Losing myself in you/Теряю себя в тебе

Я с отвращением смотрю на свое отражение в зеркале. Ну почему у меня такие волосы — они торчат во все стороны! Ещё и синяки под глазами, потому что, я блять не мог уснуть пол ночи! Что я только не делал, и овец считал, и цыплят считал, чтобы уснуть сладким сном, но нет я строил планы. Мой мозг не мог заставить себя перестать планировать. И вот, сегодняшний день, самый важный день за все мои девятнадцать лет, не стал исключением. — Юнги! Это мой папа Чон Хосок, зовёт меня снизу. Проклиная себя, на скорую руку привожу себя в порядок, принимаю душ, умываюсь и укладываю угольно-чёрные волосы, и вновь напоминаю себе, что «Нельзя ложиться спать с мокрой головой». Сегодня —последнее утро, когда я просыпаюсь в своей спальне. Завтра эта спальня перестанет быть моим домом. — Юнги! — снова зовёт меня папа. — Я скоро! — кричу я в ответ. Шум открывающихся и захлопывающихся шкафов этажом ниже свидетельствует, что папа нервничает не меньше моего. Вся моя жизнь была непрерывной подготовкой к этому дню, моему первому дню в университете. Последние несколько лет я провел в тревожном ожидании. Пока ровесники гуляли, напивались, трахались и делали все то, что полагается подростками, чтобы создать себе проблемы, я занимался. Я был парнем, просиживающим вечера в спальне с учебниками. В день, когда пришло письмо, сообщавшее о моем поступлении в Сеульский университет искусств, я был уже взвинчен до крайности — к тому же отец непрерывно накручивал меня своими предчувствиями. Я гордился тем, что мой изнурительный труд полностью оправдался. Я поступил именно в тот единственный университет в который подавал документы, и, поскольку доход нашей семьи был низким, мне выделили стипендию, достаточную, чтобы свести к минимуму затраты на обучение. Папа снова зовёт меня, вырывая из собственных мыслей. Зная, что паника — его оптимальное состояние, я предоставляю ему свободу действий, задержавшись ещё чуть-чуть. Знаю он тоже волнуется, что я опоздаю в универ, но я представлял этот день не один месяц, по часам. Право на нервный срыв сегодня имеет только один человек в нашей семье, и я очень надеюсь, что это буду не я. Я одеваю свои любимые черные джинсы с дырками на коленях, черную оверсайз футболку и кеды. Мой любимый стиль одежды, который, конечно же не нравится отцу. Мой парень «да, мне нравятся парни» Уджин скоро должен подойти, чтобы нас сопровождать. Он замечательный, к тому же и круглый отличник, как и я. Уджин обещал меня навещать при первой же возможности. Очень надеюсь, что сосед по общежитию будет нормальный. — Юююнгиии!!! — Пап, я уже иду. Пожалуйста, хватит меня звать! — кричу я, спускаясь. Уджин сидит за столом напротив папы, уставившись в телефон. На нем зелёная футболка, светло голубые джинсовые бриджи и сланцы. Каштановые волосы слегка уложены гелем. — Привет, студент! Он улыбается своей очаровательной улыбкой, подходит ко мне и обнимает. — Привет. — Отвечаю я, улыбаясь ему и целую его в щеку. — Я отнесу твои сумки в машину. — Предлагает Уджин, и протягивает руку, чтобы поймать брошенные папой ключи. Быстро поцеловав меня в губы, он выходит из дома с сумками, а папа следом. Пока я иду к машине, в моем животе скручивается узел от волнения. Больше трёх часов езды, а меня блять уже начинает телепать. Я понятия не имею, каким будет университет, единственное, что меня волнует на данный момент, получится ли мне найти новых друзей?

***

Подъезжая к Сеулу, я понимал, что начинаю успокаиваться. Но на самом деле я был полностью поглащен планами и мечтами. Не уверен, что понимал, о чем говорил Уджин, но уверен, что он пытался поддержать меня. — Вот мы и на месте! — кричит папа, когда мы выезжаем в ворота кампуса. В реальности университет такой же огромный, как и на сайте. На территории университета — сотни подростков, родителей, обнимающихся и целующих своих детей. Непривычно быть тут, надеюсь, что в скором времени я полностью освоюсь. Папа настаивает, чтобы они с Уджином присутствовали при приветствии первокурсников. Он умудряется улыбаться три часа подряд, Уджин внимательно слушает, так же, как и я. — Перед отъездом я хочу посмотреть на твою комнату. Хочу убедиться, что там все в порядке, — говорит папа после церемонии. Уджин широко улыбается, и папа снова оживляется. — Поверить не могу, что ты уже в универе! Мой единственный сын — студент, будет жить самостоятельно. Просто не могу в это поверить! — Причитает он, вытирая глаза. Уджин плетется за нами по коридору общежития и несёт мои сумки. — Комната B22... а мы в холле C, — говорю я, и замечаю большую букву "B" , нарисованную на стене, — Сюда, — скомандовал я, когда папа уже начинает поворачивать в обратную сторону. Хорошо, что я решил не брать до хрена вещей, всего лишь немного любимых книг, одежды и любимое одеяло, Уджину не приходится тягать много всего, а в ближайшее часы мне лень разбирать сумки. — B22 — облегченно выдыхает папа. Я вставляю ключ в замок, и когда дверь открывается со скрипом, папа громко вздыхает. Не большая комнатка, с двумя кроватями и двумя письменными столами. Через несколько секунд понимаю, на что, а точнее на кого именно такая реакция: одна стена полностью увешана пострерами групп, о которых я никогда не слышал. А после я замечаю парня, лежавшего на одной из кроватей, у него ярко-голубые волосы, глаза проведены черным карандашом, а на руках множество разных побрякушек. — Привет, — с необычной квадратной улыбкой говорит он, и, на удивление эта улыбка мне нравится. — Я Ким Тэхён. Он приподнимается на локтях, футболка туго обтягивает мышцы плеч и рук, и я незаметно пинаю Уджина ногой, чтобы он на него перестал блять наконец пялиться. — П-привет. Я Мин Юнги, — выдыхаю я заикаясь, и все мои планы вылетают из головы. — Привет, Юнги, рад тебя видеть. Добро пожаловать в университет искусств, где комнаты маленькие, а тусовки огромные. Улыбка парня с голубыми волосами становится ещё шире. При виде наших глупых и испуганных лиц Тэхён откидывает голову и заливается громким, бархатным смехом. Папа чуть не роняет челюсть на ковер, Уджин смущённо перенимается с ноги на ногу. Тэхён подходит ко мне близко-близко и обнимает меня своими тонкими, длинными руками. На миг я замер, пораженный таким интимным жестом, но отвечаю тем же. Раздается стук в дверь, иив этот же момент Уджин роняет мои сумки на пол. — Войдите! — кричит мой новый сосед. Открывается дверь, и ещё до того, как он успевает раздать объятия, в комнату заходят два парня. — Привет, ты сосед Тэхёна? — спрашивает один из парней. Его рыжие волосы со светлыми прядями, поставлены торчком. На руке — татуировка, в ухе — несколько серёжек. — Эмм... да. Меня зовут Юнги, — кое как проговариваю я. — Я Су Хо. Да не смотри так испуганно, мы не кусаемся. — Он улыбается, хлопая меня по плечу. — Тебе здесь понравится. У Уджина проскальзывает раздражение всего на секунду, но он быстро прячет его за натянутой улыбкой. — Я готов, — говорит Тэхён, схватив черную тяжёлую сумку возле своей кровати. Я перевожу глаза на высого темноволосого парня, прислонившегося к стене. Волосы зачесаны назад, в брови и губе блестят колечки, прохожусь взглядом по его рукам в татуировках: не видно ни кусочка нетронутой кожи. Высокий и худой. И тут я понимаю, что появлюсь на парня самым неделикатным образом, но черт побери не могу отвести взгляд. Жду, когда он представится, как и его друг, но он молчит. Этот парень определенно не так приветлив. Ну и черт с ним, больно надо. Но сука, он привлекателен: в нем что-то есть, что я всё ещё не могу оторвать взгляд от его лица. Я чувствую на себе взгляд Уджина, который сверлит во мне дыру и скорей всего материт, наконец отворачиваюсь, и делаю вид, что шокирован происходящим. Ведь так и есть, правда же? Определенно, он меня не интересует. Нет. — Увидимся, Юнги, — говорит Су Хо, и все трое выходят из комнаты. Я тяжело выдыхаю. Последние несколько минут были весьма необычными. — Ты получишь другую комнату! — кричит папа, как только хлопает дверь. — Нет, я не могу, — отвечаю я. — Все будет хорошо, пап. Изо всех сил стараюсь успокоить отца и себя. Надеюсь, что получится, мне не хотелось бы чтобы папа устроил сцену в первый день моего пребывания в институте. А он может, и он на грани. Вижу как у него дёргается глаз. — Уверен, Тэхён нормальный, как могло показаться на первый взгляд. Первое впечатление всегда обманчиво, — пытаюсь я убедить отца и в то же время поверить в это сам. — Чушь собачья, мы переезжаем сейчас же. — Увидеть всегда улыбающегося отца в гневе большая редкость. — Ты не будешь жить в комнате с человеком, который общается с такими... такими панками! Они тебя испортят! Я смотрю в его стальные глаза, затем на Уджина. — Папа, пожалуйста, давай посмотрим, как все будет складываться. Не испортят, я этого не хочу. Пожалуйста, — прошу я. Не хочу даже представлять себе, как унизительно будет пытаться менять комнату в последний момент. Блять. Папа снова оглядывает комнату, останавливается взглядом на плакатах, покрывающих стену Тэхёна, выразительно на них фыркает. — Хорошо, — на мое удивление говорит он сквозь зубы. — Но перед тем, как мы уедем, мы поговорим.