От чистого сердца

      - Пресловутый Демон Сна - сущность, уничтожающая свою цель, атакуя сознание и вызывая душевные муки, истощающие дух жертвы, доводя её до состояния ходячей физической оболочки. Мы не знаем его точных намерений, но этот мастер может сказать наверняка, что старый демон не хочет нам добра. Будь начеку, этому противнику будет сложно противостоять, если он найдет твои уязвимые места.       От ментальных атак было трудно защититься, но в случае с Ло Бинхэ Шэнь Цинцю задавался вопросом, насколько эффективными окажутся методы Демона Сна. Этот юноша, несмотря на пережитые в жизни тяготы, также сполна успел познать материнскую любовь и заботу и ещё не созрел в достаточной мере, чтобы иметь багаж из сложных и противоречивых мыслей и эмоций. Трудно было понять, есть ли в сердце Ло Бинхэ демоны, которыми мог бы воспользоваться этот древний кошмар.       - Тогда... как же победить этого демона?       Ученик, похоже, наконец собрался с духом и всерьез воспринял предупреждение Шэнь Цинцю. На лице бессмертного застыло суровое выражение, он явно не был настроен шутить. Весь его вид выражал предельную сосредоточенность и ледяное спокойствие. Глядя на учителя, Ло Бинхэ тоже взял себя в руки. Судя по выражению лица Шэнь Цинцю, дело им предстояло нелёгкое. Взор учителя прикипел к воротам города, где их поджидали испытания и опасности, и куда им ещё только предстояло войти.       Город встретил их оживлённым гулом. В надвигающихся сумерках виднелись лавки, в которых ещё вовсю шла бойкая торговля. Из распахнутых настежь дверей забегаловок тянуло съестным. Обычная, ничем не примечательная обстановка городской улицы. Вертя головой и с интересом разглядывая окружающую их реальность, Ло Бинхэ понял причину серьзного настроя Шэнь Цинцю: всё, что их окружало, выглядело настолько убедительным, что окажись он здесь в одиночестве - давным-давно попал бы в ловушку коварного демона: он ни в жизнь бы не подумал, что всё это может быть лишь иллюзией.       Возможно, он навсегда так и остался бы в этом кошмаре, не поняв, что это лишь сон.       Наставник и его ученик ощущали всё больший дискомфорт, прогуливаясь по городу и наблюдая за снующими мимо них силуэтами, которые ничем не отличались от настоящих людей, за исключением отсутствия лиц. Даже Ло Бинхэ, несмотря на всю свою храбрость, подсознательно придвинулся поближе к Шэнь Цинцю.       - Шицзунь, что это за существа...?       Его голос упал до едва различимого шепота, как будто он боялся, что эти безликие человекоподобные создания услышат его. Учитель был предельно сконцентрирован: нельзя позволить эмоциям обнаружить их уязвимость в этой опасной ситуации.       Несмотря на наличие записей, информация в них была скудной, да и та представляла собой смесь из слухов и полубезумных нестройных свидетельств людей, переживших атаку демона. Но в одном записи сходились: выжить после нападения Демона Сна можно было лишь в одном случае - если старик добровольно соглашался пощадить несчастных и выпустить их из своей ловушки. Ни единого свидетельства о том, чтобы кто-то победил старый кошмар, успешно пройдя его испытания, не было.       - Способности Демона Сна разнообразны, но обычно рассказывают, что он стяжает силу, высасывая воспоминания из памяти своей жертвы, используя потаённые страхи и негативные эмоции человека, чтобы сломить его дух и поглотить душу. Степень реалистичности воссозданых им в сновидениях образов говорит о его мастерстве. Но... - Шэнь Цинцю замолчал, размышляя о том, каковы у них с Бинхэ шансы на противостояние.       Каким бы реальным ни казался сон, отсутствие у здешних людей лиц так или иначе помогало не впасть в уныние. Движения тела и голоса могут запросто вызывать к жизни негативные воспоминания, но столкновение с безликими марионетками напоминало скорее запутанный кошмар, чем опасную реальность. Выражение лица, взгляд, знакомые черты - все это была важнейшая информация и мощный способ воздействия, и если Демон Сна не мог воспроизвести всё это в полной мере, то это означало, что его мастерство ещё не достигло тех пределов, столкновение с которыми повергло бы дуэт наставника и ученика в полное отчаяние.       -...Воспоминания?       Ло Бинхэ окаменел. Неудивительно, что этот город показался ему знакомым. Ведь именно здесь он вырос. Он уже понял, что является целью древнего демона, но только сейчас осознание последствий такого повышенного внимания со стороны творца этой иллюзии дошли до него в полной мере.       - Если... если этот ученик не выдержит испытания, что будет с шицзунем?       Шэнь Цинцю насмешливо хмыкнул: - Твой провал будет означать, что этот ученик хотя бы не умрёт в одиночестве.       Он тоже наконец узнал это место. Они как раз проходили мимо лавки, торговавшей изделиями из нефрита, в которой он когда-то купил приснопамятный кулон Гуаньинь. Чувство тревоги от сознания собственной уязвимости не отпускало Шэнь Цинцю. Ключ к их обоюдному выживанию находился в руках Ло Бинхэ, и пиковый владыка не мог сделать ничего, кроме как быть голосом разума, помогающим его ученику не потерять концентрацию. Сказать, что Шэнь Цинцю чувствовал себя не в своей тарелке от подобного положения дел, было бы большим преуменьшением.       Наконец внимание двоих, учителя и ученика, погружённых каждый в свои думы, привлекла стайка детей, с криками пронёсшаяся мимо них по улице.       У этих детей были лица.       Владыка Цинцзин пошёл было за детьми, но остановился, заметив, что ученик не следует за ним. В глазах Ло Бинхэ сейчас читалась явная растерянность. Похоже, вся серьезность ситуации наконец дошла-таки до его ученика, но сейчас было совсем не подходящее время терять самообладание. Шэнь Цинцю и представить себе не мог, что наступит день, когда ему придётся подбадривать кого-то, но всё на свете когда-нибудь случается впервые, а сейчас на кону стояли их жизни.       - Ло Бинхэ, если удастся избежать беды, то это будет благословением, а если не удастся - значит так тому и суждено было быть.       В этой иллюзии повседневной жизни группа необычных детей была для них единственной зацепкой и возможностью выйти из ловушки. Даже если дети сами являлсь её частью, у учителя и ученика не было другого выбора, кроме как следовать за ними. Вдохновленный мудрыми словами шицзуня, юноша отмер и сделал шаг вперёд. Они бок о бок проследовали за шумной стайкой и вскоре их взорам открылась картина: компания ребят постарше, окружившая съёжившегося на земле малыша. Шэнь Цинцю потребовалось некоторое время, чтобы осмыслить ситуацию, прежде чем он понял, что ребёнок на земле, над которым издеваются, - Ло Бинхэ. Он с трудом узнал в этом покрытом синяками и грязью оборвыше своего ученика. И лишь знакомые глаза, в которых сейчас не было обычного блеска, к которому успел привыкнуть лорд Цинцзин, выдали мальчика.       Окружившие мальчишку драчуны что-то говорили, но Шэнь Цинцю пропустил их болтовню мимо ушей: он и так прекрасно был в курсе, что говорилось в подобных ситуациях. Он и сам в своё время сполна хлебнул из этой чаши, достаточно повалявшись на земле в качестве жертвы, только в его случае нападавший и жертва поменялись местами, когда он однажды так отметелил своих обидчиков, вцепившись им в глотки, что едва не убил их. Картина была так знакома, что он на мгновение засомневался, уж не его ли испытывает Демон Сна? Переведя взгляд на ученика, он увидел, что тот с ужасом смотрит на него, не отводя глаз.       - Шицзунь, нет, не надо... Не надо на меня смотреть!       Нехорошее предчувствие овладело им.