Безразличие

Грей вернулся домой раньше обычного. С цветами. С огромным букетом тёмно-бордовых роз — почти чёрных в сумеречном свете прихожей. Анжела сидела на диване с чашкой чая, укутавшись в плед. Кашель стал тише, но взгляд — всё такой же пустой, отстранённый. — Это тебе, — Грей протянул букет, стараясь говорить мягче обычного. Анжела подняла глаза. Посмотрела на цветы. На него. Без улыбки. Его попытки подойти нежно как и ко всему живому провалились — Поставь куда-нибудь. Спасибо. Всё. Ни удивления, ни тепла. Простая вежливость — холоднее пощёчины. Грей замер на секунду, но быстро взял себя в руки. Поставил розы в вазу сам. Подошёл ближе. Сел напротив. — Как ты себя чувствуешь? — Лучше. — Правда лучше? Не врёшь? — Не вру. Она отвела взгляд к окну. Молчание затянулось. Грей чувствовал, как внутри всё закипает. Он сделал шаг — она шаг назад. Он протянул руку — она спрятала свою. Он пришёл с цветами — она даже улыбнуться не потрудилась. Он попробовал снова. — Послушай, я... может, я погорячился в тот раз. Может, не надо было кричать. Но ты говоришь, будто мы чужие. А мы не чужие, Анжела. Контракт — это... — Это бумага, — тихо перебила она. — И магия. Ничего больше. — Ничего больше? — Грей подался вперёд, голос дрогнул. — А то, что я каждый день думаю, как ты? А то, что я ночами не сплю, гадаю, куда ты пропадаешь и жива ли вообще? Это тоже «ничего»? Анжела медленно поставила чашку на стол. Не поднимая глаз. — Ты усложняешь. Не надо. — Не надо? — Грей встал, прошёлся по комнате, резко развернулся к ней. — А что надо? Молчать и делать вид, что мы просто деловые партнёры? Читать отчёты и раз в месяц пожимать друг другу руки? Она поднялась, поправила плед на плечах. Сделала шаг к двери — не к нему. — Мне нужно отдохнуть. Голова болит. — Анжела. Она остановилась, но не обернулась. — Ответь честно, — Грей подошёл почти вплотную. Не касался. Боялся, что она сломается или оттолкнёт. — Тебе действительно всё равно? Или ты просто боишься? Молчание. Такое долгое, что Грей уже почти сдался. Анжела наконец повернулась. Взгляд — усталый, ровный, как стекло. — Боюсь? Может быть. Но это не твоя забота. Ты — мой контактер, Грей. Не муж. Не друг. Не... не мой человек. — А кто твой? — выдохнул он. Она не ответила. Открыла дверь в спальню и ушла. Тихо. Плавно. Без хлопков и обвинений. Просто закрыла дверь. Грей остался в гостиной. С букетом, который никто не оценил. С чувством, что он разбивается о стену, а стену даже не царапает. Он сел на диван, уронил голову в ладони. — Дурак, — прошептал он сам себе. — Думал, цветы помогут... А она не цветов ждёт. Она вообще ничего от меня не ждёт. Обидно но чего ? сам же сначала хотел избавится от контракта , а теперь что... Где-то в глубине дома снова послышался тихий кашель. Грей вздрогнул, но не встал. Она не пустит. Он знал. Оставалось только сидеть и смотреть на закрытую дверь, за которой молчала та, ради кого он готов был разнести полмира. Но миру ничего не грозило. Потому что даже до неё он не мог достучаться.