Против мира

Наруто

      Я не верю в совпадения. В удачу — да. В карму — иногда. Но в то, что жизнь просто так подсовывала тебе проблему — никогда. У любой неприятности всегда был характер, лицо и, как правило, имя. Поэтому, когда преподаватель начал формировать команды, я уже знал: что-то пойдёт не так. Вопрос был только — насколько.       Аудитория гудела привычным фоном: щёлкали ручки, кто-то листал конспекты, кто-то уже смирился с судьбой и зависал в телефоне. За окном медленно тянулось серое утро, и даже свет казался ленивым. Преподаватель стоял у кафедры с выражением лица человека, который получал удовольствие от чужого напряжения. — Проект долгосрочный, — монотонно говорил он, словно зачитывал приговор. — Работать будете вчетвером. Состав команд я определю сам, случайным образом.       В аудитории прокатился тяжёлый вздох. — Конечно, — пробормотал Саске рядом, даже не пытаясь скрыть сарказм. — Самым «случайным» образом.       Я хмыкнул. Учиха редко ошибался в людях, а уж в преподавателях — никогда. Шикамару, сидевший через проход, зевнул так широко, будто лично страдал от всей системы образования. — Слишком много возни ради оценок, — лениво протянул он.       Я откинулся на спинку стула и позволил взгляду скользнуть по аудитории. Чисто автоматически — оценить обстановку, потенциальные угрозы, уровень будущего хаоса. И тогда я увидел её. Хьюга сидела через несколько рядов впереди. Прямая спина, аккуратно уложенные тёмные волосы, руки сцеплены в замок на столе. Она слушала внимательно — не из страха, а из привычки доводить всё до конца. Я поймал себя на том, что смотрел слишком долго, и поспешно отвёл взгляд.       Не потому что стыдно. Просто… странно.       Она всегда была тихой. Почти незаметной. Но рядом с ней будто менялась физика пространства. Воздух становился плотнее, мысли — медленнее, а шум вокруг почему-то стихал. Как будто у неё была собственная гравитация, в которую неосознанно попадали все вокруг. Она выглядела так, будто уже морально готова исправлять чужие ошибки.       Почему-то это раздражало. — Следующая команда, — продолжил преподаватель, перелистывая список. — Намикадзе Наруто.       Я усмехнулся, не поднимая головы, покручивая ручку между пальцами. — Понеслась. — Хьюга Хината.       Ручка замерла. Я моргнул. Один раз. Второй. В аудитории ничего не изменилось — те же ряды, тот же гул, тот же голос преподавателя. Значит, это не галлюцинация. Я медленно поднял взгляд. Хината тоже посмотрела на меня.       И вот это было странно.       Ни расширенных глаз. Ни растерянности. Ни паники, которую я ожидал увидеть — потому что, ну, давайте честно, я в команде не самый удобный человек. На её лице было лишь лёгкое напряжение: сжатые губы, чуть приподнятый подбородок. Как будто она уже мысленно сказала себе: ладно, справлюсь.       Да. Это проблема. И она это поняла так же быстро, как и я. — Также в команде: Инузука Киба и Нара Шикамару.       Саске хлопнул меня по плечу с таким энтузиазмом, будто нас только что приговорили. — Вы обречены, брат. — Это несправедливо, — пробормотал я. — Это судьба, — лениво отозвался Учиха. — Или чей-то злой эксперимент над психикой студентов.       Я снова посмотрел на Хинату. Теперь она сидела ещё прямее, словно приняла внутреннее решение. Не испугалась. Не возмутилась. Просто кивнула сама себе — как человек, который уже начал работать, даже не открыв тетрадь.       

***

      В библиотеке пахло пылью, кофе и отчаянием людей, у которых дедлайн ближе, чем сон. Солнечный свет падал через высокие окна, рисуя на столах золотые полосы. Мы заняли стол у окна. Киба сразу развалился на стуле, будто пришёл сюда отдыхать. Шикамару открыл блокнот, посмотрел на него секунд десять и перешёл в режим энергосбережения. Хината осталась стоять напротив меня. Она не садилась. — Похоже, нам придётся работать вместе, — сказала она.       Голос ровный. Слишком ровный. Как будто мы не обсуждали учебный проект, а подписывали контракт. — Похоже, — кивнул я. — Но давай сразу проясним. Я не собираюсь подстраиваться под твои правила. — Прекрасно, — сказала она, даже не моргнув. — Я тоже.       Киба кашлянул, явно почувствовав надвигающийся шторм. — Может, начнём без войны? — Поздно, — ответили мы одновременно.       Шикамару вздохнул, даже не подняв голову. — Слишком хлопотно.       Хината села и открыла ноутбук быстрее всех, пальцы сразу легли на клавиатуру. Ни суеты, ни сомнений. — Предлагаю сразу распределить роли, — сказала она. — Так будет эффективнее. — Предлагаю сначала понять тему, — возразил я. — А не играть в корпоративную структуру.       Она подняла взгляд. Серые глаза — спокойные, но острые. В них не было агрессии. Только уверенность человека, который привык быть правым. — Мы теряем время. — Мы его экономим, — парировал я. — Импровизация — не стратегия. — Контроль — не гарантия успеха.       Между нами повисло напряжение — плотное, почти осязаемое. Киба медленно откатился на стуле, как человек, который понял, что лучше держаться подальше. — Я просто напомню, — сказал он осторожно, — что мы в одной команде. — К сожалению, — сказала Хьюга.       Я усмехнулся. — Вот это настрой.       Она посмотрела на меня так, будто я только что бросил ей перчатку. — Ты всегда превращаешь всё в соревнование?       Я наклонился вперёд. — Только когда вижу достойного соперника.       И вот тогда что-то мелькнуло в её взгляде. Не злость. Не раздражение. Вызов. — Тогда запомни, — сказала она тихо, почти спокойно. — Я не проигрываю. — Прекрасно, — ответил я, парадируя её слова. — Я тоже.       Шикамару закрыл блокнот и тяжело вздохнул. — Значит, будет весело.       Я откинулся назад, сцепив руки за головой, и поймал себя на неожиданной мысли. Мне правда интересно. Она не уступала. Не давала себя задавить. Не пряталась за вежливостью. Хината давила логикой, дисциплиной, уверенностью — и делала это без крика, без лишних слов. Она злила меня. Цепляла. Вынуждала доказывать.       И хуже всего — она была мне небезразлична. Очень плохая шутка, жизнь. Очень.