Путь искупления

      Элеонора возвращалась домой с вечерних пар. Был вечер, не очень поздно, но, так как была поздняя осень, на улице уже темнело. Моросил дождь и дул ветер, Элла не выносила подобную погоду. Настроение падало, появлялось раздражение. Хотелось быстрее зайти в квартиру, принять ванну и засесть за какой-нибудь сериал.       У Эллы была привычка заранее доставать ключи, именно поэтому она стояла возле дома и пыталась найти их в кармане рюкзака, куда, кажется, пихала просто все подряд: гигиеническая помада, салфетки, таблетки от головы, непонятно зачем куча резинок, какая-то мелочь, мелкие записки. Наконец, она нащупала то, что ей было нужно, а также услышала чьи-то шаги сбоку от себя. Элеонора знатно испугалась. Они общались с Казуторой после последнего свидания, с которого прошло чуть меньше недели, периодически созванивались и в целом стали намного ближе, поэтому она знала, что если бы он приехал, то он бы предупредил.       Боковым зрением она увидела силуэт за углом своего дома, и решила забежать в подъезд, но человек заговорил быстрее:       – Элла?       Она замерла с ладонью на дверной ручке и медленно повернулась. Увидев, кто стоял перед ней, девушка заметно расслабилась и выдохнула.       – Ник? Ты чертовски напугал меня. – Элеонора крепко обняла старого друга. – Ты что тут делаешь? Почему не в Канаде? Ты бы хоть позвонил.       Элла и Николас учились в одной группе в канадском университете и за четыре года успели стать близкими друзьями.       Дождь полил заметно сильнее, из-за чего Элеонора тихо выругалась.       – Давай зайдём ко мне, не люблю мокнуть под дождём. Я соскучилась!       – Нет. – Наконец он заговорил. – Давай останемся.       Элла замерла, внимательно рассматривая лицо Ника.       – Всё хорошо?       Он взял ее за запястье и завёл за угол, подальше от лишних глаз, которых, к слову, из-за погоды и так не было. Элеонора осмотрела его внешний вид: серая толстовка с надетым капюшоном, под ними мокрые пряди волос, ткань, промокшая насквозь. На ногах черные джинсы, а тело зажато от напряжения.       – Послушай, у меня нет зонта, и…       – Как переезд? Токио лучше Торонто? – Ник перебил её, из-за чего Элеонора заметно напряглась. Он никогда так не делал и всегда был очень вежливым, особенно с ней. Её родители были с ним знакомы, потому что он часто приходил к ней домой с пиццей или другой вредной, но очень вкусной едой. А еще он очень смешно шутил.       Сейчас глаза Николаса были необычайно большими, руки вели себя очень странно, непроизвольно дергались, губы были сильно напряжены, а еще рукавом он вечно тёр нос.       – Боже, да ты под чем-то. – Элеонора хлопала глазами, не понимая, как было лучше себя вести. Ещё никто и никогда не общался с ней в подобном состоянии. – Ник, что случилось?       Его веки задрожали, а руки он резким движением спрятал в карманы.       – Это всё ты виновата.       Элеонора увидела слёзы, то, как играли желваки на его лице. Она начинала дрожать: во-первых, она уже насквозь промокла, а во-вторых, человек перед ней, которого она знала совершенно другим, начинал ее пугать. Он оттащил её еще дальше, в сторону пустых дворов.       – Я не понимаю. – Элла одёрнула свою руку. – Я не пойду с тобой никуда.       Ник резко повернул на неё свою голову. Сделав два больших шага, он подошёл практически вплотную и наглым образом всматривался в её глаза.       – Чёрт возьми, ты зрачки свои видел? Пожалуйста, не смотри так. – Элеонора отошла от него чуть дальше.       – Это всё ты. Из-за тебя я начал принимать наркотики.       Руками Элла вытерла капли со своего лица, что было абсолютно бесполезно, так как дождь не собирался заканчиваться.       – Господи, о чём ты говоришь? Всё же было хорошо.       – Хорошо? – Он вновь приблизился к ней. – Скажи, как ты провела время с тем длинноволосым ублюдком? Ханемия Казутора. То он трётся возле твоего дома, то вы вместе ходите куда-то.       Элеонора молчала, всё ещё не понимая, что ей было делать и говорить. Ник не был для неё чужим человеком, они бок-о-бок провели четыре года учёбы и за всё это время он ни разу её не обидел, поэтому происходящее сейчас вызывало внутри неё тотальное несоответствие с тем, каким она его знала всё время.       – Откуда ты…       – Я видел вас. Я следил во сколько ты возвращаешься домой несколько дней подряд, чтобы в конце концов окликнуть тебя и поговорить. Долго не решался, но сегодня смог.       – Ты ради этого прилетел сюда?       Он кивнул несколько раз подряд. Его глаза просто безостановочно увеличивались, хотя казалось, что больше было некуда. Ник был похож на безумца и это очень сильно пугало.       – Так, слушай, давай успокоимся. Пойдем в кафе, выпьем кофе, либо ко мне домой, там мои родители, они будут рады тебя видеть. – Элла пыталась успокоить его, говоря размеренным тоном и выставив руки перед собой, наверное, в качестве хоть какой-то защиты.       – Я не хотел, я не хотел, чтобы мы говорили так! – Ник переходил на крик и чересчур активно жестикулировал, одним движением напугав Элеонору и заставив её дернуться. – Я просто хотел встретиться! Но ты, ты спровоцировала меня на это! Сначала ты отвергаешь меня, не даёшь даже шанса, потом ты уезжаешь, а теперь носишься с этим подонком!       Всё это время Ник медленно шёл вперёд, а Элеонора – назад. То, что он говорил, сильно её ошарашило. Да, они довольно близко общались и однажды у них состоялся разговор, при котором Ник признался в своих чувствах. Элеонора не смогла их разделить. Для неё Ник был прекрасным другом, и она даже не думала, что он видел в ней что-то большее, ведь во время их общения он встречался с девушками и даже знакомил с ними Эллу. Она решила не обманывать его, не тешить никакими надеждами, потому что ей были дороги чувства этого человека, а враньё – последнее, чего она хотела. Правда для неё всегда была лучшим выбором, даже если она причиняла боль. Тем не менее, ей казалось, что с этим было возможно справиться.       После этого разговора они неоднократно виделись, Ник провожал её в аэропорту в Японию, они даже переписывались ещё какое-то время.       – Мы ведь уже решили этот вопрос.       – Нет!! – Он очень громко кричал, чем снова заставил Элеонору дёрнуться. – Это ты всё решила! А я из-за тебя начал принимать наркоту! Я злился за то, что ты так со мной поступила, но после вечера несколько дней назад я возненавидел тебя.       Последняя фраза прозвучала удивительно спокойно на фоне всех остальных. В какой-то момент Элла упёрлась спиной в холодную стену, кажется, это был чей-то гараж. Ник пугал её не на шутку, его взгляд, его движения, его интонации, всё говорило о том, что, либо он настолько сильно обдолбался, либо у него поехала крыша. Либо и то, и другое.       – Ну почему ты такая тупая? – Его лицо скривилось и приблизилось к её почти вплотную. – Ты ведь даже не знаешь, что этот конченный из себя представляет. Ты хоть догадываешься, сколько он скрывает от тебя? На что этот ублюдок способен?       – Ник, хватит. Перестань. Я боюсь тебя. – Элеонора делала медленные шаги вдоль стены дрожащими ногами, собираясь бежать, куда глаза глядят. – Кто-то идёт! – Всё, до чего она смогла додуматься в такой ситуации.       Ник дернулся и обернулся, его было несложно ввести в заблуждение в таком состоянии. В тот же момент Элла побежала вперёд так быстро, как только могла. Она слышала, что Ник догонял её и понимала, что не сможет нестись на такой скорости бесконечно. Внезапно Элла заметила, что её шаг замедляется, а она не может вдохнуть. Ей срочно нужно было попить. Схватиться за горло она не успела, это сделали за нее. Ник прижал Эллу к стене гаража, со смехом наблюдая за тем, как отчаянно она пыталась сделать вдох и не могла: лишь обрывистые, кряхтящие звуки издавал её поганый, по его мнению, рот.       – Бежать удумала, шлюха?       Всё, что успела сделать Элеонора, это поймать его пустой, безэмоциональный, холодный взгляд, прежде чем она оказалась на земле и поняла, что у неё звенело в левом ухе. Кое-как Элла смогла вдохнуть, но сразу же закашлялась в попытках встать, однако она вечно поскальзывалась на грязи. Кажется, только что её ударили.       Ник схватил её за ворот куртки и резко поднял, отбросил в стену и нанёс следующий удар по челюсти.       В глазах Элеоноры начали скапливаться слёзы, то ли от боли, то ли от шока, то ли от всего вместе взятого. Максимум, который ей прилетал за всю жизнь, был мяч на уроке физкультуры, пару раз попавший по её голове. Сейчас всё было иначе. Она снова увидела кулак, силуэт Ника рассеивался, взгляд расфокусировался, в обоих ушах звенело, веки закрывались. Уже на третьем ударе она, кажется, перестала чувствовать боль, а в глазах заплясали черные пятна. Её начинало вырубать.       Очень отдалённо Элеонора услышала чьи-то крики, которые постепенно приближались и становились громче. Вслед за этим её тело отпустили, и она, как тряпичная кукла, полетела на землю. Последнее, что она увидела, находясь в лежачем положении – это как кто-то убегал. Видимо, Ник.

***

      Элеонора открыла глаза уже в больнице. Как позже ей рассказали родители, люди, по воле удачи проходившие мимо, увидели происходящее, напугали Ника и вызвали скорую. Эллу проверили на наличие сотрясения и серьёзных повреждений, которые у нее получилось избежать. Судя по всему, бил он не так сильно, раз она потеряла сознание только с третьего удара. Если учитывать, что Элеонора не умела драться, была в целом не самым спортивным человеком и никогда не попадала в такие ситуации, она удивилась, что не легла после первого.       Когда родители привезли её домой, она посмотрела на себя в зеркало и расплакалась.       Закрытый марлевой повязкой левый глаз, с которого всё еще спадал отёк, огромное сине-фиолетовое пятно на щеке, рассечённая нижняя губа, пластырь над бровью.       Элеонора не показывала никаких эмоций, пока была у врача. Она еле-еле смогла рассказать, что случилось, родителям. Дома всё, чего она хотела – это плакать. Всё её лицо болело: разговаривать нужно было аккуратно, чтобы губа больше не кровоточила, глаз все ещё видел очень расплывчато, прикасаться к нему даже через повязку было пыткой. Даже плакать ей было больно, и от этого хотелось разрыдаться еще сильнее.

***

      – Амели? – Казутора удивился, открыв дверь квартиры. – Проходи.       Девушка вошла внутрь и сняла верхнюю одежду. Она повернулась на него и, испугав своим депрессивным, очень расстроенным внешним видом, сказала не менее страшную фразу:       – Нам нужно поговорить.       Казутора сглотнул, наливая всем по стакану воды.       – Чифую сказал, сегодня ты дома. Я пришла без предупреждения, прости, просто… – она выдохнула. – Это не по телефону обсуждается, а ждать я не могла.       – Амели, пожалуйста, хватит нагонять. Что произошло? – Он сел напротив.       – Ты ведь давно не разговаривал с Эллой, да?       – Пару дней. Она писала, что слишком занята эти дни и лучше ей не звонить.       Амели кивнула.       – Да, это была её отмазка.       – Отмазка? – Глаза Казу стали испуганнее. – О чём речь?       – Она попросила меня прийти сюда. Я была с ней эти два дня, спрашивала, хочет ли она видеть тебя, и сегодня она сказала, что да.       Он нахмурился.       – А почему она сама…       – Не может. – Амели перебила его. – Прийти не может, а говорить вообще изначально никому не хотела. Когда она вспоминает, начинает плакать, слишком тяжело и морально, и физически. Но ты ей нужен. Воспринимай это, в целом, как тебе угодно.       – Ты мне скажешь, что произошло, или нет?       Изначально Казутора был сильно напряжен, а услышав, что случилось, не понимал, что делать с самим собой. Уже огромное количество лет в нём не было столько злобы, как сейчас, и он не знал, как её контролировать.       Он был тем, кто защитил её в их первую встречу. А сейчас, когда они стали значительно ближе, он облажался. Он не знал, каким образом, но считал, что должен был быть там и предотвратить это. Он не мог поверить, что кто-то был способен на такое по отношению к Элеоноре. Она же словно беззащитный котёнок. Как ей вообще возможно навредить?       Он был готов перерыть всё Токио, а если придётся, то и Канаду, пока не выместит всю свою злобу на этом существе. Назвать его человеком у него не получалось.       – Ты поедешь к ней сейчас?       Голос Амели вывел его из размышлений. Казутора повернулся на неё и понял, что был уже в куртке и готов к выходу. Вот только с какой целью?       «Ты ей нужен»       – Да. – Казу взял ключи от машины. – Я сам напишу Элле, что скоро буду. Спасибо, что пришла, Амели.       Девушка кивнула и, уже на улице, они разошлись.