Когда море пахнет пеплом. Божественные скачки.

Они прошли около сотни метров, когда коридор резко расширился, превращаясь в круглый зал. На противоположной стороне виднелась тяжелая бронзовая дверь, но путь к ней преграждал огромный ров, заполненный странной, густой жидкостью серебряного цвета. — Живая ртуть, — Валтор остановился у самого края, оценивая обстановку. — Она не горит, и в ней невозможно плыть. Без магии мы не сможем её или испарить. В этот момент пол позади них начал медленно двигаться: стена, через которую они вошли, поползла вперед, грозя раздавить их о ртутный ров через несколько минут. Ариэль быстро осмотрела потолок. На высоте трех метров от стены до стены тянулась цепь из тяжелых железных звеньев, которая удерживала старинную люстру прямо над центром рва. — Цепь! — Что? Мы только зашли, а у тебя уже бред, милая. — Там есть цепь, которую если раскачать, можно перелететь эту треклятую ртуть! — гневно объяснила принцесса. — Как скажешь, принцесса. — быстро согласился маг. У Ариэль все закипело. Она хотела найти хоть какую-то причину, чтобы послать его куда подальше, а он даже соглашался с ней во всем! Дожили, она ненавидит его за то, что он с ней согласился! Хотя, если признаться, ей его не хватало. Его намеков, его насмешек, его... Его самого. Да, она всё ещё любит, но она не вернётся к человеку, который относился к ней как к вещи! Она не верит, чтобы он изменился настолько, насколько его можно было бы простить... — Ты что делаешь?! — недовольно вскрикнула русалка, когда мужчина обнял её за талию. — Ты меня вообще не слышишь? Я же сказал, подниму тебя, ты возьмёшь цепь, и мы перелетим! Если что, у нас осталось минуты две, до того как стена нас прибьёт! — раздражённо объяснил Валтор. — А... Прости, я задумалась. — смущенно улыбнулась фея улыбкой, которая всегда его успокаивала... Ну, раньше успокаивала. — Ладно, давай. — мгновенно успокоился маг. Ему внезапно вспомнился момент, когда он подарил ей лилии на балконе Олимпа. Её глаза, наполненные слезами и радостью, её руки, держащие букет, то чувство, когда он защищал её от этих придурков в зале богов... Она ему доверяла как единственному человеку на земле, который знал её такой. Нежная и ласковая она только с близкими и семьей, она даже с Винкс такая не была, чувствуя ответственность за них, а с ним... Она могла сбежать к нему в объятия и спрятаться там от всего мира, пока он решает все проблемы. Он был для неё башней с драконом, который охранял покой принцессы, а потом этот дракон сам же всё и сжег. — Валтор! — крикнула сирена, вытягивая его из пучины воспоминаний. — Ты чего стоишь там?! Тебя сейчас стеной придавит! Валтор схватился за цепь и закрыл своим телом русалку, придерживая её за талию. Они вместе долетели до противоположного края и упали туда. — Может, отпустишь? Мне вообще-то не очень удобно и нравится лежать под чужим мне мужчиной, как бы двусмысленно это ни звучало! — недовольно попросила богиня. — Лучше бы ты этого не говорила! — хищно усмехнулся маг и освободил девушку от своего присутствия. — Блять! — прорычала она, чувствуя боль в руке. — Знала же, что не надо было на больную руку падать! — Ты чего? — удивленно посмотрел на неё мужчина. — Я себе руку походу сломала... — Дракон, я уже думал, что-то серьёзное... — Ты издеваешься? То, что я руку сломала, это ничего, да?! — взорвалась Ариэль, но сморщилась от боли. —Это можно залечить. — объяснил Валтор и дотронулся до руки феи. — Думаешь, я бы сама не догадалась?! У нас магии нет! — поморщилась сирена. — Блять, я забыл... — Ладно, пошли. — сказала русалка и сняла пояс с талии, фиксируя им раненую руку. Они прошли сквозь тяжелую бронзовую дверь и оказались в длинном, узком коридоре, где стены были покрыты влажным мхом. Здесь пахло сыростью и старой кровью. Ариэль шла чуть впереди, но Валтор не отпускал её руки, и она больше не пыталась вырваться. Без магии это прикосновение было единственным, что удерживало её от паники в этой удушающей тишине. Внезапно коридор оборвался. Они вышли на круглую арену, окруженную высокими, отвесными скалами из черного сланца. В центре арены стоял колоссальный каменный саркофаг, обвитый цепями. Стоило им сделать шаг вперед, как цепи с грохотом лопнули. Крышка саркофага сдвинулась, и из него повалил густой, ядовито-зеленый туман. Ариэль замерла, её дыхание перехватило. Из тумана начали выходить фигуры. Но это были не монстры. Это были её кошмары. Перед ней стоял принц Филипп с той самой похотливой, издевательской ухмылкой, а за его спиной — король Тритон, равнодушно отвернувшийся от дочери. Но самым страшным было другое: из теней начали выползать сотни обсидиановых змей, их чешуя зловеще шуршала по камням, а изумрудные глаза горели ядом. — Нет... Нет, только не это, пожалуйста! — слабо прошептала принцесса, падая на колени. Валтор мгновенно понял, что происходит. Это была иллюзия богов, которая била по самым глубоким ранам души. Но в лабиринте без магии эти иллюзии причиняли реальную, физическую боль. Вокруг него тоже закружил багровый туман, преподнося его собственные страхи. Перед ним материализовались три высокие, зловещие тени — Древние Ведьмы, его создательницы. Они держали в руках ледяные цепи Измерения Омега. — _Ты думал, что стал свободным, Валтор? — их голоса звучали как скрежет металла. — Ты всего лишь искра нашего костра. Ты предал нас, а теперь предашь и её. Ты монстр, Валтор. Ты всегда будешь один в своем ледяном аду. — Валтор! — крикнула богиня, увидев Валтора, затерявшегося в тумане. Её крик вырвал его из своего страха и вернул в реальность. Он видел, как по телу феи ползают змеи, полностью обвивающие её тело. Он видел, как снова смотрит на неё Филип своим мерзким, раздевающим взглядом. Он видел как дрожали её руки и как пульсировал кулон на шее, но не мог и с места сдвинуться. Ариэль, задыхаясь от паники перед змеями, сквозь пелену слез посмотрела на Валтора. Она увидела его — сломленного, измученного, борющегося со своими демонами. Он не был тем всемогущим тираном. Сейчас он был таким же беззащитным и израненным, как и она сама. Как она ненавидела себя в этот момент. Она ненавидела себя за то, что снова показалась пред ним слабой и беззащитной девочкой, которой легко пользоваться, просто закинув в комнату со змеями. Именно эти мысли и злость прибавили сил сирене. Из её кулона вырвалась волна душ и развеяла все иллюзии вокруг. Из слегка приоткрытых губ послышался тихий стон, сливающийся с песней. Её голос заставил вновь обернуться Валтора и забыть о своих страхах. Сейчас совершенно не защищённый, он попал под влияние прекрасной песни и был готов сделать всё, лишь бы русалка получила минимальное удовольствие. My heart is pierced by Cupid I disdain all glittering gold There is nothing can console me But my jolly sailor bold³ Нежный голос сирены разрывал ту тугую тишину комнаты. His hair, it hangs in ringlets, his eyes as black as coal My happiness attend him wherever he may go From Tower Hill to Blackwall, I'll wander, weep, and moan All for my jolly sailor, until he sails home⁴ После последней ноты на вождение пропало, и девушка потеряла сознание. Маг очнулся слишком поздно, и принцесса уже лежала без сознания на полу. Он подошел к ней и аккуратно взял на руки. Магии не было, и она пела исключительно на своей жизненной силе, которой не хватало. Валтор вошел в колоссальный зал, в центре которого парил Кристалл Возвращения — единственный ключ к выходу на Олимп. Но стоило ему переступить порог с Ариэль на руках, как стены начали сжиматься, а потолок из черного гранита стал медленно опускаться. На каменном постаменте перед Кристаллом появилась надпись, высеченная древнегреческими рунами: «Лишь тот, кто сам, без страха и сомнений, Подставит плечи под небесный свод, Сквозь мрак утрат, сквозь боль и искушенья Свою судьбу достойно пронесёт». Валтор бережно уложил Ариэль на пол прямо перед Кристаллом. Он посмотрел на её бледное лицо, на тонкую красную полосу на пальце, где раньше было его кольцо. В его голове больше не было сомнений, гордыни или страха за собственную жизнь. — Я больше не заставлю тебя страдать, милая, — прошептал он, касаясь её холодной щеки. — Жаль, что ты никогда об этом не узнаешь... Он подошел к центру зала. Потолок опустился уже настолько низко, что Валтору пришлось согнуть колени. Он уперся ладонями и плечом в шершавый, многотонный гранит. Удар веса был сокрушительным. Без своей демонической магии Аида Валтор почувствовал, как каждый мускул его тела закричал от невыносимого напряжения. Рана на плече открылась заново, и теплая кровь мгновенно пропитала его обсидиановый камзол. Его колени подогнулись, а в глазах потемнело от боли. — Держись... — прорычал он сквозь зубы, заставляя себя выпрямить спину. Валтор удерживал потолок на чистом упрямстве и яростном желании спасти Ариэль. Кости его плечевого пояса жалобно стонали, а изо рта пошла тонкая струйка крови от колоссального давления. Он видел, как Кристалл Возвращения начал светиться бирюзовым светом Океана, откликаясь на его жертву. Бирюзовый луч окутал Ариэль. Её раны начали затягиваться, а к бледным щекам возвращался здоровый румянец. Кристалл признал волю Валтора. — Давай, милая... — хрипел маг, чувствуя, как его собственные силы окончательно покидают его. Он из последних сил сделал мощный толчок вверх, выигрывая для неё последние секунды, и упал на колени, полностью истощенный. В этот миг Кристалл Возвращения вспыхнул ослепительным сиянием, поглощая их обоих и перенося обратно на Олимп, где испытание подошло к концу.