла выдохнуть и расслабиться, а Гарри, хоть у него ещё шли свои пусть и не столь важные ежегодные экзамены, это не могло заставить переживать за успешность окончания очередного учебного года. Поттеру было откровенно всё равно, даже если он провалится по всем предметам, не важно. Впрочем, чтобы ответственная Гермиона не слишком его пилила вечерами он всё же усаживался в гостиной якобы готовиться. В один из них ему и пришёл очередной вызов от директора школы. Гарри знал о том, что Дамблдор возобновил свои важные поиски, и приглашение в его кабинет заставило сильнее биться сердце. Он быстрым шагом отправился на встречу, но вынужден был отвлечься на услышанные нетвёрдые протесты и вышвырнутую из Выручай-комнаты профессора Трелони. Кто ж знал, что последующие события опять выбьют почву у него из-под ног, а на сердце ляжет новая рана.       Сириус сидел на стуле в обеденной зоне, подняв его на задние ножки и запрокинув голову. Со стороны могло показаться, что он ожидает ужин, который сегодня до него так и не добрался, но нет. Просто анимаг смотрел на усыпанное звёздами ночное небо, ведь окон в комнате не было, а прозрачный потолок находился лишь в этой части. Подобная своеобразная медитация успокаивала чувства и дарила запас душевной прочности, который можно было потратить с пользой.       Он возобновил попытки визуализации магии на следующий день после того, как очнулся в новом заточении, но без волшебной палочки дело практически не продвигалось. Поразмыслив, Блэк решил подойти к вопросу концентрации и лучшего управления собственной силой, что и обеспечивалось магической спутницей каждого чародея, с иной стороны. Опытным путём анимаг выяснил насколько близко можно подходить к барьеру и теперь мог стоять почти вплотную к нему. Скольких ударов током это стоило он предпочитал не вспоминать: то были до жути неприятные моменты, заставляющие непроизвольно вздрагивать по сей день.       Однако всё было не зря и подобное почти слияние с внешней упорядоченной магической силой вроде как организовывало и его волшебство. Во всяком случае, добавленная концентрация внимания позволяла уже сейчас улавливать то зыбкое ощущение какое возникало у него в родовом гнезде в самом начале экспериментов с выявленной необычной способностью. А сегодня удалось даже что-то «увидеть»: сложные переплетающиеся узоры, тут же смазавшиеся и растворившиеся перед внутренним взором. Наметился определённый прогресс, хотя до возможности досконально разобраться в структуре преграды и, может быть, суметь её разрушить было пока как до луны пешком. Также следовало проявлять осторожность поскольку Снейп появлялся без предупреждения и не дай Мерлин ему что-нибудь заподозрить.       Размышления Сириуса прервали шаги, он поставил стул на все четыре ножки и повернул голову в сторону широкого проёма распахнутых настежь двойных дверей. «Лёгок на помине», – недовольно подумал анимаг, увидев приближающуюся знакомую фигуру, а затем напряжённо прищурился. Что-то было не так. В лице, походке, окаменевшем развороте плеч, общей ауре какой-то непонятной жути.       Анимаг встал и подошёл к выходу из комнаты, по-прежнему внимательно разглядывая врага. Тот уставился в ответ, потом взмахнул волшебной палочкой и проскрежетал:       – Кажется, я забыл о вечерней трапезе. Надеюсь, это не сильно тебя огорчило, Блэк, и ты не почувствовал себя брошенным и забытым.       Да что с ним такое? Сириус бросил взгляд в сторону появившегося на столике подноса со снедью и повернулся обратно:       – Пропуск ужина меня не убьёт. Думаю, на это была веская причина. Что случилось?       Взгляд чёрных глаз прожигал насквозь. Анимаг спокойно смотрел в ответ и терпеливо ждал. Худое лицо прорезала сардоническая ухмылка, кривая и неестественно широкая, в ней не было ни грамма радости.       – Я убил Дамблдора, – торжественно возвестил зельевар. Жуткая искусственная улыбка стала ещё шире.       Эта фраза показалась Сириусу настолько абсурдной, что сначала он никак не отреагировал. Ещё с минуту безо всякого выражения смотрел на Снейпа, а затем ответил:       – Хорошая шутка... но я на неё не куплюсь.       Снейп хрипло выдохнул и наконец с видимым усилием согнал с лица искажённую мёртвую гримасу. Расправил плечи, серьёзно взглянул в серые глаза и повторил, медленно и раздельно:       – Я   убил   Дамблдора,   Блэк.   И   это   не   шутка.       Сириус вдруг чётко и ясно понял, что Снейп говорит правду.       – Каким образом? – прошептал анимаг, чувствуя, как плохо повинуется ему собственный язык.       – Умный мальчик Драко с блеском осуществил всю предварительную подготовку, провёл куда нужно всех, кого необходимо, даже застал врасплох и разоружил намного более опытного и сильного противника. Прекрасно отработал задание, данное ему Тёмным лордом: просто образцово проведённая операция. Жаль, что на конечном этапе хладнокровие отказало наследнику Малфоев, пришлось доделывать грязную работу за него. Так что Поттер оказался прав в своих подозрениях, но, естественно, не смог сделать ничего реально полезного чтобы помешать. Ах да, если беспокоишься о крестнике, то паршивец несмотря на свой неуёмный язык жив и практически здоров, в общем, как всегда.       Слова зельевара просто отказывались укладываться в голове. Сириус продолжал ошарашенно смотреть на стоящего напротив человека, а затем правда всё-таки добралась до сознания и он, покачнувшись, сделал непроизвольный шаг назад.       – Как же так... – потеряно проговорил раздавленный новостями анимаг.       Снейп очнулся от собственного ступора, сверкнул глазами и практически выдыхая огонь как какой-то дракон прошипел:       – Наслаждайся своим ужином, Блэк.       Резко развернулся и стремительно исчез из виду.       Сириус этого даже не заметил. По-прежнему не верилось, что услышанное являлось правдой. Альбус всегда был незыблемой скалой, о которую разбивались все самые изощрённые происки врагов. И вот теперь его переиграл какой-то шестнадцатилетний Пожиратель, а затем убил человек, которому Дамблдор, вопреки здравому смыслу, полностью доверял. Анимаг отошёл к кровати, но не стал садиться на неё, оставшись стоять застывшим изваянием, уставившись в никуда ничего не видящим взглядом.       Место было пустынным, голый каменный уступ выдавался вперёд словно паря над чёрным бушующим морем. Волны разбивались о неподдающуюся преграду внизу, а отдельные солёные брызги взлетали выше скального языка и оседали на чёрной мантии человека, стоящего на самом краю. Сильный ветер трепал волосы Снейпа и бил ими по искажённому лицу. Вот и всё. Одно из важных дел, порученных ему Дамблдором, сделано. И от этого так паршиво, что хочется кинуться вниз, в тёмную неприветливую воду.       Оказалось, что к такому невозможно подготовиться, даже загодя зная финал истории когда-то поверившего ему старого мудрого мага. «Впрочем, не всегда такого уж и мудрого», – раздражённо подумал Северус. Учитывая, что Альбус за каким-то чёртом умудрился вляпаться в сильнейшее тёмное проклятье, да в такое, что мастер зелий, великолепно владеющий как тёмными искусствами, так и способами защиты от них, не смог излечить директора, а лишь запереть заклятье в правой руке подарив отсрочку от смерти – какой-то жалкий год и это в лучшем случае. Но Дамблдор не был бы собой, если бы не стал тут же планировать как ему наиболее правильно организовать свою гибель, чтобы это хоть чуть-чуть, но поспособствовало поражению Волдеморта.       Тёмный лорд поручил Драко заведомо невыполнимую, как он думает, миссию чтобы наказать семью за провал отца? Разрушим этот бесчеловечный план! При этом, нельзя же позволить столь молодому человеку реально выполнить бездушный приказ и убить директора Хогвартса, чем окончательно загнать себя под пяту чёрного мага. Но ведь под рукой есть безотказный Северус Снейп, который никогда не проваливается на назначенных ему заданиях. Зельевар так и не задал вертевшийся на языке вопрос почему Дамблдор считает, что он похож на человека, которому уничтожить когда-то спасшего его во всех смыслах волшебника как стакан воды выпить? Понимал, что бесполезно. Отвратить этого твердолобого барана, гм, то есть, достойного во всех отношениях чародея от посетившей его «хорошей идеи» не представлялось возможным. По крайней мере, ему никогда не удавалось. Да и вообще, какие у Северуса проблемы? Альбус не будет винить его в своей гибели, сам ведь попросил, так что и не убийство это вовсе. А смерти пожилой маг не боялся и относился к ней как к очередному приключению. Плевать, что у Снейпа другое мнение и он не считает смерть положительным событием, с какой стороны ни посмотри.       В тот момент, когда преподаватель по защите наставил на директора волшебную палочку он действительно почти ненавидел его: за этот чудовищный план, за мольбу в голосе и произнесённое «прошу тебя», которое окружающие Пожиратели посчитали за страх Альбуса и попытку попросить пощады, в то время как тот молил о прямо противоположном.       Масла в огонь подлил и несносный мальчишка, кинувшийся вдогонку за спешно покидающими Хогвартс слугами Тёмного лорда, и попытавшийся справиться с ним. Мало того, что пришлось защищать глупца от остальных напоминая о приказе не трогать Поттера, так ещё тот умудрился залезть в душу кидаясь своими обвинениями. И да, это он передал начало пророчества Волдеморту не зная о ком действительно в нём говорится. И да, ему было всё равно кто эти люди, которых он явно подставляет под удар, что тоже не возвеличивает его сейчас в собственных глазах. Это он виновен в гибели Лили и Джеймса, но вопреки всему что думает зарвавшийся юнец не чувствует радости от мысли какую роль невольно сыграл в смерти Поттера-старшего. Он ненавидел Джеймса, и всё же над Северусом висел незримый долг жизни, который он никогда теперь не сможет отдать. Ну а обвинение в трусости вообще взбесило его до потери контроля над собой. Так что хорошо, что на него напал возвращённый Хагриду гиппогриф и привел тем в чувство, заставив ретироваться и оставить Гарри приходить в себя. Снейп не стал даже причинять вреда Клювокрылу, хотя мог бы справиться с ним. Пусть его, и так слишком много крови и смерти за один день.       Отчёт Волдеморту о случившемся Снейп попытался представить в наиболее выгодном для младшего Малфоя свете, хотя Непреложный обет был выполнен и зельевару больше ничего не грозило. Предварительно он с таким напором и уверенностью давал юнцу указания как себя вести, что тот с перепугу забыл про свою фамильную спесь и обиду за впавшего в немилость Люциуса, которого Снейп якобы пытается подвинуть в сторону, и послушался. Драко действительно сделал всё для успешного выполнения задания и пользуясь подсказками декана Слизерина сумел правильно донести значимость собственной роли и тем получить милостивое прощение от Тёмного лорда за то, что всё же не смог довести дело до конца и убить. Теперь парня реально, а не для галочки считали полноценным Пожирателем, непосредственная угроза быть и дальше используемым лишь для наказания родителей за их промахи миновала. Снейп внутренне выдохнул, одной проблемой меньше.       Пытаясь сбежать от опять начавшей захватывать его скорби, Северус сразу по выходу от тёмного властелина нашёл себе новое дело: вспомнил, что пленник остался без ужина. В уже закончившемся дне, до наступления трагедии, зельевар совсем вымотался и не пошёл на общий ужин, предпочитая завалиться спать пока есть такая возможность. От слабой мысли о Сириусе отмахнулся, мол, переживёт один день, а вот теперь озаботился.       Оказавшись в одном из убежищ Альбуса сдерживать мысли о погибшем волшебнике стало труднее, а после реакции Блэка и вовсе невозможно. Представив даже не определённое место, а обстановку, в которой бы хотел сейчас очутиться, Снейп трансгрессировал и оказался чёрт знает где в одиночестве, что его вполне устроило. Хотя, конечно, такой вариант мгновенного перемещения намного опаснее, чем если бы маг чётко представлял себе конкретный адрес, но в данном случае ему было наплевать.       Сколько он так стоял неизвестно, но, в конце концов, даже сквозь толстую броню горя и сожалений стало пробиваться неуютное чувство продрогшего до костей организма, срочно требовавшего поместить его в тепло. Зельевар ещё раз глубоко вдохнул холодный морской воздух и, с сожалением признав, что смерть от переохлаждения не входит в его ближайшие планы трансгрессировал обратно.       Долго находиться в убежище Дамблдора не следовало, но он всё равно вернулся и опять пошагал в ту часть, где находился пленник. Дойдя до дверей, увидел, что анимаг неподвижно стоит на месте, то ли действительно не замечая «гостя», то ли намеренно игнорируя. Поднос с едой стоял на столике нетронутым. И вдруг Снейпа захлестнуло бешенство. Это что ещё за бойкот! После всех истерик, устраиваемых то Драко, то Поттером за последние месяцы, он теперь получает в своё распоряжение очередного недовольного подростка, на сей раз в теле взрослого мужчины? Что Блэк хочет доказать, устраивая голодовки и демонстративно не замечая его?       Северус агрессивно выхватил волшебную палочку. Сириус, уловив краем глаза какое-то быстрое движение, вздрогнул и удивлённо поднял на него глаза. Судя по всему, пленник действительно просто не понял, что уже не один, занятый своими мыслями, но пылающий гневом Снейп не дал себе труда это заметить. Верёвки связали ошарашенного анимага и тот, не удержав равновесие, наполовину упал на находящуюся сзади кровать. Изумление сменилось яростью, но зельевар угрожающе направил на свою цель палочку и прошипел:       – Только попробуй превратиться! На цепь посажу... навсегда.       Анимаг замер. Произнеся ещё парочку ограничивающих заклятий, Снейп вошёл в комнату и направился к Сириусу. Барьер спокойно пропустил своего создателя, не потеряв ограничивающих других чародеев функций. Разъярённый волшебник втащил Сириуса на кровать целиком и взгромоздился сверху, вцепился в плечи жертвы и наклонившись, глядя глаза в глаза стал высказывать претензии:       – Думаешь игра в молчанку что-то тебе даст? Решил, что игнорирование моего присутствия, которое ты отточил ещё в арке, как-то меня заденет? Голодовка не поможет высказать своё неудовольствие, я сам тебя уморю, если ты так этого хочешь! Как же мне надоели эти ваши вечные истерики, избалованные выскочки, чуть что не по вам!       И осёкся, наконец обратив внимание на искреннее недоумение, разгорающееся в серых глазах.       Связанный маг чуть подождал не продолжится ли поток обвинений, а потом подчёркнуто спокойно и мирно ответил:       – О чём ты? Я вовсе не собираюсь устраивать никаких демонстративных забастовок. Я действительно тебя не заметил. Что до еды, после твоих новостей у меня пропал аппетит.       Пленник ощутимо помрачнел и добавил:       – Сложно переварить известие о смерти Альбуса. Он всегда казался мне неуязвимым, присутствовал в моей жизни с одиннадцати лет, и я думал, что так будет всегда. Просто не могу поверить.       Затем Сириус позволил гневу и горю отразиться в голосе и глазах:       – Если кто и устраивает тут истерику, то это ты. Нетипично, учитывая, что именно ты его и убил.       Северус вздрогнул и ослабил хватку. Да, видимо он ошибся, возложил вину за собственное неуравновешенное состояние на другого человека и напридумывал себе всяких глупостей. Снейп сделал несколько глубоких вдохов беря себя в руки, перевёл взгляд на запрокинутое лицо, рассыпавшиеся по покрывалу блестящие чёрные волосы и это зрелище словно загипнотизировало его. По телу прошла волна сладкого жара, пальцы снова сжали чужие плечи. Северус, продрогший от холода и скорби, уставший от смертей, остро ощутил исходящее от тела анимага тепло, к которому его потянуло с неодолимой силой. Сириус был таким живым, таким уютным и очень красивым. Маг наклонился ещё ниже, почти к самому лицу Блэка, заворожённый серебряными глазами... и почувствовал, как пленник пытается отодвинуться. В обращённом к нему взоре сквозила настороженность.       Это отрезвило. Нет, нельзя.       С чувством глубокого сожаления Северус неохотно поднялся на ноги, попутно не сдержавшись и сместив ладони с плеч на грудь лежащего человека якобы чтобы удержать равновесие. Затем он прошёл барьер в обратную сторону и обернувшись, по какому-то наитию, чуть усилил защиту да поделился с магическим заслоном дополнительной энергией, после чего взмахнул палочкой в сторону по-прежнему неподвижно лежащего на кровати анимага снимая все удерживающие того заклинания, верёвки бесследно растворились в воздухе. Сириус сел, явно стараясь не делать резких движений – мало ли как отреагирует находящийся в полном душевном раздрае тюремщик.       – Точно не будешь есть? Если так, то придётся подождать завтрака.       Анимаг молча кивнул, его лицо было непроницаемо. Зельевар ещё одним взмахом заставил поднос исчезнуть и ничего больше не говоря ушёл.       Идя по коридору, Снейп клял себя последними словами. Вот что он сейчас собирался сделать, а? Надо всегда-всегда помнить про самоконтроль. Всегда! А теперь нужно быстро убираться отсюда, пока он не поддался искушению вернуться...