Ангельские грёзы

***

Видимо, Дотторе оказался на месте происшествия не просто по случайному стечению обстоятельств. Из банкетного зала понемногу стали удаляться люди. Собрание вскоре должно было начаться. И огромные двери над величественной лестницей, идущей от паркета ввысь, уже были отворены. Спеша на открытие первого собрания, Сяо на ходу поправлял одежду и волосы, которые успели немного пострадать во время перепалки. К счастью, он успел как раз вовремя. Чжун Ли неспеша поднимался по лестнице, уверенно скользя ладонью по перилам. Алатус успел его нагнать. Со стороны могло показаться, что мужчина невозмутим. Но до наследника уже донёсся приглушённый, но серьёзный тон отца: — Сяо Ли, где ты пропадал столько времени? Если бы не успел, охрана уже закрыла бы двери зала. — Прости, отец. — Сяо сложил руки за спиной и опустил взгляд в пол. — Я захотел проветриться и потерял счёт времени. Такого больше не повторится. Архонт опустил голову в знак одобрения: — В следующий раз будь внимательнее или хотя бы возьми с собой слуг. Сяо стыдливо отвёл взгляд, но вот уже мрак зала заседаний начал поглощать входящих внутрь людей. Открылся вид на довольно просторное тёмное помещение. Тут находится большой продолговатый и закруглённый по углам стол из тёмного дуба. По краям он украшен традиционными резными узорами Снежной. Спинки рядом стоящих стульев обшиты красным бархатом с позолоченными росписями. Единственные источники света исходили из белых свечей, расставленных по всему столу, и скромного свечения из голубых витражных окон. Ночные сумерки не позволяли хорошо рассмотреть окружение. Неожиданно наверху что-то вспыхнуло, и величественная золотая люстра загорелась, озаряя холодный зал тёплым светом. Вокруг стоял небольшой гул: видимо, народ всё ещё не отошёл от банкета. Как же Сяо ненавидел подобное. Безусловно, для него это была большая честь — оказаться здесь, хоть едва ли его здесь ждали, а слово могло что-то значить. Как бы он ни хотел помогать людям и в особенности своему народу, терпеть не мог всё это высшее общество. Одно лицемерие и жажда наживы. Возможно, если бы он проводил больше времени среди них в детстве, стал бы точно таким же. От этой мысли тело пробивала дрожь. Алатус неспеша опустился на стул рядом с отцом. Собрание ещё толком не началось, а веки уже стремились сомкнуться словно под тяжёлым грузом. И тут на мгновение в памяти всплыл тот вспыльчивый юноша, с которым сегодня ему довелось драться. Его поведение было столь дерзким и непочтительным, что в каком-то плане вызывало восхищение. Даже сам наследник или Архонт не позволил бы себе подобного обращения. Но конечно, больше всего врезался в голову его образ одинокого ангела, прислонившегося к перилам, ещё мгновение — и тот канет в бездну. Но хвала небесам, появившаяся словно из ниоткуда Царица не дала подобным мыслям полностью заполнить голову Алатуса. Властный силуэт женщины зацепил взглядом пару рядом сидящих людей. Густые белоснежные волосы завиты в большие кудри. Голову украшает серебряная драгоценная корона с белыми и голубыми камнями. Кружева на белоснежном платье дополняет украшение из бирюзы. Ногти слегка постукивали по лакированному дереву. Правду говорят, эта девушка одним своим присутствием заставляет всех замолчать. Тонкие губы приоткрылись, а глаза засияли, как снежинки во время бури. Она выпрямилась и медленно произнесла: — Объявляю начало собрания по ежегодному съезду регионов. Все встали, приложив руку к сердцу, давая обет мира. Хотя в нынешних реалиях это скорее было лишь формальностью. Зато теперь можно увидеть и рассмотреть всех, кто будет присутствовать. Конечно, все архонты семи регионов почтили собрание своим присутствием и, как и было оговорено, взяли с собой приближённых. Из наследников кроме Сяо приехали лишь приёмные дети Мавуики — архонта Натлана, но на заседании присутствовал только Кинич, видимо, как старший. В основном это связано с тем, что большая часть наследников ещё не достигли совершеннолетия, как, например, юная дочь Руккхадеваты, Нахида, или младшая сестра архонта Фурины, Сиджвин, оставшаяся после покойной матери. Впрочем, вдаваться в подробности не следует. После бесконечных войн пострадало много семей, и архонты не исключение. Рядом с Царицей, как и предполагал Сяо, стоял Дотторе, которого, судя по всему, выбрали представителем из одиннадцати предвестников. Он лишь раз удостоил своим вниманием Алатуса и вновь отвернулся. Также приехали Яэ Мико, Нёвиллет, Сайно и Джинн, являющиеся главными секретарями архонтов Инадзумы, Фонтейна, Сумеру и Мондштадта. Говорить про это можно бесконечно, но собрание уже шло полным ходом. В основном, конечно же, решались вопросы торговли и сотрудничества. Но Сяо не давало покоя странное предчувствие. Царица всё время задумчиво сидела, изредка кивая, если её о чём-то спрашивали. Интересно, зачем понадобилось созывать и приближённых, и наследников в этом году. Дело точно не в какой-то глобальной проблеме. Для тех, кому это надо, подобная новость рано или поздно всё равно бы пришла. Возможно, дело было лишь в простой формальности, но верится с трудом. Так или иначе, если они задумали что-то нечистое, Царица явно не будет нагружать этим самый первый день. Сяо был полностью погружён в свои мысли, да и всё происходящее, будем честны, мало чем напрямую его касалось. Реального веса его слова пока не имеют. Но сам про себя Алатус отметил, что на время пребывания здесь он понаблюдает за обстановкой во дворце. С самого собрания мало что действительно запомнилось. Единственный разговор, в котором участвовал Сяо, был подведением итогов по открытию второго порта в Долине Чэньюй для более тесной связи с Фонтейном и Сумеру. Как оказалось, опасения по поводу больших расходов не оправдались. Ближе к ночи первое собрание закончилось, и все стали расходиться. Голова неимоверно раскалывалась, и было необходимо отвлечься. Служанки Снежной проводили Чжун Ли и Сяо к их покоям на время пребывания здесь. Нужные вещи уже успели разнести по комнатам, поэтому на проходе уже раскинулся большой багаж. Сяо распахнул окно: перед глазами большой заснеженный внутренний двор, словно из сказки, на деревьях, подобно кристаллам, сверкают льдинки. И чуть дальше виден небольшой заледенелый фонтанчик, прикрытый листвой. По дороге к покоям Сяо успел разговориться с местной служанкой. Она много рассказала и поинтересовалась состоянием Алатуса, так как тот, наверное, был слишком погружён в свои мысли. Девушка была очень любезна и рассказала про все нужные места в замке и снаружи. Сяо слегка улыбнулся и повернулся прямиком к девушке, пока та уточняла детали по десятому кругу, видно волнуясь, что что-то упустила. — Как тебя зовут? Девушка сложила руки в замок и поклонилась: — Инеффа, господин Алатус. — Не стоит так формально, спасибо тебе за всё, Инеффа. Я обязательно позову тебя, если понадобится. Уже поздно, тебе тоже следует отдохнуть. Инеффа слегка улыбнулась и кивнула головой. — Доброй ночи вам. — Тебе тоже. Дверь почти бесшумно затворилась. Разложив некоторые вещи, он прилёг на кровать, глядя куда-то в потолок. Спать не хотелось от слова совсем, хотя с конца собрания уже успело пройти два часа, а время уже было ближе к утру, нежели к вечеру. Морозный воздух пробирался через окно и заполнял собой покои, попутно задув тускло горящую свечу. Резко захотелось пройтись, но наверняка почти все уже спят. Своими ночными прогулками он только помешает остальным, если ещё учесть то, что все гостевые находятся рядом друг с другом. В голову пришла очень глупая, но, судя по всему, гениальная идея. Гостевые комнаты находились на втором этаже. Сяо встал ногами прямо на оконную раму и осмотрелся. Недалеко находилась колонна, допрыгнуть не составляло почти никакого труда. Продумав последующие шаги, Алатус спустился вниз по колонне прямо на серую черепицу, находившуюся, судя по всему, над кухонным окном. Позже он уже бесшумно смог опуститься в холодный снег. Погода была невыносимой, особенно для жителя такой тёплой страны, как Ли Юэ, но к ней довольно быстро привыкаешь. И озноб уже мучил не так сильно, как когда Сяо только сошёл с повозки. Свежие следы почти сразу же заметал ветер. Странно, но подобная обстановка дарила некое спокойствие. Алатус направился к замеченному ранее фонтану. Это место действительно хорошо подходило для ночных прогулок. Как оказалось, кроме фонтанчика, тут есть и беседка. Погода явно не располагает к утренним завтракам, поэтому она совсем небольшая, но так даже лучше. Самое чудесное, что этот уголок скрывает замёрзшая крона деревьев, словно укрывая от всего мира. Куполообразную белую верхушку беседки украшает медная птичка. Каменный пол и белые скамеечки засыпаны снегом. Сквозь белую деревянную решётку можно было одним глазом рассмотреть окружение и просвечивающую сквозь листву луну. Сяо стряхнул снег с ледяных перил и облокотился на них, сложив руки ближе к груди. Ветер обдувал лицо, заставляя кожу краснеть. А руки уже переставали слушаться. — Надо же, а принцам можно гулять в столь поздний час? Знакомый голос, как удар молнии, заставил сознание проснуться. Ссади в жалком метре от Сяо стоял Итер. Тот, из-за кого уже первый день Алатуса в этом дворце мог превратиться в катастрофу. Кожа пришедшего тоже успела порозоветь, а золотые волосы уже успело чуть осыпать крупными снежинками. Но волновало скорее не это, а то, как он смог настолько бесшумно подобраться со спины. Похоже, он действительно хороший воин, либо ему настолько сильно сыграла на руку вьюга. Сяо не стал отвечать на подобное, а лишь отвернулся обратно. Всё это напоминало ситуацию, произошедшую жалкие часы назад. Разве что они поменялись местами. Итер подошёл ближе и прислонился спиной к тем же перилам, чуть запрокинув голову назад: — Можешь не отвечать, я и так знаю, что нет. Сяо повернул голову к нему. Взгляд Итера устремлён куда-то ввысь, а в янтарных радужках отражается сумеречный свет. Всё кричало о том, что следует держаться подальше от этого парня. Но что-то в нём завораживало настолько, что трудно отвести взгляд. Сяо тяжело вздохнул: — Хоть ты и не принц, но выдвигаю предположение, что тебе здесь тоже не следует быть. И в особенности отчитывать человека, на которого ты сегодня напал. Итер широко распахнул глаза, видимо думая, что Сяо не решится на разговор. — Ты нашёл все мои места для уединения, и как же мне надо было поступить? — В уголках рта заиграла ухмылка, которая, пожалуй, могла значить всё что угодно. — Точно не размахивать мечом, словно невежда, не знающая предела. Итер застыл на месте, потупив взгляд прямо на лицо Сяо. Второй готов был поклясться, что в его взгляде пронеслась целая буря эмоций. — Согласен. — Начал Итер. — Ты достойный противник, и я обошёлся с тобой весьма грубо. Алатус свёл брови к переносице, а юноша продолжил: — Нас прервали, правильно будет закончить бой как следует, по традициям. Не успел он договорить последнюю фразу, а в руке уже засветился меч, остриём направленный прямо на Алатуса. Тот среагировал почти моментально, и вот духовная энергия уже успела сформировать нефритовое копьё. Золотое и зелёное свечение отражалось от снежинок и намеревалось объединиться в единое целое. У обоих участилось дыхание, а изо рта учащённо стали выходить клубы тёплого воздуха. Итер не стал медлить и пустил в ход первый удар, который Сяо поспешно задержал. Оба держали оружие перед собой, давя друг на друга всё сильнее. Противник вновь ухмыльнулся, и свечение отразилось уже в его глазах. — Ну что, Сяо Ли, ты принимаешь мой вызов?