Брок и семейные тайны

От Роджерса пришло по-маггловски короткое «ОК» на длинное и где-то церемонное приглашение в гости. Будто Брок не провел целую секретную операцию, пустив в ход обаяние, шантаж, подкуп и даже просьбы. А просить он, между прочим, терпеть не мог. И вот когда все, даже мать (неслыханный успех дипломатии!), согласились, Роджерс прислал свое «ОК», написанное на куске какой-то то ли этикетки, то ли еще какой-то маггловской херни. Никакого там «буду рад принять ваше приглашение» и прочих витиеватостей. Роджерс такой Роджерс. — Ну, чего? — Сириус, верно оценив кислое выражение лица Брока, заглянул в чертову записку и заржал. — Ну нет у человека гербовой бумаги, — пояснил он из-за кресла, от которого уже успел срикошетить летучемышиный сглаз. — Хорошо, что вообще приедет. Из другого графства-то. Кстати — как? Брок показал ему язык и ничего не ответил. Сириус не знал, чьим сыном оказался Роджерс, и пусть так будет как можно дольше. Зато мать с отцом совершенно точно были в курсе, а потому Броку удалось уговорить их принять Стива на те две недели, которые остались до отъезда в школу. А Роджерсу всего лишь «ОК». Брок, подавив приступ гордыни пополам со снобизмом, сел писать инструкции. Для выросшего среди магглов Роджерса они должны были быть подробными. *** Камин чихнул, поднатужился и все-таки выплюнул на ковер в гостиной встрепанного бледно-зеленого Роджерса. По лицу гостя было непонятно, чего ему сейчас хочется больше: чихнуть, как камин, или все-таки вывернуть содержимое желудка прямо на пушистый черный ковер. Брок кинулся к нему, призвал стакан воды и разубедил Роджерса, что хоть кому-то из собравшихся тут интересно, что он ел на завтрак. — А ты молодцом. Как на первый раз, — подал голос Сириус, и Поттер, которого тоже пустили погостить, фыркнул. — Черт, — Роджерс осушил стакан одним залпом и некуртуазно вытер губы рукавом. Потом, как будто о чем-то вспомнив, достал платок. — Один фиг лучше, чем полдня трястись на поезде, а потом еще неизвестно сколько и на чем добираться в ненаносимое поместье. — Я вас приглашал в Лондон, — вставил Сириус. — Но вам подавай лошадей с оранжереями. — У тебя есть лошади? — просто спросил Роджерс и огляделся, только сейчас, похоже, понимая, кого назначил своим другом. — И тестралы. И гиппогриф. Но это все чушь. Пойдем, покажу тебе твою комнату. Она рядом с моей. — И с моей, — тут же встрял Сириус. — И только моя в конце коридора, — заметил Поттер. — У тебя с балконом, — утешил его Брок. — Сириус уступил свою. Через полчаса встречаемся на центральном газоне, захватите метлы. — Квиддич? — рассмеялся Сириус. — Да Джей в два счета поймает снитч. У него талант. — Вот и посмотрим. Бладжеры, кстати, зачаровывал отец. Так что… И Брок увел все еще зеленоватого на вид Стива под восхищенный присвист Сириуса. Да, отец Брока разбирался в таких вещах. Оставалось надеяться, что эти бладжеры, злые, как черти, и быстрые, как пикси, не оставят кого-нибудь без мозгов. Впрочем, Сириус точно ничем не рисковал. *** Для мальчишки, выросшего среди магглов, Роджерс отлично держался на метле. Сириус и Брок, получившие первые метлы на первый же день рождения, конечно, умели чуть больше, но это не ощущалось глубочайшей непреодолимой пропастью. Просто Стив не знал некоторых фишек, часть из которых просто была семейными понтами. Поттер же будто родился в небе. Вот кому летать было явно легче, чем ходить. И то, что Сириус с Броком отрабатывали годами, у того получалось будто само собой, стоило один раз показать. — Тебе надо пробоваться на ловца, — заметил Брок после того, как Поттер поймал квоффл, перевернувшись в воздухе вокруг метлы. — Первокурсники… — Да, но мы-то уже на втором курсе, нет? И тут Роджерс поймал снитч, чему, казалось, и сам удивился. — Победа Слизерина! — заорал Брок. — Эй, — напомнил Роджерс. — Я учусь на Гриффиндоре. — Да пофиг. Я считаю, надо это отпраздновать. Как насчет чая с пирожными? — Я за, — ответил Сириус, а Поттер, чуть надувшись, не ответил. — Но все равно считаю, что победили мы. Брок не стал с ним спорить — счел ниже своего достоинства доказывать, что Стив его собственный, а не какой-то там грифф. Неделя пролетела незаметно. И Стив, и Поттер оказались при родителях Брока вежливо-воспитанными, учтивыми и знакомыми с этикетом детьми из хороших семей. Мать иногда так пристально смотрела на Стива, что Брок начинал бояться за его жизнь. Но все пока было гладко: от гостей не требовалось ничего, кроме как занимать себя самим и присутствовать на общем ужине. Завтраки и обеды можно было хоть не есть вообще. Обычно ребята обедали в саду, расстелив на траве плед и гоняя эльфов за лимонадом, а завтракали у Поттера на балконе или каждый у себя. Броку нравилось. Обычно последний месяц лета был для него самым скучным: большая часть родни разъезжалась по Европе, по курортам, и наступал «мертвый сезон». А сейчас ему было, с кем провести время, сыграть в квиддич или просто поваляться в тени, глядя на озеро. И поедая что-нибудь вкусное. — Па обещал мне метлу, — сказал вдруг Поттер. — Вот пойдем в среду за книгами к школе, и он мне купит. — О! — восхитился Сириус. — Она стоит-то ого-го. — Я хорошо себя вел, — ухмыльнулся Поттер. — И он знает, что я буду пробоваться на ловца. — Сколько стоит сова? — спросил вдруг Стив. — Я люблю Боттома, но сова все-таки практичнее. Этим летом я убедился окончательно. — Галеонов сто-сто пятьдесят, — ответил Поттер. — Да ну прекрати, — отмахнулся от него Сириус. — Тебе что, высокоскоростная нужна? За пятьдесят можно купить отличную птицу. Молодую и выносливую. Да, на континент не полетит, но по королевству — легко. Роджерс погрустнел. Всем присутствующим стало понятно, что и пятидесяти галеонов на птицу у него не найдется. Во всяком случае, лишних. — Гуамоко всегда к твоим услугам, — заверил его Брок и решил сменить тему: — Отец говорил, что видел в Косом переулке кентавра. На днях. И у Поттера, и у Сириуса округлились глаза. — Давай, расскажи. Они правда огромные? — Па сказал, выше него на две головы. — Откуда они в Косом переулке? — резонно спросил Поттер. — Разве что посредник. Травы там какие-нибудь продать ненавистным людишкам. — Кентавры ненавидят людей? — с любопытством спросил Стив, и все рассмеялись. И принялись наперебой рассказывать страшилки, известные с детства каждому ребенку, рожденному волшебником. Неприятный инцидент замялся, но Брок о нем не забыл. *** — Брок? — мать отложила гроссбух и подняла на него взгляд. — Что-то случилось? — Можно мои карманные деньги за месяц вперед получить сейчас? Мать впилась взглядом, казалось, ему прямо в мозг. Без объявления войны, так сказать. Брок ни пикнуть не успел, ни как-то затолкать поглубже все то, что плавало просто на поверхности. Вот так, без палочки, Легиллименса и прочих специальных инструментов Беллатриса Лестранж за секунду узнала все, что хотела. Но вместо того чтобы возмутиться или полить ядом желание Брока облагодетельствовать «этого полукровку», она лишь молча вернулась к подсчетам. Брок не уходил, упрямо стоял на своем и на почтительном расстоянии, пока она не сказала: — Деньги получишь первого числа. В том, что ты придумал, нет необходимости. А на следующий день посыльный принес красивую клетку с черной, как уголь, небольшой совкой. Посчитав количество звездочек на шильдике ее клетки, Брок присвистнул: очень быстрая и выносливая. Из очень хорошего питомника. — Мистер Роджерс, распишитесь, пожалуйста, здесь, — попросил посыльный. — Всего доброго. Стив смотрел на сову. На Брока. Снова на сову. — Это не я, — честно сказал Брок. — У меня нет таких денег. Мать тоже не могла купить Стиву сову, да еще такую, верно? Гуамоко был дешевле этой малышки раза в два. Они осмотрели клетку дважды, но записку не нашли. У Брока крутилась на краю сознания одна мысль, но это все, по сути, было не его делом. А потому он промолчал. Наверняка Роджерс подумал о том же самом, потому что, нахмурившись, принялся искать на табличке название магазина и, найдя его, обратился к Броку: — Мне нужна твоя помощь. — Это плохая идея, — тут же заверил его Брок. — Очень, очень плохая идея. — Когда мы там едем в Лондон? — невинно поинтересовался Роджерс. — Завтра? Отлично. До завтра терпит, думаю. Брок в ответ лишь закатил глаза: в некоторых вопросах Роджерс был в равных степенях щепетилен и упрям. Хочет набивать собственные шишки — поделом ему. Если учесть, какой именно знак Стив носит на спине, вряд ли отец защитил его только для того, чтобы убить собственноручно. Во всяком случае, Брок на это надеялся.