Я не хочу быть Королём Пиратов, я хочу быть Королём Гарема! 18+

Глава 6. Убийство Мясника В такой ситуации, видя, что Синань еще и ест, хотя только что был так перевозбужден, что не мог двигаться, не говоря уже о Нами, даже Бакар немного опешил. Безмолвие! Безмолвие! «Даже умирая, нужно быть сытым?» Синань продемонстрировал, что такое проглотить целиком. Синань, выглядевший как голодный призрак, вскоре изобразил гримасу отвращения, очевидно, подавился. Нами ошеломленно смотрела на Синаня, но быстро пришла в себя. Шлёп! Громкий звонкий удар раздался в ночном небе. Нами ударила его по щеке, и, проглотив, Синань наконец проглотил Дьявольский плод. Мякоть Дьявольского плода была очень твердой, он проглотил ее, почти не пережевывая, что причинило ему сильную боль. Когда Дьявольский плод попал в желудок, невиданно отвратительный вкус наполнил мозг Синаня. Он, кто не смог вырвать, увидев обезглавливание, начал безудержно рвать. Вкус Дьявольского плода был слишком ужасен, но теплое течение также распространилось из его живота. Все действия Синаня ошеломили Бакара, который громко рассмеялся. — Мальчик, если хочешь умереть, я дам тебе быструю смерть. Разве ты можешь так умереть? Ха-ха-ха-ха! В отличие от насмешек Мясника Бакара, Нами заботливо похлопала Синаня по спине, но, хлопая, ее удары становились все сильнее, и она сердито выругалась: — Дурак, даже если боишься смерти, не нужно кончать жизнь самоубийством! Нами ругала его, но у Синаня не было времени отвечать ей. Он чувствовал, как его тело сильно меняется. В тот момент, когда Нами снова ударила Синаня, по его телу внезапно пробежала электрическая дуга, которая заставила Нами мгновенно отдернуть руку, вскрикнув: — А! Сила Дьявольского плода разлилась по его телу, преобразуя его. Его тело, ослабленное из-за перемещения и омоложения, восстановилось, и усталость от взлета адреналина при виде смерти тоже прошла. Синань менялся не только внутренне, но и внешне. Его внешность была, можно сказать, неплохой, но кожа была немного темной и грубой. Все это исчезло за несколько вдохов: кожа стала нежной, гладкой и эластичной, черты лица скорректировались, даже фигура и контуры стали безупречными, а по коже струилось таинственное сияние. Главное, что изменилась внешность Синаня. Если раньше его внешность можно было оценить на семьдесят баллов, то теперь она превысила сто баллов. Благодаря силе плода, Синань мог с уверенностью сказать: «Никто не сможет превзойти меня в красоте». — Синань! Хотя свет на носу корабля был очень слабым, тело Синаня, казалось, светилось. Когда Нами ясно увидела лицо Синаня, она в оцепенении крикнула: Хотя Нами еще не созрела, и, к тому же, страдала от недоедания, сейчас она была еще немного незрелой, но уже была высшим сортом среди женщин. Это заставляло Нами совершенно не интересоваться обычными мужчинами, но, снова увидев лицо Синаня, она почувствовала, как ее сердце бешено колотится, забыв обо всей опасности, она просто хотела вечно смотреть на это лицо. Состояние перевозбуждения исчезло, и теперь Синань чувствовал, что его тело наполнено силой. Синань, который сидел на коленях, встал и посмотрел на Бакара. Даже если ему нравились женщины, Бакар, увидев нынешнее лицо Синаня, почувствовал, как его сердце начало бешено колотиться. Очарование Синаня достигло максимума, его нельзя было описать ни как «красивый», ни как «привлекательный». Как и Императрица Боа Хэнкок, он обладал такой силой очарования, исходящей от плода, что ею были бы очарованы мужчины и женщины, старые и молодые. Пока Бакар был очарован красотой Синаня, тот уже на него напал. «Я был так перевозбужден, что не мог контролировать свое тело, это так позорно», – Синань хотел отомстить. Синань поднял руку, направив ее на Бакара. По его руке пробегали электрические дуги, и сине-белая молния вырвалась из ладони Синаня. Грохот! Молния пронзила воздух, и нагретый воздух расширился, создав звуковой удар. Все увидели лишь вспышку света и услышали грохот, а затем волосы Бакара встали дыбом, его грудь была обожжена дочерна, а по коже расползлись разветвленные узоры разряда. Удар молнии пронзил Бакара и попал в стену за ним, деревянный корпус корабля загорелся. А! А! А! Вторжение Нами, когда Бакар использовал одну из проституток как оружие, напугало двух проституток, которые не пострадали в каюте капитана, а внезапный удар молнии заставил двух женщин громко кричать. Возможно, потому, что Синань только что съел Дьявольский плод и не освоил свои способности, а возможно, люди в Мире Ван Пис обладали сильной устойчивостью к молнии и невероятной жизненной силой, но, несмотря на то, что Бакар был обуглен, он не умер. Получив сильный удар, Бакар не упал, а, наоборот, как раненый тигр, предпринял последнюю контратаку, размахивая большим мечом, чтобы разрубить Синаня пополам. Столкнувшись с Бакаром, который был свиреп, как тигр, и нападал на него, Синань не стал уклоняться, а просто стоял. Ослепительный свет молнии давно вывел Нами из оцепенения от красоты Синаня. Увидев, что Синань не уклоняется от смертельного удара Бакара, Нами испугалась. — Синань! Нами хоть и сделала предупреждение, но было уже поздно! Увидев, что Синань не уклоняется, а стоит с серьезным выражением лица, Бакар подумал, что мальчик испугался, и на его свирепом лице появилась тень самодовольства. Мощный удар Бакара был настолько силен, что мог разрубить огромное дерево и расколоть скалу. Синань лишь медленно поднял руку, чтобы парировать, и удар, способный расколоть скалу, просто пришелся на его бледную и хрупкую руку. В воображении Бакара, одним ударом он мог разрубить пополам этого мальчишку, который причинил ему боль, но этого не произошло. Острый, как бритва, огромный меч, купленный Бакаром за большие деньги, не смог нанести Синаню ни малейшего вреда. Острое лезвие ударило по его руке, но не смогло даже поцарапать его нежную кожу. — Как это возможно! Бакар недоверчиво посмотрел на Синаня, а испуганная Нами тоже в шоке смотрела на него. Оба не понимали, почему хрупкая рука Синаня могла защититься от удара огромного меча. Не дожидаясь реакции Бакара, Синань тоже начал действовать. Чувствуя силу в своем теле, Синань нанес удар. На его кулаке появилось белое свечение, сгустившееся в белый энергетический щит, и он ударил Бакара в грудь. Треск! Воздух издал треск, и на поверхности кулака появилось несколько мелких трещин. Бум! Взрыв ударной волны породил ужасающую ударную волну, которая превратилась в яростный ураган. Бакар, которого Синань ударил кулаком в грудь, отлетел назад, как пушечное ядро. Изо рта Бакара хлынула кровь, в которой были фрагменты внутренних органов. Ударная волна Синаня, должно быть, разорвала внутренние органы Бакара. Отлетевший назад Бакар пробил корму корабля, сделав его насквозь, и рухнул в море, подняв огромный фонтан брызг. В 1520 году по календарю Мира Ван Пис, в Ист-Блю, печально известный великий Пират, Мясник Бакар, известный своей крайней жестокостью в грабежах и убийствах, погиб в никому не известную ночь.