Аркадия

— Привет, принцесса. Как прошел день? Эндо разворачивается назад, приветствует Сумирэ, пока Сакура пристегивает ей ремень и кладет спортивную сумку на свободное заднее сиденье. — Привет, Эндо, — кивает девочка с важным и серьезным видом. — Нам сегодня на уроке рассказали про кувшинки. Они такие красивые! Покажешь, как делать их из бумаги? Он переводит взгляд на хмурого, молчаливого Сакуру. Они не виделись несколько дней, а созванивались и списывались регулярно. Что могло произойти? — Не вопрос. Можем съездить в ботанический сад и посмотреть на них вживую. Сакура садится на переднее сиденье, пристегивается, но так и не приветствует его, даже не смотрит. — Правда можно?! — только ремень удерживает ее на месте, а глаза горят восторгом. — Если Сакура разрешит, — осторожно уточняет Эндо. — Папа, поехали! — девочка наклонилась на бок, чтобы взглянуть на Сакуру. — Сумирэ, — недовольно одергивает ее Сакура и девочка реагирует мгновенно: садится ровно и отводит от них взгляд. — Эй, все хорошо, — неизвестно к кому обращается Эндо, пока выезжает с парковки. — А знаешь, — он понижает голос, слегка наклоняет голову в бок в сторону девочки, — есть еще кувшинка, которая может выдержать вес человека. — Правда? — не смело, но заинтересованно спрашивает девочка. Они болтают всю дорогу, и Эндо старается ее отвлечь. Рандомные факты и вовлеченность в обсуждение не дали девочке загрустить, отреагировать на замечание еще сильней, чем она уже сделала. Сакура по-прежнему молчит, не отвечает на попытки втянуть его в разговор. Они останавливаются у студии. Сумирэ отстегивает ремень, забирает сумку и первой выходит из машины. Пока взрослые остаются на своих местах, девочка уже скрывается за входной дверью. — Сакура? — осторожно спрашивает Эндо, поворачиваясь к парню. — Что-то случилось? — однако Сакура снова не реагирует на вопрос и торопится выйти. — Сакура! — Эндо выбегает следом и торопится оказаться рядом, обходя машину. — Что происходит? Почему ты злишься? — Эндо берет Сакуру за локоть, держит крепко и не дает вырвать руку. В том, что это именно злость, сомнений нет — сам имеет схожие острые углы. — Все в порядке, — сквозь зубы отвечает Сакура и дергает локтем в попытке освободиться. — Нет, — спокойно говорит Эндо, сжимает пальцы до боли, не отпускает и дергает в сторону машины, впечатывая в дверцу под тихое и агрессивное шипение. — Что произошло? — Нас ждут, — все также зло отвечает Сакура. Оказавшись без возможности сбежать, он ощетинивается. — Дольше молчишь — дольше стоим, но я с места не сдвинусь, пока ты не скажешь в чем дело, — стоит еще больше надавить, и Сакура может уйти в глухую защиту, а этого нельзя допустить, поэтому он ослабляет напор. — Пожалуйста, Хару. Что произошло? Они стоят какое-то время молча, пока Сакура не дергает рукой, а Эндо не разжимает пальцы, позволяя освободиться. — Ты быстро подружился с Сумирэ, — неохотно начинает Сакура, смотря в сторону. — Она попросила тебя показать новое оригами. Был у них такой разговор, верно. Эндо кивает. — Разве это плохо? Ей интересно этим заниматься и нравится, а я могу помочь. Эндо продолжает распутывать клубок мыслей. Сейчас он выяснил, что дело в девочке. Он не сделал ничего, что ей бы не понравилось или не было интересно. По крайней мере, сходу не может назвать такого. Что-то в нахождении его рядом с Сумирэ не нравится самому Сакуре? — С чего тебе хотеть подружиться с ней? — теперь разноцветные глаза обращены на него, а в них — легированный сплав стали и недоверия. — Хошино дружат, почему не могу я? — отвечает он спокойно, не отводит взгляд, даже когда раскаленный сплав выплескивается вместе с резким словом. — Зачем? О, так вот, в чем дело. Эндо наконец-то понимает причину и смягчается. — Называй вещи своими именами: ты хотел сказать «не смей занимать мое место» или «не смей через нее подобраться ко мне»? — Сакура тут же резко отворачивает голову, его скулы краснеют смесью стыда и недовольства. — Я прав? — добивается кивка Эндо и продолжает говорить. — Я не отбираю ее и не пытаюсь отнять твое место. Ты ее отец, это не изменится и это место навсегда твое, — он подходит вплотную, сгибается, кладет лоб на плечо Сакуры и позволяет словам свободно течь. — Я пытаюсь подружиться с ней, потому что для меня она важна ровно также, как и ты. Она часть тебя. Как я могу из кожи вон не лезть, чтобы не понравиться ей? Ладно, из кожи вон я буду лезть, чтобы понравиться тебе, а с ней даже этого делать не приходится, потому что мне самому нравится проводить с ней время. С вами, — ладони с металла машины опускаются на талию и обвивают ее плотным кольцом. — Это не манипуляция или что ты там подумал. Подбираться к кому-то через чувства ребенка низко даже для меня, — он со смешком утыкается в шею и заставляет себя замолчать, но прежде — посылает искры по коже вместе с влажным дыханием. — Прошу, поверь мне и позволь хотя бы попробовать быть к вам ближе. Сакура остается неподвижен в его объятиях. Кажется, что он остается глух к его словам, но это не так: его тело расслабляется, уходит напряжение, сердце уже не грохочет со злостью, а грудная клетка поднимается в размеренном дыхании. Эндо чувствует осторожное прикосновение ладоней к спине и слабый выдох в волосах. — Извини. Эндо с неохотой отстраняется, смотрит в виноватые глаза и коротко целует в макушку. — Говори, если будешь чувствовать нечто подобное и тормози меня, если что-то покажется лишним в отношении Сумирэ. Договорились? Эндо улыбается на легкий кивок и такую же улыбку. Теперь можно и с командой познакомиться зайти. Он тянет Сакуру за туда, где их уже ждут. — Наконец-то! — стоит им зайти, как Тасуку убирает телефон от уха. — Где вы ходите?! Они заходят в просторную комнату с высокими потолками и большими окнами; одна стена полностью занята зеркалами, а вторая однотонная, с логотипом и названием студии. — Опоздали всего на несколько минут, — пожимает плечами Эндо, тут же сканируя пространство на предмет знакомых лиц. — Они на парковке обнимались, — хихикает Айка, сидя на полу у зеркала. — Кирю?! — озвучивает их общее удивление Сакура. Парень неловко машет им рукой, сидя рядом с Айкой на полу и смотря в экран ее телефона. — Я же говорил, что вы все сработаетесь, — слышит он голос Тасуку рядом, а потом чувствует тяжесть на своем плече. — Как в старые добрые времена, а? — он дергает плечом, сбрасывая предплечье под недовольное сопение и уходит к Сакуре. Да уж, команда мечты. Кирю не было с ними в предыдущий раз, а вот с Айкой и Тасуку ему довелось выступать. — К тебе и бесучке вопросов нет, — обратился он к Тасуку, повернув голову в его сторону и глядя из-за плеча. — Меня и Сакуру ты втянул шантажом, а что насчет него? — он кивает в сторону Кирю, который неловко улыбается. Вместо Тасуку отвечает девушка, вскакивая со своего места. — У нас коллаба! Вот, смотри! — она показывает на телефоне запись их совместного стрима, где они проходят игру. — У нас еще сто-о-олько идей! — она разводит руки в стороны и поворачивается обратно к Кирю. — Следующим видео мы снимаем танцевальный челлендж! Эндо кладет руку на макушку девушки — при ее росте в сто шестьдесят пять сантиметров она выглядит как подставка для его ста девяноста двух. — Где у тебя убавляется громкость? — хмыкает он, пока девушка отмахивается и раздраженно хлопает его по ребрам. Он убирает руку и Айка отбегает к Сакуре, обнимая за руку. — Могу показать, где прибавляется, но твой красавчик будет против. Она смеется, когда Эндо тянет Сакуру на себя и без проблем отпускает его руку, отходя к Кирю. — Ты уверен, что это хорошая идея? — слышит он голос Сакуры и поворачивает вместе с ним голову к Тасуку. — Абсолютно, — широко улыбается он. Пока Эндо перебрасывается с Айкой фразочками, Сакура садится недалеко и тянет его сесть рядом. Ему приходится замолчать под тактичное покашливание Тасуку и поднять бровь, готовясь слушать. — Спасибо, что согласились. Надеюсь плодотворно поработать, — Тасуку склоняет голову и отвечают все, кроме Эндо, который тоже склоняет голову в слабом кивке, но после тычка от Сакуры; даже это не заставляет его отсесть подальше на большом свободном пространстве паркета. — Итак, у кого есть вопросы? — сияет он довольной улыбкой. — Не хочешь рассказать во что мы ввязались? — хмыкает Эндо. — Точно! — спохватывается Тасуку и достает телефон. — Мы устраиваем фестиваль «Аркадия», — продолжает говорить он, пока трое парней просматривают пересланное им сообщение, — то есть танцевальный конкурс с насыщенной программой помимо основного выступления! Программа рассчитана на несколько дней: мастер-классы с танцорами и хореографами, сам конкурс и культурные мероприятия с посиделками! Мы ожидаем участников и гостей из других стран! — Айка показывает пальцами V-знак, не отрываясь от телефона. — Конкурс будет идти с видео-трансляцией, чтобы определить любимчиков зрителя, но, впрочем, дальше уже технические и прочие мелочи. Если захотите чем-то помочь — не откажусь. Мы рассчитывали на масштаб поменьше. — Значит, — начинает Айка, заблокировав телефон, — помощь у них ты просишь сейчас, а не тогда, когда самостоятельно решил все? — ее внимательный взгляд устремлен на Тасуку. — Не начинай. Мы это уже обсудили. — Я не согласна, — настаивает девушка. — Айка, им не за чем вникать во внутрянку и наши разногласия. — Послушай хотя бы их, если мои слова для тебя ничего не значат. — Айка, нет, — резко осаждает Тасуку. — Мы уже договорились о сотрудничестве и менять свое решение я не буду. Девушка поднимает с места и уходит, хлопнув дверьми. — Простите, — Тасуку слабо улыбается, смотрит вслед Айке и не торопится что-либо прояснять. — Давай выкладывай, чем ты довел ее, — устав ждать, спрашивает Эндо, на этот раз получая тычок коленом от Сакуры в бедро. — Все равно мы уже это услышали. — Айка недовольна, что нам в подготовке будет помогать еще одна студия. Негласно между нами идет борьба, но я надеюсь, что фестиваль станет началом сотрудничества. — Почему она против? — спрашивает Кирю. — Думает, они могут помешать или просто примажутся к нашему успеху. Я же не вижу смысла портить фестиваль, если они сами будут в нем участвовать. К тому же они сами предложили помощь и согласились с тем, что мы остаемся организаторами, а они на подхвате. — Она предлагала другие варианты? — вопрос задает уже Сакура. — Да, и мы воспользуемся ими. Сотрудничество, помимо помощи с подготовкой, принесет охваты, полезные контакты и другие бонусы. Нельзя упускать такую возможность, — пожимает он плечами и смотрит на Эндо. — Надеюсь, хоть для тебя проблемой не станет наше сотрудничество с ними? Обычно дружелюбная девушка была готова вступить в конфликт и втянуть их в это. Конечно, их нельзя назвать посторонними и, скорее всего, на это она и сделала ставку, рассчитывая заручиться их поддержкой и изменить решение. Эндо напишет и расспросит ее обо всем позже. Еще ему не ясно, почему при всем это Тасуку просит участвовать их, а не профессиональных танцоров. — А должно? — Они просят задействовать их танцора в номере на открытии. Номер на нас троих, ничего не должно быть сложного, но… — Херня вопрос, — легко отмахивается Эндо. Временно ужиться он может с кем угодно. Заодно и проследит, чтобы в их выступлении все шло по задумке. Он видит, как Тасуку опускает плечи. Кирю, похоже, что-то обдумывает, а Сакура сидит рядом бледный. — Ты как? — Эндо легонько толкает коленом его бедро. — Почему ты просишь участвовать нас, а не профессиональных танцоров?.. — тихо спрашивает Сакура. Эндо опускает руку между ними и кладет ладонь на ледяную руку Сакуры, стараясь отвлечь и успокоить. — Говорю же, — делает очередной вздох Тасуку, — что когда затевал все это, то масштаб, бюджет и все было меньше. С привлечением аудитории и спонсоров все выросло, но в голове по-прежнему стоите вы четверо, конкретные картинки с вами и первоначальная задумка, от которой я не хочу отказываться. Я не жду, что у вас все будет получаться идеально с первого раза. Не жду того, что вы все будете схватывать на лету. Должна же быть капелька развлечения во всем этом? Для меня эта капля — вы, — он улыбается так широко и ярко, что ему хочется верить. Он уходит искать девушку. Неизвестно, как прошел их разговор, но вернулись они вместе и обсуждение возобновилось. Тасуку решает, что хорошей идеей будет показать им некоторые элементы и посмотреть, смогут ли они их повторить. Его не смутило, что ни у кого с собой нет сменной одежды, что он не предупредил об этом или что они не разогреты. Они наскоро размялись, пока Тасуку с Айкой ходили за матами. Тасуку показал на их примере с Айкой, какую поддержку хочет увидеть от Сакуры с Эндо. Пока Эндо с сомнением отнесся к идее пробовать поддержки вообще, Сакура уже отошел для разбега. — Не должно быть сложней, чем наши тренировки. Вот только тренировались они вместе много лет назад, однако любая мысль исчезает, стоит подхватить Сакуру. Они пробуют еще несколько элементов, которые получаются не с первого раза, но получаются. Тем не менее, Тасуку находит к чему придраться. Плавность и эмоции в движениях? Серьезно? Они только встали в пару. Удивительно, как Сакура доверяет ему с той акробатикой, которую от них просят. И какого хрена Тасуку вообще ходит такой довольный? Сложности начинаются, когда он меняется с Кирю и слух раздражает глухой звук ударов тела о маты. Сакура часто падает с поддержек Кирю, больше, чем Эндо готов слышать, но терпит, сосредотачиваясь на девушке. Когда звук меняется, он ловит Айку, и вместе с ней смотрит в сторону упавшего мимо мата Сакуры. — Прости, Сакура! — Кирю помогает ему сесть, но оказывается оттеснен подошедшим Эндо. — Все в порядке! — заверяет он и трясет головой, пока Эндо придерживает за спину. — Попробуем еще раз? — На сегодня хватит, — говорит Тасуку и похлопывает расстроенного Кирю по плечу. Эндо порывается нести Сакуру, потому что тот ранен, но Сакура бьет его по рукам, как только он тянет их ближе. Первыми уходят Кирю с Айкой, а Эндо и Сакура задерживаются, потому что их окликает Тасуку. — Не думал, что мы задержимся надолго, — Эндо поднимает бровь. Врет. Сам не выпускал их отсюда и сиял от счастья. — Сора написал, что дети уже спят. Помню, мы договаривались, чтобы Сумирэ побыла у нас, пока мы не закончим, но пусть останется на ночь? Каникулы ведь, в школу не нужно и домашних заданий нет. И, может, оставишь ее у нас и завтра на весь день? — теперь уже Сакура выглядит удивленным. — Исаму просил свозить его в океанариум, и будет рад компании. Ты не против? Сакура колеблется и отвечает с неохотой: — Нет, но… — Не волнуйся, — Эндо закидывает руку за плечо Сакуре и обнимает. — Тебе скучать тоже не дам и составлю компанию. — А кто сказал, что я согласен? — он не отмахивается, не отстраняется и не очень-то выглядит недовольным. — А ты против? Сакура молчит, резко, раздраженно выдыхает, а Эндо широко улыбается. Они прощаются с Тасуку, выходят и садятся в машину. — Как ты? — спрашивает Эндо, выезжая на дорогу — Устал, — честно признается Сакура. — Еще не понял, что от нас хочет Тасуку, но понял, что хочу тренировку с тобой. — Хорошо, — легко соглашается Эндо. — Обязательно потренируемся вместе. Я еще обещал экскурсию. — Без знакомства с Лазарем, пожалуйста. — А вот этого не обещал, — ему не нужно поворачиваться, чтобы ухмыльнуться на закатывание глаз. — Как тебе в целом все это? — Страшно пиздец, — ежится Сакура. — Одно дело думать, что это будет что-то камерное, а другое, когда это собираются показывать на огромную аудиторию. — Это и не было бы что-то камерное. Не знаю, что тебе наговорил Тасуку, но ты видел количество их подписчиков? — Нет, — честно признается Сакура и достает телефон, чтобы посмотреть. — Это помимо аккаунта другой студии, а если привлекли еще Кирю, то… — Почти полмиллиона?! — Суммарно на всех площадках еще больше, — Эндо мельком смотрит на парня. — Расслабься, Сакура. Он же сказал наслаждаться, сам хочет того же. Если еще мы начнем нервничать и что-то у нас пойдет не так, он не заткнется мне жаловаться. Избавь меня от его нытья. — Мне было как-то спокойней не видеть цифры, — усмехается Сакура. — И что? Они так и останутся безличными аватарами. Контактов твоих никто не даст, ты с ними не познакомишься, отвечать на их комментарии тебе не нужно, так почему бы не попробовать? Сакуру поворачивается к нему лицом, улыбается отчего-то мягко. Или так Эндо кажется, когда на светофоре он смотрит на него. — Поехали домой? — Как скажешь. Отдохни или можешь поспать. Разбужу, как приедем. Сакура кивает. Какое-то время он молча смотрит на него, а потом прикрывает глаза и действительно проваливается в дрему. Эндо было жаль его будить, когда они приехали, но Сакура отказался, чтобы его носили на руках сегодня. Он аккуратно трясет парня за плечо и смотрит, как он уже проснулся, но морщится и лениво потягивается. — Спасибо, — он коротко зевает и открывает дверь. — До встречи, — однако вместе с ним выходит Эндо, а Сакура не находит ничего знакомого в подземной парковке не его жилого комплекса. — Эм, Эндо? — Что-то не так? — с серьезным лицом спрашивает он, подходя к Сакуре. — Куда мы приехали? — Домой, как ты и сказал, — он ставит машину на сигнализацию и выглядит таким непринужденным, что Сакура не сразу находится с ответом. — Но это не мой… — его мысли подтверждаются широкой довольной улыбкой. — Ко мне домой! Я просил отвезти ко мне домой! — он гневно смотрит на Эндо, а тому все равно: он улыбается широко и притягивает сопротивляющегося Сакуру в объятия. — В гостях у тебя я уже был, и, как радушный хозяин, решил пригласить к себе. — Концепция «сначала спросить, а потом делать» тебе не знакома, да? — вздыхает Сакура и смотрит на довольное лицо. Он пробует подобрать отговорку, сказать, что у него нет с собой вещей. В целом, это все, что он может сказать против и замолкает, неловко краснея. Эндо прижимается губами в алеющей щеке. — Я прошу всего лишь побыть рядом. Может быть, составить компанию на завтрашний день, если захочешь. Ладно, может быть, я рассчитываю на завтрак в постель? — пробует он и тихо смеется от слабого подзатыльника. — Не рассчитывай, — Сакура выпутывается из объятий и с независимым видом встает неподалеку. — Спать мы будем в разных комнатах. — Ладно, — пожимает плечами Эндо, и идет к лифтам. — На разных спальных местах, — слышится от Сакуры рядом. — Хорошо. — Одетыми. — Конечно. — В смысле мы с тобой будем спать в разных комнатах, на разных спальных местах и одетыми, — в полной формулировке еще раз проговаривает Сакура, когда они заходят в лифт. — Разумеется, — кивает Эндо и нажимает на кнопку нужного этажа. — Ты меня вообще слушаешь?! Эндо неопределенно машет рукой. Он действительно не рассчитывает ни на что. Ему всего лишь хочется показать Сакуре, как и где он живет, побыть рядом с ним, раз представилась такая возможность. Он уже освободил завтрашний день и составил примерный план того, что можно предложить из развлечений: согласует с Сакурой и можно преступать. Двухуровневая квартира и залитая светом гостиная с панорамным остеклением — мечта, которая стоила всех усилий. Сейчас гостиную освещает Сакура и восторженно смотрит на вечерние огни, а Эндо смотрит только на него. Они переодеваются, и Сакура настаивает, чтобы самостоятельно приготовить ужин. Эндо только рад смотреть на парня, который в его одежде готовит им ужин. Ему хочется наплевать на готовку, схватить и зацеловать Сакуру, не выпускать из рук. Он обваливает это желание в подробностях, как моти в крахмале. Выглядит до того довольным, что Сакура спрашивает, почему он так улыбается. Эндо честно отвечает, что представляет их секс на кухонном островке. Уже сидя в гостиной на диване, он потирает затылок и все также широко улыбается. Открытая планировка — одно из лучших решений в ремонте, потому что он по-прежнему может нервировать Сакуру своим присутствием, даже когда находится не рядом. После ужина он показывает гостевую комнату, чтобы Сакура успокоился и пошел смотреть с ним фильм. От пережитых эмоций Сакура уснул еще в самом начале просмотра. Теперь перед Эндо стоит задача со звездочкой: куда отнести парня? Звездочка в том, что оставлять его одного он не хочет и не будет. Вариант оставить на диване он отбрасывает сразу: он хоть и удобный, но мал для двоих. Вариант с гостевой комнатой даже не рассматривается. В общем-то, решение одно — отнести к себе в комнату. Он подождал, пока сон станет крепким и аккуратно перенес его на второй этаж. И пусть Сакура будет зол. Завтра можно сказать, что у него одеяло тонкое, кондиционер сломался или наступил ледниковый период. Какая разница, если сейчас он может обнять его и заснуть?

ᗧ • • • • • • 🎮

Утро бывает добрым, мягким, ленивым, тягучим, неспешным и до притягательного теплым, когда вместе с объятиями прижимаешь солнце к груди — Эндо прижимает к себе пустоту. Он открывает глаза и подрывается в кровати. Сакуры нет рядом или в комнате, а место рядом уже потеряло тепло. Неужели он все испортил? Переступил черту, которую сам Сакура вчера провел, а он его не послушал? В голове роятся десятки извинений и сотни мыслей, как он может все исправить. Нужно только найти его, позвонить, встретиться, извиниться. Он встает с кровати и, как был в одних спортивных штанах, бежит вниз за телефоном. Он так торопится, что не замечает аромата и стука ножа. Он реагирует на музыку на кухне, оборачивается и спрашивает, не доверяя глазам: — Сакура?.. — Эм, да? В чем дело? — он перестает резать овощи и откладывает нож в сторону. — Что-то случилось? — Эндо подходит к нему и крепко обнимает, зарывшись носом в волосы. — Да что происходит?! Скажи нормально. — Я так рад, что ты здесь, — он приотпускает его только, когда Сакура стучит по спине от нехватки воздуха. — Виноват, не удержался, — вместе с этим отпускает и внутреннее напряжение. — Где мне еще быть? — бурчит Сакура, разворачиваясь в кольце рук и продолжая нарезку. — Едва подавил в себе желание задушить тебя, как проснулся. Ты что устроил?! — Это все кондиционер. Он сломался, — мурлычет Эндо около уха. — Ага, ври больше, — легонько дергает плечом Сакура. — Тогда как тебе идея, что я спас тебя от тепловой смерти? Скажи ведь, ночью было прохладно? — он кладет подбородок на макушку, с интересном наблюдая за проворными движениями. — Тепловая смерть грозит не мне, а Вселенной. И вообще, ночью было жарко. — Вот видишь? А я охранял твой покой и сон, — он чувствует руками, как диафрагма опускается, и Сакура перестает спорить. Эндо неуклюже следует за ним по всей кухне, обняв со спины. Сакура не высказывает недовольства, да и в его теле не чувствуется напряжения, он не предпринимает ничего, чтобы отстраниться. Эндо не верит в сам факт события — может, это симуляция? Он делает глубокий вдох и чувствует свой мятный шампунь в волосах Сакуры. Руки сами собой крепче стискивают его. Симуляция или нет, а он хочет в ней остаться. — Ям-мато?.. — М-г-м? — Ты, конечно, не мешаешь, но ты липучка и это неудобно. Прошли годы, но казалось, что Сакура не подрос совсем. Он все также достает ему до плеч и приходится сильно наклониться, чтобы убрать волосы на одну сторону и провести носом по загривку. Он переплетает пальцы их левых рук, слегка хлопает Сакуру по бедру и подталкивает в сторону свободного пространства на кухонном островке. Он тянет их переплетенные пальцы вперед, наваливается всем телом, прижимает грудь и красную щеку парня к прохладному кварцу. Свободной рукой он хватается за выступ столешницы, как за спасительный якорь. Возможно, напряжение покинуло его не полностью. — А так, Харука? — шепчет он на ухо и с силой прикусывает его. — Может быть, так? — он ведет языком по отметинам и грубо толкается бедрами вперед, вжимаясь пахом в ягодицы. — Нгх!.. — Сакура с силой сжимает его пальцы, а свободную руку тянет назад, чтобы ударить. — Эй, полегче! Эндо отлично осознает, что ему больно. Глаза туманят мысли о синяках на тазовых косточках и красной линии от острого края поперек живота. Он не хочет легче. Он касается сначала губами, а затем с силой сжимает зубы на задней поверхности шеи чуть ниже линии роста волос и стонет вместе с Сакурой. Ему недостаточно, ему мало. Нужно больше, чтобы кожа к кожа, и выпить Сакуру до дна. В мозг пробирается мысль, что он согласен кончить даже от фроттажа, потому что дальше они сегодня не пойдут. А пойдут ли вообще? Каждая секунда молчания сейчас в будущем может стоить ему непозволительно дорого. Эндо размыкает челюсть, отстраняется, зализывает след от зубов и переходит на вылизывание шеи. Он дует на мокрый след, удерживая дернувшееся тело под собой. — Позволишь? Он смотрит на красное лицо, приоткрытые губы и чувствует грудью тяжелое дыхание. Он не делает выбор проще, вжимая всем весом в столешницу, однако действительно сможет остановиться и Сакура знает это. — Не сейчас, — на выдохе шепчет Сакура. После услышанных слов Эндо усилием воли оттаскивает себя от Сакуры, выпрямляется и делает маленький шаг назад. Сакура дышит шумно, опирается обеими руками на столешницу и не двигается с места. Эндо первым приходит в себя. Несмотря на свои желания, сейчас ему важно показать Сакуре, что ничего страшного от его отказала не случилось. Он разворачивает его к себе лицом, и Сакура, ожидаемо не поднимает взгляд. — Харука, — игнорирует и не смотрит. — Ну же, Хару, — теперь все же смотрит робко и виновато, а Эндо прижимает его к себе крепко. — Ты прав. Не будем торопиться. И не вздумай винить себя. Это мне счастье в голову ударило. — Придурок, — бурчит Сакура и обнимает в ответ. — Мне страшно. Страшно было проснуться рядом с тобой и понять, что мне это нравится. Даже сбежать не хотелось, — он усмехается. — Страшно и сейчас, потому что я этого, вроде как, хочу, но… — Эндо гладит его по спине и волосам. — Это ведь не нормально, да? — Хм? С чего ты это решил? Удар по моему самолюбию. — Не напрашивайся на комплименты, — хмыкает Сакура. — Ты понимаешь, что я имею ввиду. — Не понимаю. Объясни. Сакура поднимает голову и смотрит в спокойные глаза. — Мы ведь… — он запинается и отводит взгляд. — Люди, которые стараются построить общее в настоящем. Ты это имел ввиду? Или хотел сказать, что мы бывшие? — Как, по-твоему, все это выглядит со стороны? — Охрененно. Я согласен был кончить даже от трения через одежду. — Блять, Ямато, будь серьезным! — Не хочу. Зачем забивать голову мыслями, если мне хорошо с тобой? Сакура молчит, а Эндо помогает успокоиться и отвлечься легкими поглаживаниями. Чтобы успокоиться самому и потушить жидкий огонь в венах, потребуется больше времени и принять душ. — Ты сейчас подводишь к тому, что мои чувства нормальны? — Она взаимны. Любые, какие бы они ни были. — А если это ненависть? — из вредности тянет Сакура. — Бывает, я тоже ненавижу себя, — Эндо смеется, обхватывает Сакуру и прижимает руки к бокам, не давая драться. — Ты сам сказал. Я согласился. — Не то я имел ввиду! — Тогда выразись ясней. Что ты чувствуешь? — Что ты меня бесишь, раздражаешь и вообще отпусти меня! — Только за поцелуй, — он тянется вперед, получает удар лбом по подбородку и прикусывает губу до крови. Сакура с независимым видом отстраняется и проходит мимо, а когда Эндо в прошлый раз прикусил язык, он суетился. Не может Эндо тратить время наедине с собой в душе, когда рядом Сакура, поэтому он несколько минут стоит под ледяным душем и бежит обратно. Сакура не ценит его стараний и выгоняет надеть верхнюю одежду, а не греться об него. И пусть Сакура не сказал ни слова, но он смотрел. Эндо терпеливый, расчетливый, холодный и вполне способен подождать, когда на него будут не только смотреть, но и трогать. Пока Сакура отводит взгляд и не смотрит в его сторону, он решает не дать и шанса подумать, что что-то не так. Вместе с тем он понимает, что не нужно наседать на него сейчас. Он и так узнал больше, чем рассчитывал: у Сакуры есть чувства. Какие — узнает и разберется потом, а пока нужно не выпускать его из поля зрения и дать понять, что все нормально. После завтрака он спрашивает: — Куда хочешь поехать? — Почему тебя постоянно тянет куда-то поехать, пойти или заняться чем-нибудь? — ворчит Сакура, сидя рядом на диване. — Можно же побыть дома. — Потому что это отдых. У тебя еще нет седины, а ведешь себя, как пенсионер, — он уворачивается от локтя и крепко обнимает ворчащего парня. — Ну же, поехали куда-нибудь. Вечером посидим дома, — он задумывается и кладет подбородок на макушку. — Знаю, поехали на аттракционы. — Никуда я с тобой не поеду. Пусти меня, — Сакура активно вырывается из его рук и выглядит до того наигранно недовольным, что Эндо смеется с его усилий казаться не заинтересованным в происходящем. — Неа, соглашайся или не отпущу. Будет весело. — Весело будет только тебе, а мне будет страшно, — Сакура дуется и не перестает крутиться. — Поехали на роликах покатаемся? — Нет. — Тогда гидроциклы? — предлагает Эндо, пока глаза Сакуры становятся все больше. — Почему ты хочешь меня убить?! Эндо хохочет искренне, от души. — Боюсь, что дома я не отвечаю за свои руки, — он ухмыляется, в подтверждение ползет пальцами от колена выше по бедру и — бинго — получает то чего хотел. — Парк, так парк, — он сразу отпускает Сакуру, который проносится наверх, пряча красные щеки и кричит ему с лестницы. — Вставай, чего расселся? Эндо тяжело и громко вздыхает, когда Сакура переодевается в свою одежду. Нужно было спрятать ее или испачкать. Они едут в парк аттракционов. Если на танабате его внимание было разделено между Сумирэ и Харукой, то теперь оно безраздельно отдано одному человеку. Судя по лицу этого человека, он уже жалеет об этом. Эндо ведет его на каждый аттракцион, а на джет-костер несет на плече, пока Сакура кричит отпустить его и уговаривает помочь прохожих. Когда их пристегивают, Сакура обещает страшные пытки, если они выживут. Выжили и про пытки не обманул. Они идут на автодром, где для Сакуры вполне компенсация смотреть, как Эндо кривится от отвращения и предлагает сходить на башню свободного, но не лезть в это. Разумеется, ведь это не его тюнингованная машина, но он соглашается. И на парные кошачьи ушки соглашается. И на паровозик, на который их не пустили, тоже был согласен. И пойдет даже в ад, лишь бы Сакура был доволен. Через несколько часов у них болят щеки от улыбок, и нет места в руках от призов и покупок. Эндо довольно смотрит на недовольного Сакуру, который ворчит, что все это ему дома девать будет некуда. От предложения выкинуть он почему-то отказывается, крепче обхватывает охапку игрушек и уходит вперед.