Ненависть с первого взгляда

Допрос свидетеля — лучшего друга Джейкоба, который согласился приехать в участок ближе к вечеру — ожидаемо стал камнем преткновения. Не надо было, наверное, говорить Ричарду, что тот нихера не может без Гэвина. Даже если это была чистая правда. — Долго нам его ждать? — малец опаздывал; Гэвин весь извертелся на неудобном стуле в допросной. — Как его там. Майкл? — Майло, — Ричард дёрнул уголком рта; в его Мультивселенной Кислых Щей это означало крайнюю степень недовольства непоседливостью напарника. Да Гэвин диссертацию мог написать по Стерну и его дебильной отмороженной манере выражения эмоций. Это был бы хит. — Майло так Майло. Насрать. Они жили в одной комнате в общаге, так что лучше с порога припереть пацана к стенке и стрясти с него… — Детектив Рид. — Чё тебе? — Будет лучше, если допрос проведу я. — Это ты с какого ху… — Мы имеем дело с юным омегой. Вероятно, он подавлен после новости о гибели друга. Вполне возможно, нестабилен. Не хочу, чтобы вы его спугнули. Гэвин подавился воздухом. — Я, по-твоему, что, с омегами обращаться не умею, ты, клоун? — прошипел, худо-бедно восстановив дыхание. — Есть такие подозрения, — Ричард был невозмутим. — Только потому, что, в отличие от тебя, я не пытаюсь залезть в трусы к каждой течной суч… — Притеснение по половому признаку, детектив. — Что ты там вякнул? Ричард развернулся к нему. Улыбнулся — мягко. Гэвина перекосоёбило. Ласковые улыбочки в исполнении Стерна по-прежнему отдавали чем-то маньячным. Надо же ему было родиться таким жутким. — Ваши высказывания попахивают сексизмом, — сообщил Ричард; безукоризненно вежливо. — Именно поэтому я считаю нецелесообразным ваше активное участие в сегодняшней беседе. Гэвин моргнул. — Нет, ну ты охуел? Сексизмом, блядь? Сексизмом? Это так теперь называется? Уж прости, что меня не приводят в восторг твои брачные игры и флирт на рабочем месте. Не знал, что это, сука, притеснение! Ричард тяжело вздохнул и сменил тактику. — Я пошёл вам навстречу с мистером Батлером. Сделайте мне одолжение и дайте провести допрос самостоятельно, — в его голосе снова появились те бархатные нотки, которые Гэвин услышал по телефону. На слабый пол, должно быть, действовало безотказно. — Идёт? Гэвин хотел ответить, что эти свои убогие приёмчики Ричард мог оставить для безмозглых поклонниц и что его таким было не пронять, но в это самое мгновение в допросную заглянул Крис Миллер. — Ваш клиент, парни. Принимайте. Майло Джонсон на первый взгляд был обыкновенным омегой. Стандартный экземпляр. Светловолосый, худой, с веснушками. Немного напоминал Роджера: тоже явился весь заплаканный, с красными глазами. На фоне этого их тихого горя недавнее спокойствие Уинстона Батлера казалось ещё более подозрительным. — Добрый день, Майло, — благожелательно произнёс Ричард, пока Гэвин меланхолично размышлял о судьбах мира. И указал на стул напротив них. — Присаживайся. Майло нервно кивнул и шмыгнул носом. Тощий же, кожа да кости; Джейкоб был таким же. Что у них за мода? — Мы зададим тебе несколько вопросов, — ладно уж, Ричард в самом деле умел разговаривать с омегами. Особенно вот с такими — перепуганными, раздавленными. Аж тошно, какой заботливый тон. — Постарайся припомнить как можно больше деталей, хорошо? На мгновение его феромон сделался отчётливее и насыщеннее: старый как мир трюк, способ успокоить омегу на уровне инстинктов. Гэвин поморщился и отодвинулся. Майло задышал ровнее. Ну, хоть кому-то из них было по кайфу давиться грёбаной кофейной гущей в режиме нон-стоп. Допросы Ричард проводил сносно. Пришлось скрепя сердце признать объективную истину: сам Гэвин не смог бы столько тянуть, юлить и ходить вокруг да около, выспрашивая всякую ерунду о Джейкобе Батлере. Он предпочитал действовать в лоб, продавливать, вытряхивать правду силой. Ричард действовал значительно осторожнее. Обсуждал всякие не относящиеся к делу пустяки — как Джейкоб учился, что любил, что планировал в обозримом будущем, после выпуска. Пока Майло не освоился и не начал отвечать уверенно и развёрнуто. Потом пошли вопросы по протоколу: когда виделись в последний раз, не заметил ли пацан чего-то странного, не говорил ли Джейкоб о том, с кем именно планирует увидеться. На этом пункте их ждало разочарование — Майло уезжал на каникулы к родителям, общение в этот период они с Джейкобом поддерживали лишь по переписке. Ни о каких свиданиях и встречах тот в сообщениях не упоминал. Это они бы ещё проверили: эксперты уже работали над восстановлением информации с телефона жертвы. Сейчас важнее было получить сведения другого рода. Ждать этого светлого момента Гэвин вынужден был долго. — Что ты можешь рассказать о молодом человеке Джейкоба? — спросил Ричард наконец, когда Гэвин окончательно спёкся, а Майло — окончательно расслабился. — Похоже, он не хотел делиться подробностями своих отношений с родителями, но тебе, возможно, известно чуть больше. Майло свёл брови к переносице. — О молодом человеке? — пробормотал растерянно. — Верно. — Эм. Но у Джейка никого не было. — В самом деле? — Ричард нахмурился. Этой его холодной аристократической морде шло такое выражение. А Гэвин, видать, дал ёбу от безделья. — По нашим сведениям… — Погодите, — внезапно сказал Майло чуть громче. На этот раз взволнованно. В его глазах отразилось понимание, заставившее Гэвина насторожиться и подобраться. — Я понял, о чём вы. Только это… не совсем правда. Интересно. — То есть? — Ричарда это утверждение, походу, удивило не меньше, чем Гэвина. Пару минут Майло молчал. А затем… — Ну… Джейк сам это придумал, — теперь он кусал губы и частил, как пулемёт, — специально распустил слух о том, что у него появились отношения. В университете и вообще. Гэвин втянул воздух через рот. Они с Ричардом переглянулись. — Зачем? — Просто… м… хотел, чтобы кое-кто оставил его в покое. Какой-то альфа не давал ему прохода. О. О. — Домогательства? — Ричард сделал пометку в блокноте. Майло помотал головой. — Ничего особенного, насколько я знаю. Сообщения и звонки. Джейк не любил делиться подробностями. Он… боялся обидеть того альфу или что-то такое. Резким отказом, в смысле. Поэтому придумал эту историю с парнем. Чтобы тот отстал сам. Чтобы понял, что Джейк уже занят. — Помогло? — Не то чтобы. Кажется, они сильно поругались. Звонки точно не прекратились, я пару раз слышал, как Джейк скандалит с кем-то по телефону в ванной. Гэвин беспокойно поёрзал на стуле. Держать рот закрытым было не так уж легко. Картинка вырисовывалась чёткая донельзя. Непонятным оставалось разве что поведение Джейкоба в свете новых открытий. — Почему Джейкоб не рассказал об этой ситуации семье, когда понял, что его стратегия не сработала? — Ричард смотрел на Майло не отрываясь. На месте мальчишки Гэвину стало бы стрёмно. — Он мог бы обратиться в полицию. Потребовать судебный запрет на приближение. Преследование — очень серьёзное обвинение. Даже если речь всего лишь о звонках. — Он… говорил, что родители не поймут, — Майло сцепил пальцы в замок. Руки у него немного дрожали. — Что они решат, будто это он во всём виноват. Джейкоб очень… боялся подвести их, понимаете? Разочаровать. Я думаю… нет, я почти уверен… что это был кто-то, кого его семья хорошо знала. Гэвин шумно прочистил горло. Ричард тихонько вздохнул. Это показание многое меняло.

***

— Лукас Стоун, значит, — Ричард изучал развёрнутый на экране документ, слегка щурясь. — Восемнадцать лет. Альфа. Полагаете?.. — А вдруг? — Гэвин философски пожал плечами. Пацан на фотке — вчерашний подросток — не выглядел как тот, кого они искали, но… — Надо бы перетереть с ним. В этой истории уж очень много дебильных моментов. Что это за херня про выдуманного парня и преследователя, которого Джейкоб не хотел, чтоб его, обидеть? Какая жертва боится расстроить своего убийцу? — Да, это и правда странно, — Ричард отстранённо побарабанил пальцами по столу. — Если допустить мысль о том, что Лукас был безответно влюблён в Джейкоба… — Или одержим им, — влез Гэвин. — Не такое уж и редкое явление. Смотри: сводные братья, омега чуть старше. Альфа встретил его, будучи ещё ребёнком, и инстинктивно тянулся к нему. Мог и подзапасть. Или вообще подсознательно выбрать его как пару. — Биологического родства между ними нет, — задумчиво согласился Ричард. — Так что это возможно. Но убийство? Почему? За что? — Вдруг Джейкоб не выдержал и отшил его напрямую? — предположил Гэвин. — Или вообще нашёл себе настоящего парня, просто не поделился этим с Майло. Тот же был в отъезде. Лукас мог из-за этого взбеситься. У него сейчас гормоны, вся херня. Возраст подходящий. — Метки на Джейкобе не было, — Ричард прищурился. — Хватило бы и запаха другого мужика, — отмахнулся Гэвин. — Шлейф феромонов остаётся и после банальных обнимашек. Такое судмеды уже не установят. — Хм. Это объясняет, почему при вскрытии не было обнаружено никаких следов физических контактов. — Ага. Они реально не спали. Что не означает, что Лукас этого не хотел, а? — Вы же понимаете, что мы пока оперируем исключительно теориями? — уточнил Ричард. Спасибо, бля, за историческую справку. Гэвин закатил глаза: — Теоретически Лукас вполне мог убить его по неосторожности, из-за ревности или из-за обиды. — Допустим, — Ричард сжал переносицу двумя пальцами, — однако контекст убийства не вяжется с общей историей. Если Джейкоб знал о том, что Лукас к нему неравнодушен, почему согласился встретиться с ним в таком месте? Непомеченный омега. С альфой. Наедине, без свидетелей. Чрезвычайно уязвимое положение. — Роджер сказал, что они дружили, — Гэвин почесал колючий подбородок. — Джейкоб, наверное, по привычке относился к нему как к ребёнку. Не воспринимал его чувства всерьёз. Ну, младший братишка же. Подумаешь, нафантазировал себе влюблённость. Перебесится и отойдёт, зачем портить отношения или рассказывать родителям. — Так Джейкоб его жалел? — Да я сожру свой значок, если нет. У них у всех одна и та же логика в подобных случаях. Всегда думают, что можно решить вопрос мирно, и продолжают общаться. Продолжают считать это пустяковым делом. Просто обычно всё это заканчивается не мокрухой, а износом. В этом Лукас отличился. — Характер повреждений указывает на то, что убийство было совершено в состоянии аффекта, — заметил Ричард. — Это меня и смущает, — буркнул Гэвин. — Пацана пришили небрежно, это выглядит как случайность, типа, альфа, не рассчитавший силы в приступе ярости. А с уликами поработали чистенько. — Будто два разных человека, — тихо согласился Ричард. — Кто-то помог убийце избавиться от вещественных доказательств? Гэвин завис ненадолго, а потом кивнул: — Точняк. Возможно, ты прав. Надавить бы на пацана, глядишь, и расколется. Каковы наши шансы затащить его в участок? — Не думаю, что его родители пойдут нам навстречу, — хмыкнул Ричард. — В отсутствие ордера на арест и прямых свидетельств его вины. Гэвин скривился: мда, Уинстон залупится однозначно. Хотя хер его знает, как он относится к пасынку. А впрочем… — Есть у меня одна мыслишка. Всё равно без инфы по сообщениям и звонкам делать нам пока нечего. Ричард заинтересованно приподнял брови. Гэвин ухмыльнулся и выдержал театральную паузу. — Расскажу, если сгоняешь мне за кофе. — Какой подлый шантаж. — Наслаждайся. Вообще-то Гэвин, ясное дело, ляпнул это не всерьёз. Но сразу после этого диалога его вызвал к себе Фаулер — выяснить, как детектив Рид справляется с новым напарником, есть ли у тебя к нему претензии, Гэвин, соскучился ли ты по взысканиям и отработкам, Гэвин, — и тема подзабылась. Временно. — Наслышан о ваших баталиях, — Фаулер был суров и хмур. Его габариты делали его чуточку внушительнее всех прочих альф, в том числе Ричарда, с его-то плечищами; Гэвин предпочёл бы, чтобы Стерн был каким-нибудь слепошарым задохликом, но Господь миловать отказывался. — Какие-то проблемы, Рид? Да Ричард весь — одна ходячая проблема. За пределами расследования. Ответь Гэвин так, и его точно сослали бы отрабатывать карму в архив. Даже с учётом висящего на них с напарничком дела. — Нет, сэр, — процедил он сквозь зубы. — Никаких проблем. Мы лучшие, мать их, друзья. — Следи за языком, — громыхнул Фаулер; без особенного запала. — Друзья, как же. Учти, ещё одна жалоба на тебя, и… — А Стерн что, жаловался? — перебил его Гэвин, сузив глаза. Фаулер сложил руки на груди. — Нет, но половина отдела делает ставки на то, кто из вас первым загремит в травмпункт. По-твоему, это адекватное напарническое взаимодействие? Гэвин осклабился. Он знал, на кого поставил бы он сам. — Поулыбайся мне тут ещё. — Что, теперь меня и за это штрафовать будут? Тяжёлый вздох. — Выметайся из моего кабинета, Рид. — С удовольствием. — Отчёт по ходу текущего расследования и вашей совместной работе со Стерном сдашь до конца дня. — Э?! — Проваливай, я сказал. А хотя постой-ка, ещё кое-что. Сколько раз мне повторять тебе, чтобы ты не парковался на месте для инвалидов? Ну разумеется. Фаулер не упустил возможность размазать его тонким слоем по столу за какую-то несусветную хуйню. Зато, когда Гэвин, кипя от праведного гнева, вернулся в отдел, его поджидал небольшой сюрприз: на его рабочем столе красовался знакомый стаканчик. С зелёным логотипом Старбакса. Удивительно. Сперва он даже подумал, что словил галлюцинацию, приход от сэндвича там, хер бы знал. Или, может, Роджер напоил его кофейком с цианидом, и это была предсмертная агония? Было бы иронично. — Это чё такое? — подозрительно поинтересовался Гэвин, плюхнувшись на стул. — Разве не очевидно? — Ричард, полностью сосредоточенный на экране своего компьютера, выглядел безмятежным. — Ваш кофе, детектив. — И что в нём? Отбеливатель, отрава для крыс, немного твоей ДНК? Ричард перевёл взгляд на него и насмешливо приподнял брови: — Эспрессо, вода и карамельный сироп. Но я учту ваши пожелания на будущее. Гэвин непонимающе моргнул. С чего бы вдруг Стерну… — Вы выставили мне условия, не так ли? А. Это. — Ты совсем шуток не понимаешь, да? — мрачно осведомился Гэвин. И неуверенно поднёс стаканчик к лицу. Пахло как от Ричарда — но к этому он постепенно привыкал. По крайней мере, на вкус кофе оказался неплох. Значительно лучше той пережжённой бурды, которую выдавала кофеварка в отделе. Действительно карамельный сироп. Откуда Стерн мог знать, что это был его любимый? — Я жду, детектив. — Бля, — Гэвин чуть не облился, — да помолчи ты две минуты, ради Бога. — Ну, если вы умоляете. Вот и какое, с-сука, с ним может быть адекватное напарническое взаимодействие? Ушлёпок. Гэвин не выплеснул кофе на его отутюженную рубашку только из-за сиропа.