Jazz.

«Слово "джаз" означало сперва секс, затем стиль танца и, наконец, музыку. Когда говорят о джазе, имеют в виду состояние нервной взвинченности, примерно такое, какое воцаряется в больших городах при приближении к ним линии фронта». Фрэнсис Скотт Фицджеральд. — Помяни мое слово, Ким Докча, если мы выберемся, я самолично придушу тебя, — прошипела Хан Суён, спешно упаковывая чемодан. В большой куче на кровати смешалась женская одежда: некоторые одежды являлись самой суён, что-то удалось вытянуть из их соседки которая была влюблена в Докчу, с помощью флирта и парочки комплиментов. — Ты знаешь другой способ спастись после того, что мы увидели? — огрызнулся Ким Докча. Его черные волосы были скрыты париком со светлыми кудрями — храни Господь Ча Хэин и ее огромный гардероб! — а лицо изящно накрашено. По крайней мере, он надеялся на это… Если бы кто-то сказал им неделю назад, что он оденеться в женскую одежду, чтобы попасть в женский джазовый оркестр, то точно получил бы сначала в глаз, а потом под дых. Но что не сделаешь ради спасения собственной жизни — даже побреешь все тело, напялишь парик, накрасишься и научишься ходить на каблуках. Надеяться на то, что Теневые Рыцари позволят двум свидетелям остаться в живых, не приходилось. Они покровительствовали Чикаго почти сорок лет. Ни полиция, ни мафия так и не смогли пошатнуть их авторитет и репутацию среди людей. За все эти годы не нашлось тех, кто смог бы застать кого-то из членов клана на месте преступления и рассказать об этом общественности. Тем более указать на личности, скрывающиеся за белыми мантиями и масками. До этого рокового дня. Ким Докча и Хан Суён осознавали, насколько опасной информацией теперь владели и не желали умирать в юном возрасте двадцати восьми лет и быть расстрелянными, как мишени в тире. Хоть судьба и повернулась к ним задом, когда позволила увидеть лица комиссара и сенатора штата, не скрытые чёрными масками на месте преступления. К счастью, в агентство обратилась известная в некоторых музыкальных кругах дирижёр оркестра «Sweet voices» Мисс ВиВи с просьбой срочно найти для ее группы двух девушек. Одна из прошлых участниц сбежала с официантом, а вторая забеременела. Гонг Пильдо, к которому она обратилась, так и не смог найти замену: кто-то заболел, а кто-то уехал работать в другой город. Но один телефонный звонок решил все проблемы. Нашлись две девушки, которые сами связались с Гонг Пильдо чтобы выразить жгучее желание присоединиться к группе. И, какое совпадение, они как раз играют на саксофоне и контрабасе! И вот, цокая каблуками в чулках и платьях, Хан Суён и Ким Докча шли по перрону вдоль поезда, отправляющегося в Майами. — Это ужасная идея, — тихо шептала Суён,— нас поймают и выставят на посмешище. Уже вижу заголовки газет: «Двое ненормальных,женщина и мужчина 28 лет,пробрались в женский ансамбль и были найдены мертвыми на следующий день». Родителям придется переехать, чтобы смыть с себя позор, и мое имя будут замалчивать.Черт, как же не удобно в этих платьях! Такое ощущение, что я голая и все пялятся на меня! Всегда ненавидела платья. Честное слово,брюки в сто раз лучше. — Никто на тебя не пялится, — пробормотал Докча, выискивая глазами нужную группу людей. — К тому же, навряд ли мистер и миссис Хан смогут переехать сейчас, особенно когда у твоей младшей только получилось пробиться в издательство. Главное не испачкать кровью одно из ее платьев, тогда возможно Хан Ми ён сжалится и наша смерть будет в конце некролога на последних страницах газеты. — Твое имя она может и пощадит, ты-то ей нравишься. А вот если она увидит меня в своем платье, то точно захочет отыграться. К черту пойдут любые родственные чувства, — буркнула Хан Суён, остановившись. Чулки неприятно липли к ногам, туфли натирали лодыжки, а лямка бюстгальтера съехала и давила на плечо. Было огромное желание все бросить и сбежать из города любым другом путем — хоть нелегальным образом пробраться в товарный состав с зерном или углем в надежде, что удастся проскочить досмотр. — Суён, послушай… — Ты только взгляни, — восхищенно перебила та, не отрывая глаз от кого-то за спиной Ким Дочка. Докча обернулся и увидел идущую в их сторону роскошную женщину в голубом платье. Ее мягкие светлый локоны отливали серебром, а на красивом лице сверкали карие глаза. Когда она проходила мимо мужчин, те восхищенно снимали шляпы и смотрели ей вслед. — Прекрати пялиться на нее, — Ким Докча отдернул ее и быстро огляделся. — Не смотри на неё такими глазами! Это странно. — Я просто восхищаюсь ее походкой. Если мы хотим слиться с группой, то должны двигаться так же как они, — глаза Хан Суён проследили за покачивающимися бедрами незнакомки. Она и правда шла, точно летела. Перехватив поудобнее футляр с саксофоном, Суён поспешила за ней. Не будь Ким Докча сейчас в образе, точно пнул бы подругу под зад для профилактики. Поправив легкий шарф, скрывающий кадык, он направился следом. Зерно истины было в словах Суён, и Докча старался идти так, как будто бы он и правда был девушкой, повторяя про себя: «Я самая обычная девушка, родилась и выросла таковой, каждый день хожу на каблуках и для меня это норма». Рядом с вагоном поезда уже собралась нужная им группа. Во главе стояли невысокая женщина с каштановыми волосами и высокий и крупный мужчина. — Ханна, заходи. — Тромбон есть. — Ли миен проходи. Как твоя тётя? — Труба на месте. Когда последняя из группы поднялась по лесенке в купе, они повернулись к двум подошедшим «девушкам». Ладно,мужчиной был лишь Докча. — Здравствуйте, мы новенькие, — Ким Докча постарался сымитировать женский голос и улыбнулся. — Свежее мясцо, — хихикнула Хан Суён. — О, вас прислал Пильду, отлично. Наш администратор мистер Ли Хенсон — женщина указала на крепкого мужчину рядом. Он приветственно приподнял полы шляпы и улыбнулся. — А я Мисс ВиВи. Вы? — Приятно познакомиться с вами, меня зовут Ким Сон-а. — А меня Чхве Ханни. — Контрабас и саксофон. Замечательно, вы нас так выручили, девочки. Ваши места 7 и 7А. Проходите, — мистер Ли Хенсон улыбнулся и учтиво подал руку сначала «Чхве Ханни», а потом «Ким Сон-а». Докча шагнул в вагон и непроизвольно сглотнул — везде, куда падал взгляд, сидели и хихикали девушки. Они свободно расположились на полках не стесняясь вытягивали длинные ноги без чулок, расшнуровывали корсеты и скидывали с плеч накидки.