Зарисовки с Ким Сокджином pt2

      Запечатленный образ в голове не дает ему покоя. Закрывая глаза, он снова и снова видит Ким Сокджина – омегу, которого он встречал всего лишь и потерял из-за него сон. Чонгук накручивает этот день снова и снова, разбирая все на мелкие детали, чтобы найти новые моменты, которые сводят его с ума. Он уверен, что на этот раз все не закончится так как обычно это бывало в его жизни, поэтому он и медлит. Сможет ли он разрушить чужие границы, чтобы удовлетворить свое любопытство? Он впервые в жизни не уверен и не знает, как действовать. Поэтому он берет телефон в руки и звонит Чон Хосоку – дьяволу, благодаря которому он встретил омегу.          – Зачем ты это сделал? – спрашивает он, когда его брат поднимает трубку. На фоне он слышит приглушенную ритмичную музыку и гул голосов. На мгновение он представляет, что среди этих голосов есть голос Сокджина. – Зачем?          – Что я сделал? – спрашивает беззаботно Хосок и в его голосе звучит смех. Чонгук ждет, когда старший продолжит. – Ах, ты про Джина, – Чонгук прикрывает глаза от раздражения. Он завидует Хосоку, который может позволить себе видеть Джина без причины и может наслаждаться его компанией. На мгновение он представляет, как выглядела бы искренняя улыбка омеги. Чонгук уверен, он бы выглядел бесподобно, как божество, спустившееся на бренную землю.          – Ты… – начинает он, но прерывается. Что он мог бы сказать старшему?          – Что я, Чонгук? Сокджин моя муза, мой близкий человек и, если бы он захотел, я бы заставил всех ему приклоняться, – голос Хосока звучит серьезно и спокойно, будто он говорит очевидные вещи. – Жаль, что он этого не хочет, – вдруг практически шепотом говорит старший альфа и Чонгук кивает сам себе. – Поэтому я предложил ему то, что могу – тебя, – у Чонгука перехватывает дыхание и он сразу же открывает свои глаза. – Но если ты позвонил, чтобы ныть мне в трубку, тогда перешагни и иди дальше. Ему не нужен нерешительный и неуверенный в себе человек, – голос Хосока становится резким и раздраженным.          – Ты влюблен в него, – тихо говорит он в трубку, и эта мысль поражает его до такой степени, что он перестает дышать. Сложно представить Чон Хосока влюбленным в кого-то, кроме искусства. – Ты действительно… – он хочет сказать сумасшедший, но это был очевидный факт для всех, кто хорошо знал Хосока.          – Это в прошлом, Чонгук, – вдруг мягко говорит Хосок, будто пытаясь успокоить его. – Я выбрал дружбу, потому что был объективен при оценке своих возможностей. Я бы не смог дать то, что он действительно хочет, – Чонгук слышит сожаление сквозь смех старшего. – Нет глупости больше, чем разрушить жизнь другого человека из-за своих амбиций.          – Хён, – зовет он брата, который на том конце трубки тихо дышит. – Ты придурок, – говорит он, горько усмехаясь. – Я бы никогда не смог отдать того, кого люблю, – уверенно говорит он и Хосок прыскает от смеха.  – Вот почему ему нужен такой человек как ты. Территориальный и очень собственнический, – уверенно говорит Хосок.          – Ты не сможешь забрать его обратно, хён, – Чонгук предупреждает старшего, подтверждая сказанные слова. – Никогда.          – Знаешь сколько раз он снова и снова возвращался ко мне после «не тех» людей? – с тихой издевкой спрашивает его Хосок и это заставляет проснуться вулкану эмоций внутри него. – Поэтому ты должен постараться, чтобы это не случилось в очередной раз, – Чонгук понимает то, что недоговаривает старший и это заставляет его тихо рычать в трубку, но это лишь забавляет Хосока. – Постарайся, Чонгук.   

*** 

        Джин отрывается от монитора, когда в его кабинет практически влетает один из его младших коллег. Бомгю выглядит настолько взволнованным, что не может даже внятно объяснить, что требуется от Джина.          – Что случилось, Бомгю? – смеясь спрашивает он, но Бомгювыглядит как выброшенная на берег рыба, безмолвно открывая и закрывая рот. Это даже забавно, но Джину становится интересна причина такого поведения. – Бомгю? – пытается он снова и тот хватает бутылку со стола и торопливо делает большой глоток.          – Там новый заказчик, – громко выдохнув говорит младший и Джин выгибает бровь. – И он хочет, чтобы вы занимались его проектом, – быстро говорит Бомгю, уставившись на него. – Точнее он требует.          – Кто он? – уточняет он, хотя может предположить, что это известный и богатый человек. Очередной может он сказать, так как таких у него было не первый десяток за время его карьеры, и поведение Бомгю полностью соответствует шоку, которые испытывают новички, когда видят какую-то знаменитость. – Где они? – спрашивает он и поправляет свою рубашку, а затем волосы. Он все-таки должен произвести хорошее впечатление на потенциального заказчика. Бомгю моргает смотря на него пару раз, а затем быстро проговаривает, что его ожидают в переговорной.          Если бы он знал, что этот знаменитый человек был никем иным как Чон Чонгук, он бы все равно ничего не смог сделать, и тем более отказаться. Его бы уволили, даже несмотря на всю его востребованность, но он мог бы морально подготовиться к встрече с альфой. Но такого шанса ему не предоставилось и вот он стоит перед Чон Чонгуком и его агентом, шокированный и удивленный. По правде говоря, он не думал, что снова встретить своего кумира, даже несмотря на то, что сказал ему альфа на вечеринке. Он объективно понимает, что у такого мирового известного артиста есть практически все, что он может пожелать, включая людей и тот факт, что он заметил и «оценил» Джина на вечеринке не дает никаких поводов думать, что альфа станет интересоваться им. Он делает поклон заказчикам и представляется, замечая, как слегка дрожит его голос. К его удивлению, Чон Чонгук встает со своего места и делает ему глубокий поклон и представляется в ответ.          Следующий час они обсуждают проект. Джин предлагает несколько вариантов, которые принимаются альфой с блеском в глазах и мягкой улыбкой, что, несомненно, противоречит его поведению на вечеринке. Наверняка, это делается для того, что сохранить имидж, так как в переговорной были не только он и заказчики, но и его руководители. Он все еще помнит дерзкий нрав альфы и его острые взгляды, направленные на него.         – Мне нравятся ваши идеи, хотя они и сырые, – вдруг говорит альфа и Джин поднимает на него глаза, и на доли секунды он видит тот самый опасный блеск в чужих глазах. – И, я еще раз хочу обговорить, что проектом должны заниматься именно вы, господин Сокджин. Я очень требователен и дотошен до мелочей, поэтому мне было бы легче контактировать с одним человеком, чтобы мы пришли к общему решению и компромиссу, – мягко говорит Чон, но Джин улавливает другой подтекст. – Я надеюсь на понимание с вашей стороны и полную конфиденциальность.          – Конечно, господин Чон, – вместо него отвечает один из его руководителей и явно восторженным голосом. – Можете не сомневаться в компетенции Сокджина…         – Речь не идет о компетенции господина Кима, – перебивает Чон Чонгук мужчину и смотрит на него выразительным взглядом. – Вы должны понимать, что я выбрал его, предварительно собрав информацию о нем и о проектах, которые он вел. И к работе господина Кима нет никаких пререканий, что нельзя сказать о вашей компании, – без тени улыбки и доброжелательности говорит альфа и руководители нервно начинают оглядываться. – Скажу прямо, я не заинтересован в этой компании, но заинтересован в Ким Сокджине, поэтому я надеюсь, компания будет помнить об этом до конца нашей совместной работы.          Наступившая тишина сравнима с вакуумной камерой. Сокджин не замечает, как задержал дыхание, смотря на Чон Чонгука. Да, у него было много проектов, и заказчики всегда были разные начиная от абсурдно требовательных до откровенно равнодушных, но, как он может предположить, Чон Чонгук будет совершенно другим уровнем. То, как он так легко игнорирует значимость компании и делает акцент непосредственно на одном из сотрудников, может быть расценено по-разному. Возможно, Сокджин все-таки ошибся, когда думал, что для альфы он был лишь одним из лиц из массовки, а возможно, альфа действительно заинтересован в нем как в специалисте. Это он сможет выяснит во время работы над проектом.          Они заключают договор обговорив все детали и нюансы, и Сокджин облегченно выдыхает, как только все кроме него покидают переговорную. Ему кажется, что все это время он дышал поверхностно и только сейчас может дышать полной грудью, но практически сразу понимает, что совершил ошибку, так как запах альфы буквально въелся в воздух. Терпкий, чуть агрессивный и тяжелый, который подавляет и одновременно заставляет ответить, но, к своему стыду, он вдыхает его снова и снова, будто пытаясь насытиться. Чтобы отвлечься, он начинает смотреть в план, пытаясь его упорядочить, но бессмысленность этого он понимает также быстро, поэтому собрав все документы, он складывает в папку и только собирается выйти из кабинета, как в нее входит сам Чон Чонгук. От неожиданности, он делает шаг назад и крепче перехватывает документы в руках.          Альфа смотрит на него прямо без улыбки и Сокджин теряется, мгновенно отводя свой взгляд в сторону.          – Я думаю, что мои воспоминания были искажены, – уверенно говорит Чон и Джин сразу же поднимает свои глаза, выпрямившись. Если этот человек собирается унизить его прямо сейчас, он должен принять это с достоинством. – Так как, – альфа идет к нему и становится прямо перед ним. Джин чувствует всем своим телом жар чужого тела. – Они были недостаточно точны и не смогли передать всю твою красоту достоверно, – наклонившись шепчет Чон в его ухо. От этого он замирает и чувствует, как по телу гуляет дрожь. Жар вспыхивает на открытых участках его кожи и мгновенно становится слишком невыносимо горячо. Джин пытается отодвинуться, но альфа следует за ним, не давая ему держать дистанцию. – У меня нет ни желания, ни возможности устоять перед тобой, Ким Сокджин, – с блеском в глазах говорит Чонгук. От чужого интимного голоса, Джин чувствует легкое головокружение.          – Поэтому вы решили работать со мной? – не отрывая взгляда спрашивает он, заметно охрипшим голосом.          – В том числе, – легко соглашается альфа, – но мне действительно нужен этот проект под твоим руководством, – говорит Чон без тени смеха. – Я на самом деле изучил все твои работы и глубоко восхищен ими, но еще больше я восхищен тобой. Верить или нет, решение за тобой, но будь уверен, что я не сдамся.          – Это абсурд, – резко отвернувшись, говорит он и слышит тихий смех альфы.          – Я знал, что ты будешь сопротивляться и, не поверишь мне на слово, – проговаривает артист. – Оно и к лучшему, ведь победный вкус будет еще слаще, – он, наконец-то, находит в себе силы отойти в сторону и отдалиться от альфы. – До скорой встречи, омега, –говорит Чон и задержав на нем свой взгляд, кивает и выходит за дверь.          Джин чувствует, что готов рухнуть на пол от напряжения. В груди все еще тесно не только от нехватки воздуха, но и от интенсивности чужого запаха. Его сердце стучит так сильно, так интенсивно от произошедшего. Никогда в своей жизни он не мог подумать, что окажется в такой ситуации. В какой-то мере он понимает, что это интерес, который обычно пропадает после того, как только он окажется в чужой постели. Они всегда очаровываются красотой, влюбляются в нее, но никогда не вкладываются в это душой, лишь телом. Он понимает, что душа – это очень дорогой ресурс, которую можно подарить только избранным, а тело более доступное, которое можно использовать и забыть. Сокджин устало выдыхает, а затем просто выходит из кабинета, направляясь в свой кабинет. Возможно, ему стоит просто пойти на поводу своих и чужих грязных желаний, чтобы не сломать свое сердце в процессе борьбы.   

*** 

      Каждый раз, когда он думает о Джине, его сердце с трепетом замирает и предвкушает то, что называют любовью. До встречи с Ким Сокджином, он никогда не задумывался об этом так глубоко, но было что-то в омеге, что не хотело отпускать. Изначально он думал, что причиной этому чужая, ангельская и одновременно дьявольская красота, но встретив его еще раз, он понял, что дело не только в этом. В глазах, в которых он тонет есть осторожная потребность в более глубинных чувствах, что доказывает то, что омега никогда не будет удовлетворен лишь плотской похотью и это удовлетворение тела никогда не будет его приоритетом. И к своему удивлению, Чонгук понимает, что и он в этот раз также не будет довольствоваться лишь телом. Ему хочется получить не только чужое тело, но и сердце. Это очень серьезный шаг для него, и неудивительно что Джин не верит ни одному его слову. Не верит, в то, что он в этот раз готов обнажить свою душу взамен на единение с чужой. Поэтому ему нужно действовать, и он более чем готов к этому. Он готов снова и снова доказывать то, что он уверен в своем выборе и, что он не временный, что этого хочет его душа как никогда прежде.   

*** 

        – Ты удивительно молчалив, – улыбаясь проговаривает Хосок, когда поправляет на нем ткань, которая в скором времени будет предметом искусства и стиля.          – Я просто устал, – и это правда. Мысли о Чон Чонгуке не покидают его ни на минуту, будто его сознание одержимо этим человеком. – Когда у тебя показ? – спрашивает он, чтобы отвлечь себя и друга от темы, которую он не хочет обсуждать.          – Через пять месяцев, – внимательно посмотрев на него, говорит его друг. И Джин очень хорошо знаком с этим взглядом.          – Нет, я не буду участвовать, Хосок, – качает он головой. Он знает, насколько сильно Хоби хочет, чтобы он прошелся по подиуму, как модель. Это обсуждение длится с первого дня их договоренности и с того момента ответ Джина не меняется. Он категорически против всего, что касается публичности. Это не его стихия, но его друг каждый раз не оставляет попытки, доказывая ему обратное.           – Хорошо, как скажешь. Я тебе должен еще с вечеринки, – как бы невзначай упоминает Хоби и Джин не может контролировать реакцию своего тела. Он мелко вздрагивает и замирает. – Он выходил на связь?          – Нет, – резко говорит он и смотрит в дальний угол мастерской, на манекен. – Давай не будем развивать эту тему, я все еще зол на тебя, – проговаривает он сквозь зубы. Он уверен, что если бы не Хосок, то он бы сейчас не испытывал себя как добыча азартного охотника.          – Как скажешь, – слишком легко соглашается Хосок и Джин поворачивает голову, и впивается в него своим взглядом. – Простохочу проинформировать тебя о том, что Чонгук не я. Если он уверен, что это его – он не останавливается, пока не добьётся этого, – несмотря на него говорит Чон старший.          И Джин снова испытывает ту неловкость, которую он чувствует каждый раз, когда вспоминает, как однажды он узнал, что у альфы появились к нему романтические чувства, на которые он не готов был ответить. Хосок знал об этом, поэтому никогда не говорил с ним о своих чувствах, но Джин был настолько ошеломлен этим, что попытался разорвать дружбу. На тот момент, он считал, что, находясь рядом с альфой он будет постоянно напоминать ему о не взаимности, и это никак не поможет ему в исцелении. Джин не хотел таких мучений для своего друга, но Хосок в течение пяти часов доказывал ему, что у каждого человека есть тот, кто останется недостижимой целью. И что именно эта недоступность будет мотивацией для движения в жизни. Джин не был согласен с этим. Ни тогда, ни сейчас. Ему было стыдно смотреть в глаза друга, которого он не мог полюбить как мужчину и как альфу. Но Хосок твердо дал понять, что он использует свою влюблённость, чтобы творить и создавать, а не чтобы быть сломленным и разбитым. Он приводил в пример известных художников, которые поклонялись своим музам, возвышая их на пьедестал своего существования и он был уверен, что он также перерастет свои чувства. Джин далек от мира высокого искусства и не верил, что чувства можно пережить, даже находясь всегда рядом с объектом влюбленности, но к его большому удивлению и к счастью, Хосок сделал это. Он действительно перерос чувства, Джин понял это по его глазам. В них больше не было тоски, когда альфа смотрел на него и не было вины. Это действительно стоит немалых усилий и силы воли, он видел, как его друг ломал себя снова и снова, чтобы стать тем, кто он сейчас есть.          – Извини, – улыбнувшись говорит Хосок, – это не было намеренно, просто я хотел наглядно показать тебе наше отличие друг от друга, – Джин в ответ лишь кивает, не найдя слов чтобы ответить. – У меня хорошие предчувствия на счет вас двоих.          – Пожалуйста, перестань говорить о невозможных вещах, –выдохнув говорит он и Хосок цокает языком, но больше не поднимает эту тему. – Я приду на показ, чтобы посмотреть, –сообщает он другу, который замирает, а затем его глаза начинают сиять от восторга. – Но не смей представлять меня, иначе я перестану быть твоей моделью навсегда, – предупреждает он и понимает по надутому лицу, что раскусил своего друга. Это вызывает у него смех и через секунду Хосок присоединяется к нему, искренне смеясь вместе с ним. Джин всегда будет благодарен, что у него есть такой друг как Чон Хосок. Верный, надежный и проверенный временем, и никто, даже его брат не сможет встать между ними.