Broom in the closet, heart in the pocket

      В комнате буквально повисло напряжение. Четверо гриффиндорцев сидели на кроватях, сжимая в пальцах конверты с официальной восковой печатью Министерства Магии. Когда конверты приземлились каждому на колени, они без слов договорились дождаться до спальни. Только Чонин то всё норовил открыть конверт, то наоборот пытался сжечь. — Ну что, все вместе или кто-то первый? — Хёнджин без интереса повертел в руке конверт. — Есть идея получше. — Джисон ухмыльнулся. — Давайте обменяемся конвертами и будем смотреть по реакции, кто как сдал. — Нет! — взвизгнул Ян, протестуя всем своим видом. — Я вообще больше не могу... Я сейчас взорвусь. — Нет, красотулька. — Хан быстро встал и рассёк комнату, буквально вырывая конверт из его рук. — Твой возьму я, ты бери конверт Феликса, он берёт конверт Хёнджина, а Хёнджин мой.       Все абсолютно спокойно обменялись конвертами, исключая Чонина, который всё подумывал сбежать через окно. — Давайте я первый. — Джисон не церемонясь разорвал конверт и развернул пергамент. — Итак. Уважаемый мистер Ян Чонин! — начал Хан, специально растягивая слова. — Министерство Магии поздравляет Вас с успешным окончанием экзаменационной сессии и выражает признательность за проявленное усердие и выдающиеся способности. — Джисон сделал паузу, поднимая ехидный взгляд на друга, который от волнения грыз край простыни. — По итогам проверки Ваших экзаменационных работ, а также устных и практических испытаний, Вы получили следующие оценки...       Джисон остановился, пробегаясь глазами по отметкам. Лицо не выражало абсолютно никаких эмоций, что заставило Яна вскипеть от нетерпения. — Итак, оглашаю оценки. — с лица Хана не сходила наглая ухмылка. Он глубоко вдохнул и с серьёзностью вселенского масштаба, быстро протороторил. — Заклинания — отвратительно, защита от тёмных искусств — отвратительно, зельеварение — отвратительно, магическая история — отвратительно, уход за магическими существами — отвратительно, астрономия — отвратительно, трансфигурация — тролль, травология — отвратительно.       С каждым словом Джисона глаза Чонина расширялись всё сильнее. Как только тот закончил, он вскочил, подлетая к другу и, сбивая его с ног, выхватил пергамент, пробегаясь глазами по строчкам. — ТЫ С УМА СОШЁЛ? ДЖИСОН, Я ХОТЕЛ ВСПОРОТЬ СЕБЕ ЖИВОТ ТОЛЬКО ЧТО! — Ян вздохнул с облегчением. — Что там? — Феликс с любопытством вытянул шею. — Заклинания — превосходно, защита от тёмных искусств — превосходно, зельеварение — превосходно, магическая история — превосходно, уход за магическими существами — превосходно, астрономия — превосходно, трансфигурация — выше ожидаемого, травология — превосходно. — Чонин зачитал так же и конец письма. — Ваши результаты демонстрируют высокий уровень знаний и магического мастерства, что ставит Вас в число наиболее перспективных выпускников текущего года. Министерство Магии желает Вам дальнейших успехов на выбранном пути и напоминает, что данные результаты будут занесены в официальный реестр выпускников. С уважением, Сьюзен Боунз, Заместитель Руководителя Департамента Магического Образования. — Ян развернулся к Джисону. — Мерлин, зачем? Зачем так пугать? — Ну зато теперь ты не сильно стрессуешь из-за трансфигурации. — Хан самодовольно выпрямился. — Трансфигурация... — Чонин вернул взгляд на пергамент. — Блять, точно... Ну и ладно.       Трое друзей смерили его недоверчивым взглядом. Это не было похоже на Чонина. — Эй, Чонин... — Хёнджин уставился в лицо слишком довольного друга. — Всё ништяк?       Тот кивнул, снова распростёршись на кровати, теперь с улыбкой до ушей глядя в потолок. — Чонин, ты только конверт мой распечатай перед тем как звездиться! — воскликнул Ли, не слишком довольный расквашенностью друга. — Ага. — Ян неторопливо потянулся к конверту, распечатывая и доставая пергамент. — Ну, официальности читать не буду, сразу оценки. — он глянул на Джисона. — Я, в отличии от некоторых, не буду тебя мучить. — Чонин коротко прокашлялся. — Заклинания — выше ожидаемого, зельеварение — выше ожидаемого, магическая история — удовлетворительно, уход за магическими существами — превосходно, трансфигурация — выше ожидаемого, травология — превосходно. — Ян поднял взгляд. — Неплохо.       Феликс кивнул, задумавшись и уставившись в стену напротив. — Теперь ты, Ликс. — Чонин отложил конверт с пергаментом на тумбочку у кровати и откинулся назад, явно не желая вставать до следующего утра. — Хорошо. — Ли, поглядывая на Хвана, раскрыл конверт и выудил письмо. — Итак, заклинания — выше ожидаемого, защита от тёмных искусств — превосходно, зельеварение — превосходно, магическая история — выше ожидаемого, трансфигурация — выше ожидаемого. — Феликс закончил и, сияя даже больше парня обнял его. — Ты такой молодец! Тебя точно примут на факультет авроров!       Хёнджин улыбнулся, поглаживая Феликса по спине. — Ну что, остался только ты, Джисон. — Хван выскользнул из объятий и тоже распечатал конверт, пробегаясь глазами по официальным строчкам. Когда он закончил читать про себя, он почему-то зашёлся в приступе неудержимого смеха, сгибаясь пополам. — Что там? — без интереса спросил Хан, усаживаясь на кровать рядом с Хёнджином и пытаясь заглянуть ему через плечо.       Когда Хёнджин немного успокоился, он смахнул с глаз слёзы. — Хотел Чонина подъебать, а сам-то не лучше оказался! Заклинания — удовлетворительно, защита от тёмных искусств — превосходно, зельеварение — удовлетворительно, трансфигурация — выше ожидаемого. — Эй, ты историю пропустил! — вскрикнул Джисон, почти подпрыгивая на месте. — Я специально. — Хёнджин всеми силами пытался сдержать смех. — Нет, я больше не могу! — Хван не выдержал, закрывая рот ладонью, а потом, сквозь смех выдавил. — У тебя тролль по истории магии! — Ну а смешного то чего? — Чонин всё же решил сесть на кровати. — Наоборот, сочувствовать надо. — Хёнджин, зачем ты так? — Феликс уставился на Хана, который кажется, хотел разразиться слезами. — Джисон, ну ты чего? Ты же на факультет по квиддичу идёшь.       Джисон не ответил, закрывая лицо руками. Все трое устремили взгляды на него и Хёнджин почувствовал укол совести. Плечи Хана начали чуть подрагивать и Феликс уже хотел сгрызть заживо своего парня, пока... Из ладоней Джисона приглушённо не раздался смех. — Ну всё, у него истерика. — заключил Ян.       Хан отнял руки от лица, хватаясь за живот и падая на кровать. — Вы... Даже... Не представляете... — пытался вставить слова Джисон между приступами смеха. — Как же мне... Похуй! *** — Чёрт-чёрт-чёрт. — Феликс вцепился в руку Хёнджина так сильно, что Чонин и Джисон забеспокоились, что у Хвана треснет кость. — Я сейчас сбегу, отвечаю. — Если сбежишь, то тебя проклянет дух Годрика Гриффиндора. — Хан подпрыгивал от предвкушения предстоящего шоу. — Ну же, Ликс, докажи, что ты доблестный гриффиндорец. — Мы зачем вообще в этом учавствуем? Экзамены сданы, можем просто уйти и забыть про этот кошмар... — Ли судорожно бегал глазами по сцене, которую соорудили из помоста, на котором стоял до этого преподовательский стол. Теперь у краёв покачивались трансфигурированные кулисы, за которыми и находились уже полностью одетые «актёры». — А диплом об окончании для тебя шутка? — приподнял бровь Чонин, поправляя съехавший в сторону медальон. — Да мне он нахуй не нужен! Я лучше милостыню буду про....       Закончить он не успел. Директор постучал серебряной ложкой по краю кубка и гомон стих, будто весь зал затаил дыхание.       По началу всё шло примерно как на репетициях. Чонин усердно игнорировал когтевранский стол, потому что месяц уговоров Ханы не приходить, закончились неудачей. Феликс вообще ощущал себя так, будто он не стоял на сцене, а витал где-то в космосе, а все глаза, устремлённые на него были лишь звёздами в бесконечном пространстве. Хёнджин подходил к делу серьёзно, будто от этого зависила его дальнейшая жизнь, хоть актёр из него и был никакущий. Смешки, исходящие от студентов при виде двух старшекурсников в платьях, игнорировались всеми четырьмя. Каждый хотел поскорее закончить и пулей заскочить за кулисы, чтобы больше никогда не возвращаться на эту сцену. Но не Джисон. Он наслаждался каждой секундой пребывания во всеобщем внимании, буравя взглядом только одного человека, который сидел за слизеринским столом в своей безупречной голубой мантии как на иголках. Всё бы прошло хорошо, если бы не... Джисон.       Его реплика должна была звучать торжественно: «И да будет сей замок нерушимой опорой для магов всех времён!»       Но вместо этого он, взмахнув рукой с чрезмерной помпезностью, гордо выпалил: — И да будет сей замок… нерушимой уборной для магов всех времён!       Секунда гробовой тишины.       Потом с первого ряда донёсся захлёбывающийся смешок. Хёнджин, который должен был в этот момент поднять «магический камень основания», замер, уставившись на Джисона, а потом так громко расхохотался, что уронил реквизит себе на ногу. Камень гулко грохнулся об пол.       Феликс, словно проснувшись от космического транса, дёрнулся, зацепил подол мантии и рухнул на колени, зацепившись за декорацию «стены замка». Ширма с изображением башен Хогвартса пошатнулась и с грохотом рухнула, открыв зрителям вид на кучу коробок с реквизитом и бегущего туда-сюда домовика, который, видимо, отвечал за спецэффекты.       Чонин, красный как варёный рак, схватился за лицо, тихо простонал что-то вроде: «Ну всё, конец нам», — и попытался незаметно сойти со сцены. Но, конечно, незаметно у него не вышло: споткнувшись о Феликса, он с грохотом рухнул прямо в зрительный зал — аккурат перед когтевранским столом, который он так старательно игнорировал всё выступление.       Зал уже не просто смеялся — взрывался от хохота. Джисон же стоял в центре сцены, сияя, будто всё идёт ровно по сценарию, и громогласно добавил: — Ну… во имя уборной — да здравствует Хогвартс!       Минхо, который уже пару секунд смотрел в пол, закрыл лицо руками. Профессор Долгопупс свалился со скамьи гриффиндорского стола от смеха, теперь, растянувшись на полу и истерично хихикая. Чан смотрел на всё это с каким-то весельем в глазах, будто всё идёт так, как он планировал. Но всё же, он посчитал, что такой позор это уже слишком и, встав, прокашлялся, отчего весь смех мгновенно почти полностью стих.       Директор снова прокашлялся, пытаясь не засмеяться. — А давайте споём гимн! Как и обычно, поём любимые слова на любимый мотив.       Небольшая пауза дала возможность друзьям быстро встать, отряхнуться и выстроиться в линейку. Позор позором, а гимн Хогвартса — это святое.       Профессор Бан взмахнул палочкой как дирижёр, призывая всех начинать. Студенты поднялись с мест и каждый начал петь так, как хотел. Хогвартс, Хогвартс, наш любимый Хогвартс, Научи нас хоть чему-нибудь. Молодых и старых, лысых и косматых, Возраст ведь не важен, а важна лишь суть. В наших головах сейчас гуляет ветер, В них пусто и уныло, и кучи дохлых мух, Но для знаний место в них всегда найдется, Так что научи нас хоть чему-нибудь. Если что забудем, ты уж нам напомни, А если не знаем, ты нам объясни. Сделай все, что сможешь, наш любимый Хогвартс, А мы уж постараемся тебя не подвести.       В основном, все пели почти слаженно, но кто-то закончил слишком быстро и теперь ждал окончания. Когда последние слова стихли, Джисон, на лад похоронного марша, всё ещё тянул второй куплет. Все взгляды устремились на него, но Хана это будто вообще не смущало. Чан продолжал дирижировать, пока последнее слово не смолкло в устах гриффиндорца. Зал разразился аплодисментами, чем воспользовались Хёнджин, Феликс и Чонин, быстро ускальзывая с разгромленной сцены. Но Джисон продолжал стоять, кланяясь во все стороны и победно вскидывая руки, пока Ян не вернулся обратно и быстро не утащил его за кулисы. *** — Ну, как Вам? Слишком позорно было? — Чонин категорически отказывался уходить из-за кулис, даже когда последний студент покинул Большой зал.       Четверо друзей уставились на Профессора Ли, лицо которого было непроницаемым. Он медленно поднял указательный палец к лицу, будто хотел призвать их к молчанию, но вместо этого провёл им по расслабленным губам, и те задрожали, издавая смешное булькающее «бл-бл-бл».