бездна бездну призывает

Слепое пятно: путь в библиотеку Но к ужасу Тома (который в этом не признается), Хогвартс всё ещё кажется более подходящим местом для АН, чем для Тома: в школе все его замечают, в отличие от приютского дома.       Да, Тома тоже не обошло стороной внимание, но это не удивительно и даже нисколько не смущает привыкшего к нему мальчика. Быть на виду, быть особенным для Тома — обыденность, для АН же это — особенность.       

К непониманию Тома, с остервенением перебирающего обрывки памяти, он действительно ничего не слышал о АН в приюте и не был с ним знаком. Он даже о том, что у него нет фамилии, узнал от Алфарда, а имя — от Дамблдора, представившего его у приюта.       Том легко запоминает факты, знания, события, даже сказанные мимоходом, но целенаправленно игнорирует информацию о незначительных, с его точки зрения, людях — их имена, фамилии, лица. Но как Том мог пропустить волшебника? Ведь АН очевидно действует на нервы, а инстинкты всё равно игнорируют его.        Незаметность АН уже нельзя объяснить обычностью. Его неуловимость настораживает как настоящее опровержение его нормальности. Его неожиданное появление смущает студентов и, первое время, даже некоторых преподавателей.       Разговоры прерываются, а брови хмурятся, когда АН неожиданно вступает в диалог. Перед АН часто извиняются, наступая ему на ногу, наталкиваясь, даже садясь на него. При этом к АН испытывают необъяснимую доброжелательность и жалость больше похожую на кровную нежность. АН сочувствуют, и, оказывается, это полезно. Отвратительно, жалко, но не грешно и удивительно действенно.       

«Может быть, АН — призрак? — глупая догадка улетучивается практически сразу, а на её место приходит ещё более тупая: — А что, если он только воображаемый «друг» Тома?»       «Нет. Нет. АН просто владеет фокусами с отвлечением внимания».              Вроде: следи за руками. Смотри — дракон. Оп — рук уже нет.        И хотя Том никогда нельзя провести фокусами, он успокаивается от собой же найденного (пусть и придуманного) ответа на загадку, поэтому идёт в библиотеку, чтобы выяснить, существуют ли беспалочковые чары невидимости.       Стоит ещё отвести время на чтение истории жизни Слизерина и поискать волшебников с фамилией Реддл. Сказать Алфарду, что Том Реддл — великий потомок Салазара Слизерина, послушать его восторженную речь, почувствовать холодный горделивый всплеск магии Алфарда из-за дружбы с Томом и за свой факультет, к которому относятся трое из Блэков.              Это станет его ступеньками на пути к старосте школы.       

«Я могу сам» сменилось на «Я хочу сам», а самый отвратительный поворот в его жизни (с появлением АН) привёл Тома к самой интересной развилке.