Герой, которого я выбрал.

С момента как Юширо заявил им про войну, прошло несколько секунд молчания, прежде чем кто-то из них его не нарушил: — А че у нас типо раньше ее не было? Или ты в прямом смысле имеешь в виду “войну”? — голос Акумы прозвучал настороженно, но при этом настойчиво. Он не знал, стоит ли вообще считывать это как за глобальную проблему, ибо чисто технически — в них уже война. Это уже смотря то, как он Юширо интерпретирует это. Юширо ходил туда-сюда, возвращаясь то с одного угла до другого. — Я говорю в прямом смысле этого слова! — он агрессивно перебирал пальцами, пытаясь нормально выразится, — Мудзан направляет на нас все свои силы в течение этой недели! Его цель — это я, — он начал указывать пальцем на тех, чье имя проговаривал, — Ты и Танджиро! — он крепко стиснул зубы. У всех расширились глаза, зрачки затряслись от удивления… кроме Акумы. — А ты та нахрен им? — поджимая брови озадачивается он, — Ладно я и Танджиро, это очевидно со стереотипами Мудзана, но… Ты? — говорил с иронией в голосе он, слегка покачивая головой в недопонимание. Он совершенно не понимал мотивов Мудзана, хотя и предполагал что это было связано с их прошлым планом, где Юширо спас Танджиро. Юширо раздраженно выдохнул от тупости и одновременной логики Акумы. — Он узнал чьих рук это было дело! — кричал он в растерянности, крепко вцепившись руками за волосы, — Он убьет… Тамае-сан… — его голос затихает на последней фразе, начинает дрожать от страха. В принципе это то, что предполагал Акума, поэтому он даже не удивился. Его зрачки затряслись. Ему не настолько все равно за себя, нежели чем на Тамае. В принципе ему было бы все равно, если бы Мудзан был нацелен только на него. Проблема лишь в том, что Мудзан еще та мразь. Они ведь разрушили его хорошо спланированный план. Он так просто это не простит: он будет давить на самое больное, а именно на дорогого человека. Будет угрожать что убьет его, мучительно, аморально… И Мудзан… ой как хорошо знает Юширо и его слабости. Ведь он был знаком, очень хорошо знаком с Тамае. Юширо начал паниковать от мысли что он подставил своего самого дорогого человека на необратимую смерть. Его дыхание стало судорожным, пока вдруг он не почувствовал мягкое прикосновение на своем плече, и тот дернулся. — Успокойся, с Тамае все будет в порядке, — к удивлению остальным, на помощь к Юширо пришел Саэ, чей голос был успокаивающим, — Акума, сколько тебе потребуется времени на этот процесс? Он неожиданно обратился к Акуме, глядя на его соединенную руку, и тот сразу понял о чем идет речь, поэтому не стал томить с ответом: — Дней так два точно. Саэ снова повернулся к Юширо, что уже смотрел на него. — Ты же сказал что он нападет в течение этой недели? Значить не факт что за эти два дня. — успокаивал он, настороженно говоря, — Я пойду с тобой за ней, ладно? Удивительно насколько быстро Саэ изменился. Ему сейчас так легко давалось поддержка, которую он давал не каждому, что это даже странно. Почему он вообще решил успокаивать Юширо? Почему именно он? К тому же, были ли мотивы у его поступка? Саэ это делает лишь потому, что проявил сострадание по отношению к нему, или для собственных нужд? А может, вообще и то, и другое? Саэ очень трудно понимающий человек, по его выражению лица и тона голоса не всегда поймёшь — врёт он или нет. Ведь он всегда придерживается своего хладнокровного характера, который добавляет дополнительный кирпич на его стене экспрессивности. Именно это делает его очень трудным для понимания в обществе. Акума, внимательно наблюдая за его поведением, пока что промолчал. Он не решил задавать этот вопрос здесь и сейчас, подумав о том, что это очень сильно неподходящий момент, когда стоит это спрашивать. Юширо кивнул, не собираясь отказывать в руки помощи со стороны Саэ, на что тот кивнув, повернулся к остальным. — Подготовимся к наступления, пока не поздно. Все кивнули, соглашаясь с этой разумной мыслью. — Нужно собраться вместе и поговорить насчет плана. — добавила Шинобу, на что те снова одобрительно кивнули. —— На улице был почти что шторм: ветер усилился и вместе с этим появились маленькие капельки дождя. Возможно, даже погода увидя бушующую и напряженную ситуацию между охотниками и демона, решила усилится и наброситься на них с новой мощью. Акума глубоко вздохнул и потряс головой когда осознал, что почти заснул. В этой одиночной комнате с Танджиро, который сопел во сне — было нечего делать, поэтому Акуме было до жути скучно. Акума изредка позволяет себе подобные “слабости”, так как считает что ему это не зачем. Он перевел взгляд на Танджиро. Мальчик тяжело дышал, вздохи были громкими и резкими. Ко всему прочему, он был мокрым, его лицо и тело покрылось потом, что свидетельствовало о том, что у него температура. Недавно приходила Шинобу с Аой — проверяли температуру и состояние Танджиро. Как ни странно, Кочо сказала что состоянии Камадо вполне адекватное. Она интерпретировала это тем, что у Танджиро было мало крови в теле, и когда он резко получил ее, организм среагировал и начал выдавать так званный “сбой”. Она также добавила чтобы Акума поэтому поводу не беспокоился, и что его самочувствие нормализуется со временем. Увы, ее слова Акуму не успокоили. И на тому была причина. Кочо заранее предупредила Акуму о том, что поведение Танджиро может быть слегка притупленным. И снова же, это потому что участки мозга были повреждены, а также из-за сотрясение головного мозга. Список был большой… Однако Акума в тот раз из-за скуки, прочитал его полностью. Шинобу настаивала Акуму на том, что с Танджиро будет все в порядке, и он старался верить ей. По крайней мере, частично верить. И вот сейчас, когда он остался один, в тишине и покое, он решил задуматься насчет своих чувств. По отношению не только к Танджиро, но и ко всем. Что для него значит организация истребителей демонов? Что для него значат столпы и охотники? Что для него значит… Танджиро Камадо? …Соперник. Или, если смотреть на это глазами Акумы то — конкурент. Он откровенно завидует Танджиро буквально во всем. И его эта зависть немыслимо бесит. Танджиро превосходит его во всем. В силе, скорости, выносливости, рефлексах, интеллектом и даже знаниями. Почему он лучше его? Как ОН может быть лучше него? Акума демон, он совершенство, что обязано быть сильнее любого человека. По крайней мере, слабых столпов. Даже Мудзан, когда Акума был бесконтрольным демоном, сказал что он будет приближенный к его силе всегда. К тому же, Мудзан САМ утверждал, что никогда в своей жизни не давал столько крови человеку, сколько дал Акуме. И он удивился, когда Акума смог после такого выжить, тем более, со своим слабым и никчемным телом. Акума пролил столько крови, чтобы получить эту силу, сколько бы в жизни не отдал. Он прошел через огонь и воду. Тогда почему Танджиро все равно лучше него? Почему Саэ похвалил Танджиро, а не ЕГО? Акуму вымораживало это. Эта глупая и безмозглая логика, не имеющая никаких обоснованных причин чтобы существовать. При каких обстоятельствах оно вообще появилось? Он почувствовал как его ладони превратились в кулак, и от того дернулся. Акума пытается бороться с внутренними чувствами как может, однако, они все вылезают и вылезают. И он ничего с этим поделать не может. Внутри него, борются сразу несколько чувств: ненависть, зависть, привязанность и даже любовь. Они буквально давят на него, сжимают как стены. И Акума теряется среди них. Можно ли им доверять, или отступить пока есть шанс? Можно ли верить добросердечному мальчику, который уверяет его в том, что поможет ему? Который обещает ему, что никогда не бросит, и всегда будет рядом, выслушает, поймет и поможет… …С какой это стати ему стоит доверять какому-то легкомысленному Танджиро Камадо? ОН — такой же как и они. Как те, кто его предал. Он тоже воспользуется его глупой легкомысленностью и предаст его. И впрямь как они. И впрямь как… Его глаза расширились, зрачки затряслись. «Нет… Т-танджиро… он не такой.» — он отрицательно покачал головой. По крайней мере, Акума хотел в это верить. Все же Танджиро не раз показывал ему, что он ему дорог. Однако Акума, как и в принципе всегда, пытался думать пессимистично: что Танджиро просто притворяется, снова же, чтобы воспользоваться им. Он действительно верил, что Камадо на самом деле абсолютно все равно на него. Он делает это из своей прихоти, не понятно откуда взятой. Поэтому Танджиро всегда останется у него под вопросом. И всегда будет тем человеком — который не поможет ему. Ему никто, уже никогда не поможет. К тому же, Акума уверяет себя в том, что сможет помочь самому себе. И не видит глобальных проблем. Он фыркнул, отводя взгляд в сторону, однако сильнее сжимая ладонь Танджиро в своей. Затем, другой рукой он схватил пакет с искусственной кровью, и резко разорвал зубами крышку, выпив оттуда кровь. На столе также лежало еще пять точно таких же пакетов. Что же насчет других… Он выжимал всю кровь оттуда и пренебрежительно поставил пустой пакет на стол. Например о той же Шинобу, с которой у него замечательное мнение. Так как у них совпадают интересы, Акума считает что у них есть много общего, с чем они могли бы обсудить. Но, увы, Шинобу постоянно занята, либо просто отмазывается. Акума, хоть и прекрасно понимал причину, все равно обижался на нее. «Красивая…» — вдруг вспыхнуло в голове Акумы, заставив того странно смутится. — «Я бы сказал даже очаровательная… Хах! Ну а как она не может быть? Точно такая же красивая, как и Мицури с девочками» Под “девочками” он подразумевал Канао и Аой. Из принципа не называл их по именам. В любом случае, Акума всегда был о ней отличного мнения. Еще с самой первой встречи. Про Мицури у него практически такое же мнение, как и к Шинобу. Она коммуникабельная, симпатичная так еще и сильная! Вот так Игуро повезло… Что же насчет Игуро? Ну он знатно поменял свое мнение о нем, когда тот раскрылся ему, и показал свое настоящее обличье. Увидя, что у них есть что-то схожее, Акума стал относиться к нему по-добрее, даже что ли по-братски? Когда Акуме исполнилось шестнадцать лет, то он перестал чувствовать братскую любовь от Саэ, поэтому перестал понимать какого это, когда тебя — любят. Родители не уделяли ему время, на выручку у них был Саэ, что приглядывал за младшим какое-то время. Однако… после смерти родителей все изменилось, и с тех пор Акума смутно помнит что это такое. Но, к Игуро он относится так как умеет. Вообщем, у него хорошее мнение о нем. Санеми. Вдруг вспомнилось Акуме когда он заговорил про Обаная, его товарища. Вот у него было грубое мнение по отношению к нему. Акума недолюбливал Санеми. Он не переносил то, как он относится к своему младшему брату, представляя его на своем месте. Именно поэтому, у Акумы часто были мысли, что они Саэ с одного яйца. Санеми прямолинейный, грубый, зачастую вспыльчивый и ненавидит своего младшего брата. Ну точная копия Саэ. Именно за это Акума терпеть не мог Шинадзугаву. Он всегда считал что прав, и поступает правильно. Нихрена. Конечно, Акума соврет, если не скажет что Санеми по отношению к нему, что-то там и пытается сделать. Однако для Акумы — это пустышка, ничего не стоящая. Им никогда не стать друзьями, и уж тем более товарищами. У них разные взгляды на жизнь и между ними стоит стена, которую оба не спешат ломать. Если подумать о сильных людях, то Акума вдруг вспомнил про Гемея. Что сказать… Сильный, мускулистый, так еще и с добрым сердцем. Ну замечательный человек! Поэтому Акума, хоть и не часто пересекается с ним, все равно имеет к нему оптимистичное мнение. Акума хихикнул, вспомнив про Муичиро. Этот вообще как будто не на своей планете живет. У Акумы часто было такое впечатление, словно Муичиро — пустая оболочка. Он просто делает то, что должен. Со временем, он часто видел как Токито улыбается когда рядом Танджиро, а потому невольно подумал что и тут терапия от Камадо сработала. Акума смутно помнит как Танджиро с Муичиро познакомились, и с какого момента стали друзьями, но его это, если честно, слабо беспокоило. В любом случае, Акума испытывает “материнский инстинкт” когда Муичиро в опасности. По неизвестной для нему причине, Токито ему чем-то напоминает маленького себя. Такого беззащитного, такого слабого, и всегда нуждающегося в чей-то помощи… Возможно, он слишком низкого мнения про него, ибо он не должен забывать что Муичиро — столп, в первую очередь. И он может, постоять за себя. И все же, Акума относится к нему весьма нейтрально. То он говорит что не понимает его, то сидит с ним рядом, слушая бессмысленную болтовню. Хотя и Токито, собеседник так себе… Вспоминая про тихого и неразговорчивого человека, Акума сразу же вспомнил про одного. Гию. Он запомнил его, как человек который защитить Танджиро любой ценой. Гию с момента их первой встречи был таким. Постоянно помогал и спасал мальчика, когда тот оказывался в беде. И за это он его и уважал. Акума и сам стремился спасать Танджиро любой ценой, поэтому упрекать Томиоку за то, что он делает — как минимум странно. Акума даже отличного мнения о Гию. Несмотря на то, что он не болтливый, и с ним разговаривать по ощущениям, как разговаривать со стенкой, Акума никогда этому не возражал. Он привык к тишине. К тому же, его брат практически такой же тихий, как и он. Поэтому в его отстраненности, Акума не видит проблем. Вообщем, у него положительное мнение. … Там же еще вроде друзяшки Танджиро есть? Он плохо с ними контактировал, так что субъективное и полноценное мнение с таким та общением — трудно выразить. Однако, он попробует. Зенитсу — плакса, много не скажешь. Сойдет. Иноскэ — вспыльчивый, но кабанчик сойдет. Канао — тихая, иногда кажется будто ее в комнате нету. Однако, сойдет. Аой — агрессивная, но она предельно умная. Сойдет. Значить… вот такое вот у него мнение о них? Так забавно… а ведь раньше, у Акумы было совершено другое мнение. Оно было грубым, так еще и высасаное из пальцев. Он глубоко вздохнул и снова обратил свое внимание на Танджиро. Его взгляд смягчился. Как бы он не отрицал это, как бы не пытался сказать что это не так, однако Акума дорожил им. Каждого, по своему. И чтобы он не делал — этой правды никак не избежать. Но Акума знал истину. Он знал почему так поступает, и так думает о каждом. Возможно, лишь в теории, он откроет им правду… Но это не точно. Глубоко вздохнув, он присмотрелся на профиль Танджиро. Мальчик все еще тяжело дышал. Акума никак этому не возражал, только… беспокоился. Несмотря на то, что он его соперник, Акума должен быть уверен в том, что он в порядке. Как минимум для того, чтобы тот мог нормально сражаться и соперничать с ним. «Танджиро… разве ты не видишь… куда твой умалишенный мозг привел тебя? Почему…» — он стиснул зубы и поджал брови, — «Почему ты не сделал то, что я тебя просил?! Это же… было так просто… с самого начала.» Акума сейчас боролся с тем, чтобы не сказать что это его вина. Ведь тогда, получится так, что он слабый. Что он позволил себе снова обвинить самого себя. Это не его вина… Не его вина… Не… …Точно ни ли его вина? Все же, если бы он тогда вылечил Танджиро, то тогда все могло бы пойти иначе. Его бы не украли и они смогли убить того демона. Почему Акума не решил вылечить Танджиро в тот момент? Он взглянул в окно, на улице было темно, но непогода не прекращалась даже спустя столько времени. Глубоко вздохнув, Акума опрокинув голову на стул и закрыв глаза, решил что хочет все же просто поспать. Ведь кроме как этого, тут больше нечем заняться. … — Я… Глаза Акумы открылись когда он услышал хриплый и туманный голос Танджиро. Он приподнял голову и хмуро взглянул на Камадо. Сначала, Акума хотел скинуть на то, что ему просто послышалось. Но это было бы нелогично. Поэтому он, выпрямившись, решил чуть-чуть подождать. Хотя-бы чтобы убедиться в том, что ему не послышалось. «Ну… Шинобу так-то предупреждала меня что Танджиро может бредить, так что ладно.» — он взглянул на него с таким выражением лица, которое можно было сравнить с котом, который смотрит на своего хозяина, когда тот что-то делает. Выражения лица Танджиро изменилось, он поджал брови, будто бы ему было больно, тело напряглось. — Нет… не оставл-яйте… меня… одного… — простонал мальчик. Акума ахнул, удивившись. — Пожалуйста… — его голос все еще был хриплым и туманным. Камадо сжался, его глаза задрожали. Ему было больно? Это снова проделки Мудзана? Нет… Он ведь сказал… Неосознанно, Акума поднял руку и положил ее на волосы Танджиро. Его взгляд не изменился даже после того, как он понял что сделал. Акума просто не привык видеть Танджиро таким. Он всегда для него был улыбающийся мальчик, который дарил свет каждому, кто это просил и кто не просил. Он спасал всех от одиночества и угнетения. Несмотря на то, что сам понемногу погасал. И вот к чему это привело. Танджиро теперь холодный и грубый, примерно такой же, как и Саэ. И все это из-за… него. От мысли что это он виноват, Акума откинул голову назад и глубоко вздохнул, закрыв глаза. Он осознанно погладил Танджиро по голове, и когда понял что он успокоился, то вздохнул с облегчением. «Не будешь. Я не оставлю тебя одного.» —— … Не верится просто… Мудзан стоял на краю платформы, пусто смотря в одну точку, где еще недавно лежал полумертвый Танджиро. Сзади него стояли его подопечные с виноватым выражением лица. Они знали что жутко провинились перед господином. И знали, что за это придется отвечать. Серьезно отвечать. Они все виновато и со страхом в глазах опустили голову как можно ниже, думая, будто это их спасет. Между этим, рядом с ним стояли также высшие луны, что тоже как и они опустили голову вниз. Никто не знал что они тут забыли, ведь вина лежит только на тех, кто не справился со своим заданием. Кибуцудзи чуть-чуть поднял голову вверх, пока еще не поворачиваясь к ним. Но даже так… они могли почувствовать его рассерженный взгляд, пылающий гневом ненависти. — У вас было… лишь одно, простое поручение, — начал мягко Мудзан, и с каждой фразой его голос становился все более раздраженно. — Одно, поручение. Проследить за мальцом. — он резко обернулся и они наконец встретились с его взглядом, — И даже с этим вы, отбросы, не смогли справиться. Его голос был настолько сердитым и раздраженным, а взгляд просто резал их, что те невольно опустили головы вниз, стараясь не смотреть в глаза господину. — Что такого сложного было, что вы упустили его, а? — он начал медленно к ним подходить, агрессивно раскидывая руки в разные стороны, — Проследить за полудохлым охотником было неве-роя-тно трудно, да? Он остановился прямо перед ними, разглядывая каждого демона с ног до головы. В его глазах было столько негодования и злости, что их было не сосчитать. — Если вы даже с этим не можете справиться… то как вы в будущем мне будете полезны? — холодно поинтересовался Кибуцудзи, говоря с ноткой иронии. Они судорожно поморгали, кто-то сглотнул, потому что горло пересохло. Все боялись даже пискнуть, так как прекрасно знали характер господина Мудзана. — Все не так господин! — неожиданно поднявшись на ноги, взревел один из демонов, пытаясь оправдываться, — Дайте мне второй шанс и я покажу вам что полез-... Но не успел он договорить, как его голова резко, с брызгом крови, разорвалась и отлетела в сторону. Демон даже не успел пошевелиться, как его тело начало рассыпаться в прах. Все таки, один смельчак попытал свою удачу, которая ушла в никуда. — Еще и смеете меня перебивать? Возомнили себя королями я смотрю… — он хладнокровно посмотрел на остальных демонов, — Но вы никакие не КОРОЛИ! С этими словами он разорвал и других демонов да так, что их тела и лица было уже не узнать. Кровь разбрызгалась повсюду, на полу начали появляться алых цветов лужи, становясь с каждой секундой все больше и больше. В мгновение ока, тела демонов также как и прошлого бедолаги, рассыпались в прах, оставив за собой лишь лужи крови. Мудзан с ненавистью смотрел на то, как испаряются тела демонов. В его глазах не было сожалению о содеянном. Его руки, покрытые кровью что капала на пол, делала из него какого-то жуткого зверя, что только что хладнокровно растерзал своих жертв. Никакого сожаления. Мудзан не стерпит очередного поражения над охотниками, он и так уже много раз проиграл им. В последние минуты жизни Манекена, Мудзан успел увидеть кто виновник содеянного. Мужчина низкого роста с бледной кожей и лавандово-фиолетовыми глазами… Волосы, которые переливаются от светло-зеленого цвета к темно-зеленому, после чего переходит в черный и эта одежда… Он раньше встречал эту физиономию, только в воспоминаниях демонов. Точно, он вспомнил. Его видели Яхаба с Сусамару. Мудзан внутреннее заулыбался, вспоминая о том, что это был товарищ и союзник Тамае, демоницу, которую он уже долгое время разыскивал. Вот так совпадение, что он может словить сразу обоих нарушителей. «Юширо значить… Хорошо. Это замечательно, что ты показался.» — его взгляд стал еще более хладнокровным. Судорожно выдохнув, приводя себя в порядок, Мудзан медленно обернулся к высшим лунам что все еще стояли на коленях. Он не счел это как что-то особенное, хотя их дисциплина его даже успокоила. — Готовьтесь к наступлению. — вдруг заявил он, — Соберите всех демонов что в крепости, будем наступать в течение этой недели. — командирующе говорил Мудзан, оглядывая каждого демона. Доума среди них всех — единственный кто среагировал на это удивленно. Другие же, старались вести себя подобающе. — Наступление? — затянута переспросил Доума, удивленно глядя на Мудзана. — Именно. Мы объявляем полномасштабную войну, и перебьем всех охотников, до единого. — объяснил довольно Кибуцудзи. — Раз уж они совершили такую наглость, ворвавшись прямиком в МОЮ крепость, мы сделаем тоже самое. В этот раз они все ахнули, ошарашенно и резко подняв голову. Мудзан звучал совершенно не отрешенно, никакого сомнения в голосе. — Господин… Вы точно уверены? — осторожно уточнил Аказа. Было заметно что допросы от демонов понемногу бесили Кибуцудзи, ибо его лицо перекосилось и стало раздраженным. — А тебе что-то не нравится? — холодно спросил Мудзан, пристально посмотрев на него. Почувствовав на себе ледяной взгляд Кибуцудзи, Аказа не на шутку напрягся, стиснув зубы и снова опустив голову вниз. — Нет… — отстраненно пробормотал Аказа. На это Мудзан лишь хмыкнул, не придавая этому огромное значение. Он развернулся к ним спиной и, использовав магию крови, он телепортировал их, чтобы они пошли собирать всех. Таким образом, Мудзан остался один на этой платформе. Он нахмурился и коснулся затылка пальцами. Когда он оказался в одиночестве, то на него неожиданно нахлынули странные чувства. Печальные чувства. Мудзан впервые что-то подобное чувствует. «И что это за хрень со мной? Господи…» — до него вдруг пришло осознание того, что он почувствовал. И от того он рассердился, — «С чего это вдруг я начал думать об этом? Я больше не тот слабый, больной человек, от которого отвернулись все. Потому что теперь у меня есть сила, слуги которые в любой момент подставляться под мою защиту.» — он ехидно заулыбался, усмехнувшись, — «Какая разница уже до родителей, которые погибли из-за этой же болезни. Это больше не мое прошлое. Весь мир — будет кланяться перед мной.» От взбудораженных мыслей, Мудзан невольно поверил что уже правит всем миром. Что все ему кланяться, и никто не может ему ничего сделать. Однако, также быстро, как пришла эта мысль, он опомнился. Его лицо исказилось в слабую улыбку. «Осталось немного… Всего пару преград на моем пути, в становлении короля. Совсем скоро… Они узнают, что такое настоящее зло.» Рассмеявшись как психопат, Мудзан довольно ушел в сторону своего “трона”, решив, что хочет дождаться вестей от демонов. —— Началось срочное собрание столпов и некоторых охотников. Все были в напряжение после услышанного, в растерянности, не зная за что первое хвататься. С момента этой новости прошло 2 дня, по истечению которого, Акума сообщил им что хочет обсудить про план. Он также рассказал им, что Танджиро теперь в полном безопасности, и его жизни теперь ничего не угрожает, хоть и уточнил что ему требуется сейчас отдых, так как мозг пока что у него не работает. Они снова оказались в главном поместье, предположив, что это идеальное место для обсуждения деталей плана. Только в этот раз, посредине комнаты стоял стол, на котором лежала заранее подготовленная карта. — Для начала, все же стоит оповестить и охотников низшего ранга об этой новости. — предложил Акума, окинув их взглядом. — Мы уже сделали это. — тут же сказал Саэ, заставив того осечься, — Ворон сейчас летает и оповещает каждого об этом. … — Кар, кар! Внимание всем! Объявлено чрезвычайное положение! Повторяю, чрезвычайное положение! — каркал ворон, привлекая к себе внимание, — Данное сообщение предназначено для всех истребителей низшего и высшего уровня. Истребителям немедленно прибыть к главному поместью. Заберите все свои личные вещи, в том числе униформу и клинки. Если не знаете путь к поместью, следуйте за мной или, за другими воронами. У вас есть час на то, чтобы собрать все необходимое. Вы получите дополнительную информацию, когда прибудете в поместье. Охотники, которые прямо сейчас находились на здание, удивленно ахнули, недоуменно глядя на ворона. — Что происходит?... От кого послание?... — озадачился один из группы. — От всех столпов и главы Убуящики-сама. — объяснил ворон. Они дернулись услышав это и, переглянувшись, они закивали друг другу и повернулись к ворону. — Ох, ну если от столпов и главы то... Мы выдвигаемся! — уверенно сказал охотник. … — Ясно… — облегченно выдыхая и удобно раскинув руки на голове, бормочет Акума. Саэ нахмурился и повернулся к остальным столпам, что разговаривали с друг другом. Они обсуждали про план. — Значить так. — вдруг, говорит Шинобу, заставляя тех посмотреть на нее, — Пока что, я хочу чтобы поручения давал Акума. Они все недоуменно нахмурились. Акума, он? Тот самый, который не принимает НИ ОДНУ битву всерьез? И она ему доверяет человечество? — Почему он?! — тут же негодует Санеми, буквально вскакивая на ноги, — Не знаю, хотя-бы возьми эту копирку Томиоки! — указывая руками на Саэ, заставляя того раздраженно фыркнуть, Санеми недовольно выдыхает, — Кочо, ну серьезно! Он хотя-бы задания принимает всерьез. Шинобу обреченно вздыхает, понимая, что Санеми абсолютно прав. Проблема Акумы была не в том, что он не умел рассуждать и быть серьезным в серьезных ситуациях, а в том, что Акума не тот тип человека, на которого стоит положится. Он ничего не принимает всерьез. Даже собственное благополучие. В очередной раз, когда ему дают какое-то поручение, он выполняет его на абы как. Но… — Я щас не понял. — неожиданно начал Акума, сердито смотря на Санеми, — Ты во мне сомневаешься или как? — возразил он, стиснув зубы и сжав кулаки, — Неужели, ты настолько низкого мнения обо мне, что веришь в это?! — его голос сменился на возмущенный крик, — Да если вы мне дадите серьезное задание, то я буду его принимать серьезно! Думаешь, мне настолько насрать на человечество, что я как ублюдок буду поступать, а?! Я по твоему… эгоист. Резко, голос Акумы изменился с недовольного и возмущенного, на опустошенного. Его лицо исказилось, глаза расширились и недоуменно нахмурился, словно опомнившись. Такое резкое изменение в лице Акумы, заставило Санеми не на шутку удивиться. Он был уверен, что его сейчас ничего не остановит. Однако… Когда он заговорил про человечества и его принципы, то почему-то запнулся на полуслове. И запнулся он конкретно на фразе “эгоист”. Санеми мог бы предположить что угодно, но точно не то, о чем думал прямо сейчас Акума. Никто не может знать того, чего знает Акума о себе. Или… Это вопрос времени? Понимая, что в комнате растет напряжение и недопонимание, Саэ решается взяться за эту ситуацию, но его вдруг опережает Шинобу. — Потому что я верю Акуме-куну. Они все удивленно посмотрели на нее, в том числе и сам Акума. Она, в свою очередь мягко взглянула на него и улыбнулась. — Акума-кун не раз показывал свои лидерские качества! По крайней мере, я хочу услышать, что он может нам предложить делать в такой ситуации. — интерпретировала она свои слова. Это… удивительно. Шинобу была одним из тех людей, кто недолюбливала Акуму за то что он демон. Просто так скажем неприязнь. Однако теперь она говорит о нем как о друге. Как тому, кому можно доверять без сомнений. Это настолько поразило Акуму, что его глаза засверкали, брови приподнялись. Его назвали… человеком. Точнее, намекнули на это. И он не может подвести ее. Ни в коем случае. Особенно — на глазах Саэ. Шинадзугава недоуменно посмотрев на Шинобу, раздраженно фыркнул. — Ладно… валяй. — сдавшись буркнул Санеми, откинув спину на стену. Все остальные также сдались, и не пытались усложнять эту ситуацию. В ожидании, все разом посмотрели на Акуму. Он впервые видит то, как все хотят его выслушать. И это на самом деле слегка неловко. Однако он, откашлявшись и взглядом убедившись что все слушают, начал говорить, придавая себе как можно больше уверенности: — Я думаю, что для начала нам стоит распределиться по нескольким группам. — он задумался, тщательно обдумывая каждое слово, — Так как никто не знает с какой именно части начнется атаки, я думаю, что стоит распределиться по частям леса. Пусть пока будет всего четыре группы. — он поднял руку и начал показывать пальцем на карту, что стояла посередине стола. Санеми, увидя что тот что-то показывал на карте, приподнялся и начал внимательно наблюдать за его действиями, как и впрочем другие. — Первая группа будет находиться здесь, — он начал двигать пальцем по карте, — у поместья бабочек. Вторая тут, у поместья Гию. Третья здесь, у поместья Обаная и последняя здесь, у поместья Гемея. — он нахмурился и посмотрел на ребят, — Однако, перед началом стоит сделать кое-что еще. — он указал пальцем на поместье бабочек, — Забрать все необходимое оборудование с поместья бабочек, в том числе раненных, и переместить их сюда, в главное поместье. Он убрал палец от карты и хмуро взглянул на столпов, будто ожидая от них бурную реакцию. Но, к его слабому удивлению, они все были напряжены, внимательно вслушиваясь в его слова. — Значить… — приподняв ладонь, Санеми начал, — Ты предлагаешь в первую очередь позаботиться об охотниках? — уточнил он, его голос звучал серьезно. Акума кивнул, на что Шинадзугава фыркнул. — Шинадзугава-сан, охотники — это в первую очередь люди. Если у нас не будет подмоги, то кто поможет нам, когда нам нужна будет помощь? — в тоже мгновение слегка недовольно спросила Шинобу. — Чето я сомневаюсь что это НАМ понадобится помощь. — отшутился Санеми и усмехнулся. Только вот другим эта шутка не сильно зашла. Кочо, закатив глаза и сдержав на себе улыбку, вскинула взгляд на Акуму. — Акума-кун, ваш план звучит рационально, и я довольно им! — похвалила Шинобу, на что Акума неловко усмехнулся, — Однако, я все же бы хотела, чтобы вы уточнили некоторые моменты. Можете рассказать детали своего плана? — мило улыбнувшись ему, спрашивает она. Сразу было видно, как Шинобу пытается наладить отношения с Акумой. И это одновременно с этим, было весьма поразительно. Это разве не он, должен был пытаться? В любом случае, стараясь больше углубиться в детали плана, Акума решил заранее уточнить у Шинобу, про что конкретно именно она: — А что именно та? Сорян, но я не могу ментально прочитать что вы там конкретно хотите от меня. — его голос огрубел. Кочо сомнительно улыбнулась, и хихикнула. — Ох, простите, забыла… Кхм… Как именно вы хотите позаботиться об охотниках? Он странно посмотрел на нее, словно она задала самый очевидный вопрос из очевиднейших. Акума тут же покачал головой и поджал брови. — Так как сейчас все охотники направляются сюда, чтобы выслушать нас… точнее мой план, я думаю, что в первую очередь им стоит пойти в каждое поместье, и забрать припасы. Ну там еду, униформы, бинты и всякой подобной фигни. — он щелкнул пальцами и наконец улыбнулся, — А потом я, выйду на сцену со своим лидерским качеством и расскажу им подробно обо всем! — самодовольно проговорил Акума указав большим пальцем на себя. Все нахмурились, а некоторые скорчили лица. И снова этот Акума… — В любом случае, мой план заключается в том, что я хочу собрать всех охотников в разных частях поместьей. И там, где произойдет столкновение — туда мы и перенесем все силы. — неожиданно интерпретировал свой план Акума, говоря рационально. Шинадзугава тут же нахмурился, пытаясь вложить в свой взгляд как можно больше раздраженности. План Акумы прозвучал… слишком хорошо чтобы он назвал его замечательным. И его это сильно бесило. Он должен был сказать что его план дерьмо и поржать над ним! Однако на его зло, план Акумы именно прозвучал рационально! А вот другие… они одобрительно посмотрели на него, даже с какой-то ноткой гордости. Можно сказать, что Акума рос вместе с ними, а потому приятно видеть то, как он растет на глазах. С каждым разговором, Акума все больше и больше становится для них привычной персоной. Он становится для них — человеком. И вдруг они резко вспомнили про их первую встречу с Акумой… —— … — Хочу уточнить тебе кое-что, — вдруг начинает Акума тем самым обратив внимание Танджиро на него, — Если ты потеряешь сознание или, будешь при смерти, я автоматически с тобой поменяюсь душами. — Серьезно?! — Камадо дернулся и скорчил лицо, громко возразил. Акума цокнул зубами и раздраженно выдохнул. Он старался привыкать к тому, насколько громкий этот мальчишка. Эта была их первая встреча. Так как Танджиро потерял контроль над телом, а именно после того, как Мудзан внедрил в него свою кровь и превратил его в без контрольного демона. Сейчас они находились в мире, которое они назвали “местом за пределами сознания.” Лицо Танджиро меняется и он, трясся головой, обеспокоенно хмурится. — Раз так, то... Можешь, мне кое-что пообещать. — его голос становится тише. Акума смотрит на него и поджимает брови, легонько кивая головой. — Пожалуйста, не трогай людей и... моих родных. Голос Танджиро прозвучал спокойно, но с ноткой просьбы. Он еще не знал Акуму, поэтому не мог ему так легко доверять. Танджиро ведь толком знает его. Он боялся что Акума один из тех типов, которые пользуясь добротой, делают ужасные вещи. Хотя от части Танджиро ему доверял, так как хотел спасти его, он все же решил хотя-бы убедиться в том, что Акума нуждается в этом. Что он ТОЧНО не тронет людей после того, как поменяется местами с Танджиро. На секунду, Акума отвел взгляд в сторону, однако затем, практически не раздумывая ответил: — Я и не собирался трогать людей. Я... — он сглотнул, — Больше не буду. — отстраненно буркнул Акума, скрестив руки на груди и поджав брови. На мгновение повисла тишина. После этой фразы, Камадо нахмурился явно понимая к чему это Акума сказал. Он облегченно вздохнул, осознавая и веря ему, что людей он больше не тронет. Покачав головой, Акума снова вернул себе прежний облик и нахмурился. — Вообщем, можешь на меня рассчитывать. — уверенно сказал он и наконец посмотрел на Танджиро. Камадо не решил расспрашивать Акуму про "Больше не буду", а потому вздохнув, он закрыл глаза. Уже прошло две недели с тех пор, как они впервые познакомились и если честно, Танджиро уже понемногу начинает доверять, и даже привязываться к Акуме. За эти две недели, Камадо сталкивается с подобным разговором впервые. И все же... Он верит ему. Он верит в то, что он не будет трогать людей. —— — Танджиро! — кричит Акума делая поспешные шаги вперед. Он увидел как Камадо сильно ранили и то, как он резко потерял сознание. Он стиснул зубы и нервно поджал брови, а затем осмотрелся. Его брови приподнимаются когда он понимает, что Танджиро тут нет. Это означало лишь одно... — Черт... Ладно. Меняйся! — говоря это, Акума исчезает с пространства и меняется местами с Камадо. Танджиро находился сейчас в битве против очередной высшей луны. Вместе с ним, были также еще и столпы, однако, демон оказался настолько сильным, что даже они не могли справиться с его силой. В тот момент Танджиро лежал без сознания, после сильного удара, и демон знал это. Поэтому... Недолго думая, он направился к нему, отталкивая всех охотников. «Мне достаточно убить этого мальчишку чтобы закончить свое задание.» — думал демон, резко отскочив к бессознательному мальчику. «Черт!» — пытаясь защититься или хотя-бы как-то оттолкнуть демона, Гию злился. Они понимали что не успеют, даже если попробуют ранить самих себя дабы добраться до него. От чего Томиока злился еще сильнее. Если Танджиро снова ранят по его причине… Время замедлилось, как в фильмах, когда происходит что-то неожиданное. И столпы, и охотники, и демоны остановились и парили в небе, медленно ударяя по демонам. Танджиро, который лежал на земле окровавленный, с разбитым лбом и руками, вдруг неожиданно исчез. Демон, который уже почти добрался до него, удивленно ахнули, недоуменно фыркнув. Время вернулось в реальность и, вместе с этим, столпы заметили что Танджиро исчез. Они удивились, их брови приподнялись, и они с недопониманием на лице начали осматриваться, ища его. Как вдруг, кто-то неожиданно хватает Гию и отталкивает его в сторону, вместе с собой. — Томиока! — тут же замечает Санеми и бросается на помощь к нему. Другие также заметив это, побежали за Шинадзугавой, чтобы помочь Томиоки, однако их резко кто-то также хватает и отбрасывает в сторону. Это было настолько быстро, что они не успевали уследить за физиономией, которая пролетала мимо них. — Да что за хрень?! — ругается Санеми стискивая зубы и сжимая кулаки. Его также забирают и отводят в сторону. Он недоуменно фыркнул и осмотрелся, пытаясь понять где он оказался. Его рука была уже на подготовке того, чтобы схватить клинок и защититься от незнакомца… Которым оказался неподвижный, и стоящий к ним спиной Танджиро. — Танджиро! — кто-то резко отозвал его имя. Гию обращает внимание на Танджиро, который вел себя как-то подозрительно странно. Он не был похож на себя. Стоял неподвижно как статуя, так еще за это время ни слова не сказал. Он совершенно не походить на себя. Ко всему прочему, он до сих пор еще ни разу не посмотрел им в глаза, и даже не удосужился повернутся к ним, когда те отозвали его. Сомнительно поджав брови, Томиока неуверенно подошел к нему и аккуратно, с настороженностью медленно коснулся его плеча. Одну руку он опустил к клинку, просто как предостережение. Все также замолкли, в ожидании чего-то неожиданного. Из-за чего вокруг них повисла нагнетающая тишина. — Танджиро, все в поряд… В тот момент, когда Томиока даже не успел закончить свое предложение, он неожиданно и резко чувствует угрозу. А угроза исходила из Танджиро Лицо Гию исказилось, зрачки затряслись и он стиснув зубы, вдруг заметил: Камадо резко сжал кулак и, одновременно с тем, что он протягивал кулак, он поворачивался к нему, с молниеносной скоростью тянув кулак прямиком на лицо Гию, чтобы как пила, разрубить ее. Встретившись с убийственным взглядом Танджиро и убедившись в том, что это не он, Гию успевает среагировать, он схватил клинок и начал направлять его к шеи Танджиро, чтобы отрубить ему голову. Но вдруг… глаза Камадо расширяются, зрачки начинают слегка трястись. Другие охотники и столпы также быстро среагировали, а потому также вытащив свои клинки, направили их к шеи Танджиро. «Атака... остановилась?...» — озадачился Гию, остановив свое лезвие, которое успело коснуться шеи мальчика. Ребята также остановились. Резкое осознание пробило мысли Танджиро, а точнее того, кто представлял себя Танджиро. Он стал тяжело дышать, в горле появился ком, а в глазах удивление смешанное с осознанием. Его кулак, что он держал рядом с правой части головы Гию дрожал от напряжения. Они заметили что глаза Танджиро стали вертикальными как у демонов, а еще его раны, которые еще недавно кровоточили вылечились в мгновение ока. «Эта угроза... что я почувствовал когда стоял к ним спиной... Это от него? В любом случае...» — он медленно начал убирать дрожащую руку от головы Томиоки, от чего тот ахнул, — «Не смей трогать людей. Ты уже и без того немало убил. Людей... Нужно защищать.» Когда он прижал руки к телу, с напряжением на лице, он без каких-либо слов, просто взял, развернулся, и начал уходить в направлении демона. — Постой!- — резко хватает его плечо Гию, заставляя того остановится, — Кто ты такой? И что ты делаешь в теле Танджиро? Томиока с точностью мог сказать что перед ним стоит НЕ Танджиро, поэтому будет спрашивать напрямую того, кто пытается им быть. Акума все же остановился и глубоко вздохнул, раздражения поджимая брови. Он понимал что не может просто вот так взять, и уйти от тупых допросов, поэтому ему так или иначе придется им открыть правду. Правду кто он такой. И хотя Танджиро ему говорил чтобы он как можно меньше проявлял себя перед столпами, Акуме почему-то показалось, что он не просто должен, он обязан раскрыться им. Нахмурившись и заострив свой взгляд, он медленно повернулся к ним, убирая руку Гию от его плеча. — Уж слишком вы любопытные ныне столпы... — зловеще говорил Акума, — Но я сегодня в настроении, так что ладно, сделаю одолжение. — добавил он, наконец заулыбавшись. Все напряглись, насторожились от жесткой ауры незнакомца. От мысли что это может быть Мудзан — по их телам прошел холодок. Они все еще не спрятали свои клинки, явно ожидая подвоха. — Ты Кибуцудзи Мудзан? Или ты тот, кто на его стороне?! — допрашивал настойчиво Шинадзугава, подбежав к ним. В его голосе было слышно раздражение, с ноткой убеждения. Удивительно что Санеми еще не накинулся на него, а просто спросил. Столп впервые повел себя нормально по отношению к демону. На это, Акума усмехнулся, обнажив свои зубы. — Ну подумай тормоз! Если бы я был Мудзаном, или как ты утверждаешь "тем, кто на его стороне", какой бы мне был смысл с вами разговаривать? Почему к примеру не убил этого типа? Что остановило меня, если я Мудзан? — с иронией в голосе, парировал Акума, блестяще заулыбавшись. Действительно. В его словах была доля правды. Даже если предположить что прямо сейчас с ними разговаривает тот, кто на стороне Мудзана, почему тогда он не добил Гию? Хотя, может этот демон просто так хочет заполучить доверие столпов к нему? Никто не знает его, и тот факт, что он находится в теле Танджиро не дает прямого ответа на их вопроса. Он только дополняет их. Его нужно узнать получше. Санеми недовольно стиснул зубы. Понимание того, что демон был прав его просто бесил. — Хорошо... Раз ты не один из этих вариантов... то кто ты? — вопросительно спрашивает Игуро, вдруг оказавшись рядом с ветреным столпом. Они все посмотрели на него, ожидая от него ответа. Акума снова смеется и самодовольно улыбается, раскидывая руки по сторонам. — Меня зовут Акума, и я демон живущий внутри Танджиро. — он указал рукой на себя, — А также демон, кто на стороне людей. Они не удивились, напротив, они нахмурились и поджали свои брови. — Демон живущий в нем? А... Танджиро, он доверяет тебе? Он знает о том, что ты находишься в его теле? — неуверенно спрашивает Томиока глядя на Акуму. Акума слабо ухмыльнулся, закинув одну руку в карман. — Какой тебе смысл спрашивать это у меня? Вот как проснется Танджиро, так и спросишь у него — доверяет ли он мне или нет. — причитал он. Гию не такой ждал ответ, но впрочем не сильно возражал. Вполне ожидаемо что он так ответит. И все же… Томиока был почему-то уверен, что Танджиро знает о его присутствии, а значит не просто так подпустил его к ним. Если думать такой логикой, то получается что Акума — хороший демон. И, вполне вероятно, что Танджиро доверяет ему. Поразмыслив, Гию уверенно посмотрел на Акуму, решил заключить свое размышление одной простой фразой: — Если тебе верит Танджиро, тогда я тоже. Столпы недоуменно посмотрели на товарища, который произнес возможно самое нелогичное решение в его жизни. С каких пор он так считает? Даже Акума, которому ранее было абсолютно плевать, удивился такой глупости. — Ты в своем уме, а, Томиока?! Ты едва знаешь этого гребанного де-... — Заткнись, щас привлечешь внимание демона. — неожиданно, Акума прикрывает рот Санеми чтобы тот заткнулся. Шинадзугава недовольно и сердито поджимает брови, смотря на демона с презрением и отвращением. Его лицо буквально говорило — “либо ты меня отпускаешь, либо я тебя убью.” Когда Акума почувствовал, что Санеми угомонился, он пренебрежительно отпустил его. Затем, Акума удивленно и одновременно нахмуренно уставился на Томиоку. Он снова разглядывал его. От этого Гию хмурится, не совсем понимая что происходит. Молчание затянулось, и Гию чувствовал как ему становится не по себе. — Ты явно не один из умных охотников. — наконец грубо заключил Акума отворачиваясь от них, — Мне ваше доверие не нужно. Однако... Доказать свою правоту я просто обязан. А то как мы сработаемся? На его лице появилась знакомая улыбка, и он обнажил зубы. Когда он отошел от них на несколько шагов, то повернулся к ним и указал пальцем на демона что пока что разбирался с другими нападавшими охотниками. Они обратили на это свое внимание и слегка озадачились, пытаясь понять к чему клонит Акума. — Этот же демон вам мешает? — уточнял он, — Если меня глаза не путают, то он высшая луна... — он самодовольно улыбнулся, — Какую смерть вы предпочитаете демонам: аморальную или быструю? Они нахмурилась, Санеми даже немного удивился от такого странного вопроса. — То есть... ты хочешь доказать свою правоту тем, что убьешь высшую луну? — решил уточнить Обанай. Акума усмехнулся, снова же, обнажив свои зубы. — Ну пока что только так... Буду убивать демонов до тех пор, пока не доберусь до Мудзана. — ответил он уже тише. — Ему я постараюсь сделать особенно мучительную смерть. — его глаза сузились словно он был под чем-то, например под наркотой. Он тихо посмеялся, смотря куда-то за ними. — Но ты ведь сам демон. — резко подмечает Гию, — Ты же… по какой причине стал демоном, раз так ненавидишь их? Это верно. Они ведь не знали причину по которой Акума стал демоном. Даже сейчас, они еще не до конца понимали можно ли ему доверять. Хотя, есть уже то, что можно сказать с точностью... «Он явно за нашу сторону.» — подумали сразу все. Даже по голосу Акумы было слышно насколько он ненавидит демонов и того же Кибуцудзи Мудзана. Однако, им все же стоит узнать его получше, чем так просто доверять. Пусть покажет себя в бою. С лица Акумы ушло самодовольство и он резко стал спокойным, с слабой улыбкой на лице, вскинул взгляд на Томиоку. — А я разве говорил, что не желаю себе того же? Суть ведь та же. — проговорил он странно для себя спокойно. Они озадачились и недоуменно поджали свои брови. Вот именно это услышать от него — было больше всего неожиданно. Это наверное первый демон, который желает себе той же участи, что и другим своим собратьям. Он снова засмеялся, тем самым напугав их, а затем развернулся и начал идти к демону, не желая больше тратить время на них. «Им не понять меня. Впрочем, это и не нужно.» — А какую смерть ты предпочитаешь демонам? — неожиданно спрашивает Санеми, сжимая свои кулаки. Акума остановился и, не оборачиваясь сказал: — Это смотря сколько демонов убил людей. Но... И ту, и другую. — на его руках появляется броня виде крови, — Я покажу вам что такое быть демоном, что на стороне людей! — с этими словами он выдвинулся. Точнее, он буквально подлетел. Отскочив с помощью своей магии крови, которую он использовал на своих на ногах, Акума перелетел здание и оказался в центре боя, в полете сделав сальто. «Ого...» — не на шутку удивился Гию, его брови приподнялись. Сделав очередной кувырок чтобы приземлится, демон встал на ноги и уверенно пошел на противника. На его лице царила улыбка, он просто наслаждался моментом. Он просто наслаждался тем, что находится здесь. С помощью своей магии крови, что Акума создал вокруг своей руки, он отбросил в сторону охотников дабы они ему не мешали. — Отвалите! — грубо бросил он, смахивая их рукой. Охотники недоуменно обратили свое внимание на Акуму, и испуганно нахмурились когда увидели что это от него исходит магия крови. Естественно, они же не знают что Акума за них. Демон дернулся, удивившись насколько уверенный в себе эта версия Танджиро. «Этот мальчишка! Подожди, куда делись его раны?... И вообще, как он так быстро увернулся от моей атаки?!» — демон стискивает зубы и недовольно поджимает брови, — «Но впрочем неважно, ведь в этот раз...» — В этот раз я точно тебя убью! — с этим криком демон атаковал. Использовав свою магию крови, он создал прозрачный барьер из сжатого воздуха, чтобы защитить себя в определенном направлении. Его демоническое искусство «Прозрачный щит» заключалась в том, что он мог свою способность использовать разными способами. Например: эту магию крови также можно использовать как в нападении, выпуская мощный воздушный взрыв, который может отталкивать людей и атаковать. Или, использовать его в качестве трамплина, который может физически отталкивать людей. Ко всему прочему, его магия крови чрезвычайно прочна и мощна, так как она была способна выдержать любые каты. — Магия крови! "Ментальный взрыв"! С его ладони выпустились мощные и сильные круги воздуха. Они были способны разорвать любую часть тела человека насквозь, и даже отрубить какую-то часть. И, хоть казалось что Акуме запросто ее обыграть, он почему-то этого не сделал. Нет, было видно что он что-то попытался сделать, но если честно, он как будто даже не пытался отскочить. Атака затронула его, отрубив ему часть живота, одну руку и половину лица, оставляя кровавые следы на нем. От волны его даже откинуло в сторону. Ребята, которые были уверены в силах Акума, ошарашенно уставились на него и удивленно ахнули. — Чего?! — фыркнул Санеми поджав брови. Демон усмехнулся глядя на то, как ранило Танджиро, и по всей видимости не совсем осознал то, что произошло. Разве то, что сделал Танджиро для него не показалось — неразумным? Акума дергается, и резко начинает безумно улыбаться, несмотря на отсутствие половины части тела. Выглядел он со стороны как безумец. — Так вот как работает твоя магия крови?! Хорошо, хорошо! — он поднимает ладонь откуда начинает исходить крови, а затем он начинает им двигать в разных сторонах, — Давай побалуемся! Магия крови! "Кровесия"! Практически не стараясь, Акума взмахивая кулаками буквально прорубил все воздушные круги и спокойно залечил свои раны, практически в мгновение ока. «Демоническое искусство магии крови этого демона заключается лишь в том, что он создает защитный барьер что может использовать в разных положениях. Когда Танджиро с ним сражался, я подметил для себя кое-что важное... Атаки, если они не прекращаются то...» — он заулыбался, явно что-то осознавая, — «В теории, мне нужно много раз ударить по его барьеру, и он в определенный момент сломается. Если это верно, тогда!» Оказавшись на небезопасной дистанции от этого демона, который судя по всему был поражен резко поднявшийся силе Танджиро, подошел к нему ближе, Акума резко сказал: — Магия крови, "Кровавый удар". — прошептал он так, словно говорил это самому себе. Акума неожиданно запрыгивает на демона и нависает над ним, слегка опустив голову набок. Его выражение лица неожиданно изменилось — перекошенная улыбка с расширенными глазами. Было очевидно, что Акума просто наслаждался моментом, полностью контролируя ситуацией. Он оказался настолько близко к демона, что его лицо чуть ли не касалось барьера. Если честно, то Акума смахивал на какого-то хищника, который уже сомкнул лапы на добыче: колени широко расставлены, тело напряжено, упруго склонившись над демоном и руками крепко и цепко вцепившись за барьер демона. — Это ведь слабое место демонов? — ухмыльнувшись, самодовольно спросил Акума. Барьер демона резко сломался и, Акума, сделав кувырок за его спину отрубил обе руки с помощью своей магии крови. Снова отскок и он оказался впереди, схватив того за шею и крепко ее сжав, чтобы парировать над ним. Демон был в настолько оцепенение, что не издал ни слова, несмотря на то, в каком положении по итогу оказался. Столпы, что стояли в стороне также прифигели от такого, поэтому ошарашенно и в немом шоке уставились на них. «Эта магия крови плохо подходит для того, чтобы выдерживать несколько мощных атак, и быстро изнашивается в длительных боях. Все было гораздо проще, чем мне казалось.» — поразмышлял Акума, сделав вывод по его силе. С оторванных частей тела демона стекала кровь, и он недовольно фыркал, пока Акума довольно улыбался, закрытыми губами. — Ну что? Нету ручек нет конфет. — отшутился Акума, опрокинув голову набок и усмехнулся, — И все же... Ты конечно можешь попробовать вылечить свои руки, чего конечно же я бы не советовал... Но я бы посмотрел на твои тщетные попытки вырваться. — издевательским тоном бормотал он. — Ублюдок!... — сквозь стиснутые зубы пробормотал демон, чувствуя, как ярость и одновременный стыд поднимается где-то внутри него. Акума, убедившись что демон НЕ может выбраться, перевел взгляд на клинок, которым обычно убивают демонов, и вдруг вспомнил. Он ведь не знал как пользоваться дыханием. Это неожиданное воспоминание заставило Акуму оцепенеть от ужаса. Прошлая жизнь, которую он уже оставил позади вдруг дала о себе знать. И все же, несмотря на отсутствие половины человеческой памяти, Акума вспомнил про одного демона, что пользовался клинком и даже дыханием, благодаря которому убивал охотников. Да… Он четко вспомнил эту физиономию, что нависла над ним, когда он умирал. И что самое противное — это был он. Кокушибо тот, кто убил его. Вспоминая как его убивали, Акума также вспомнил каким же он был… слабым и бесполезным. Будучи подростком, Акума не смог обучить ни одно дыхание. Даже самое простейшее дыхание воды ему не далось. Но вот ему брату повезло больше чем ему, ведь он изучил и получил самое сильное дыхание — дыхание солнца. Воспоминания начали все нарастать и нарастать, что Акуме пришлось сильно потрясти головой, дабы сфокусироваться на реальности, в которой оказался. Он не удивился когда это не помогло, а просто поджал брови и опрокинул взгляд на столпов, крепче сжав демону шею. — Отрубите ему голову, я просто... — он сглотнул и посмотрел в сторону, отводя взгляд, — Никогда не пользовался клинками. — оправдался Акума говоря спокойно и неловко. Они нахмурились, подойдя к нему. — И по твоему это жестокость? — недовольно спросил Санеми сжав кулаки и насупив брови. Все неожиданно уставились на Шинадзугаву, неловко поджав брови. Это… единственное что его смутило? Акума обратил свое внимание на негодование Шинадзугавы, а потому опрокинув голову набок, он заострил свой взгляд, будто о чем-то задумавшись. Прошла минута неловкого молчание, когда вдруг Акума, неожиданно и резко перевернул тело демона, взяв его одной рукой туловище и второй ногу, чтобы он написал над его головой. Затем, не прикладывая особых усилий, Акума начал тянуть его в противоположную сторону, чтобы разорвать его тело пополам. Неприятный хруст кожи и ломания костей, в том числе торса и ребер послышался от него, и одновременно с этим, с его разорванного тела начала литься кровь, падая на лицо Акумы. Довольно улыбнувшись Акума, подняв голову вверх, чтобы кровь начала капать ему на лицо, открыл рот и начала пить ее. Как известно, Акума не может существовать без крови, ведь он буквально все воплощение "крови". Именно поэтому, если в его теле будет недостаточно крови, он не сможет использовать свои способности, и не сможет залечить раны в последствии чего умрет. Поэтому, ему приходится пить кровь либо из людей, либо из демонов, то есть быть как каннибал или вампир. На данный момент, Акума пьет лишь кровь Танджиро, которая как-бы и его. Когда по его мнению, он выпил достаточно, то отбросил другую часть тела в сторону, оставив лишь ту, у которой была голова. — Урод, ты за это заплатишь! Господин Мудзан найдет тебя и жестоко расправиться, также, как и твоих охотников! Вы покойники! — в ярости кричит демон пытаясь вылечить свои раны, то есть, восстановить тело. На это, Акума усмехнулся, обнажив свои зубы. Но затем, он, схватив его за волосы, пододвинул его лицо практически вплотную к себе и посмотрел ему прямо в глаза, заставляя того вздрогнуть и замолчать. — Говорит тот, кто прямо сейчас умирает... — он улыбнулся шире, — Как... иронично. Заскулил как щенок, что аж уши заболели и тут же замолчал... Впрочем, в твоей ситуации это вполне нормально, — Акума довольно обнажил зубы, и поднял одну ладонь, — когда демон или человек сталкивается с неизбежной смертью, то они раскрывают свою истинную сущность, поскольку страх смерти является одним из самых сильных, и он полностью убирает маски и показное поведение. Все же, как бы ни был добродетелен человек, когда его загоняют в угол, на свет выходит его истинная сущность. — он ухмыльнулся, изумительно улыбаясь, — Сразу видно каков ТЫ перед смертью. — его глаза сузились, и он слабо улыбнулся, — Жаль что я никогда с подобным не сталкивался. Слушай... — его голос стал тише, — Ты ведь высшая луна, так ведь? Давай сосчитаем скольких невинных жизней убил ты, и сравним их с твоей смертью... Хм... — он театрально подыграл своим словам, взявшись за подбородок и тут же убрав руку от него и щелкнув пальцами, — Правильно, ноль. С сравнением твоей жалкой смертью, невинные люди заслужили куда больше пощады. Ведь демоны не заслужили ничего, кроме как мучительной и долгой смертью. Все... Он замолкает и, неожиданно, голову демону отрубает Игуро, который быстро подоспел. Голова остается на месте, а тело падает, тут же превращаясь в прах. Демон фыркнул, понимая, что умрет. Не успев ничего сказать, Акума берет демона за лицо и буквально продавливает ее, тем самым разрывая ее, как помидор на который ты сильно надавил. Голова так скажем взрывается, кровь разбрызгивается по сторонам, в том числе на лицо Акумы и в мгновения ока она распадается в прах. Ладонь Акумы покрылась кровью демона, что капала на пол, издавая неприятный звук. И все же... На лице Акумы ничего не отображалось. Как ни странно, он не улыбался, не смеялся о того, что убил очередного демона. Он просто пусто смотрел на ладонь, где только что держал голову демона и… размышлял. «Меня это не касается. Это судьба каждого демона. Жестокая, аморальная и брутальная смерть... Но все же... Интересно, а какова будет моя смерть? А я... буду мучаться? Будет ли она жестокая?» — он заострил свой взгляд и вздохнул, — «Хотелось бы. Ведь только так я смогу оплатить за все то, что натворил. Я заслужил жестокую, аморальную и брутальную смерть. Ведь я ничем не отличаюсь от них.» — он закрыл глаза и слегка опустил голову вниз, — «Так или иначе, время покажет. Надеюсь все же, что мне не придется находиться в этом теле слишком долго. Лучше уж поскорее вернуть свой прежний облик.» После долгого размышления, Акума наконец посмотрел на остальных, убрав с себя это пустое выражение лица, и привычно лучезарно улыбнувшись, будто это не он только что жестоко расправился с демоном. — Такая смерть вам подходит по мере жестокости? — с детской забавой спрашивает Акума, облизывая языком свое лицо, чтобы убрать оттуда кровь. Он также вытирал кровь с лица рукой. Все еще находившихся в состояние осознания ребята, не с первого раза поняли что их отозвали, поэтому Акуме пришлось привлечь их внимание махая руками перед их лицами. Санеми, который первый вернулся в реальность, стиснув зубы и поджав брови, скрестил руки на груди и отвернулся. — Вполне. — ответил Шинадзугава уже довольно улыбаясь. По всей видимости, он не хотел чтобы кто-то увидел что он доволен, поэтому отвернулся. Акума на секунду отвел взгляд в сторону, однако затем усмехнулся и довольно взглянул на них, почесывая затылок волос. — Ну что? Этого достаточно? — с энтузиазмом расспрашивал он. На какое-то время между ними повисает тишина, из-за чего Акума скорчил лицо и неловко поджал брови. Он сказал что-то лишнее? Однако, дело было вовсе не в этом. Все размышляли о том — можно ли доверять Акуме даже после того, как он доказал свою правоту? Но он ведь выполнил те условия, которые предложил, и которые предложили они. Тогда почему им кажется, что этого не достаточно? Может потому что он демон, и от него всегда ожидаешь подвоха? В любом случае, Санеми в очередной раз стискивает зубы и отводит взгляд в сторону. — Допустим... — сквозь стиснутые зубы шипит он, — Но это не означает что мы уже по уши тебе верим, ясно?! — тут же добавляет он смотря на него яростно. Акума смеется и поднимает руки, жестикулируями ими в жесте "ладно-ладно". — Хе-хе-хе! — он опускает руки и ложит их в карман, — Я и не рассчитывал на это. — детским тоном голоса говорит Акума. — Зачем ты выпил кровь того демона? — вдруг спрашивает Игуро подойдя к нему ближе. Обанай нахмурился и посмотрел на него, с легким вопросом. Акума тут же обратил свое внимание на него, как и впрочем другие, которых также интересовал этот вопрос. — Касательно этого… Это чтобы залечить оставшиеся раны на теле Танджиро. Этот болван не мало ее потерял, и она косвенно касается и меня. Поэтому, я пью кровь чтобы пополнить свои запасы! — он поднимает ладонь и самодовольно улыбается, — Ран как и не было! Такова моя сила демонической крови. — он указал большим пальцем назад, намекая на то, что им пора выдвигаться, — Я пока еще какое-то время буду находиться в теле Танджиро, мне нужно дождаться пока он проснется. Увы, из комы или, если например он потерял сознание, я не могу его проснуть. — он опрокинул голову набок, задумавшись, — Хотя-я-я... Если только насильно. Но это не нужно! Думаю, вам стоит выдвигаться! — Акума специально подражал, и даже некоторые фразы тянул, чтобы таким образом казаться очень умным. Увы, со стороны столпов это выглядело нелепо и они, скорчив лица, молча отвернулись от него и выдвинулись в путь к главному поместью. Акума недоуменно скорчил лицо и поджал брови, уставившись на них с недовольным выражением лица. «…Они только что... проигнорировали меня? Не знаю, хотя-бы ответили что-то... Бесят!» — он надул губы, имитируя будто он раздражен. И все же, прибавив шагу, Акума догнал их и пошел следом за ними. —— — Мы на полном серьезе привели сюда чертового демона... — ударив себя по лицу недовольно пробормотал Санеми. Кроме Санеми, Игуро, Гию и Зенитсу с некоторыми охотниками ну и понятное дело Танджиро, об Акуме больше никто не знал. Столпы нахмурились, глядя на странное поведение Акумы: он сидел на крыльце, разглядывая мимо проплывающие темные облака и чему-то удивлялся. Видимо, окружающего мира для него вовсе не существовало. — Он ведет себя как малый ребенок. — чуть тише сказал Шинадзугава, закинув руки в карманы. Они косо взглянули на него и поджали брови. Акума и вправду вел себя как ребенок. «Все так... по настоящему... Это приятно.» — он по настоящему улыбнулся и оглянулся по сторонам, — «Четыреста лет взаперти в этом ужасном пространстве... И я наконец свободен.» — он закрыл глаза отбрасывая мысли о “свободе” — «Осталось лишь заполучить мое тело обратно, и дело останется за малым. Казалось бы, ничего сложного…» — Вы же... Акума, верно? — вдруг, к нему подходит молодая женщина и осторожно присаживается рядом. Акума поворачивается к ней, и благодаря памяти Танджиро тут же ее узнает. Эта была Шинобу Кочо если он правильно расслышал голос в голове. Он посмотрел на нее с легким вопросом, однако тут же нахмурился. Акума не ответил, и она расценила это молчание как ответ. Тем не менее, Акума рассматривая ее профиль, обратил свое внимание на ее униформу. Его брови приподнялись. «Золотые застежки... Хм, если меня память не путает, то такие униформы выдаются лишь столпам.» — он насупил брови, грамматически осматривая свое предположение, и вдруг повернулся к остальным, также осматривая их униформы, — «Значить, получается что вокруг меня сейчас все столпы? Нет, за исключением того мальца с желтыми волосами. Он похоже просто низкоранговый охотник.» Встретившись с ее настороженным взглядом, Акума прекратил смотреть на ее грудь и скорчил лицо. «Это… должно быть странно?» — внутреннее спросил он самого себя, не понимая что именно в его поведение вызвало на лице Шинобу такой абсурд. — Да... — неуверенно начал он, — Я Акума. А вы... Столпы, так ведь? — это прозвучало очень неуверенно. — Ох, так вы уже ознакомлены с нами? — Шинобу лучезарно ему улыбнулась, словно пытаясь таким способом успокоить его и передать сил. Он снова отводит взгляд в сторону и поджимает брови, фокусируясь на воспоминаниях. — Как сказать... Просто помню что обычно у столпов вместе серых, золотые застежки. — объяснил Акума переведя взгляд на нее. Между ними повисло неловкое молчание. К ним также подсели и другие столпы, чтобы послушать объяснение Акумы. Шинобу ему мягко улыбнулась и сложила свои ладони вместе у ног. — Что ж, Акума. Как вы оказались в теле мальчика Танджиро? Акума поджал брови и закатил глаза, скрестив руки на груди. — Это достаточно трудно объяснить... Да и если я начну, вы на вряд-ли поверите мне. — он закрыл глаза, — Впрочем, мне все равно. — он приподнял голову и снова посмотрел на нее, — Когда кровь Мудзана попала в тело Танджиро, их кровь так скажем смешалась вместе, и по причине того, что в теле Танджиро было больше крови Мудзана чем его собственной, моя душа переместилась в его тело вместе с моей кровью. Так как я был заключен в теле Мудзана, а именно в его подсознание, в тот момент я наконец смог высвободиться и оказаться в теле Танджиро. — объяснил Акума сказав это более менее уверенно. Они насупили брови и недоверчиво посмотрели на него. Акума, видимо, ожидая такой реакции поджал плечами и обреченно вздохнул. — О чем я и говорил. — Кхм… Прошу прощения, просто со стороны как вы верно подметили, это прозвучала весьма странно. — оправдалась Шинобу откашлявшись. Акума снова закатил глаза и скрестил руки на затылке головы, словно делая тренировку. — Значит, если быть проще, то твоя душа переместилась в тело Камадо, верно? — решил уточнить Санеми своим грубым тоном голоса. — И получается что на данный момент, в теле мальца сейчас две души одновременно? — Верно подмечено, чихуахуа. — улыбнувшись, довольно подтвердил Акума. — А ты не настолько тупой как на первый взгляд казалось… Я почтен! Шинадзугава стиснул зубы и крепко сжал кулаки. Он только что сравнил его с чертовой псиной?! Злость закипела в груди настолько сильно, что Санеми естественно ее не сдерживал: — ОХРЕНЕЛ! — Санеми уже накинулся на Акуму с кулаками, но благо его вовремя остановила Шинобу с Гию. — СЮДА ИДИ, МОРДУ ТЕБЕ НАБЬЮ МРАЗЬ! — прошипел сердито он. Пока Шинадзугава кричал как неврастеник, Акума самодовольно хихикнув, высунул язык и слабо улыбнулся. Ох, как же ему нравилось насмехаться над такими как он. Ведь ими так просто манипулировать. Буквально скажи ему что-то провокационное, как он уже накидывается на тебя кулаками. Иронично насколько же он был похож на него самого. Однако вдруг, Акума сменил свое выражение лица на раздраженное. — Ладно, посмеялись и хватит… Но боже… какой ты громкий. Как вы вообще с ним уживаетесь? — рявкнул он, — Слушайте… — он поднялся на ноги, мотая головой, — Я не пришел сюда по собственной инициативе и воле. У меня выбора не было, так что либо принимайте меня таким, и так уж и быть мы сработаемся, либо покеда и я сам по себе буду. — выразился достаточно грубо Акума. Они мгновенно все остановились, в том числе Санеми. Это прозвучало как требование, и в кой-то мере как… Угроза? Нет, он серьезно угрожал им тем, что либо они сработаются, либо он будет сам по себе. Видимо, этого демона манерам общения не научили, раз уж он в самой первой встречи хамит. Их первое впечатление о нем уже не гладко сложилось. Просто прекрасно. — Че? Ты там попутал вообще берега или как? — Санеми при щелкнул языком, начиная хмурится, — В смысле либо принимайте либо ариведерчи? Ты совсем охренел?! — его голос начинал гневаться, и все понимали что это ни к чему хорошему не приведет. Однако Акума, видимо совсем не видел проблемы, ибо снова закатил глаза и сердито уставился на столпа, закинув руки в карманы. — Я не пришел сюда заводить друзей и так далее, у меня одна высокопоставленная цель к которой я стремлюсь. Если вы мне не будете полезны, или вам насрать на мои амбиции, тогда мы точно не сработаемся. — в этот раз, это прозвучало очень настойчиво. И одновременно очень грубо. Он прямым текстом сказал им, что ему начхать на них. Класс. Акума совершенно не сомневался в своих словах. Абсолютно. Да он просто… Просто… В край обнаглел! — Ни здрасьте ни до свидания! — размахивая руками, начал Санеми, — Приходишь сюда, и выставляешь свои принципы?! Да всем насрать на тебя! — высоким тоном прокричал он. Акума слегка потрясенный таким заявлением, нахмурившись, сердито посмотрел на него. — Ох вот как? — Катись к чертям собачьим отсюда! Ни манер, ни нормального поведения! — голос Санеми превращался в крик с каждым словом. — Или я тебя нахрен отсюда вышвырну!… Если не словами, то кулаками так точно! — он крепко сжал кулаки, на его лице появились раздраженные рубцы. Демон рассмеялся и подошел к Шинадзугаве вплотную, смотря на него как на противника. Он не скрывал своего удовлетворения от этой ситуации, а потому улыбался, обнажая блестящие зубы. — Я правильно понял что ты под этим имеешь ввиду? — с его руки полилась кровь, окрашивая локоть в алый цвет, — Всерьез веришь что сможешь меня кулаками отсюда выкинуть?! — его улыбка стала сумасшедшей, что даже Санеми слегка удивился, но все равно не остановился. Ситуация стремительно накалялась, и по понятной причине ее вовремя остановила Шинобу, подойдя к ним и разведя руки, отводя их от друг друга. — Давайте вы не будете устраивать бойню? — просила она, голова мягким, но настойчивым тоном голоса. Они оба уставились на нее, один раздраженно и недовольно, второй пока что сдержанно. Акума явно дискредитировал, так как на его лице не спала довольная улыбка, хотя он и был очень раздражен. Он стиснул зубы и крепко сжал кулаки, поджав брови. — Он это первый начал, почему это Я еще должен молчать? Хрен вам! — он пренебрежительно откинул руку Кочо, — Этот пень сказал что вам насрать на мои чувства, с чего бы МНЕ должно быть не насрать на ваши?! — раздосадованно кричал Акума. — Поведение Шинадзугавы-сана всегда желает оставлять лучшего, послушайте… — она вздохнула, на секунду опустив голову вниз, — Давайте мы… — А не пойдете вы нахрен с его та поведением?! — резко перебил Акума, гневно жестикулируя руками туда-сюда. Однако, даже после того, как Шинобу попытались устаканить ситуацию, Акума начал настаивать на своей позиции. И его было достаточно трудно переубедить. Он крепче стиснул зубы, крепче поджал брови, его лицо преобразили новые гримасы эмоций, которые ранее они не видели. Хотя, они в принципе не видели как Танджиро злиться. — Я демон! На кой мне черт ваше безразличное мнение?! У меня свои амбиции, свои цели и мечты! — он указал руками на себя, — Демонам абсолютно начхать на мнение людей, так почему мне не должно быть?! Они все недоуменно поджали брови. Наверное, Акума впервые в их разговоре, или, если быть точнее, ссоре, прозвучал по человечески. Он словно говорил им: “Меня создали таким, значить я должен делать то, ради чего был создан”. И это на самом деле пугает. Неужели… его заставили, и насильно обратили в демона? Если это предположение верное… и Акума все это делал не по своей воле, тогда… — Наверное, потому что ты отличаешься от них?... — неуверенно пробормотал как ни странно Гию, удивив многих. Это прозвучало очень похоже на то, что мог бы сказать Танджиро в этой ситуации. Возможно, Гию пытался подражать его манерам, чтобы устаканить ситуацию. Акума недоуменно уставился на столпа, судорожно моргая. Однако затем поджал брови и недовольно скрестил руки на груди, обиженно отводя взгляд в сторону. — Нет… — бормочет он, уже тише прежнего, совсем не походя на себя, — Я такой же… как и они. Просто я оказался сильнее проклятия Мудзана. А потому самостоятельно вставил в себя мозги. Хотя… — он при щелкнул языком и приложил ладонь ко лбу, — Если бы я помнил… Ребята переглянулись, чувствую как с слов Акумы проносятся нотки личных границ. И, по всей видимости, до него это также дошло, ведь его глаза резко расширились, и он потряс головой, возвращая себе прежний вид. «О чем это я вообще?» — Что ж, может, все же найдем компромиссы? — стараясь говорить спокойно, Шинобу смягчила свой взгляд, — Вы так не думаете? Акума неуверенно посмотрел на нее, и нахмурился, скрестив руки на груди, и быстро отвернулся, избегая зрительного контакта с ней. Она слишком добрый, хотя и улыбка фальшивая. Интересно… Акума хотел бы вспомнить почему она такая, если это вообще было в его памяти. — Как будто бы мне не все равно… Компромиссы так компромиссы. — безразлично бросил Акума. Шинобу мягко улыбнулась, понимая, что что но Акума все же пошел на какие-то уступки. — Чего вы хотите? — … Чего я хочу? Это достаточно странный вопрос который можно было задать демону, но для Акумы ответ был очевидным: — Свободы. — …? — Шинобу неловко поджала брови, слабо улыбнувшись. — И мести. В первую очередь, я хочу убить Мудзана и истребить его гребанных марионеток. — добавил Акума спокойно. Шинобу чувствуя как ей становится некомфортно от того, что Акума начал говорить не про то, что она имела ввиду, Кочо нелепо хихикнула. — Ха-ха… Вы видимо неправильно поняли моего вопроса, однако я имела ввиду совсем другое, — кокетничала Кочо, подняв указательный палец вверх, — Компромисс. Предоставьте мне свой компромисс. — попыталась объясниться она. …Ох. Так ей неинтересно. Почему это должно было его удивить? Нет, Акума даже не удивился. Почему он вообще подумал что ее интересует его амбиции? Всем все равно на него. Как и в принципе ожидалось. Все же, как никак он — демон. А столпы это те, кто убивают таких как он. «С чего я вообще это взял? Боже… Да какая мне… разница вообще. Похрен так похрен.» Он вздохнул и даже в кой-то мере расстроился. — Ох, это… ясно. — неловко бормотал он и тут же собрался, — Для начала, я хочу вернуть свое настоящее тело путем приобретения осознанного тела. Так скажем, разделить свою душу, чтобы получилось основное тело. Что же насчет компромисса… — Акума на секунду замолчал, подбирая правильные слова, — Принимайте меня таким, каким я есть и являюсь. Буду говорить в таком тоном, в каком желаю. — его голос посерьезнел, и он поджал брови. — Ну уж н-... — уже хотел причитать Санеми, и высказать свое недовольство по поводу его компромисса, как вдруг его остановила Шинобу, закрыв ладонью его губы, на что тот раздраженно фыркнул и скорчил лицо. — Хорошо! — радостно провозгласила она. В то время как Кочо повернулась к остальным, все также улыбаясь, Акума заметил в ее улыбке искру лжи. Снова. Он и раньше замечал то, что ее улыбка фальшивкой, и подумываю о том, чтобы поговорить с ней на эту щепетильную тему, он почему-то вообще не решался. Это его не касается. Все же, он то понимал какого это — скрывать себя за маской радости, и постоянно делать эту наивную улыбку. Именно благодаря этим знаниям, ему было легче простого отличить настоящую улыбку от фальшивой. «Скрываете свои настоящие чувства, я смотрю?... Любопытно…» — он отвел взгляд в сторону и тихо усмехнулся. — Вас устраивает компромисс Акума-куна? — в этот раз, она спросила это у каждого, так как говорила весьма громко. Все неохотно согласились, и Шинобу убрав руку с лица Санеми, наконец позволила ему сказать и свое мнение. — А что вы думаете по этому поводу, Шинадзугава-сан? Шинадзугава отвел взгляд в сторону и недовольно стиснул зубы. — …Да похрен. — отрезал он. Приняв это за ответ, Кочо глубоко вздохнув, тут же обратилась к Акуме, смотря на него и ожидая пока тот, что-то скажет. — Вау-у-у… Счастье выше гор. — саркастично произнес Акума делая вид, будто рад, жестикулируя руками туда-сюда. Скорчив лицо, Шинобу усмехнулась и посмотрела на своих товарищей, что смотрели на Акуму с осторожностью. По понятной причине, они остались им недовольны — Акума буквально с первой же секунды сказал, что ему абсолютно плевать на них и его цели выше их. Это просто как минимум некрасиво. Пока что, его можно описать таким образом — жесткий, отстраненный, целеориентированный радикал, который либо боится привязанностей, либо считает их помехой на своем пути. Пока неясно, каков на самом деле Акума, поэтому они делают вывод исключительно из первой встречи. — Вообщем, думаю, что мы все же… сработаемся. — буркнул Акума отстраненно, а затем довольно улыбнулся, — Но я останусь под сомнениями. — тут же отшутился он, приводя это больше к сарказму. …Только они заговорили про описание Акумы, как вдруг он расцвел у них на глазах. Это уже прозвучало лучше, чем прошлые слова. Конечно, Акума снова отрезал их, добавив свою неуместную последнюю фразу, но все же. Это хоть что-то. Поэтому ребята, прежде чем полностью довериться ему, решили сначала убедиться в том, что ему — можно доверять. И, наверное, это первые слова, из-за которых они могут задуматься. —— Да. Этот Акума и тот, целеориентированный радикал, которого они в первый раз встретили — совершенно разные люди. Он теперь… иной. Будто бы повзрослел и переборол тот переходный период, где он не умел общаться с людьми. Если они не ошибаются, то Акума был заточен где-то в своем подсознание почти все четыреста лет своей жизни. И, естественно, за то время, он уже успел позабыть какого это — контактировать и общаться с людьми. И все же, приятно знать, что он начал меняться благодаря им. Что он понемногу становится… полноценным членом организации истребителей демонов. Наверное, это впервые когда они могут с полной уверенностью сказать что демон принадлежит их организации, и полностью верен им. Однако, все же, стоит поработать с трудным характером Акумы, чтобы он смог вписываться и в остальные группы охотников. Может, ему придется обучать охотников, а вот тут уже беда. В любом случае, Акума хотя-бы начал меняться. И это уже хорошо. — Кар, кар! Охотники прибыли! Прибыли! — когда в поместье неожиданно повисло молчание, неожиданно, в их комнату залетает ворон и сообщает им о прибытии охотников. Все, которые резко задумались и ушли в мир фантазий, дернулись, некоторые даже испугались и недовольно уставились на ворона. Хотя и забавно, что они были заранее предупреждены что к ним через какое-то время прилетит ворон с оповещением. — Уже? Быстро они… — удивился Игуро фыркнув и поднимаясь на ноги. Затуманенные, и только что вышедшие из своих облаков столпы, устало поднялись на ноги и покачали головой, чтобы вернуть себе прежний вид. «Соберись!» — Да… Настолько быстрые, что я уже успел позабыть про них. — отшутился Шинадзугава усмехнувшись и устало зевая. Тем временем Акума, хихикнув и закинув руки в карманы, выхватил какой-то плащ черного цвета и накинул его на себя, будто находясь в фильме, на эпичном моменте. — Нужно выглядеть прилично. — довольно отрезал Акума, обнажив зубы. Никто не знает, говорил ли он это себе или говорил им, или вообще кому-то еще. Так или иначе, это было неважно, так как они стремительно направились прямиком за ним. Выйдя на улицу, они увидели огромную толпу охотников. Они топтались на месте, болтали с друг другом и пытались потратить как можно больше времени на разговоры. — Нихрена! — удивился Санеми, увидя эту сцену и сумму людей. В тоже время, Акума снова усмехнувшись, довольно улыбнулся, когда неожиданно вспомнил про тот самый фестиваль. Он вспомнил тот момент, когда сумел встретиться с Ериичи и Мичикацу, получив даже от них автограф и авторскую, поношенную кимоно нагаги самого Мичикацу. «Как же это было давно… Но, по крайней мере, я тогда был действительно просто счастливым подростком, стремившиеся к высотам, на подобие их знаменитости… пока все в один день не разрушилось.» Приятное воспоминания заставило Акуму приободриться и он, закинув руки в карманы повернулся к удивленным ребятам. — Не топтайтесь на месте. — коротко пробормотал Акума, намекая им, что не стоит оставаться на месте. Он направился к ним, точнее, в противоположную ими сторону. Акума будто бы действительно шел прямо сейчас на подиум, откуда будет говорить свою высокопоставленную речь, хотя на деле, он просто станет в стороне с остальными. Охотники, которые ранее не обратили свое внимание на них, краем глаза заметив Акуму, тут же обратили на него внимание и странно уставились. — Тебя этот плащ делает строже, Акума. — прошептал Игуро догнав его. Услышав комплимент со стороны столпа, Акума обнажив зубы, с энтузиазмом заулыбался. — О-о-о… Я могу рассчитывать это на комплимент? — довольно озадачился он, растянув предложение. Обанай, делая вид что это был не он фыркнул и отвернулся от него. — Мне без разницы. Акума же в свою очередь, кивнув самому себе, наконец остановился, когда оказался в стороне от других, прямо на центре. Столпы также остановились рядом с ним и посерьезнели. Не стоит забывать о том, в каком положении они сейчас находятся. Выпрямившись, Акума оглядел каждого охотника взглядом, и вдруг неожиданно изменился в лице. Он, сопоставимо другим посерьезнел, похолодел. Однако охотники, приглядевшись вдруг поняли что перед ними стоит вовсе не человек. Перед ними стоит демон. Их взгляды изменились, они испугались думая о побеге и о том, что он вообще здесь забыл. Они начали шептаться с друг другом, озадаченно и настороженно поглядывая в его сторону. — Это же демон, разве нет?... — Почему столпы ничего с этим не делают?... — Я думаю, что нам стоит уходить отсюда. Столпы, увидя что проявляется некое напряжение вокруг охотников, решили успокоить охотников тем, что Акума хороший демона, но Акума неожиданно и резко перебил их: — Недавно, ворон передал вам оповещение о чрезвычайном положении, предназначенное для всех истребителей низшего и высшего уровня. — докладывал Акума, говоря как оратор, что совершенно не походило на него, — Вам также должны были сказать о том, что вы получите дополнительную информацию, когда прибудете в главное поместье. — он оглядел каждого взглядом, и поджал брови, — Мудзан объявил о войне. Их глаза расширились, зрачки затряслись. Акума сглотнул и вздохнул, на улице было достаточно холодно, хотя он и слабо это ощущал, нежели чем другие. — В течение этой недели, он нападет на нас. Нападет со всеми своими силами. Если подыхать не хотите, то слушайте меня внимательно. В тоже мгновение, повисло молчание. Все тут же замолчали и вопросы об “почему здесь демон” исчезли, будто бы их и вовсе не было. — И так. Для начала… — Акума обернулся и с помощью своей магии крови протянул готовую карту к себе, — Я представлюсь. — он указал рукой на себя, — Меня зовут Акума, и я демон что за людей. Мне плевать, как вы на это реагируете, просто берите в суть. Я также тот, кто будет вам указывать. — он продемонстрировал им карту, удерживая ее с помощью магии крови в воздухе, за одно с этим показывая пальцем на некоторые позиции. Это выглядело как если бы они снова оказались в школе, и на доске была карта, куда учитель пальцем показывает на локации. Столпы удивились такому, так как ни разу не видели чтобы Акума раньше этого делал и использовал эту силу. — Вокруг этого поместья, главного, мы организуем так званный купол, вокруг которого будут распределены по нескольким группам вы, охотники, в том числе столпы. Так как точной информации, с какой части именно начнется атака никто не знает, лучше всего будет определиться таким образом. Групп будет всего четыре. Первая группа будет находиться здесь, — он начал двигать пальцем по карте, — у поместья бабочек. Вторая тут, у поместья водяного столпа. Третья здесь, у поместья змеиного столпа и последняя здесь, у поместья каменного столпа. — Акума снова посмотрел на них, — Наш совместный с столпами план заключается в том, чтобы собрать вас всех в разных частях поместьей. И там, где произойдет столкновение — туда мы и перенесем все силы, — он буквально цитировал свои прошлые слова, — Однако, прежде чем это сделать, вам потребуется отправится в каждое поместье, и забрать оттуда необходимое оборудование, такие как аптечка, питание, униформы, бинты и раненых товарищей, что находятся у поместья бабочек. — он указал пальцем на нижний текст, — Выдвигаемся сегодня и прямо после того, как я закончу свою реплику. Глава Убуяшики Кагая выразил свое понимание к этой чрезвычайной ситуации, а потому соответствующим образом дал реакцию на нее. В течение этой недели и до тех пор, пока контратакующая война не закончится, вам задание не будут давать. Их будет выполнять за вас самый низший ранг охотников. — Акума глубоко вздохнул и серьезно посмотрел на охотников, убирая палец с карты, — Если у вас есть какие-нибудь вопросы, то задавайте их прямо здесь, и сейчас. Мы понимаем, что ситуация достаточно серьезная и резкая для быстрого осознания к ней. Однако мы так же хотим, чтобы и вы понимали наше положение. Когда Акума наконец замолчал, то в поместье неожиданно повисло напряженное молчание, нарушаемое лишь искрами огня у факелов. Акума встал в серьезную позу. Так как у него была огромная роль в войне, он должен был выглядеть на глазах охотников — как достопочтенный человек, примерно как глава. Раз уж он получил доверие со стороны главы Кагая, то и от охотников требуется соответствующая реакция. «Никогда бы в жизни не поверил, что могу так серьезно говорить.» — он поджал брови. — В-вопросов нету!... — вдруг, неожиданно один из охотников прокричал неуверенным тоном голоса. Акума даже дернулся от неожиданности, однако принял это как за отмазку. Все же, он понимал почему они так не уверены при встречи с ним. Он же демон. …Чертов демон. Он глубоко вздохнул и мягко кивнул. — Тогда можете приступать, — он сделал шаг назад и указал рукой на столпов, — Столпы покажут вам путь к поместью, и проследят за тем, чтобы вы не накосячили. У меня на этом все. Обреченно, Акума отвернулся и отошел в сторону. Он не хотел больше доставлять дискомфорт охотников от его присутствия. Поэтому, ему стоит уйти, или, по крайней мере отойти в сторону. — Смотрите мне, чтобы не лезли куда не нужно! А то убью! — грозно и сердито проворчал Санеми, раздраженно посмотрев на напуганных охотников. — Да-а! Конечно! — напугано прошептали они. Вокруг воцарила бедствие: куча охотников пытались выстроиться в строй, дабы они могли определиться куда именно пойдут. Однако, так как их было достаточно много, это было трудно реализовать, а потому получилась огромная суматоха. Как на вокзале, честное слово… В этот момент, к Акуме подошла Шинобу, которая увидя его туманного, решила не оставаться безразличной. — У вас отлично получилось выступить, мое почтение! — пыталась она разрядить обстановку. Акума не сразу понял что это к нему обращаются, поэтому на секунду проигнорировал ее. — Ну хотя-бы вам понравилось. — слабо улыбнулся Акума и взглянул на нее. На это, Шинобу неловко усмехнулась, удивляясь грустному поведению Акумы. — Да что вы такое говорите? Помимо одной меня, другим также понравилось ваше выступление. — она опрокинула голову набок и мило улыбнулась ему, — Наверняка у них такое же понятие к вам, как и мое к вам когда-то. — А? — он дернул головой. “Когда-то?” Ему ведь не послышалось? Или она имеет совсем другое? Акума растерянно взглянул ей в глаза, на что та снова усмехнулась, видимо, таким образом подтверждая его догадку. — Не опускайте руки раньше времени! Все может еще поменяться! — поддерживала она его. — Да, это точно… — пробормотал Акума, закинув руки в карманы и обреченно поджав брови. Подумав о переменах, Акума неожиданно для себя вспомнил про Танджиро. Неоднократно в его голове, когда он выступал с этой репликой, появлялся образ улыбающегося мальчика. И этим мальчиком естественно был Танджиро. К сожалению, он не знал ответа на эти странные галлюцинации, так как Танджиро уже давно не улыбающийся мальчик, который ему так запомнился. По непонятной причине, Акума запомнил Танджиро исключительно таким. «Танджиро… а ты… еще в силах снова улыбаться как раньше?...» — его голос стал таким неузнаваемым, что если бы он произнес это вслух, то наверное, Шинобу бы не поверила что это он говорит. — «Ты же… сможешь еще посмотреть на меня так же… как раньше?» …Нет. О чем он это вообще? Танджиро его соперник. К чему он вообще это говорит? Акума потряс головой и хихикнул, наконец самодовольно улыбнувшись. — Ладно, какая мне разница до их реакции? Главное что я, выглядел на фоне других блистательно! — кокетничал он, размахивая кулаком по воздуху. Шинобу, увидев его самодовольство, чуть облегченно улыбнулась. — Это уже другое дело. — миролюбиво произнесла она. — Что ж, пойду, присоединюсь к другим столпам. Ох, а вы случаем не пойдете за Танджиро? — вдруг озадачилась она. — Да, отлично что вы напомнили мне… — он почесал ухо, — Возьму собой его друзяшек если вы не против. — Ни капли. — быстро ответила Шинобу. Кочо отвернулась от него и направилась к растерянным охотникам, чтобы объяснить им что и как. И Акума улыбнувшись, и усмехнувшись самому себе, направился на поиски ребят, чтобы пойти за Танджиро.