Детектив

      Вчерашнее приятное настроение Вани улетучилось, будто его никогда и не было, а ему на смену вернулись мысли о саморазрушении и отвращение к собственным поступкам. Погода за окном вторила мрачным чувствам: затянутое тучами небо источало бесконечную тоску и уныние, а холодный ветер, воющий где-то в вентиляции, отбивал всякое желание вставать с кровати.       Он провалялся в её плену до самого обеда, безуспешно пытаясь заставить себя подняться. Голос разума шептал, что ему нужно умыться, почистить зубы и позавтракать, но все его доводы разбивались о непреодолимое нежелание как-либо стараться для себя. Зачем, если даже Маша ополчилась против него?       В какой-то момент, размышления Вани начали доходить до крайности, заставляя парня винить себя во всех собственных проблемах. Ему казалось, что стены комнаты медленно сужаются, оставляя всё меньше и меньше свободного пространства. Он медленно подходил к точке наивысшего отчаяния, за которой ждала лишь тьма…       В столь сложный час на помощь Ване неожиданно пришла его детективная натура. Когда отвратительные мысли о собственной ничтожности достигли пика, в голове парня вдруг проскочил вопрос, игнорируемый им всё утро: «Кто и зачем убил Стёпу и Кирилла?».       Зацепившись за эту соломинку, Ваня постепенно перевёл размышления о плохом на второй план, почувствовав вместе с этим лёгкое облегчение. С каждой минутой его всё больше и больше увлекало нахождение мотивов для убийства одногруппников. Они перешли дорогу не тем людям? Кто-то решил отомстить им за былые обиды? Или же Стёпу с Кириллом настигла кара за то, что они случайно вскрыли сложную коррупционную схему своей безответственностью?       Постепенно возможных версий случившегося становилось всё больше. Они заставили Ваню наконец-то подняться с кровати: парень начал ходить туда-сюда по комнате, задумчиво потирая подбородок. Смерть одногруппников не вызвала у него никаких эмоций, и сейчас его интересовали лишь обстоятельства их гибели. Доступ к материалам дела Ваня получить не мог, но у него был неплохой шанс вытянуть кучу информации из детектива во время запланированной встречи.       Желание провести остаток дня в постели исчезло окончательно. Проверив время, он понял, что для сборов и прочих бытовых дел у него был ещё целый час в запасе. Подойдя к катане, висящей на стене, и проведя пальцем по красивому узору её ножен, Ваня решил, что расследование убийства одногруппников – это отличная возможность отвлечься и переждать плохой период в жизни.

***

      Разговор с детективом был запланирован в полукафешке-полупивнушке со скромным названием «Кружка настроения», которая располагалась недалеко от двора Вани и Маши. Поплотнее застегнув куртку, парень дошёл до неё за пару минут до назначенного времени, стараясь не обращать внимания на сильный ветер и пробирающий до костей холод.       Открыв стеклянную дверь с небольшим колокольчиком над ней, он зашёл в зал и бегло осмотрелся, вдыхая тёплый воздух полной грудью. Внутри тихо играла лёгкая музыка с приятным женским вокалом, а вместе с декором, выполненным в светло-зелёных тонах, и большим количеством живых растений, она создавала приятную атмосферу, в которой хотелось задержаться как можно дольше, особенно во время такой ужасной погоды. Столиков было немного, но большая их часть оказалась свободна – время обеда уже прошло, и редкие посетители просто согревались в компании чашки кофе. В зале работала одна официантка – старшеклассница лет шестнадцати в плотном фиолетовом фартуке, но работы было мало даже для неё – девушка сидела за барной стойкой, залипая в телефон со скучающим видом. Появление Вани немного оживило её, но, увидев повязку на глазу посетителя, она решила не спешить и дождаться, пока он сам сядет за столик.       Самого Ваню в данный момент смущало лишь одно: изучив взглядом кафешку вдоль и поперёк, он так и не смог найти ни Алексея, ни Машу. Проверив время на телефоне и убедившись, что сейчас действительно два часа дня, Ваня окончательно впал в ступор, не зная, что делать дальше. Видя это, официантка всё-таки подошла к нему, поборов внутренний ступор.       — Добрый день, — с осторожностью поздоровалась она, стараясь не смотреть на повязку, — вам что-то подсказать?       — Да… — протянул Ваня, с трудом подбирая слова, — у меня тут встреча назначена. К вам не заходила девушка со светлыми волосами и крабиком или мужчина лет тридцати пяти?       — Я поняла, о чём вы, — официантка с облегчением выдохнула. — Пойдёмте за мной.       Девушка провела Ваню через весь зал, в дальнем конце которого находился неприметный закуток с длинным столом на восемь человек и мягкими диванчиками вокруг него. Там его уже ждали Алексей и Маша. Первый был в своём привычном настроении: не слишком мрачный, но и без улыбки на лице, а вторая сидела с крайне угрюмым видом, теребя в руках салфетку. Появление Вани вызвало у них разные эмоции: Алексей улыбнулся и встал, чтобы пожать парню руку, а Маша лишь взглянула на напарника тяжёлым взглядом, тут же отвернувшись в сторону.       — Прошу прощения за небольшое опоздание, — извинился Ваня, вешая куртку на вешалку и усаживаясь на свободный диван, — немного заблудился, когда пытался вас найти.       — Ты сам на себя не похож, — сказал Алексей, глядя то на Машу, то на Ваню, — опаздывать и путаться – это не в твоих привычках, но кому не пофиг? Здесь все свои, да и детектив тоже задерживается, — он сделал паузу, чтобы дать ребятам включиться в разговор, но за столом повисла напряжённая тишина. Поняв, что диалог не клеится, Алексей продолжил: — кстати... Слышали новость? Недавно вокалистка Фиолетовой тени… того… — он провёл пальцем по шее.       — Фиолетовая тень? — переспросил Ваня, стараясь не смотреть на Машу. — Какая-то попсовая группа?       — Обижаешь! Это одни из лучших ребят на современной сцене, — неосведомлённость Вани сильно удивила Алексея, и он недовольно покачал головой. — Они и до введения полной автономии были крутыми, а после вообще стали номером один. Всегда мечтал попасть на их концерт, особенно когда у них пару месяцев назад новая гитаристка появилась, но из-за чёртовых командировок так и не смог. Теперь, видимо, не смогу никогда…       — Извините, но мы слишком далеки от музыкальной движухи, — Маша наконец подала голос, сказав лишь эту короткую фразу.       — Я думал, про Фиолетовую тень знают все… — Алексей вновь посмотрел на ребят и продолжил, не скрывая досады: — Балбесы, я не слепой и вижу, что между вами что-то случилось. Похоже, это "что-то" очень серьёзное, потому что из балаболки Маши сегодня слова не вытянуть! А учитывая то, что комиссия восстановила вас в должности, вы вообще должны плясать от счастья! Давайте, жду чистосердечного.       — Пусть Ваня сам всё расскажет, — сказала девушка, скрестив руки на груди и не отводя взгляда от напарника. — Алексей Александрович ведь заслуживает знать правду?       — Не дави на меня, пожалуйста, — попросил Ваня тихим голосом. Чувства вновь нахлынули на него, но сил сопротивляться им почти не осталось. — Я… не в лучшем состоянии для таких разговоров.       Услышав такой ответ, Маша закатила глаза и промычала что-то невнятное. Такая реакция окончательно смутила Алексея, вызвав у него ещё больше непонимания, но разъяснить ситуацию он не успел: к ним вновь заглянула официантка, которая привела незнакомого мужчину. Одет он был просто и не примечательно: осенняя куртка, серый свитер, тёмные брюки и тёплые ботинки. На вид незнакомец был чуть старше Алексея, но из-за светлых волос, очков и записной книжки в руках он скорее походил на повзрослевшую мужскую версию Маши.       — Что будете заказывать? — спросила официантка, достав небольшой блокнот. — Счёт, я так понимаю, сделать раздельным?       — Да, всё правильно, — сказал незнакомец, усаживаясь во главе стола. — Я бы хотел двойной эспрессо без сахара и добавок, только сделайте его покрепче и погорячее.       — Мне как всегда, — подхватил Алексей, — кружечку светлого фильтрованного и гренки на закуску.       — Маленький капучино и сэндвич с тунцом, — быстро заказал Ваня.       — А вы что-нибудь будете? — поинтересовалась официантка у Маши.       — Нет, — коротко ответила она, — у меня сегодня нет аппетита.       Молча кивнув, официантка ушла на кухню, оставив посетителей наедине. Незнакомец воспользовался моментом и представился, взяв инициативу в свои руки:       — Всем добрый день. Меня зовут Анатолий Борисович, я детектив по особым делам. Спасибо, что нашли время для разговора, уверен, он получится очень продуктивным, — мужчина открыл записную книжку и начал перелистывать страницы в поисках нужной информации. — Алексей, Иван и Мария? Я ничего не путаю?       — Всё верно, — подтвердил Алексей Александрович. — Ваня, если что, тот одноглазый оболтус. Можете обращаться к нам как хотите, у нас ведь не допрос. По крайней мере я надеюсь, что не допрос.       — Хорошо, буду иметь в виду, — Анатолий достал из записной книжки ручку и несколько сложенных вдвое листов. — Вы правы, мне действительно хочется побеседовать с вами в неформальной обстановке, но некоторые официальные моменты всё-таки нужно уладить. Это стандартные расписки об ответственности за разглашение тайны следствия. Думаю, вы уже не раз сталкивались с ними по работе. Подпишите, пожалуйста, и мы перейдём к сути.       — Эх, ни дня без бумажек, — пробурчал Алексей, рисуя замысловатую подпись в нужных местах и передавая документы Маше, — хорошо хоть в специальных комнатах нужно допрашивать только подозреваемых. Пока что.       — Хех, ключевая фраза тут «пока что», — усмехнулся Анатолий, убирая подписанные документы в записную книжку. — Ладно, предлагаю переходить к делу. Я не буду задавать вопросы кому-то конкретному – отвечайте на них, как вам удобно. Ещё мне хочется, чтобы наш разговор, в первую очередь, был беседой детективов. Не стесняйтесь предлагать свои версии случившегося – взгляд со стороны делу не повредит. А начнём мы, пожалуй, с вашей характеристики убитых. Я понимаю, что вы давно контактировали с ними в последний раз, но мне хочется узнать, какими они вам запомнились.              — Лично я общался с этими идиотами не больше пары дней, — Алексей взял слово первым. — Старикан-заведующий криминальным направлением в академии, где я учился, предложил мне стать одним из наставников в выпускном деле. Я сдуру согласился, ведь на тот момент уже восьмой месяц сидел без отпуска, а бесконечные расследования встали у меня поперёк горла.       — Если я не ошибаюсь, вы курировали расследование, на которое назначили сразу две пары? — уточнил Анатолий, делая какие-то записи.       — Ага, я был наставником у убитых и этих двух оболтусов, — он стрельнул взглядом в Машу и Ваню, слушавших его с мрачным видом. — Это был… очень интересный опыт. Стёпа и Кирилл не сделали вообще ничего, пробухав всё расследование на служебной квартире, а меня с криками и руганью заставили подписать рапорт об их успешной работе. Короче, они закончили академию, дав на лапу нужным людям, или же за них попросил кто-то очень важный.       — Я знаю про взятки, — сказал Анатолий, окинув всех многозначительным взглядом. — Убитых же буквально месяц назад перевели в клерки. Думаю, вы в курсе подробностей этой истории, там ещё по вашему управлению знатно попало.       — А вот это уже я попросил нужных людей, — торжествующе улыбнулся Алексей. — В эту игру можно играть вдвоём, а они меня очень сильно разозлили.       — Интересный поворот событий… — Анатолий вдруг задумался с загадочным видом.       — Уточню, на случай если у вас вдруг проскочили сомнения в мою сторону – на этом моё желание поквитаться закончилось. Ребята, а вы чего молчите? Вы же общались с этими дураками все пять лет учёбы, и вам наверняка есть что про них рассказать.       — Лично меня, как и большую часть академии, они очень сильно бесили, — Ваня закрыл единственный глаз, погрузившись в воспоминания об учёбе. — Все ребята в нашей группе либо ненавидели эту сладкую парочку, либо были их подсосами. Третьего не дано. На протяжении всех пяти лет я старался избегать Стёпу и Кирилла, чтобы не вляпываться в ненужные конфликты. А поскандалить они очень любили…       — Особенно со мной, — нехотя продолжила Маша после недолгой паузы. — Я была старостой и чуть ли не каждый день выслушивала их недовольные комментарии или едкие подколы.       От дальнейшего рассказа девушку спасла официантка, зашедшая с напитками и едой на большом подносе. Аккуратно расставив заказы на столе, она спросила, нужно ли принести что-то ещё. Получив отрицательный ответ и благодарность за работу от Алексея, официантка ушла, позволяя Анатолию задать следующий вопрос:       — Какие мотивы для убийства, по вашему мнению, самые логичные?       — Ох… — Алексей откинулся на спинку стула и задумался. — Судя по сложному характеру жертв, случиться могло вообще что угодно. Они могли, банально, нагрубить слишком злопамятному человеку, могли сделать что-то глупое на эмоциях из-за перевода в клерки, могли связаться с плохой компанией, а могли нарваться на хорошо спланированную месть от обиженных ими в прошлом людей. Все эти мотивы звучат очень логично, и я не сильно удивлюсь, если какая-то из версий окажется правдой.              — Мы с напарницей… — Ваня посмотрел на Машу, но от неё не последовало никакой реакции, — недавно расследовали дело, где убийца начал мстить всем подряд за детские обиды. Мотив мести на этой почве нравится мне больше всего: самые сильные психологические травмы человек получает в раннем возрасте, а Стёпа с Кириллом оставили их очень много. — Он предпринял ещё одну попытку посмотреть на напарницу, на что она недовольно закатила глаза. — Но мне кажется, у нас слишком широкий простор для размышлений, — продолжил Ваня, подавив приступ разочарования. — Возможно, мы бы смогли предположить что-то более конкретное, если бы узнали детали убийства.       — Да, паренёк дело говорит, — Алексей кивнул, подтверждая свои слова, — но раскрывать нам обстоятельства их смерти или нет – решать только вам.       Ваня заметил, как Маша подалась вперёд после последней фразы Алексея, положив локти на стол, а в её глазах впервые за всю встречу мелькнула искра неподдельного интереса. Анатолий же, напротив, отложил записную книжку и поднял голову, разглядывая в раздумьях небольшую люстру над столом. Ущипнув себя за подбородок, детектив по особым делам молчал, создав тем самым напряжённую атмосферу.       — Дело в том… — наконец заговорил он, позволяя всем выдохнуть, — что мы с напарником не совсем понимаем, почему с убитыми разобрались… так. Вопросами про их личность и возможные мотивы я хотел хоть немного прояснить для себя картину произошедшего, но в итоге запутался ещё больше.       — "Так" это… как? — осторожно спросила Маша.       — Им отрубили головы, — после этих слов Анатолий жадно допил остатки эспрессо из кружки, — ужасное зрелище: вся комната в крови, и повсюду этот отвратительный запах… Мы с напарником до сих пор не отошли от осмотра места преступления, хотя за пятнадцать лет службы повидали многое. Я могу показать вам фотографии, но настоятельно советую поверить мне на слово.       — Вот как… — Алексей явно не ожидал такого поворота событий, — я думал, что их просто зарезали или застрелили где-то в подворотне. Убийство произошло прямо в общежитии?       — Да, они собрались у… — Анатолий потратил пару секунд на поиски нужной записи в заметках, — Кирилла, чтобы что-то отметить. По крайней мере, литры алкоголя и куча закусок, обнаруженные нами во время обыска, явно говорят об этом. Но начать праздник они не успели: убийство произошло раньше. Судя по заключению медицинских экспертов, всё случилось в начале одиннадцатого часа вечера. Кирилл сам открыл дверь убийце: его обезглавленное тело лежало прямо у входной двери. Возможно, они были знакомы, но улик, явно говорящих об этом, у нас пока нет. Степан же попытался спасти свою жизнь: он убегал, устроив погром во всей комнате, но смерть все равно его настигла…       Рассказ Анатолия парализовал Ваню, сковав парня цепями первобытного страха. Слушая детектива, он с каждой секундой впадал всё в большее отчаяние, а в голове, словно заевшая пластинка, крутилось одно имя… Неужели ставка на тихую и безмятежную жизнь не сыграла, и прошлое вернулось за ним? А что, если это просто ужасное совпадение? Он очень хотел поверить в это, но повязка на глазу горела и кричала, что жизнь слишком жестока для таких совпадений…       Где-то на середине рассказа Анатолия Ваня жадно допил кофе, последовав примеру детектива, и огляделся, пытаясь отвлечься от нахлынувших мыслей. Посмотрев на Машу, он понял, что девушка не сводит с него глаз, внимательно наблюдая за реакцией. Это изрядно смутило Ваню. Он отвёл взгляд и включился в разговор, как только Анатолий закончил:       — Чтобы отрубить голову, нужно приложить недюжую силу… У меня дома есть декоративная катана, и по факту это просто килограммовый кусок железа с ручкой. Даже просто махать им туда-сюда без предварительной подготовки очень тяжело.       — Думаешь, им отрубили головы катаной? — спросил Алексей, допивая пиво.       — Я тоже склоняюсь к версии, что это был какой-то хорошо наточенный меч или, менее вероятно, очень острый топор, — Анатолий поддержал предположение Вани, вновь зарываясь в записи, — разрез слишком точный и аккуратный – не похоже на работу ножа.       — В любом случае круг поисков значительно сужается, — сказала Маша, скрещивая руки на груди, — первое, что приходит на ум при слове "катана", – это Якудза. Стёпа и Кирилл вполне могли перейти дорогу бандосам, а те, в свою очередь, подослали к ним убийц. Вот только как они смогли проникнуть в район внутренних войск, да ещё и с оружием? Как резервную версию я бы рассматривала мотив мести. Наше прошлое дело показало, — девушка в очередной раз стрельнула в Ваню ледяным взглядом, — что желание поквитаться за обиды может доводить до неведомых крайностей. На этом мои мысли всё, — последнюю фразу она пробубнила с видом "отстаньте от меня, пожалуйста".       — Мы с напарником тоже рассматриваем версию с Якудзой, — сказал Анатолий, обдумав слова Маши, — но у неё есть пара фундаментальных проблем. Во-первых, в районе внутренних войск уничтожают любые ячейки преступных группировок, как только о них появляется малейшая информация. Во-вторых, сюда практически невозможно попасть постороннему человеку, а провоз оружия вообще является невозможной по сложности задачей, особенно если речь идёт про катану. Её не разобрать на мелкие детали, как тот же пистолет.       — Тем не менее, более правдоподобных версий в голову пока не приходит, — задумчиво протянул Алексей. — Да, теория с Якудзой звучит странно, но если кто-то очень сильно чего-то захочет, то никакие правила и законы его не остановят.       — Точнее не скажешь… — Анатолий закрыл записную книжку, снял очки и помассировал веки. — В любом случае, спасибо вам за разговор, он определённо внёс немного ясности в расследование. Надеюсь, у моего напарника получится достать записи с нужных камер, и мы хотя бы примерно поймём, кем был убийца или убийцы.       — Соболезную вашему напарнику, — сказал Алексей, выглядывая в общий зал и подзывая жестом официантку. — С каждым днём достать записи становится всё сложнее и сложнее. Владельцы камер почему-то постоянно думают, что мы подозреваем непосредственно их.       — Хех, это точно, — Анатолий оплатил свою часть счёта, оставив щедрые чаевые. — Но в районе внутренних войск с этим попроще. Тут обычно все всё понимают. Ладно, ещё раз спасибо за разговор, — надев верхнюю одежду, он пожал всем руки на прощание. — Я позвоню, если случится что-то важное.       — Разрешите переброситься с вами ещё парой слов на улице? — спросил Алексей, снимая куртку с вешалки. — Молодняк уже этим грузить не будем – пусть отдыхают в свой первый заслуженный отпуск.       — Конечно, буду только рад.       — Тогда пока, пупсы.       Попрощавшись с ребятами, Алексей спрятал руки в карманы куртки и пошёл в сторону выхода вместе с Анатолием. Дождавшись звона колокольчика над входной дверью, Маша тяжело выдохнула и встала, спросив у Вани:       — Почему ты ничего не рассказал Алексею?       — Это исключительно моё дело, — ответил он, стараясь не смотреть на напарницу. — Я хочу признаться, но сделаю это в более подходящий момент.       — А если такой момент никогда не наступит? Будешь ждать вечно?       — В таком случае я сам создам его, — собравшись с силами, Ваня задал вопрос, который висел в воздухе с самого начала встречи: — Маша, почему ты так холодна ко мне? Неужели тебе нравится, когда мы дуемся и избегаем взглядов друг друга?       — Ох… — девушка сняла с вешалки своё пальто и начала одеваться. — Во-первых, извини меня за вчерашнее, я реально перегнула палку в некоторых моментах и проревела из-за этого весь вечер. Во-вторых, мне нужно время, чтобы разобраться в себе. Эмоции ушли, но неприятные ощущения остались, и я без понятия, что с ними делать. Давай договоримся, что ты не будешь трогать меня лишний раз, а я позову тебя поговорить, как только пойму, что творится у меня внутри.       — Хорошо, так действительно будет лучше для всех… — то злополучное имя вновь всплыло в памяти Вани, заставляя его сморщиться от страха. — Только у меня будет одна встречная просьба. Пожалуйста, уедь на весь отпуск к маме. Мне немного не по себе после убийства Кирилла и Стёпы.       — Посмотрим, — холодно ответила Маша, выходя в общий зал. — Как ты сам сказал, это исключительно моё дело. Всё, давай.       Колокольчик над входной дверью прозвенел ещё раз, и Ваня остался в одиночестве. Он попытался вернуть размышления во вчерашнее приятное русло, но все его попытки разбились о холодный образ Маши, всплывший в памяти. Мысли о расследовании теперь тоже лишь угнетали состояние парня, раз за разом возвращая его к имени из прошлого, которое он так старательно пытался забыть все эти пять лет.              Постепенно состояние Вани становилось всё хуже и хуже. За переживаниями пришла нервозность, а за ней начало подкрадываться отчаяние. Пытаясь хоть как-то спрятаться от него, парень подозвал официантку и заказал чашечку крепкого эспрессо, однако кофе лишь разогнал неприятные чувства. Плюнув на всё, Ваня решил прибегнуть к самым крайним мерам и попросил принести бутылку крепкого алкоголя, забыв про все старые обещания самому себе…       После четвёртой рюмки в голове парня что-то щёлкнуло, и остаток вечера вылетел из памяти. Судя по чудом уцелевшим обрывкам, он просидел в кафе до захода солнца, выпив минимум полтора литра алкоголя за вечер. Отключить лишние мысли это не помогло, но уверенность в том, что все проблемы рано или поздно сойдут на нет, стала гораздо больше. Кое-как доковыляв до дома, Ваня, не раздеваясь, плюхнулся на кровать и провалился в беспокойный сон…       На следующее утро его вновь разбудил звонок, вызвавший приступ невыносимой головной боли. Оторвать голову от подушки было гораздо сложнее, чем вчера, но звонящий упорно продолжал набирать Ваню, невзирая на бесконечное игнорирование с его стороны. Взяв телефон в руки, он увидел, что ему звонили с неизвестного номера.       — Да… — это было всё, что смог сказать Ваня, ответив на вызов.       — Это Анатолий Борисович, детектив по особым делам, — представился взволнованный голос. — У меня… две очень плохие новости. Вашего друга Алексея… убили вчера вечером так же, как убили двух других жертв. Помимо этого, нас с напарником только что сняли с расследования без объяснения причин. Я… искренне соболезную вам с напарницей.       Ваня бросил трубку, так ничего и не ответив. До его затуманенного алкоголем сознания пока не успел дойти весь масштаб трагедии, но он уже понимал, что протрезвеет ещё очень не скоро.