Astray Dreamer

Море выдыхает солёные брызги, разлетающиеся о прибрежные скалы бриллиантовыми осколками. Но Айла вдыхает пыльное облако, в очередной раз спотыкаясь о сухие коренья. Ремень фотоаппарата натирает шею, отчего приходится то и дело поправлять его, проводя пальцами под воротником рубашки. Но это всё мелочи. У неё есть конкретная цель, и Айла намеревается достигнуть её во что бы то ни стало. Через неделю у её бабушки с дедушкой юбилей свадьбы — пятьдесят лет вместе. Их любовь всегда напоминала сюжет выдуманной сказки. Интересно, влюбится ли однажды сама Айла так же сильно, как и бабушка с дедушкой когда-то? Столько лет вместе рука об руку с одним человеком — похоже на сумасшествие. …или на любовь? Но как её встретить? Айла пока не задаётся этим вопросом, ведь в данный момент первостепенны совсем другие поиски. Судьба? Нет, в неё Айла тоже не верит. Значение имеет лишь последовательность действий. Просто кому-то однажды захотелось романтизировать определение хаоса, вот и всё. Ведь всегда проще пустить жизнь на самотёк, не желая брать ответственность за свои действия. Вот только подобный расклад вовсе не устраивает Айлу Уитмор. Перед глазами растекается аквамариновый ситец морской глади. Где-то вдалеке едва виднеется тонкий срез горизонта, но перспектива неизведанного будущего пока что отходит на задний план. Жизнь в тревоге совсем не про Айлу. У неё всё разложено по полочкам: диплом фотожурналиста через год; успешная карьера фотографа документалиста — через пять; выйти замуж до тридцати; родить первого ребёнка до тридцати пяти. Если бы можно было заранее распланировать день собственной смерти — она бы однозначно это сделала. Ведь жизнь по внутреннему календарю предполагает чёткое планирование каждой мелочи. Встречи, поездки, меню ланчей на неделю в университете — хаос возможно подчинить, если точно знать, когда он может появиться. Ипохондрик порядка — только нет доктора, к которому можно прибежать из-за случайно возникшего симптома. Зато есть планер, который уже пухнет от стикеров с заметками. Двадцать четыре часа суток Айла умудряется растянуть до тридцати — она настоящий маньяк оптимизированной продуктивности. — Да чтоб тебя, — выругивается Айла, испуганно оборачиваясь на треск веток за спиной. Большая австралийская индюшка пытается взобраться на склон — таких на побережье полно. Молодость стариков Айлы прошла в окрестностях знаменитого пляжа Бонди, раскинувшегося вдоль восточного побережья Сиднея. Здесь каждая улица заканчивается прыжком с обрыва в Тасманское море, песок под ногами всегда пропитан йодом и свободой, а воздух насыщен влажностью и чужими историями. Интерес к местной индюшке теряется очень быстро, и Айла возвращает внимание к тропе. Вдоль этих берегов ежегодно проходит миграция горбатых китов, и конец октября — отличное время, чтобы встретиться с ними. Они слушают океан и повинуются его зову. Животные инстинкты составляют одни из самых точных планов — это восхищает. Киты не сверяются с прогнозами, не ждут подтверждений, не сомневаются в выбранном направлении. Они преодолевают тысячи километров без карты, компаса и сомнений. Из года в год возвращаются туда, куда стремились их предки. Будто это и не инстинкты вовсе, а воспоминания. Взгляд цепляется за мерцающие чешуйки волн, и Айла судорожно хватает фотоаппарат, желая поймать нужный кадр. Но опять не повезло — это всего лишь вода. Никаких плавников, никаких мигрирующих китов. На лбу выступает тонкая плёнка испарины пота, которую Айла инертно стирает тыльной стороной ладони. Ещё пара часов, и она поджарится здесь, как анчоус. Но время поджимает: годовщина уже через неделю, а в памятном альбоме, который Айла собирала последние три месяца, не хватает последней фотокарточки. Идея составить фотоальбом из реплик старых фотографий пришла сама собой. Пожелтевшие от времени снимки молодых бабушки и дедушки, сделанные в окрестностях обожаемого Сиднея, наложенные на новые цифровые фото. Символ непокорности времени и силы любви. Прошлое и настоящее, как на одном дыхании — в голове Айлы это выглядит красиво и метафорично. Оно и получится красиво, но покоя не даёт последний снимок, лежащий в её рюкзаке — без него будет уже не то. Насколько известно, киты не выбирают себе спутника на всю жизнь. Они одиноки в своём странствии и, может, в этом заключается их расплата за стабильность? С людьми ведь похожая история: когда появляется лишнее звено в цепочке, то приходится перестраивать всю систему. Менять маршруты, подстраиваться, искать компромиссы. Любовь будто пытается нарушить баланс устоявшегося порядка. И как бы сильно Айла не стремилась всё распланировать, в глубине души она знает: стоит особенному человеку появиться в её жизни, как все таблицы и графики тут же рухнут, будто башня из спичек. Может, в этом и есть смысл — в ошибке, которая приведёт к правильному решению? И может, любовь начинается там, где заканчивается точный расчёт? Очередной всплеск волн, и сердце замирает, будто от этого снимка зависит сама жизнь. Айла уже по инерции сходит с тропы, глядя лишь в объектив фотокамеры, а вовсе не под ноги. Фантомная песня странствующих китов так и манит, притупляя связь с реальностью. И когда ноги начинают беспощадно скользить вниз по скале, а пейзаж размывается в объективе, Айла успевает лишь вскрикнуть, пока осознание происходящего не отдаётся тянущей болью в лопатках. — Ты хоть иногда смотришь, куда идёшь? Или у тебя вся жизнь в объективе? — незнакомый мужской голос пропитан раздражением. Сердце всё ещё клокочет где-то между ключицами, но Айла оборачивается на своего спасителя, успевшего схватить её за рюкзак. — Я хотела сфотографировать кита, — давится словами Айла, растерянно глядя на незнакомца, который до последнего держит её за рюкзак, будто не верит, что она способна самостоятельно устоять на ногах. — Какого? — парень вспыльчиво жестикулирует свободной рукой, будто оплошность Айлы в край испортила его день. — Вон там! — она оборачивается в сторону обрыва, кивая туда, где ещё несколько секунд назад, кажется, виднелся фонтан брызг. — Нет там никакого кита. И пока парень с прищуром разглядывает горизонт, Айла постепенно всё же осознаёт то, что едва сейчас не случилось. …угораздило же её. Отличный бы подарок она преподнесла своей семье на Золотую свадьбу стариков. — Да нет же, вон! — Айле не хочется думать о плохом — есть вещи поважнее. И она снова переводит взгляд на воду, поднося фотоаппарат к лицу. У неё отличная техника, но лучше бы Айла Уитмор захватила с собой бинокль вместо запасного объектива. Солнечные лучи отбивают чечётку на морском ламинате, и картинка в видоискателе рябит предательским миражом. — Видишь! — Айла указывает рукой куда-то перед собой, продолжая смотреть через камеру. — Это просто волны, — вздыхает парень, и Айла наконец-то отстраняет от себя фотоаппарат, чтобы на этот раз получше разглядеть недовольную физиономию своего спасителя. …красивый. Был бы красивым, если бы понизил уровень надменности во взгляде, которым сейчас одаривает Айлу, всё ещё стоя к ней впритык. — Знаешь, обычно китов пытаются поймать в воде, а не на камнях, — продолжает он, отпуская наконец-то рюкзак Айлы и скрещивая руки на груди. — Конечно, если ты не хочешь стать кормом для чаек. Поблагодарить бы его за спасение, но когда он вот так смотрит… — Я не собиралась прыгать, — хмурится Айла, поправляя ремешок фотоаппарата на шее. Плеск волн где-то у подножья скалы будто насмехается над нелепой ситуацией, в которой оказалась Айла. Но сказать «спасибо» после того, как этот скаут смерил её снисходительным взглядом? Нет, слова благодарности Айла с лёгкостью проглатывает, лишь вскидывая гордо подбородок. Перед ней не старший брат, а значит, никто не имеет права её отчитывать. — Ну, это радует. А то воображение — штука скользкая, — закатывает глаза парень, снова устанавливая зрительный контакт. И в этот момент Айла ловит себя на мысли, что, наверное, не стоит стоять так близко. Вот только отступать назад некуда, а идти вперёд — безрассудно. Прохладный ветер играет с волнистой чёлкой парня, будто пытается раздразнить. Его загорелая кожа буквально лоснится на солнце, а черты лица кажутся знакомыми, хотя прежде они никогда не встречались — Айла бы запомнила этот голос. Встреться они при других обстоятельствах, может, она бы и не стала выпускать свои колючки. Вот только послевкусие их знакомства отдаёт морской тиной, а не солёной свежестью. И Айла прикусывает губу изнутри, стараясь не выдавать смешок, который так и щекочет уголки рта. — Ты издеваешься? — щурится она, больше не в состоянии смотреть против солнца. — Совсем чуть-чуть, — усмехается парень и делает шаг назад в сторону тропы. — Будь аккуратнее. Он салютует двумя пальцами от виска, ещё раз окидывая Айлу взглядом с ног до головы и задерживая внимание на фотоаппарате в её руке. Будь они знакомы чуть дольше, можно было бы предположить, что он беспокоится. — Я всегда аккуратна, — пожимает плечами Айла, на что парень цокает языком, отворачиваясь. — Оно и видно! — бросает он через плечо, возвращаясь к своему маршруту.

⊹ ࣪ ﹏𓂁﹏𓆝﹏⊹ ࣪ ˖

Волны в заливе Тамарама сегодня что надо. Раскалённые песчинки трещат под подошвами тёмно-зелёных конверсов скорлупками семечек, когда Айла поднимается по деревянным ступеням на веранду местного кафе «Палуба». Разноцветные сёрфборды, выстроенные в ряд, точно на показ для хвастовства, сопровождают её до самого входа, будто караул стражников. И стоит переступить порог Палубы, как тело обдаёт прохладным воздухом вентилятора под потолком и смехом компании сёрферов. Несколько круглых столов сдвинуты вместе, а вокруг них в хаотичном порядке расставлены стулья. Человек пятнадцать очень бурно обсуждают сегодняшний заплыв, но парочка взглядов всё же цепляется за силуэт Айлы, вынуждая её смущённо отвернуться. Кажется, она здесь вовсе не к месту: белая рубашка, джинсы, фототехника. На пляж приходят ловить волну и дефилировать в новом бикини, а не устраивать фоторепортаж. Но если эти парни хотят пялиться, то пускай. — Лимонад? — тут же предлагает официантка, стоит Айле подойти к бару. И не дожидаясь ответа, девушка притягивает к себе кувшин, в котором плотно утрамбованы дольки нарезанных лимонов и мята, от вида которых слюна начинает автоматически накапливаться во рту. — За счёт заведения. — Тогда не откажусь, — улыбается Айла, опираясь локтями о барную стойку и наблюдая, как девушка лет восемнадцати ловко закидывает кубики льда в высокий стакан. Похоже, она заканчивает школу через месяц. В выпускном классе Айла тоже подрабатывала — в Луна-парке. — Спасибо, — благодарит Айла, как только перед ней появляется стакан лимонада с бирюзовой трубочкой. — Не местная? — уточняет девушка, то и дело поглядывая за спину Айлы, и она тоже оборачивается, заставая парочку сёрферов врасплох — пялились. — Местная, — она возвращает взгляд к официантке, припадая губами к трубочке. — Но на этом побережье почти не бываю. — Значит, не местная, — усмехается официантка, вытирая с барной стойки полумесяц ледяной испарины, оставленный стаканом. — Они на тебя смотрят как рыбки на блесну. Ещё немного, и начнут вокруг круги наматывать. — Значит, мне не стоит здесь задерживаться, — улыбается Айла, делая ещё один глоток свежего лимонада, а сама борется с желанием снова обернуться и спугнуть любопытных рыбёшек. — Не знаешь кого-то, у кого есть лодка и кто согласится поохотиться на китов? Уже очевидно, что с берега Айла не получит желанный кадр. Остаётся выйти в море и надеяться, что она правильно поняла намёк из прошлого. — Тогда тебе нужен Крис, — практически не задумываясь, отвечает девушка. — Никто не знает побережье лучше него. Чтобы закончить начатое, Айле нужен именно такой человек — который будет знать каждый камень от туристического Бонди до уединённого пляжа Тамарама, и даже дальше. Сама она мало бывала здесь. Её родители не большие любители морских бризов. Выходные и каникулы они чаще проводили в горах и пеших походах по ущельям. Но сёрфинг, лодки, солёная плёнка на коже? Нет, это как будто вовсе не про них. — И где мне его найти? Кусочек льда проскальзывает в трубочку и теперь скрипит на зубах безвкусной карамелью. Совершенно определённо на лице Айлы после сегодняшней прогулки появится пара новых веснушек. Жар в теле постепенно спадает, оставляя после себя приятную усталость, которая после небольшой передышки тоже испарится. Планов много, да и весь день впереди. …вся жизнь. — Поищи его среди вон тех водорослей, — девушка кивает за спину Айлы. Похоже, что ей всё же придётся зайти в эту трясину. А ведь Айла так надеялась, что не будет нужды контактировать с этими парнями. — Спасибо за наводку и лимонад, — улыбается она, делая последний глоток, и отталкивается ладонями от барной стойки. — Заходи почаще, — подмигивает официантка, провожая Айлу взглядом к столикам сёрферов. Неразборчивый гомон мужских голосов обрывается практически моментально, стоит Айле остановиться у одного края. — Кто из вас Крис? — громко и чётко спрашивает она, чтобы никто из этих умников и не подумал переспрашивать. Складывается ощущение, что рыбы здесь не они, а сама Айла. На неё с любопытством смотрит, по меньшей мере, десять пар глаз, точно она причудливая обитательница аквариума. — Красотка, для тебя я буду кем угодно, — усмехается один из парней, сидящий задом наперёд на одном из ближайших к Айле стульев. Локти сложены на спинке, а в янтарных глазах мерцают австралийское солнце и неподдельный интерес. Выгоревшие русые волосы слегка слиплись от соли и небрежно рассыпаются на кривой пробор. Этот парень сегодня уже определённо поймал свою волну, так что ему лучше не приближаться к отмели у островов Айлы Уитмор. Пусть меру знает. Своего раздражения от его реплики Айла даже не собирается скрывать, инертно закатывая глаза. Хоть бы Крисом оказался не он, а то это будет полное фиаско. — Хисын, прекрати, — толкает его в плечо один из парней, и поднимает взгляд на Айлу: — Не обращай на него внимания. Хочешь взять уроки сёрфа? Второй парень внушает к себе больше доверия, чем первый. Может, это и есть Крис? — Хочешь, я покажу тебе настоящую волну? — нагло встревает Хисын, не давая Айле ответить. Он сейчас что, пытается «оседлать» её, как свою доску или этот стул? Чокнутый. Внутри поднимается возмущение, а сквозь стиснутые зубы у Айлы просачивается нервный смешок. Похоже, Хисын на сто процентов уверен, что неотразим, и любая девчонка готова запрыгнуть на его «доску», стоит отбросить пару шуточек и улыбнуться так, будто перед ним стоит морская богиня во плоти. Раз он так самоуверен, видимо, с кем-то это действительно прокатывает. Но не с Айлой Уитмор — подобное поведение раздражает сильнее, чем жгучее солнце на прибрежной тропе. — Ты сейчас серьёзно? — вскидывает брови Айла, глядя на него сверху вниз самым надменным взглядом, на какой только способна. — Если ты хочешь промокнуть, то дельфин-Хи поможет тебе с этим, — подмигивает он, и челюсть Айлы едва не падает ему прямо на колени. Но такого удовольствия она ему точно не доставит. Парни за столом начинают неодобрительно гудеть, показывая Хисыну пальцы вниз. Но для него это, похоже, сравни овациям. Какой же клоун. — Так кто из вас Крис? Смотреть на спесивую физиономию Хисына больше нет никакого желания. Айла повторяет свой вопрос, теперь глядя поочерёдно на каждого из присутствующих, будто ищет не своего будущего помощника, а преступника, который умело себя не выдаёт. — Его здесь нет, — отвечает кто-то из парней у другого края стола. — Тогда где Крис? — уточняет Айла, слыша сдавленную усмешку где-то внизу. — У тебя какой-то фетиш на это имя? — встревает Хисын, снова привлекая к себе внимание. Уголок его рта дрожит в лукавой полуулыбке, будто дразня, как кромка прибоя, то и дело желающая смочить ноги до самых щиколоток. Его взгляд неспешно скользит по её лицу, будто сканируя каждую микроэмоцию, которые он коллекционирует, точно битые ракушки. А в глазах блестит хищная любознательность — ни капли стеснения. — Угомонись уже, а? — безэмоционально произносит Айла, не доставляя ему удовольствия пополнить свою коллекцию. — А то что? — усмехается он, демонстрируя идеальные жемчужины зубов. Способный парень — умудрился вывести Айлу из себя меньше чем за пять минут. Она уже делает глубокий вдох, чтобы поставить этого шута на место, но со спины раздаётся мужской голос, а под белой рубашкой пробегает каскад колючих мурашек. …и вентилятор прямо над головой здесь вовсе ни при чём. — Мне сказали, кто-то искал меня? — произносит подошедший к столу парень, и Айла тут же оборачивается на него, впадая в секундный ступор. На море часто видны миражи призрачных кораблей — оптическая иллюзия. Но парень перед ней вовсе не мираж. Они уже виделись сегодня. И прежде чем он переводит на неё взгляд, кивком поприветствовав друзей, Айла уже смотрит на него в упор, чувствуя толчок в груди. — Ну конечно, появляется наш ненаглядный Крис, и всё внимание только ему, — обиженно фыркает Хисын, на что Крис лишь закатывает глаза, наконец-то замечая Айлу. …узнал. Он тоже узнал её за долю секунды, а теперь будто не решается подтвердить свою догадку. — Тебя тут уже объявили в розыск, — усмехается кто-то из парней, а до ушей Айлы опять доносится надменное фырканье Хисына. Всё же лучше Крисом будет этот хам с обрыва, чем скользкий дельфин-Хи. — Она хуже вайпаута на мелководье! — в очередной раз вставляет своё слово Хисын, оборачиваясь через плечо на Криса, на что Айла уже никак не реагирует. — Будь с ней аккуратнее.