Синяя бумага: Законы улиц

Подвал школы всегда был местом, куда боялись заходить даже самые отбитые прогульщики. Тусклые лампочки, гул труб и запах сырости создавали атмосферу склепа. Именно здесь, привязанный к старому стулу в центре пустой котельной, сидел Оливер. Его лицо превратилось в сплошной кровоподтек, а в глазах, когда-то полных спеси, теперь плескался первобытный ужас. Открытые двери Эбби подошел к тяжелой металлической двери подвала. Маркус потянулся, чтобы запереть её на засов, но Эбби перехватил его руку. — Оставь её открытой, — холодно произнес он. — Пусть каждый, кто проходит мимо столовой или раздевалок, знает: в этой школе начался новый урок. И звонок на него — это не трель в коридоре, а голос того, кто считал себя неприкасаемым. Маркус усмехнулся и отступил в тень. Эбби вошел в котельную, поставив перед Оливером металлический чемоданчик с инструментами, которые явно не предназначались для черчения. Трансляция боли — Знаешь, Оливер, ты всегда говорил, что я слабак. Что я не умею давать сдачи, — начал Эбби, вынимая тонкое, идеально заточенное лезвие. Он не стал затыкать рот предателю. Напротив, он ударил его наотмашь по лицу, чтобы Оливер закричал. Крик эхом взлетел по лестничным пролетам, просачиваясь сквозь щели в дверях и заполняя пустые коридоры первого этажа. Ученики, собравшиеся у входа, замерли. В этой тишине вопли Оливера звучали как приговор всей старой системе. — Ты привел врагов в мой дом. Ты подставил под удар Лану. Ты думал, что за чужие спины можно купить себе бессмертие? — Эбби слегка коснулся холодным металлом щеки предателя. — Нет. Теперь вся школа слушает, как рушится твоя легенда. Кодекс синего цвета Эбби действовал медленно и методично. Каждый раз, когда Оливер начинал молить о пощаде, Эбби бил сильнее, заставляя его кричать еще громче. Он хотел, чтобы Мисс Циркуль слышала это в своем кабинете. Чтобы Мисс Грейс понимала — её «налог на тишину» был лишь верхушкой айсберга. — Это за каждый раз, когда я уходил домой в слезах, — кастет Эбби впечатался в ребра Оливера. — Слышишь? Весь холл сейчас слушает, какой ты на самом деле «король». Ты просто кусок мяса, который не смог защитить даже себя. Наверху, в коридорах, воцарилась гробовая тишина. Никто не решался спуститься вниз, но и уйти никто не мог — страх пригвоздил их к месту. Даже учителя старались не смотреть друг другу в глаза, делая вид, что просто не слышат нечеловеческих криков из подвала. Финал урока Когда Оливер окончательно охрип и мог лишь жалко всхлипывать, Эбби вытер руки об его же рубашку. — Слышал их молчание наверху, Оливер? — прошептал Эбби. — Никто не пришел. Ни твоя «свита», ни твои учителя. Теперь ты понимаешь, каково это — быть одним против всех? Эбби сложил инструменты и вышел из подвала. Он не стал закрывать дверь за собой. Поднимаясь по лестнице, он видел толпу учеников в конце коридора. Они смотрели на него с таким ужасом, будто увидели саму смерть. — Завтра он выйдет к вам, — бросил Эбби толпе, не замедляя шага. — И каждый раз, когда вы захотите нарушить мои правила, вспоминайте эти звуки. Это и есть голос нового порядка. Он прошел к выходу, поправляя синюю бандану. Теперь он знал, что в этой школе больше не будет драк. Не будет насмешек. Будет только холодное подчинение человеку, который не побоялся вывернуть душу своего врага наизнанку перед всеми.