Неисправимы

Пройдя пару шагов, оба оказались в школьном дворе. Отсюда здание выглядело еще более унылым и противным. В дальних углах пестрели надписи: «Вы умрёте!», «У Бога есть церковь, а у демона — школа!», «Русичка — дура!», «Математичка — коза!». Глядя на всё это, Эдгар еще глубже зарывался в шарф. Он делал вид, будто не он последние полгода обрисовывал эти стены — и внутри, и снаружи. Вновь упустив девушку из виду, парень выдохнул и вместе с остальными побрел в корпус. Школа, на удивление, была трехэтажной: по двадцать кабинетов для старшеклассников и около пятнадцати — для младших. Малышню никто не выносил, хотя это было еще не совсем потерянное поколение — старшаков они уважали. Подойдя к расписанию, Эдгар облегченно выдохнул: сегодня у восьмого класса было всего пять уроков вместо семи. Решив не спешить в кабинет, он забился в угол и сел на лавочку, дожидаясь звонка. Эмз в это время глазами искала свою компанию. Как уже говорилось, одноклассники её одновременно ненавидели и обожали, но друзья у неё были из других кругов. Это была своего рода закрытая группа: «возраст не важен, хочешь быть с королевами — присоединяйся». Заметив своих, Эмз замахала рукой и побежала навстречу. Первой её, как всегда, встретила Мелоди — популярная девчонка из одиннадцатого класса. Розововолосая похлопала Эмз по плечу и тут же принялась пересказывать свежие сплетни, пока остальные подруги здоровались, показывая, как рады её приходу. Застенчивая Луми никак не могла успокоиться. Постукивая пальцами по подоконнику, на котором было очень удобно сидеть, она спокойно наблюдала за девчатами. Рядом крутилась самая активная и назойливая пятиклашка — Бонни. Девочка увлеченно тыкала в лицо старшим свой новый рисунок (всё-таки она была еще ребенком). Бонни жаждала внимания взрослых, хотя потом часто об этом жалела: те обожали тискать её, кружить и обнимать. Мелоди и вовсе считала её почти младшей сестрой. Джанет, родная сестра Бонни, была дочерью маминой подруги, но из-за учебы в университете редко бывала дома и просила Мелоди присматривать за мелкой. — Эмз, ты слышала, что скоро появятся первые мобильники? — обратилась Мелоди сразу к обеим подругам. — То есть не нужно будет сидеть у проводного телефона, будут свои, карманные! Только их, кажется, нужно заряжать от сети, да, Луми? Луми тихо кивнула и протянула руку Бонни, предлагая сесть рядом. Девчушка счастливо вскарабкалась на подоконник, используя батарею как ступеньку, и принялась с интересом разглядывать школьный двор. — О... да, я слышала, — ответила брюнетка, слегка улыбнувшись. — Думаю, дядя или родители подарят мне такой, я ведь у них «принцесса», — на последнем слове Эмз изобразила пальцами кавычки. Спустя пару минут прозвучал всеми нелюбимый звонок. Пожелав друг другу удачи, подруги разошлись по кабинетам. Прошло уже три минуты с начала урока, но в списке класса Эдгар и Эмз всё еще не были отмечены — они отсутствовали. Учитель нервно постукивал ручкой по столу, ожидая прогульщиков. Наконец дверь открылась. Первым вошел Эдгар. Оглядев класс, он еще сильнее засмущался и тихо, быстро пробормотал: — Извините за опоздание, больше не повторится. Юркнув к своей парте «ужиком», парень поспешно принялся доставать учебники и тетради. Класс недовольно закатил глаза: в воздухе разлился резкий и удушливый аромат парфюма. На пороге появилась Эмз. Дожевав жвачку, она метко выплюнула её в ведро и произнесла: — Кхм... Роза Радионовна, а вам не говорили, что вы — самый умный, красивый и старательный учитель в этой школе? — девушка лучезарно улыбнулась, пытаясь перевести тему своего опоздания в позитивное русло. — Садись уже, Лилова, — вздохнула Роза. Она отметила опоздавших в списке и убрала журнал на полку. Учительница начала объяснять тему, поскрипывая мелом по доске. Класс зажил своей привычной жизнью: кто-то записывал, кто-то шептался и хихикал, передавая записки. Эмз тоже черкнула пару строк на клочке бумаги и попыталась запульнуть его в Биби. Но бросок вышел неудачным: записка приземлилась прямо на парту нефора. Увидев, куда угодило послание, Эмз округлила глаза — в записке явно было что-то слишком личное, не предназначенное для чужих ушей. Эдгар вздрогнул от «прилета», очнулся от своих мыслей и осторожно развернул бумажку, игнорируя пристальные взгляды девушек и голос учительницы. Записка была написана в спешке, почерк был неровным, но суть ясна: «Сегодня, когда спускалась, видела этого нефора. Прикинь, играет вообще отстой, но видно, что талант есть. Надеюсь, он найдет силы и деньги купить нормальную гитару, а не эту доску с одной струной». Сначала Эдгар растерялся, но, перечитав еще раз, уловил главное: Эмз не хотела над ним посмеяться. Наоборот, она разглядела в нем талант. Значит... он ей не безразличен? В этот момент Эмз резко вскочила и вырвала бумажку у него из рук, сжав её в кулаке. Роза Радионовна, обернувшись на шум, строго спросила: — Лилова, почему встала без разрешения? — А... да я просто очень хочу в туалет! Терпеть сил нет, а перебивать вас не хотелось, — выпалила Эмз, неся первый пришедший в голову бред. Она часто дышала, надеясь, что паника её не выдаст. — В туалет? А в руке что? — Роза Радионовна подозрительно прищурилась, глядя на кулак, в котором белел листок бумаги. — А... да ничего, — неловко улыбнувшись, ответила ученица. Но когда учительница биологии двинулась в её сторону, Эмз поняла: без помощи не обойтись. И тут, словно услышав её немую мольбу, рядом поднялся Эдгар. — Роза Радионовна, вам, наверное, показалось, — подал голос он. — В руках у неё ничего нет. Я сижу прямо за ней и отчетливо видел, что она ничего не держала и ни у кого не забирала. В этот момент, коснувшись руки девушки, Эдгар подал ей знак. Эмз мгновенно сориентировалась и незаметно передала ему злополучную записку. Учительница лишь хмуро велела обоим сесть на место, и, как только она отвернулась, Эдгар ловко выбросил бумажку в открытое окно. Проблема была решена. Однако добром всё не кончилось: в честь дня школы их заставили делать совместный проект. Подростки лишь недовольно вздохнули, смирившись со своей участью. После уроков они стояли в пустеющей раздевалке. Пока остальные только выходили из классов, эти двое молча надевали куртки. Эмз украдкой поглядывала на Эдгара, прокручивая что-то в голове, а Эдгар — на Эмз, пряча за шарфом добрую улыбку. — Спасибо, — резко нарушила тишину девушка. — Я тебя унизила, а ты... ты мне помог. Зачем? Я ведь плохой человек. Лучше бы я сама получила, чем втягивать кого-то еще. — Ты ни во что меня не втянула. Просто помог, — он сильнее натянул шарф. — Как говорят: отвечай на зло добром. В нашем случае — отвечай биологичке. Эмз хихикнула и, порывшись в портфеле, достала две конфеты. Одну она протянула Эдгару. — Заслужил, защитник. Она кивнула в сторону выхода, Эдгар ответил тем же, и оба наконец покинули «школьный ад», неспешно идя по улице и о чем-то переговариваясь, а иногда просто молча