Встреча в руинах

Вариант 1

Грегори с трудом взобрался на верхнюю площадку лабиринта. Металл под его руками был холодным и липким от многолетней пыли. Он замер у самого края, тяжело дыша и стараясь не шуметь. В нескольких метрах от него, свесив ноги в пустоту, сидел Луна. Мальчик медлил. Его пальцы инстинктивно сжались на рукоятке Фаз-бластера, спрятанного в кармане. Он помнил, как этот самый силуэт парил над ним в темноте, помнил красный блеск окуляров и шепот о «наказании». Луна не пошевелился. Он выглядел как выброшенная на свалку горгулья: обрывки звездного колпака безвольно свисали, а один из лучей на голове был погнут под неестественным углом. Грегори сделал шаг. Потом еще один. Он медленно опустился на край платформы в паре метров от аниматроника. Каждое движение мальчика было осторожным, как у сапера. Он сел, поджав под себя одну ногу, готовый в любую секунду вскочить и броситься наутек. — Ты пришел. — проскрежетал Луна, голос был тихим, лишенным прежней безумной энергии. Грегори вздрогнул, его плечи напряглись. Он не смотрел на аниматроника, его взгляд был прикован к кучам мусора далеко внизу. — Кэсси говорила, что ты... изменился. Что ты помог ей. Луна медленно, со скрипом провернул голову в сторону мальчика. Его единственный работающий глаз светился тусклым, нестабильным серым светом. — Кэсси... видит звезды там, где осталась только пыль. — Луна снова отвернулся. — А ты, Грегори... ты видишь только монстра. И ты прав. Грегори промолчал. Он действительно видел монстра. Но также он видел нечто, что заставило его не вытаскивать бластер — бесконечную, механическую усталость. — Мне жаль, что всё так вышло. — внезапно для самого себя произнес Грегори. — С Пицца-плексом. С вами. Аниматроник издал звук, похожий на сухой смех, перемежающийся статическими помехами. Он медленно поднял свою когтистую руку — Грегори инстинктивно отпрянул, сжавшись, но Луна просто положил ладонь на край платформы между ними. — Не бойся, маленький кролик. — тихо произнес Луна. — Наша охота закончилась вместе с этим зданием. Теперь мы просто... ждем, когда погаснет последний свет. Грегори расслабил плечи, но руку из кармана не вынул. Они сидели так в полной тишине — мальчик, который разрушил этот мир, и аниматроник, который был его частью. Два обломка одного большого крушения, объединенные лишь тем, что им обоим больше некуда было идти.

Вариант 2

Грегори медленно, дюйм за дюймом, преодолевал последние метры до площадки лабиринта. Он чувствовал, как по спине стекает холодный пот. Каждое движение казалось оглушительным в этой мертвой тишине. Луна сидел в углу, сгорбившись, и его единственный рабочий окуляр горел недобрым, алым светом. Как только Грегори показался на краю, аниматроник издал низкий, вибрирующий звук, похожий на рычание перегруженного мотора. — Уходи... — проскрежетал он, голос Луны был полон помех, но в нем отчетливо читалась угроза. — Непослушный мальчишка... Нарушитель... Нам не нужны гости. Нам не нужны ТЫ. Грегори замер, вцепившись пальцами в край платформы. Его сердце колотилось так сильно, что казалось, Луна может его услышать. Мальчик знал, что аниматроник имеет полное право его ненавидеть, но всё же, пересилив желание броситься наутек, он медленно сел на пол в паре метров от него. — Я просто... я просто посижу здесь. — выдохнул Грегори, стараясь, чтобы его голос не дрожал. — Кэсси сказала, что ты... ну, что с тобой можно поговорить. Луна резко дернулся, его маска провернулась на 180 градусов со страшным хрустом. Он выбросил руку вперед, вонзив когти в покрытие платформы всего в нескольких сантиметрах от колена Грегори. Мальчик вздрогнул и зажмурился, ожидая удара, но аниматроник лишь зашипел, обдавая его запахом старого масла. — Кэсси — маленькая звезда... — Луна медленно убрал руку, но его окуляр продолжал яростно пульсировать. — А ты — черная дыра, Грегори. Ты приносишь только поломки. Уходи, пока мы не решили вспомнить... как проводить наказания. Грегори сжался, обхватив колени руками. Он сидел на самом краю, готовый в любую секунду сорваться вниз, если Луна сделает хотя бы одно лишнее движение. Напряжение между ними было таким плотным, что его, казалось, можно было коснуться рукой. — Мне некуда идти. — тихо сказал Грегори, не поднимая глаз. — Да и тебе, кажется, тоже. Аниматроник издал странный, ломаный звук — что-то среднее между смешком и стоном. Он не ответил, но и нападать не стал. Он просто отвернулся, снова уставившись в пустоту детского сада, всем своим видом показывая, насколько ему противно присутствие «нарушителя». Они сидели в тишине. Один — вжавшись в обломки от страха, другой — застыв в холодной ярости. Два врага, запертые на одной крыше среди руин мира, который они оба помогли разрушить. Грегори долго сидел неподвижно, глядя на свои испачканные ладони. Напряжённое молчание Луны давило сильнее, чем любой шум. Мальчик понимал, что если он не заговорит сейчас, этот холодный барьер между ними останется навсегда. Он глубоко вдохнул и, не поворачивая головы, тихо произнёс: — Знаешь... я ведь никогда не хотел, чтобы всё закончилось так. С тобой, с остальными. Луна даже не шелохнулся, но красный свет его глаза на мгновение замер, перестав пульсировать. — Я убегал от тебя не потому, что хотел над тобой поиздеваться. — продолжал Грегори, и его голос немного дрогнул. — Я был один. Совсем один в огромном здании, где почти каждый хотел меня... ну, ты понимаешь. Когда свет гас, и я видел твои глаза под потолком, я видел не воспитателя. Я видел смерть. А я очень хотел жить, Луна. Просто жить. Грегори медленно залез в свой рюкзак. Луна мгновенно отреагировал — его корпус со скрежетом развернулся, а пальцы-когти вонзились в металл крыши, готовые к прыжку. — Спокойно. — Грегори поднял свободную руку. — Это не пушка. Он медленно вытащил небольшой тюбик с качественной силиконовой смазкой и набор прецизионных отверток — то, что он подобрал в одной из уцелевших мастерских. Он осторожно положил их на пол и подтолкнул в сторону аниматроника. — Твои суставы... они скрипят так, что мне больно слушать. И динамик на плече разболтался. Я мог бы помочь. Если... если ты позволишь. Луна посмотрел на инструменты, затем на мальчика. В его окуляре красный цвет начал медленно, неохотно перемешиваться с тусклым янтарём. — Ты боялся смерти... — проскрежетал аниматроник, голос стал тише, помехи почти исчезли. — А мы... мы боялись темноты. Вирус... он был как бесконечный кошмар, из которого нельзя проснуться. Мы видели твоё лицо через мутное стекло и не могли остановиться. Луна медленно, дёргано протянул руку и кончиками пальцев коснулся тюбика со смазкой. Он не взял его, но и не оттолкнул. — Помощь... от того, кто принёс разрушение? — Луна снова посмотрел на Грегори, и в его взгляде больше не было чистой ненависти, только глубокая, механическая печаль. — Кэсси говорит, ты изменился. Кэсси говорит... ты тоже сломан. — Наверное. — Грегори чуть заметно улыбнулся, впервые за долгое время расслабив плечи. — Мы все тут немного не в порядке. Но, может, если мы починим друг друга, станет не так паршиво сидеть на этой крыше? Луна издал звук, похожий на короткий вздох. Он медленно пододвинулся на пару сантиметров ближе к Грегори, подставляя повреждённое плечо под свет фонарика. Это не было прощением, но это было согласием на перемирие.