Нянька на пол-ставки

      Непонятно, сколько времени прошло. Тэхен не считал, он витал в своих мечтах и страдал от своих мыслей - по очереди. Пирожное, принесенное бариста, было очень вкусным и омега съел его за считанные минуты.       В дверях показалась знакомая фигура альфы и омега радостно улыбнулся, заметив его. – Прости, Тэ – произносит хриплый голос альфы.       Омега почувствовал легкий шлейф табака и поморщился, отрицательно мотая головой. – Все нормально, Чон.       Альфа усмехнулся с этой реакции, увидев пустое блюдце из-под десерта. – О, кофейное тирамису, да у тебя недурной вкус – расплывается в ухмылке, убирает телефон в карман. – Пойдем, уже вечереет. Можем сходить в кино или клуб – кидает взгляд на свои часы и кивает в сторону выхода.       Омега ярко улыбается при упоминании кинотеатра. Он встает из-за стола и направляется за альфой, кивая с благодарностью бариста. Чонгук умиляется с его реакции и ждет, пропуская омегу вперед, придерживает ему дверь. – Я так понимаю сегодня кино, а клуб завтра? – хохочет альфа, идя вплотную за спиной у омеги.       У Тэхена по спине мурашки проходятся табуном от хриплого хохота, а дыхание предательски спирает. Он идет к машине, пытаясь успокоиться и не замечает стык дорожной плитки, спотыкаясь.       Крепкая мужская рука обхватывает поперек тонкой талии, удерживая падающего омегу и рефлекторно прижимает к себе.       Тэхен спиной чувствует широкую грудь альфы, что вздымалась тяжело. Щеки заалели, покрываясь красными пятнами до ушей. Сердце бешено колотилось внутри. Мертвая хватка обжигала кожу сквозь одежду.       Чонгук прикрыл глаза, сбито дыша, чувствуя омегу так близко. Нос сам потянулся в сторону шеи в поисках запаха младшего, но безрезультатно: омега ничем не пах. Зато чувствовал, как кровь приливает к паху, что при таком близком контакте соприкасался с бедрами омеги. Во избежание еще большей неловкости, Чон отпустил парняи отстранился, добираясь до машины. Альфа открыл для омеги дверь, его дыхание все еще было сбитым. Кофейный запах стал гуще.       Тэхен рвано выдохнул, оказавшись лишенным крепкого объятия. Он закрыл руками лицо, прикрывая глаза. Сам себя не понимая, начал дрожать, как осиновый лист. Ему было стыдно за всю эту ситуацию, но он не хотел, чтобы сильные руки его отпускали. И за это желание ему тоже стыдно. Он хотел чувствовать всем своим телом присутствие альфы. Именно этого чертового альфы.       Чонгук следил потемневшим томным взглядом за Тэхеном, ловя каждое его движение и действие. Альфа заметил, когда тот начал дрожать и нахмурился. Он сделал глубокий вдох, чтобы самому успокоиться и аккуратно подошел к омеге, встав перед ним на расстоянии шага. – Тэ – тихо зовет альфа, привлекая внимание дрожащего парня. – Ты чего? – осторожно спрашивает.       Омега шумно выдыхает в ладошки и медленно убирает их от лица. В закатном солнце красное личико казалось еще ярче. Его круглые ореховые глазки блестели от наплыва слез, а губы были искусаны. Чонгука невероятно ведет от вида младшего, но он продолжает стоять неподвижно. – Я…не понимаю – ели слышно проговаривает, опуская голову, смотрит на злосчастную плитку. –Малыш, может тебе реально в клуб и выпить? – нянька из него никудышная. Но он искренне не понимает отчего омега плакал сегодня уже трижды, а как разговорить подростка, Чон не знал.       Омега плывет от фразы «малыш». Он ненавидел, когда его называли маленьким, но из уст Чона это звучит слишком по-взрослому. Бурная подростковая фантазия начинает рисовать слишком горячие картинки и омега уже не слышит альфу. Отрывисто дыша, он чувствует, как начинает тянуть внизу живота. Его взгляд мутнеет. Действие блокаторов стремительно ослабевает, но все еще не выдает запах.       Чонгук щурится, замечая на дне ореховых глаз возбуждение. Затаив дыхание, альфа с ужасом чувствует взаимное дикое влечение к юному парню напротив.       «Ему нет восемнадцати, и он младший брат Юнги. Не смей его трогать.» проносится в голове голос разума и Чон зачесывает волосы назад, отрывисто выдыхая. Мужчина привык слушать рациональную часть себя. Но внутренний альфа требовал совершенно другого. – Так. Сейчас мы едем в клуб и расслабляемся – отрезает альфа, ему самому сейчас необходим если не алкоголь, то кальян уж точно. Как тяжело быть нянькой, оказывается.       Омега слышит старшего где-то на периферии и кивает. Он смущен и возбужден одновременно и ему уже не важно, куда они поедут. Омега несмело сделал шаг вперед, а Чон пропустил его, не загораживая дорогу. Альфа закрыл дверь за усевшимся в машину омегой и сам сел за руль. Ауди А5 моргнула фарами и мягко выехала на дорогу.       Тэхен отвернулся к окну. Ему было стыдно даже мельком смотреть на мужчину. Он стыдился своих непонятных эмоций и желаний к альфе, который тот, по всей видимости не принял. Тэхен, в общем то, так и думал. Зачем мужчине ребенок. Еще и без запаха. До клуба они ехали молча. Каждый был погружен в свои мысли и ощущения. Но никто не выносил их наружу.       Чон паркует авто возле любимого ими с Юнги клуба. «Орбита» как всегда тепло встречает излюбленных гостей. Омегу сначала не хотели пускать на фейсконтроле: слишком молодо он выглядел, но Чон, имеющий здесь связи, все уладил.       Музыка басами отскакивала от стен, забиваясь в уши, заставляя ритмично качать ей в такт. Смесь всевозможных запахов забивался в ноздри, отчего голова начинала кружиться. Чон взял омегу за руку, сжимая аккуратно нежную ладонь, чтобы тот не потерялся в потоке.       Тэхен с живым интересом рассматривал людей, веселящихся на танцполе и выпивающих за столиками. Эта новая для него атмосфера заряжала своей энергией. Он с улыбкой подпевал некоторым песням, что в его окружении были популярными. Новый опыт вытеснил болезненные переживания на счет собственных чувств, и он отдался моменту.       Чонгук расплылся в улыбке, наблюдая за ожившим в его руках омегой, останавливаясь на краю танцпола: младшему хотелось танцевать, он это видел. – Давай потанцуем, а потом пойдем наверх, покажу тебе ВИП зону – наклоняется к ушку младшего и громко говорит, чтобы среди бьющей музыки, Тэхен его услышал.       Омега загорается идеей потанцевать и активно кивает, держась за предплечье мужчины, чтобы поток людей не унес его в глубины танцпола.       Заиграла очередная знакомая песня и омега начал танцевать, качаясь всем телом под бит, поднимая руки над головой, подпевая. Расплывшийся в довольной ухмылке альфа наблюдал за юным совершенством, что так красиво двигалось в такт. Пританцовывая, не заметил, как его руки уже были по-хозяйски уложены на талии младшего. В потоке удовольствия Тэ не обратил внимания, что его талия находится в крепкой хватке, ему было слишком хорошо. Расслабившись без какого-либо алкоголя или никотина, омега отпустил сознание. Музыка сменилась на более медленный трек, под который хотелось плавного танца. Руки младшего улеглись на плечи мужчины.       Взгляд альфы стал томным, он жадно хватал каждое движение омеги. Такой расслабленный Тэхен сводил с ума и манил. Его приоткрытые губы, смыкающиеся периодически в словах к трекам, притягивали, как самый сильный магнит. В них хотелось жадно вцепиться, попробовать их на вкус. Властные руки оглаживали талию, медленно спускаясь к бедрам, вели послушное, расслабленное и такое желанное тело.       «Чонгук остановись» разум не унимался напоминать альфе о том, что трогать Тэхена ему категорически запрещено. Юнги ему доверил своего брата и Чон не имел права предать это доверие. Не без усилий альфа отстраняется как раз тогда, когда музыка меняется снова на шумную и активную. Тэхен от неожиданности ойкает и открывает глаза, ловит среди огромного потока людей Чонгука взглядом. Чувствует, как старший берет его за руку и ведет в сторону лестниц. Тэ послушно поднимается.       ВИП зона встречает несколькими комнатами с дверьми, чтобы люди могли уединиться и абстрагироваться от общего шума. Альфа впускает в одну из комнат Тэхена, и они закрывают двери. Тишина звоном отдает в ушах, а после расслабляет. Омега осматривает кожаные диванчики, столик. На нем стояло что-то большое с длинными трубками, похоже на кальян. По крайней мере, так он выглядит на картинках.       Тэхен садиться на один из диванчиков, продолжая осматриваться. Чонгук с застывшей ухмылкой наблюдает за реакцией младшего, а после нажимает на кнопку, расположенную на столе, вызывая официанта. Сам садиться напротив и расслабленно откидывается на диван. – Тут так необычно и тихо – неуверенно затевает диалог омега, кидая смущенный взгляд на расслабленного альфу – По сравнению с первым этажом особенно. – Да, поэтому мы с твоим братом любим отдыхать здесь. Старость, что поделаешь – хохочет низким голосом, прикрывая глаза. Он все еще борется со своим навязчивым желанием впиться в губы парня напротив.       Омега хихикает в руку от шутки мужчины, собираясь что-то еще сказать, но его перебивает открывшаяся дверь и вошедшие персоны. Кто-то принес алкоголь нескольких видов, два бокала и закуски, кто-то устанавливал кальян на двоих. Тэхен метался взглядом по людям с любопытством наблюдая за их работой. Это все для омеги было так ново. Закончив, сотрудники удалились и закрыли за собой дверь в комнату. Чонгук взял трубку раскуривая кальян, выдыхая кольца дыма вверх. – Как же хорошо. Я взял без никотина, поэтому тоже можешь попробовать. – спокойно информирует Чон. Делая еще пару тяг, оставляет кальян в покое и принимается за алкоголь. – Ты когда-нибудь пил раньше? – спросил альфа, но получил отрицательное мотание головой. – А попробовать хочешь? – усмехается, отмечая, что Юнги бы его уже хоронил, если бы услышал этот вопрос в адрес омеги.       Тэхен мнется, неуверенно сжимает свои пальчики, смотрит на руки. – Я не знаю – бубнит под нос. Ему всегда строго запрещали приближаться к алкоголю. – Ладно, тогда тебе самое слабое – усмехается Чон и берет бутылку шампанского, умело открывая ее, разливает по бокалам. Один ставит перед омегой, второй перед собой.       Тэхен осторожно смотрит на пузырьки, поднимающиеся в светло желтой жидкости.       Альфа умиляется с этого и берет свой бокал, протягивая к середине стола. – За знакомство, Тэхен – произносит тост и расплывается в улыбке, наблюдая за омегой. Тэ берет бокал и, улыбаясь в ответ, стукается им о бокал старшего. Они выпивают. –Ну как? – с любопытством спрашивает старший, пододвигая омеге тарелку с канапе.       Младший морщится немного от непривычного вкуса и сразу берет предложенную закуску, отправляя ее в рот. – Нормально, но странный привкус – с набитым ртом выдает свой вердикт младший. Чон хохочет, облизывая свои губы, возвращаясь к кальяну. – А как ты теперь за руль сядешь? – с любопытством спрашивает младший, наблюдая за действиями мужчины. Он повторяет за ним и берет кальян в руки, неумело делая затяжку. Но что-то не выходит и Тэхен начинает кашлять от дыма, бросая это дело.       Чон хмурится и вскакивает с места, пересаживаясь на диван к младшему, берет того за плечи. – Все нормально? Ты жив? – серьёзно произносит, рассматривая милое личико парня перед собой. – Кхх, да, все хорошо. Видимо я что-то не так сделал – дует губы, смотря на злосчастный кальян.        Чонгук жадно смотрит на надутые губы, но алкоголя в его крови слишком мало, чтобы затмить противный голос разума. – Надо постепенно тянуть. Сначала немного дыма подержать во рту и выдохнуть, а затем постепенно делать затяжки глубже. А так, конечно, разом дым в себя вобрать – усмехается по-доброму, поправляя прядь волос омеги за ушко. – Мы поедем на такси, не переживай – отвечает на вопрос младшего.       Тэхен замирает, наблюдая за альфой. В приглушенном свете он выглядел еще привлекательнее. А то, как он заботливо объяснял вещи, которые были всегда далеки от омеги, отдавалось где-то внутри теплом. Чонгук не запрещал, он аккуратно знакомил. Омега зачарованно смотрел на альфу и чувствовал кофейный аромат, что проникал в легкие куда глубже, чем какой-либо дым. Полный бокал алкоголя уже растворялся в клетках тела и разума, окутывая сознание легкой дымкой. С непривычки его развезло после одного бокала. Щеки стали красными, но уже не от смущения, а тело таким расслабленным.       Омега терял над собой контроль. – Ты такой красивый, Чон – хихикает пьяно младший, разглядывая черты лица напротив. – Уу, кого-то унесло с одного бокала – хохочет альфа и поднимается с места, пересаживаясь обратно к себе.       Омега вздыхает и берет еще одно канапе на шпажке. Он очень хотел, чтобы альфа не отсаживался. Но, конечно, зачем ему сидеть рядом. – Не правда, это же всего один бокал. И вообще ты такой же вредина, как и Юнги. – бурчит немного обижено, жует свое лакомство.       Чонгук курит кальян, со смехом выпуская кольца дыма. Пьяный омега такой раскованный. То, что нужно, чтобы разговорить подростка. –Почему ты сегодня убежал? -более серьезно спрашивает мужчина, кидая взгляд на парня. – Потому что ты триггернул меня – также спокойно и честно выдает омега, не контролирующий свои слова. – Чем я тебя триггернул? – концентрация серьезности в абсолютно трезвом голосе Чона повышалась. – Корицей. Но я не буду об этом говорить. Уж точно не тебе – хмыкает и берет бутылку наливая себе еще бокал шампанского. В этот раз пьет медленно и размеренно.       Чонгук вскидывает брови в удивлении. Он не понимал, причем тут его любимая корица. –Хорошо, не говори. А почему ты блокируешь свой запах? – Чону кажется, что он меняет тему. Не подозревает, что все об одном. – А ты? Я же сказал, я не буду говорить на эту тему! -повышает голос, раздраженный омега, наступая в ответ. Лучшая защита, как известно, нападение.       Чон выпал в осадок от услышанного. Нахмурившись, активно начал анализировать услышанное. – Я не скрываю свой запах, Тэхен – спокойно отвечает младшему, внимательно смотрит на фигуру напротив. – Я чувствую от тебя только кофе и все, больше ты ничем не пахнешь! – эмоционирует возмущенный младший, опустошая второй бокал напитка. – Но ты же все время в кофейнях, конечно, от тебя будет им пахнуть – закатывает глаза. – Тэхен – начинает тихо и строго. У младшего от такого тона сердце замерло. – Это мой природный запах – заключает Чонгук.       Лицо омеги искажается от потрясения. Ну этого точно не может быть. Альфа с запахом кофе, который обожает корицу? Не смешите Тэхена. Таких не существует.       Он отрицательно машет головой, складывая руки на груди, дует губы. – Ты врешь, Чон. Ты не можешь им пахнуть – хмыкает Тэхен. Отрицание, как первая стадия.       Чонгук откидывает голову в сторону, щурится, прожигая омегу взглядом. В голове крутится одна интересная мысль, которая бы многое объяснило. Если омега скрывает запах и не хочет говорить о корице, то: – Ты пахнешь корицей? – кидает вопрос прямо и неожиданно.       Омега подскакивает на своем диване. Его лицо выдает гримасу шока и ужаса, как будто альфа добрался до самого страшного секрета в его жизни.       Впрочем, так и было.       Чонгук расплывается в оскале, его взгляд темнеет, испепеляя омегу перед собой.       Так вот в чем дело, Чон не педофил, перед ним просто-напросто его истинный.