Явление Хаоса

— ... Гарри Поттер. Сердце бешено стучало, а голову заполнило множество мыслей. Гарри согнулся на своём месте, ощущая горечь. Ощутив на себе море нелицеприятных, осуждающих и удивлённых взглядом, он почувствовал себя ещё хуже - всё повторяется. Почему? За что снова всё сводится к нему? Почему все считают, что он хочет этого? Почему никто даже не подумает о том, что он не Джеймс Поттер, любивший привлекать внимание подобным хаотичным образом, а Гарри - просто Гарри, - который хотел обычный год в окружении друзей, без участия в очередной смертельно опасной авантюре? Почему никто никогда не верит, что он не выбирает быть впутанным во все эти несчастья, даже когда уже открывалась правда несколько раз о его правоте? Они все слепы и глухи, раз эта история повторяется из раза в раз. — Гарри Поттер! — повторно выкрикнул Дамблдор, сжимая в руке обгорелый лист бумаги с его чёртовым именем. Гермиона сжала его руку; Гарри отчаянно взглянул на неё, одними губами пытаясь сказать, что это не он. Он никогда бы так не сделал. И она сжимает его руку сильнее, слабо кивая: всё ещё удивлённая, но всегда искренняя, понимающая подруга. Совсем немного, но его плечи расслабляются. Хотя бы она есть у него. Хотя бы умная Гермиона будет рядом, когда весь Хогвартс вновь ополчится против него. Он хотел взглянуть на Рона, но не успел и шелохнуться, как весь зал озарил свет. Настолько ослепляюще белый, что он рефлекторно зажмурил глаза от вспышки боли, ещё крепче цепляясь за руку Гермионы - она не отставала в этом, наклонившись к нему с тихим болезненным стоном. Поттер не видел, что происходит, однако почувствовал всем своим естеством: что-то вторглось в само пространство. Будто огромный разрыв, трансгрессия невероятной силы, сжала пространство в одну точку и в следующее мгновение лопнуло, бесследно исчезая. Позволяя вновь дышать свободно. Найдя в себе силы открыть слезящиеся глаза, Гарри увидел перед собой лишь блики и тёмные пятна - небольшой эффект слепоты, который быстро рассеялся после нескольких морганий. Взглянув сначала на Гермиону и Рона, проверяя их состояние, он с облегчением заметил, как они трут глаза, наверное испытывая похожие симптомы. — ... Гарри? Услышав удивлённый, хрипящий голос директора, Гарри резко поднял голову обратно к Кубку. Однако Дамблдор не смотрел на него - он стоял спиной к его столу, оцепенело смотря на парня, стоявшего всего в нескольких шагах позади, ближе всего к пламени Кубка. Все, кто смогли видеть, изумлённо ахнули - он не стал исключением, во все глаза рассматривая парня, вторгшегося на территорию Хогвартса в такой важный момент. Он был не слишком высок и худ, но слабым назвать язык не поворачивался - всё тело излучало ауру силы. Одежда грязная, местами порвана и вся в пыли и гари, кожа в саже, грязи и тёмной, засохшей крови, волосы из знакомых тёмных слегка посветлели от вышеперечисленного мусора. Он будто бы вылез из преисподни, закалённый землёй и пламенем в тысячах сражений. Глаза - иронично знакомые - подтверждали эту безумную теорию, почти мерцая от всех тех негативных чувств, которые явно испытывал. Гарри поджал губы, нахмурившись - это просто не могло быть реально. Просто бред какой-то, сумасшествие чистой воды, однако... Факты были пред глазами - это был он сам. Это был его блядский клон, просто старше, сильнее и куда более агрессивнее. Но это же не правда, да? Ранее застывшие от шока учителя вскочили со своих мест и направили палочки на вторженца с его лицом. Лишь директор Дамблдор стоял напротив него, всё ещё держа лист бумаги, изучая вторженца долгим взглядом. Парня, кажется, это совсем не впечатлило. Он быстрым, однако обдуманным взглядом окинул учителей, на несколько мгновений остановил очи на директоре и Кубке, в конце концом найдя Гарри в толпе. Их взгляд сошёлся, отчего Гарри напрягся, ощущая всей кожей этот пронизывающий до костей интерес, а вот вторженец совсем не беспокоился. Когда профессоры Снейп, Макгонагалл и Флитвик почти окружили незнакомца с его лицом, тот тяжко вздохнул и быстрым движением поправил сьехавшиеся очки, закрывая глаза. Это простое действие заставило многих вздрогнуть - всё-же, резкость в данной ситуации не является совсем верным решением. Испугавшись, будто вторженец решил что-то предпринять, Снейп отправил в него какое-то безвучное заклинание, однако незнакомец быстро взмахнул своей палочкой, легко создавая щит и поглощая атаку. — Может, обсудим происхождение, прежде чем бросаться атакующими? — хрипло, будто после долгого крика, заговорил вторженец. — Хотя мне приятно видеть всех вас снова живыми и здоровыми, на удивление даже вас, профессор Снейп, однако хотелось бы понять происходящее, не так ли? Гарри сглотнул, не отрывая от него взгляда. Гермиона - да что уж там, даже Рон - крепко сжали его плечи, прислоняясь с обеих сторон. — Он... — тихо начала Гермиона нервно. — Мерлин, у него даже голос твой... — Что за чертовщина... — поддакнул ей Рон, смотря на происходящее через плечо Гарри. Ему бы самому понять, что творится то! Снейп зашипел от гнева, уже собираясь снова напасть, однако в этот раз Дамблдор приподнял руку, останавливая его. Декану Слизерина пришлось подчиниться, прекращая кастовать связывающее, однако палочка была всё так же вытянута в его сторону. — Вы правы, молодой человек, хотелось бы разобраться в ситуации... Особенно в том, как вы выглядите. Почему вы похожи на Гарри Поттера? — улыбка на лице директора была фальшивой. Даже Гарри мог это понять, хотя обычно не замечал подобных деталей. — Это о-опасно! — тихо пискнул Невилл. — Почему бы не отпустить нас со старостами, пока этот человек тут?.. Гермиона поджала губы, бросив взгляд на одноклассника: — Мы не знаем, на что он способен. Если он смог проникнуть в Хогвартс, куда просто невозможно аппарировать, то что он ещё может? Дамблдор не хочет привлекать внимание этого че... — она запнулась — ...человека на учеников. Это тоже рискованный шаг, но отвлекая его на себя, они смогут оттянуть время и придумать что-то более практичное. Гарри слушал в пол уха, стараясь так же прислушиваться к диалогу вторженца с его лицом и Дамблдором. — Похожи? — незнакомец приподнял бровь, пока один уголок губ дёрнулся вверх от веселья. — Директор, я и есть Гарри Поттер. Ахи повторились, но на этот раз Гарри не присоединился к ним. Он лишь смотрел на человека, зовущегося Гарри Поттером, и пытался понять, что происходит. Это не могло быть оборотнее, ведь тогда незнакомец выглядел бы на его возраст. Что ещё тогда это могло быть? Он не так сильно разбирается, чтобы знать другие способы копирования чей-то внешности с такими правдоподобными погрешностями! Тем временем вторженец вновь взглянул на него, Гарри, немного прищурившись от задумчивости - это вызвало нотку дежавю. Разве не так выглядит его лицо, когда он размышляет? Становилось жутко от их схожести. — Правда, кажется, я оказался в прошлом? — будничным тоном продолжил незнакомец, вальяжно скрестив руки на груди, всё ещё крепко держа палочку. — Понимаете, буквально несколько часов назад я видел, как умирает Профессор Снейп, после как умирают почти все мои близкие, как Хогвартс рушится. Меньше получаса назад я сам видел, как долбанный безносый мудак наконец умирает окончательно и меньше десяти минут назад оплакивал потери на блядской войне, поэтому извините, — это совсем не звучало как извинение, — я ещё не совсем осознал происходящее. И только сейчас Гарри узнал эту позу и безразличие, которое демонстрировал вторженец. На самом деле он сдерживал весь гнев, боль и отчаяние, прикрываясь этой безупречной маской. Гарри нервно закусил губу, ощутив укол отчаяния: неужели это и правда он? Из будущего? Неужели именно это его и ждёт? Он ещё не был таким искусным в сокрытии своих эмоций, но, находясь у Дурслей, именно так он и начал поступать последнее время. Они не должны видеть его боли - никто не должен, - поэтому приходилось, скрипя зубами, терпеть и держать себя в узде. Видя себя - себя ли? - безупречно исполняющего эту маску сильного и непоколебимого лидера, которого все от него ожидают, Гарри чувствует лишь горечь. Раз это вошло в автоматизм у его старшей версии, значит ничего не поменялось, правда? И, кажется, лишь стало хуже... — Ты несёшь полную чушь! — рявкнул Снейп. На кончике его палочки скапливалась магия, готовая в любой момент сорваться в нужное магу заклинание. Незнакомец - незнакомец ли? - лишь невпечатлённо взглянул на него, вздыхая. — Ладно, давайте по другому: профессор Снейп, перед смертью вы отдали мне свои воспоминания, где показали отвратные действия Джеймса Поттера. Это не оправдывает ваши поступки, конечно, но спасибо за то, что хотя бы помогли мне понять, что вы оба - виноваты каждый в своём и Джеймс не святой, как мне вечно говорили, — он перевёл взгляд на Дамблдора, не реагируя на резкий вдох Снейпа. — Вы, Директор, скрывали пророчество и информацию о крестражах от меня до самого конца. Отвратительный поступок на мой взгляд, но обсудим это позже. Я знаю пророчество на изусть - этого вполне хватает для доказательства моей личности, а? — и в конце концов зелёные глаза, пылающие скрытым гневом, стали мягче. Вторженец посмотрел на Гарри. — А ты... — он слабо, грустно улыбнулся. — Думаю, ты и сам уже всё понял. В конце концов, кто может знать меня лучше, кроме меня? И Гермионы, конечно, — с усмешкой быстро добавил он, взглянув на подругу Гарри, когда та на автомате уже хотела начать возмущаться. Все закрыли рот. Ученики - и сам Гарри - мало что понимали в сложившейся ситуации, однако взрослые - особенно названные - уже не так подозрительно относились к вторженцу. Сомнения полностью не исчезли, однако, кажется, его аргументов и правда хватило для того, чтобы Снейп и некоторые другие профессора с неохотой опустили палочки. — С главным разобрались — хлопнув в ладоши, взгляд вторженца посуровел. — А теперь, поговорим о более важном и насущном: вы серьёзно собрались допускать четырнадцатилетнего ребёнка в этот блядский турний, где умирают и более старшие дети? Это одно из самых ужасных решений, которое вы, взрослые, принимали в своей жизни! Я не позволю своему младшему Я пройти через это насилие, попутно страдая от совершенно несправедливой травли, которую все учителя «самой безопасной школы» просто проигнорировали! — его слова пылали от гнева, погружая и так напряжённую обстановку комнаты в тьму. Альбус Дамблдор замялся, ощутив, как контроль над ситуацией быстро ускользает из пальцев. Но он не мог начать действовать, слушая обвинения от - предположительно - будущего Гарри, находясь под взглядом этих зелёных глаз. — Тогда почему же ты закинул своём имя? — прищурившись, кинул Снейп. Он пытался скрыть то, как холодный пот стекал по его спине от давления, которое ощутил. Вторженец закатил глаза на этот слабый выпад, при этом выглядя как никогда разочарованным. — Сэр, вы точно сами знаете, что те же близнецы Уизли всячески пытались обойти ограничение возраста. И вы уж точно знаете, какие они гениальные выдумщики, но, как видите, у них не получилось, сколько бы они не пытались! Вы все в глаза долбитесь, что ли, раз не видите очевидного? Гарри сейчас четырнадцать и он кое-как вытягивает новую программу из-за постоянных покушений на свою жизнь и проблем в школе, которую вы, взрослые блять, всегда игнорируете, никогда не веря словам «глупого ребёнка». Вы серьёзно думаете, что он - Я - смог бы преодолеть это дракклово ограничение, раз даже близнецы не смогли? Вы или слишком верите в меня, или до невозможного глупы. Все вы! — Язык! — шикнула Минерва по привычке. Как только поняла, что сделала, она покраснела от стыда и сжала губы, нервно глядя на вторженца. Тот невпечатлённо вздохнул. — Вы все лишь жалкое подобие на взрослых. Мне всего семнадцать, но я уже лучше вас понимаю, что вешать все проблемы мира и все грехи человечества на ребёнка - самое ужасное, что вы могли сделать. Вы сломали ему жизнь. Вы сломали жизнь мне, не желая брать отвественность за всё то, что наворотили, скидывая её на маленького ребёнка, потерявшего родителей и защитников! Я ужасно вас уважаю за ваши заслуги, но знаете что? Я так же чертовски вас всех ненавижу. Мне мерзко от всего, что вы позволили сделать со мной. И раз уж у меня появилась возможность исправить это хотя бы для этого Гарри - о, вы все осознаете свои ошибки. Я не позволю делать из Гарри удобное оружие ради победы над чудовищем старше меня в много раз. Больше нет. Поэтому, прежде чем хоть что-либо сделать с ним, сначала попробуйте переступить через меня. Оскал, которым он одарил их всех, был одним из самых предвкушающих. Пока все видели в нём угрозу, Гарри во все глаза смотрел на него, забывая, как дышать. Он... защищает меня? Так смело, рьяно и агрессивно. Прямо так, как Гарри представлял защиту Сириуса. Прямо так, как он мечтал, когда представлял родителей живыми. Защищали бы они его так же, как Молли защищала своих детей? Угрожали бы они директору Дамблдору так же, как это сделал сейчас вторженец? Сердце громко колотало в груди, распространяя тепло по телу, пока глаза щипали от влаги, однако он не плакал. — Гарри... — тихо, изумлённо шептала Гермиона, со скрытым восхищением смотря на вторженца с его лицом. — Это такое безумие... — Сумасшествие... — согласился он, прижимаясь плечом к её плечу. Она резко собралась и кивнула каким-то своим мыслям, расслабляясь окончательно. — Если он защитит тебя, то неважно, кто он или откуда. Я буду ему невероятно благодарна. Ощутив порхание бабочек от радости в этой поддержке, он слабо, но искренне улыбнулся ей. Она улыбнулась ему в ответ, крепко сжимая руку. Они пока оба решили не смотреть на Рона, который ранее жутко покраснел от слов вторженца и немного отодвинулся, явно испытывая вину. Гарри слегка расстроился, поняв в чём дело, но решил пока отпустить это - всё же из-за вторженца он смог избежать предательство и обвинения лучшего друга, которое, походу, случилось бы, не появись он сегодня. Было больно от недоверия Рона, однако сейчас у него была Гермиона и парень - возможно он сам - яростно поливающий пед. персонал грязью, словно стервятник, защищающий своего детёныша. Этого достаточно. На самом деле, это самое большое, что он когда-либо получал.

***

Гарри Поттер чувствовал себя ужасно уставшим и изнемождённым. Он только что пережил войну и потерял почти всех своих близких, свою семью, некоторое время назад вообще находился в полу истерическом состоянии, но даже тут судьба не отпускала его, отправляя в неизвестное место. Он мог признать, что сейчас был совершенно неуравновешен, но он пытался, ладно? Гарри чертовски устал. Но его жизнь уже была сломана, разобрана в клочья и выброшена в мусорку, поэтому он шёл вслед за пристыженный Дамблдором и его свитой в кабинет первого, продолжая держаться, чтобы хотя бы этот Гарри не стал им. Хотя бы этот, ещё такой невинный ребёнок, не ощутил всё то горе потери и предательств, которое пережил он. Этот ребёнок заслуживает куда большего уважения и сейчас он готов сделать всё, чтобы добиться банального права на счастливое детство для этого мальчишки! Не я, так хотя бы он. Младший Гарри заслуживает ответственного взрослого, который будет вместо него решать все эти взрослые проблемы, пока он не станет старше и не захочет сепарироваться, начиная жить самостоятельно. А ещё он сам заслуживает отдыха. Там, в том мире, в своём будущем, он не имеет ничего. Как бы чёрство это не звучало, но пусть лучше все выжившие будут считать его погибшим вместе с Ремусом, Тонкс, Фредом, Роном и Гермионой... Лучше золотое трио погибнет вместе, чем он останется один, без своей сестры и своего брата. Это эгоистично, он чёртов урод, но здесь в нём нуждаются больше. Здесь все ещё живы, он может спасти их и не дать маленькому себе испытать всё это, поэтому его выбор в пользу этого времени вполне очевиден. Жесток, несправедлив, но очевиден. Гарри признаётся сам себе, что просто не смог бы жить без своих Гермионы и Рона. Он бы повесился или утопился, как только Молли оставила бы его одного, лишь бы быть с ними там. Поэтому выбор очевиден. Уверен, Гермиона и Рон ободрили бы его решение, не желая такой скорой смерти названного брата. Это всё, что было важно. Кабинет Альбуса Дамблдора отдавал плохими воспоминаниями, но Гарри слишком устал, чтобы реагировать на это. Панические атаки или ещё какие-то психологические штучки подождут до момента, когда его наконец отпустят отоспаться. Жаль, что это не будет так скоро, как бы ему хотелось. Развалившись в кресле напротив директора, Гарри расслаблялся, мысленно пытаясь понять, что у него болит. Пока что он чувствовал лишь рану на голове и что-то с ребром - возможно ушиб или трещина. Если не считать в целом его тело, которое само по себе было огромным синяком. Он фыркнул, посчитав это достаточно смешным. Снейп и Флитвик одарили его взглядом «ты сошёл с ума?», но Гарри мастерски не обращал на них внимание. Остальные учителя и те, кто имеет прямое отношение к турниру, остались с учениками и тремя избранными. Младшего Гарри пока что воспринимают как обычного ученика, но его роль в этом турнире они как раз и собираются сейчас решить. Гарри хотелось просто разъебать этот чёртов Кубок. Как жаль, что он не мог это сделать. — Мальчик мой, я понимаю, что ты сейчас на взводе, однако Кубок уже принял его и мы не можем... — Директор, — устало перебил Гарри, медленно открывая глаза. — Давайте на чистоту. Я знаю всё, что случится на этом чёртовом турнире. И поверьте мне, вы не хотите, чтобы Гарри участвовал в нём. Плечи Дамблдора со старческой усталостью опустились. Его лицо стало грустным и осунулось, однако он всё равно попытался выведать информацию. Это то, что ему нужно сделать ради будущего. Гарри это понимал, поэтому и способствовал этому разговору. — Так расскажи мне, — попросил директор, опуская ладони на колени. — Может быть, мы сможем придумать, что делать вместе. Я правда не могу изменить решение Кубка, но мы можем поработать над тем, чтобы Гарри прошёл испытания без того вреда, которое пережил ты. — Барти Крауч-младший скрывается под личиной Аластора Грюма. Следите за тем, что он знает, но не берите его пока, иначе безносый придумает нечто другое. Эта шваль сейчас в теле гомункула под присмотром Петтигрю, он с помощью Крауча-младшего добавил Гарри в турнир, чтобы на третьем испытании забрать его и использовать мальчика в ритуале воскрешения, — без эмоций быстро объяснил он. Внутренне он наслаждался картиной, открывшейся ему: все три мужчины были в шоке от сброшенной на них информационной бомбы, то бледнея, то зеленея по мере осознания. Флитвик прижал дрожащую ладонь к губам: — О Мерлин... Снейп крепко сжал своё запястье, на котором медленно темнела метка уже некоторое время: — Драккл тебя подери... Альбус закрыл лицо руками, тихо выдыхая. Он не был удивлён - конечно нет, он ждал его возвращения, - однако совершенно не ожидал этого жестокого плана и висящей над шеей младшего Гарри гильотины. Гарри с удовольствием откроет ему глаза ещё больше на все проёбы, но, наверное, в другой раз. — Я думаю, вы понимаете, что лучше не давать безносому ещё больше мотивов для нервишек, верно? Пусть он думает, что его план в силе, даже с моим странным появлением, о котором Крауч точно расскажет, ведь тогда у нас будет время, чтобы покончить с ним уже в этом году. Но я не позволю вам вновь использовать Гарри. Он - ребёнок, который должен быть ребёнком, даже если придётся немного поучавствовать в этом долбанном турнире. Мы - взрослые, и именно мы должны что-то делать с этим ублюдком, а не вешать всё на невидавшего жизни мальчика. Его единственная мечта - это быть обычным мальчиком, просто Гарри, и раз никто не захотел помочь исполнить ему эту простую мечту, за дело возьмусь я и заставлю всю эту чёртову Британию увидеть в нём ребёнка. Пока так называемые взрослые боролись с открывшейся правдой и своими собственными психологическими травмами, Гарри взглянул на портреты. Обычно они спали, однако сейчас большая часть внимательно следила за событиями, изучая его и Дамблдора поведение. Скользнув по множествам лиц, зелёные глаза остановились на Финеасе Блэке, задумчиво изучающего его в ответ. Огонёк осознания вспыхнул у Гарри в голове: Блэк. Сириус и Ремус сейчас живы, они на Гриммо двенадцать. Он снова сможет их увидеть... Хотелось взвыть от боли и облегчения, однако понимал, что сейчас не стоит ломаться. Не тогда, когда на нём одном весит безопасность и невинность младшего Гарри. Альбус тяжко вздохнул, сейчас как никогда походя на свой старческий возраст. — Насколько всё плохо, Гарри?.. — Вы не представляете, — резко отчеканил он, сжавшись. — Я уважаю вас за многие решения и победы в прошлом, правда, но вы так же сделали столько ошибок, за которые поплатились тысячи людей. Хогвартс был уничтожен, половина умеющих стражаться детей умерло, пока младших пытались эвакуировать, а большая часть взрослых умирали, оттягивая время для меня. Это была ужасная бойня и на нашей стороне почему-то были одни грёбанные дети, директор! Сотни детей и пару десятков взрослых! И их кровь, их смерть, на моих руках, ведь вы не удосужились рассказать мне раньше обо всём, что скрывали, из-за чего я напрасно потерял время. Я понимаю, вы хотели сохранить мою невинность на подольше, но был ли в этом смысл, когда вы все готовили маленького ребёнка - меня - как оружие и жертвенного агнца? Устало покачав головой, Гарри наклонил голову набок, прислонившись щекой к своему плечу. — Нет, знаете, я слишком вымотан. Перенесём все эти разговоры на потом, сейчас у нас более серьёзные проблемы. В большом зале я видел жука - это анимагическая форма Скитер. Нам нужно связаться с Невыразимыми, Фаджем и гоблинами до того, как она напишет несусветную чушь. Мне нужны официальные документы, подтверждение личности, Невыразимы подтвердят статус переселенца во времени, а с гоблинами я должен принять Лордство и поговорить тет-а-тет. Как только всё решится, я приму над Гарри всю опеку и наконец юридически и магически смогу влиять на его жизнь, как любой ответственный опекун. Посмотрим, смогу ли я тогда повлиять на решение Кубка. Снейп нахмурился, впившись в него цепким взглядом. — Вы вообще себя видели, Поттер? Первостепенно нам нужно осмотреть вас. И вообще, вы хоть школу закончили? Усмехнувшись его словам, Гарри саркастично ответил: — Да, конечно, прекрасный седьмой курс на свежей природе с обучающей погоней оборотней и Пожирателей без пропитания и должного количества сна. Я изучил всё от и до, профессор. Когда Снейп уже хотел оскалиться, Флитвик применительно поднял руки. — Давайте все успокоимся! Мистер Поттер прав в том, что нам нужно как можно быстрее связаться с Невыразимыми, однако профессор Снейп высказал вполне оправданное опасение вашим здоровьем. Давайте директор Дамблдор пока свяжется с Министерством, а вы навестите медведьму, как вам такой компромисс? Мисс Скитер опубликует статью только утром, у нас есть чуть меньше суток, прежде чем это произойдёт. Времени должно хватить для всего. Не имея ни сил, ни возможности оспорить решение профессора чар, Гарри слегка кивнул, соглашаясь с подобным вариантом. — Закройте все камины, — со вздохом посоветовал парень, грузно поднимаясь с кресла. — Скажите, что это ради того, чтобы я не сбежал. Нам нельзя дать лже Грюму возможность сейчас связаться с безносым. Этого не избежать, конечно, но лучше пока оттянуть время. Не прощаясь с мужчинами, Гарри покинул кабинет директора как раз в тот момент, когда он взмахивал палочкой над камином. Как бы ему не хотелось вырубиться, но Снейп был чертовски прав - сначала лучше добраться до медицинского крыла. Там он сможет уснуть и дать мадам Помфри сделать свою работу. День будет чертовски долгим.