Как убить чудовищ?

Тварь стояла секунду как сломанная статуя, с нелепо запрокинутой головой, а потом рухнула. Тело ударилось о пол с тяжёлым, мокрым шлепком. Красные глаза погасли мгновенно. В дверном проёме стоял тот самый мужчина, ковбойская шляпа была сдвинута чуть набок, тёмные очки скрывали глаза даже в полумраке раздевалки. В двух руках массивный дробовик, ещё тёплый, с тонкой струйкой дыма, поднимающейся от ствола, как от только что потушенной сигареты. — Говорил же, — произнёс он спокойно, почти лениво, будто комментировал погоду. — Они всегда возвращаются. Итан пытался подняться, руки скользили по кафелю, смешанному с кровью Дерека и чужой тёмной жижей. Он захлёбывался воздухом, каждый вдох выходил хрипом, грудь болела от удара, горло саднило от крика, который так и не вырвался полностью. — Т-т-ты... что... ты делаешь здесь? — выдавил он, голос дрожал, ломался. Флеш коротко хмыкнул, не отвечая сразу. Он шагнул внутрь, переступив через тело Дерека так, будто это была пустая коробка из-под пиццы. — Спасаю твою тупую задницу, — отозвался он буднично, без тени героизма или жалости. — Вставай, сейчас не время лежать. Он остановился над трупом вампира. Тот всё ещё дёргался, мелко, конвульсивно, как будто тело пыталось собрать себя заново. Флеш моментально перезарядил дробовик. Вставил новые патроны, шесть штук, один за другим, методично, без спешки. — Терпеть не могу их регенерацию... — Пробормтоал он, почти себе под нос. *Бах!* Второй выстрел в упор, в основание черепа. Звук был оглушительным в тесной комнате,лампы мигнули, стены задрожали. Тело вампира дёрнулось в последней судороге, как марионетка с перерезанными нитями, и окончательно затихло. Из дыры в затылке медленно вытекала чёрная, густая жидкость. Флеш закрыл барабан щелчком, звук был сухим, окончательным. — Ладно, мальчик, — сказал он, оборачиваясь к Итану. Голос был ровным, без эмоций. — Идём!У нас большой разговор впереди. Итан всё ещё сидел на полу,колени подогнуты, руки в крови, взгляд расфокусирован. Он смотрел то на Дерека, то на разбитую голову вампира. — К-куда?! — задохнулся он. — Я работаю! У меня же смена! Флеш коротко фыркнул, звук вышел почти презрительным. — Теперь у тебя новая работа, — буркнул он. — Называется «не умереть за день». Он шагнул ближе и толкнул Итана плечом, не сильно, но достаточно, чтобы тот покачнулся и встал на ноги. — Пошёл! Итан, почти падая, бросился в коридор, ноги заплетались, фартук с розовым зайчиком болтался на шее, как нелепый флаг капитуляции. Пол был скользким от пролитых напитков и крови, которая уже начала просачиваться из-под двери раздевалки. — Меня уволят! — кричал он, задыхаясь, голос срывался на визг. — Я даже форму не снял! Флеш шёл впереди, широкие плечи, длинное пальто развевалось за спиной, как чёрный плащ. Он даже не сбавил шаг. — Ты уже не нужен им, — спокойно сообщил он, не оборачиваясь. Голос был ровным, как будто говорил о погоде. — Они сейчас ищут того, кто не взял их деньги. Ребята мчались по коридору, узкому, заставленному ящиками с пустыми бутылками и старыми рекламными плакатами. Сзади уже слышались крики охраны, резкие, перебивающие друг друга. — Что за херня?! — Вызывай подкрепление! — Кровь! Там кровь! — Куда мы бежим?! — выкрикнул Итан, спотыкаясь о порог подсобки. Грудь горела, лёгкие отказывались нормально работать. — Меньше слов, — бросил Флеш через плечо. — И если увидишь ещё одного кровососа — беги быстрее. Не надо кричать, просто скажешь, что позади одна из ворон. Аксель споткнулся, каблук зацепился за коврик у запасного выхода. Колено ударилось о бетон, боль прострелила ногу. Он упал бы лицом в пол, но незнакомец схватил его за локоть,хватка была железной, но не жестокой. Рывок и Итан снова оказался на ногах. — Сынок, — сказал Флеш ровно, глядя прямо в глаза. — Твоему другу только что вытащили сердце, это первый пункт. Он поднял указательный палец. — Я убил вампира, два! — Второй палец. — Вампир начал регенерировать.Три. Он схватил Итана за воротник формы,пальцы сомкнулись на ткани так, что ткань затрещала. — Ты должен прийти в себя, за тобой теперь будут охотиться, не завтра, не через неделю. — Уже сейчас они знают твоё имя, знают, где ты работаешь, знают, где ты живёшь. И они не любят, когда их посылают нахуй. Итан сорвался, голос вырвался высоким, надломленным — У меня нет другой работы! Мне нужны деньги! Моя девушка мертва! Я не могу просто— Флеш прервал его не криком, а резким, как выстрел, движением, ладонь легла на плечо Итана, сжала не больно, но достаточно, чтобы замолчать. — У тебя нет выбора, — сказал он тихо, каждое слово падало, как камень. — Либо идёшь со мной... либо обратно к нему. И поверь, он будет рад отрубить тебе голову. Итан смотрел в тёмные очки, в них отражалось его собственное лицо, бледное, в крови, с безумными глазами. Он видел, как дрожат его губы. Видел, как кровь Дерека всё ещё капает с его фартука. Сквозь звуки шагов прорезался влажный, булькающий хрип из раздевалки. Сначала тихий, как будто кто-то пытался откашляться сквозь горло, полное крови. Потом громче. *Ххррррк...* *Хря-с-с* Звук был тошнотворным,хруст ломающихся костей, чавканье плоти, которая срастается наспех, против всех законов природы. Вампир регенерировал. Голова, разорванная выстрелом, уже начала затягиваться, кожа ползла, как живая, кости скрипели, возвращаясь на место. Итан услышал это даже сквозь собственное хриплое дыхание. Тело покрылось холодным потом. Он не оглянулся, не смог. Просто побежал быстрее, спотыкаясь, цепляясь за стену. Они вылетели через служебную дверь на задний двор. Ночной воздух ударил в лицо,сырой, пахнущий мусором, мокрым асфальтом и далёким дождём. Двор был заставлен баками, старыми ящиками, ржавыми трубами. Где-то вдалеке завыла сирена клуба. Итан едва дышал. Лёгкие горели, горло саднило от криков и крови во рту. — Куда мы... бежим?.. — выдохнул он, хватаясь за бок. Флеш Рояль поправил шляпу, одним коротким, привычным движением, будто это был обычный вечер. — Прочь отсюда, — ответил он спокойно, не сбавляя шаг. — Пока не поздно. Он схватил Итана за шиворот так резко, что тот даже не успел выдавить звук протеста. Пальцы сомкнулись на ткани, как клещи. — Эй! Что ты де... — попытался вскрикнуть Итан. Он уже падал в узкий, тёмный переулок. Бетон холодно встретил его тело с глухим грохотом, удар пришёлся на спину, локти, затылок. Воздух вышибло из лёгких одним коротким «А-АУЧ!» — Ты что...?! — прохрипел он, пытаясь подняться на локтях. Флеш навис над ним, огромный, чёрный силуэт на фоне тусклого света фонаря. Одной рукой он сжал щёки Итана без злобы, заставляя открыть рот. Пальцы были холодными, жёсткими, пахли порохом и металлом. — Рот... шире, — приказал он. Голос был низким, не терпящим возражений. Итан сопротивлялся, дёрнулся, замычал, но хватка была железной. — Что ты де…?! Металлическая колба коротко скрипнула. Крышка отвинтилась одним движением большого пальца. И густая серая жидкость хлынула в рот Итана с влажным плюхом. Вкус был отвратительным,металлический, горький, с привкусом ржавчины и чего-то химического, как будто кто-то смешал машинное масло с пеплом. Жидкость была холодной, вязкой, обволакивала язык, горло, стекала внутрь. Итан закашлялся. Глаза наполнились слезами, тело задрожало, желудок взбунтовался. Он пытался выплюнуть, но Флеш держал челюсть крепко. — Пей! — скомандовал он. — Иначе он найдёт нас прямо сейчас. Аксель глотал через силу, давясь, кашляя. Жидкость проникла внутрь, холодная волна прошла по пищеводу, разлилась по груди, по венам. Он чувствовал, как она растекается,медленно, но неотвратимо. Боль в рёбрах притупилась. Дыхание стало ровнее. Кровь из губы перестала течь так быстро. Он наконец оттолкнул руку Флеша.Колба упала на асфальт, звякнула и покатилась к ближайшей сточной канаве. — Ч-что... это...? — выдавил он сквозь кашель, вытирая рот тыльной стороной ладони. Флеш выпрямился. Убрал несколько других колб в карман пальто. — Это твоя единственная страховка от гипноза, — произнёс Флеш, глядя прямо в глаза Итана. Тёмные очки отражали тусклый свет фонаря в переулке, и в этом отражении Итан видел своё собственное лицо, бледное, в разводах крови и грязи, с глазами, которые уже не были просто уставшими. — И причина, по которой ты ещё будешь жить. Он сделал короткую паузу, тяжёлую, как будто давал словам время осесть в голове. — Слушай внимательно, вампиры не оставят тебя. Ты видел то, что видеть нельзя, и отказался играть по их правилам. — Ты подписал себе смертный приговор, они уже начали отсчет времени. Итан попытался протестовать,открыл рот, но слова застряли где-то в горле. — Но... я же... — Уже поздно, парень, — сказал Флеш холодно, без тени сочувствия. Он даже не повысил голос,просто констатировал факт, как врач, который сообщает о неизлечимой болезни. — Лучше бы ты взял деньги, ты формально давно уволен. После того как ты отказался от сделки, они просто списали тебя как ненужного. — Бармен, который знает слишком много и не умеет молчать? Такой сотрудник это риск. А риски они убирают. Итан вздрогнул, словно получил удар под дых. Воздух вышел из лёгких коротким, болезненным выдохом. — Я... уво... уволен? Слово прозвучало тихо, почти шёпотом, но в нём было всё, шок, неверие, внезапная пустота. Флеш ухмыльнулся,коротко, криво, без веселья. — Да. Он наклонился ближе, так близко, что Итан почувствовал запах пороха, кожи и аромата сильных духов. — И теперь единственный, кто пытается тебя защитить, это я, так ты со мной? Итан колебался. В глазах всплыли образы, пальцы Марии, переплетённые с его собственными, её кровь на асфальте, её последняя настоящая улыбка, которая теперь казалась высеченной в памяти раскаленным железом. Сердце сжалось так сильно, что на мгновение стало трудно дышать. Он посмотрел на протянутую руку Флеша, широкую, покрытую старыми шрамами, с мозолями от оружия. Он взял её. Флеш резко дёрнул его на ноги одним движением, будто парень весил меньше собственных ботинок. Итан покачнулся, но устоял. — Ладно... — пробормотал он, голос всё ещё дрожал, но уже не от страха, от чего-то другого. — Но мне нужно домой, взять вещи, самые нужные мне... — Домой тебе пока что нельзя, — холодно перебил Флеш, не сбавляя шага. — Потому что они уже ждут тебя там. Он приложил палец к лбу Итана,коротко, почти небрежно, но от этого прикосновения Итана словно током ударило в грудь.