Покемон-ДНК: По пути Гиратины

Последняя и, наверное, самая сложная интерлюдия лично для меня. Я вообще ничего не смыслю в технике, поэтому пришлось практически под диктовку писать даже ту мелочь, что здесь присутствует. Но я просто понадеюсь, что преуменьшение не испортит главу. --- Алола. Алдер. Не дожидаясь момента, когда катер состыкуется с причалом, Алдер отошёл от края катера до противоположного. Наклонившись и смотря вперёд, мужчина с громким смехом бросился вперёд. — Э-ге-ге-ге, поберегись! Используя борт катера как опору, он прыгнул вперёд. Преодолев десяток метров водного пространства, он с лёгкой улыбкой приземлился на металлический пол. Выпрямившись, он развернулся к катеру и приложил руку к затылку. — Бенг, давай за дедом! — шире улыбнулся Алдер, в глазах которого сияли искры. — Только смотри не упади! — Г-господин чемпион, подождите! — быстро подбежала к нему женщина в белом халате. Судорожно махая руками, её голос запинался не только из-за того, с кем она говорит, но и из-за его поведения. — К-когда катер причалит, мы отведём вас в бассейн, если вы так хоти- — Не переживай, девочка! — быстро развернувшись к ней, мужчина приподнял вторую руку и выгнул большой палец. — Обычный бассейн даже близко не весело! — А-а-а…? — открывая и закрывая рот, учёная не смогла ничего сказать. Лишь незначительная, незаметная мысль пронеслась в её голове. — [Как хорошо, что в Алоле нет чемпионов. Иначе был бы… вот такой.] Она была единственной, кто решился подойти и заговорить, понадеявшись на слухи о простом характере чемпиона Юновы. Теперь же она выглядела как дурочка, стоя на месте и не зная, куда податься. Ей оставалось только беспомощно развернуться к катеру. Алдер же с удовольствием смотрел, как его внук брал такой же разгон, как и он. Встретившись взглядом с его горячим взглядом, старому чемпиону только и оставалось, что кивнуть внуку. — Я иду, деда! — вложив все эмоции в голос, закричал Бэнг. Побежав вперёд прямо как его дед ранее, он на бегу зацепился за борт. — Поехали!!!! Прыгнув, Бэнг перепрыгнул только половину, начав резко снижаться. Улыбка на лице Алдера застыла, пока мужчина смотрел, как его внук медленно падает. — Ой-ой… Но к его удивлению, Бэнг вытянул вперёд руку и чудом зацепился за края железной платформы двумя пальцами. Врезавшись всем телом об сталь, парень вытянул вторую руку и крепче схватился за выступ. После этого он освободил вторую и так же крепко взялся ею. Медленно поднимаясь, он всё же забрался на платформу. Сев на колени, он болезненно выдохнул и поморщился. Но стоило увидеть ноги деда, как Бэнг сразу же забыл про боль и поднял голову. Встречаясь взглядами, дед с внуком выждали секунду… и громко засмеялись. — Отличный прыжок, Бэнг! — похвалил своего внука Алдер, подойдя ближе и похлопав вставшего парня по плечу. — В следующий раз точно получится! — Да, деда, ты правду говоришь! — И-извините, чемпион… — произнесла учёная, что ранее подошла, а потом так и не отошла от них. После короткой сцены полного безумия её голос задрожал ещё сильнее. Просто находиться рядом с таким безумно сильным тренером с таким характером было страшно. — Ваш катер… он причалит т-там… прошу, пройдёмте. — А? — одновременно повернули головы внук и дед, от чего девушка отошла на полшага назад. Сразу следом пара снова засмеялась и уверенным шагом прошла мимо женщины. Под конец Алдер по-дружески хлопнул её по плечу, из-за чего девушка неосознанно вздрогнула. — Не переживай ты так, мой внук на деле хороший парень! [Да я не о нём переживаю…] — беззвучно произнесла учёная, не став оборачиваться и провожать уходящего чемпиона с внуком. Вместо этого она быстро пошла к своим коллегам, стремясь побыстрее уйти. — [Арсеус храни хранителей, и пожалуйста… оставляй Алолу и дальше без чемпиона.] Как только они отошли, Бэнг перестал смеяться. Подняв голову и посмотрев на дедушку, парень прижал ладонь к краю губ и прошептал: — Деда, мне кажется, или мы её напугали. Алдер приподнял бровь на слова внука, после чего посмотрел на ушедшую девушку. Несколько секунд посмотрев на неё, он вновь посмотрел на внука. Также как и он, прикрыв рот, мужчина наклонил голову и прошептал: — Да, похоже на то. Переглянувшись, они вновь рассмеялись. Даже громче, чем в прошлый раз, от чего ушедшая женщина услышала это и её тело неосознанно дёрнулось. Алдер и Бэнг подошли к пирсу прямо в тот момент, когда катер уже причалил. С катера сошёл мужчина в белой форме и с круглыми очками — сотрудник фонда Эфир, который и забрал их с Алолы. Посмотрев на бесстыдную улыбку чемпиона, парень с трудом сдержал вздох. Приподняв пальцем очки, он вытянул руку в сторону и спокойно заговорил: — Господин чемпион, господин Бэнг, прошу вас пройти за мной. Я отведу вас к стойке регистрации, где вам выдадут пропуск. — Замолчав, парень выдержал пару секунд, которые потратил на размышления. И затем добавил: — Хоть вы и чемпион, но правила есть правила. Фонд Эфир ценит правила, надеюсь, что вы понимаете. — Ай, не переживай по пустякам, парнишка, — размашисто отмахнулся Алдер, совершенно не волнуясь по этому поводу. Когда он заговорил с сотрудником фонда, его улыбка сомкнулась в единую линию, но всё ещё напоминала улыбку. — Это ваш регион, не мой. Просто считайте, что я турист, да и всё на этом. — М-м-м… Хорошо? — неуверенно произнёс парень и снова коснулся своих очков. Направившись внутрь, они прошли через автоматические раздвижные двери и наконец оказались внутри фонда Эфира. Вдоль коридора шла жёлтая стрелка, указывая на дверь впереди них, расходясь возле неё в стороны боковых проходов. На середине пути стояло две стойки, за которыми работало по несколько красивых девушек в одинаковых белых офисных нарядах. Алдер уже хотел засвистеть красоткам, но вовремя остановился, как только взглянул на внука. Мальчик ещё был слишком маленьким, он бы точно его не понял. Поэтому, крепче сжав кулак и сконденсировав в нём всю свою волю, он… затерпел. Но только до тех пор, пока они не подошли к стойке. Посетителей здесь никогда не бывает много, поэтому они сразу же остановились перед одной из девушек. Её длинные золотые волосы, чёлка, закрывающая один глаз, и мягкая материнская улыбка выглядели сногсшибательно. Алдеру оказалось достаточно одного взгляда, после которого он сорвался: — Эй, мисс, у вас есть парень? — облокотившись о стойку, чемпион применил свою самую обаятельную улыбку и подмигнул девушке. Подняв вторую руку, мужчина вытянул пальцы в знак пистолета и указал на неё. — Как тебе идея стать моей женой? — А-а…? — приоткрыв рот, девушка за стойкой застыла от шока. И прежде, чем ситуация стала ещё более неловкой, Бэнг подпрыгнул высоко вверх и… замахнувшись, ударил Алдера по затылку. Голова чемпиона дёрнулась вниз, а сам он неосторожно закрыл рот и прикусил язык. — Ай-ай-ай, внучок, ну ты чего!? — возмущённо завопил Алдер, открыв рот и высунув язык для осмотра. Сидя на согнутых ногах, он был похож на побитую собаку, а не на чемпиона. — Деда, какой раз ты уже подкатываешь к незнакомым девушкам?! — строго смотря на своего деда, произнёс парень. Закинув руку за голову и схватившись за свой затылок, он обернулся к женщине за стойкой. Кивнув ей, он совершил следующий кивок в сторону своего деда. — Простите его, он всегда такой. Не воспринимайте его предложение за истину… да вообще никак не воспринимайте. — Эм… Ладно? Девушка обернулась к своей соседке, взглядом прося помощи. Но та лишь прикрыла рот и отвернулась, еле сдерживая смех. Посмотрев на девушек на противоположной стойке, она обречённо вздохнула — те также с трудом сдерживали смех. В конце она посмотрела на сопровождающего чемпиона с мольбой в глазах. — Кхм-кхм, мистер Алдер, я думаю, вам как чемпиону стоит вести себя спокойнее, — приподняв очки, сопровождающий посмотрел на девушку за стойкой и коротко кивнул ей. — Если вам так хочется, после встречи мы можем отвести вас на любой из островных пляжей. — А? — перестав держаться за свой язык и проверять его, Алдер посмотрел на своего сопровождающего. После чего наклонил голову, нахмурился и схватил себя за подбородок. Кивая головой из стороны в сторону, мужчина предавался размышлениям. И только потом, кивнув на известные только ему мысли, он быстро поднялся. Показав при этом большой палец вверх и широко улыбнувшись. — Как скажешь, парень! — Ну деда! — громче окликнул его Бэнг, скрестив руки на груди. Его глаз слегка подрагивал от раздражения. — Не надо, Бэнг! В будущем ты будешь таким же сердцеедом, как твой дед! — Алдер по-семейному похлопал своего внука по плечу. Не переставая улыбаться, он снова посмотрел на девушку, к которой ранее приставал с предложением. — Мы к вашему боссу, можно пройти? — А-а? А… Д-да, конечно. Сейчас я выдам пропуск, — не сразу, но она ответила. Опустив голову к компьютеру так, чтобы не было видно её лица, она облегчённо вдохнула. Через пару минут она оторвалась от экрана. И спокойным голосом добавила: — Госпожи Люсамины и господина Мона сейчас нет на месте. Два часа назад они вместе выехали на экспедицию, и по данным должны были приехать полчаса назад. — Хм, нет? — хмыкнув, Алдер задумчиво потёр бороду. — А куда они ушли, узнать можно? — Нет, нельзя, — махнула головой девушка. — В базе данных есть только новость об экспедиции. Дополнительная информация находится только у начальства. — Ну, ничего тогда не поделать, — пожал плечами Алдер, развернулся к сопровождающему и хлопнул того по спине. — Давай, пойдём обратно! Пока они не придут, я хочу насладиться Алолой! *** Остров Пони. Алтарь Солнца и Луны. Постоянно безлюдный и непосещаемый, нынешний священный алтарь полностью отличался от своего обычного вида. Вдоль всей структуры располагались десятки длинных и коротких проводов, окутывая здание как вуаль. Вдоль моста располагались прожекторы, освещающие место и ведущие к подъёмной лестнице. У её основания возвышались столбы из железных ящиков — половина из которых уже была открыта и разгружена. И чем дальше по лестнице двигались провода, тем больше посторонних элементов можно было увидеть: портативные холодильники, палатки, столы с компьютерами и схемами. Возле каждого участка стояло по несколько техников, каждые несколько минут внимательно осматривавших свой участок на наличие неисправностей. За каждым из компьютеров сидело по человеку, занимавшемуся своим делом: составлением и проверкой графиков, отслеживанием температуры, проверкой персонала, подачи электроэнергии, магнитных и пространственно-временных возмущений. Каждый человек работал не покладая рук ради одной цели — повысить успех операции до ста процентов. И ни процентом меньше. На возвышении у самого верха скалы находилась круглая и большая каменная платформа: по бокам было по две маленьких платформы с двумя пустыми каменными постаментами. На каждом из них был свой рисунок — на постаменте слева было солнце, а справа луна. На самой платформе виднелся выдолбленный ромб с нарисованным внутри изображением луны и солнца. Ещё здесь было продолжение лестницы, уходящей ещё выше в небо и заканчивающейся пустой платформой. Лусамина стояла возле рисунка солнца и луны, держа в руках планшет с текущей по нему информацией. Её длинные золотые волосы доходили до самых бёдер, а зелёные глаза внимательно считывали информацию. На удалении в пару метров от ромба расположились столы с датчиками и компьютерами, образующие неровный круг. — Дорогая, всё готово. Отойди на безопасное расстояние, мы уже думаем начинать, — подошёл к ней мужчина с такими же золотыми волосами и с неряшливо торчащей вверх чёлкой. Из-за того, что они были высоко в небе, ему пришлось надеть обычно нелюбимый белый халат. Под халатом он носил коричневые брюки и обычную белую рубашку. — Хм, уже пора, Мон? — девушка слегка улыбнулась, посмотрев на мужа. Опустив руку с планшетом, она вместе с мужем пошла к остальным. — Ага, Фаба уже начал нервничать. Сказано это было уже после того, как они преодолели половину пути. За одним из столов сидел мужчина с козлиной бородкой, в солнечных очках и с растущими вверх жёлтыми волосами — тот самый Фаба, о котором и упомянул Мон. Под белым халатом он носил сиреневую рубашку и малиновые штаны. Услышав, что его обсуждают, он резко вскочил и злобно посмотрел на подошедшую пару. Размашисто вытянув руку и указав на Мона, он громко заявил: — Не правда, ложь, провокация!!! — Фаба, не кричи, пожалуйста, — тихо добавила женщина рядом, чьи пышные сиреневые волосы и розовые очки выбивались из общей цветовой гаммы. Как и у остальных, её костюм состоял из белой формы и чулок. Её добрый взгляд с волнением смотрел на мужчину рядом, а руки прижимались к груди. — Заболеешь ведь… — Да как не кричать-то, Вике? Он клевещет на меня! — Ха-ха-ха, ладно-ладно, извини, Фаба, — засмеялся Мон, поднимая ладони в знак капитуляции. — Ну правда, ты из нас четверых больше всех волнуешься. Даже Лусамина не так сильно нервничает. — Твоя правда, дорогой, — вытянув ногу и наклонив голову, ладонь Лусамины легла на бедро. Смотря на Фабу, её реакция оказалась такой же, как у мужа. — Всегда приятно видеть, когда ты нервничаешь. Сразу вспоминается, что ты такой же человек, как и мы. — Да ты… да вы… — проглатывая слова на половине, Фаба быстро смотрел с лица Мона на лицо Лусамины, оттуда на лицо Вике и возвращаясь к Мону. Не выдержав, он упал обратно на стул и закинул ноги на стол. Сложив руки на груди, он отвернулся и фыркнул. — Да идите вы… В стороне от него раздалось несколько с трудом сдерживаемых смешков. Резко обернувшись, Фаба, к своему сожалению, не нашёл этих любителей юмора. Поэтому с тяжестью на сердце он сплюнул и вернулся к работе. Через полчаса, когда вся подготовка уже была завершена, настал финальный этап. Подпирая подбородок ладонью, Фаба внимательно смотрел за показателями на экране: они провели по меньшей мере сотню экстренных учебных случаев, и проводка из серебра прекрасно справилась с каждой. Были колебания в два градуса, но в их ситуации это было прекрасно. Сам Фаба изначально ставил на колебания в десять градусов. Они и проводку-то сменили с медной на серебряную из-за того, что Лусамина услышала его и в спешке начала всё менять. Не случись этого, и они бы уложились в заранее установленные временные рамки. — Тс, по-хорошему мы должны были закончить час назад… — схватившись за волосы и расчесав их, недовольно пробормотал Фаба. — Да ладно тебе, Фаба, если всё получится, то мы прорвёмся в новое измерение, — воодушевлённо ответил сидящий возле него Мон. — Подготовка в таких делах не помешает. — Эй, не учи меня! То, что ты на пару лет дольше меня работаешь, ещё не даёт тебе право на это, — подняв голос, с вызовом ответил Фаба. Его нахмуренные брови и острый взгляд ясно намекали, что за свою гордость он будет бороться. — Приятно видеть, что у тебя даже сейчас есть время на ругань, Фаба, — подошла сзади Лусамина, вставая возле его стола и облокотившись рукой. — Ведь мы уже начинаем. — О, уже? — громче, чем до этого, ответил Фаба. Мужчина с трудом сдерживал себя, чтобы не подняться с места и не вытянуть голову за безопасную зону для лучшего обзора. Потянувшись, он добавил: — Ну наконец-то, давно пора. И Мон, мы ещё поговорим! — Обязательно, Фаба, — с полуулыбкой кивнул тому Мон. Фаба, Мон, Лусамина, Вике — это четвёрка основателей Фонда Эфира. И когда сидящие вокруг рабочие увидели, как их лидеры ведут себя: позволяют себе колкости и отвлекаются от работы, — они полностью успокоились. Если даже эти четверо уверены, что всё пройдёт хорошо, то зачем им — обычному персоналу, чьё положение в организации гораздо ниже — вообще забивать себе голову лишними мыслями? И когда настал час икс, ни у кого не осталось сомнений. Персонал выложил на каждую из сторон ромба по Z-кристаллу: по одному на каждую Кахуну Алолы, чьи кристаллы были благословлены четвёркой хранителей. Они лежали на четырёх гладких дисках, подключённых к общей энергосети. — Да будет свет, — с волнением произнесла Лусамина, дрожа от предвкушения будущего. Подняв руку, она выждала секунду, пока все приготовятся, и резко опустила её вниз. — Запускайте! Массивный поток энергии понёсся по проводам к четырём дискам, обрушиваясь на них волна за волной. С задержкой в полсекунды каждый из дисков вспыхнул, начиная гудеть от переизбытка энергии. Как только они наполнились на пятьсот процентов, удалённый приказ заставил диски направить энергию в кристаллы. В следующую секунду пространство дрогнуло, и невидимая волна прошлась по всему алтарю. Четыре кристалла направили накопленную энергию в одну точку, одним мощным толчком пронзая пространство. Как только это произошло — энергия типа из кристаллов начала стабилизировать расширяющийся прокол: на глазах каждого из наблюдавших прямо над изображением луны и солнца образовалась маленькая ультрачервоточина. Увидев знакомую форму и услышав гудение — похожее на записанное с диких ультрачервоточин, — Фаба не выдержал первым. — Ха-ха-ха-ха, да ну нахуй, получилось!? — резко встав, он вытянул руки вверх и громко закричал. Схватившись за голову, через секунду он указал на ультрачервоточину. — Мы реально сделали эту хрень, это просто невероятно! — Быстро, записывайте излучение! — быстро приказал Мон, не отрываясь от ультрачервоточины. В отличие от ликующего Фабы, который хоть и выглядел уверенным, но до самого конца не верил в успех, Мон был другим. Он был тем, кто открыл ультрачервоточины — без его записей и знаний мир ещё дольше бы не подозревал об их существовании. Поэтому он не потерял голову от открывшейся ультрачервоточины, а начал отдавать приказы и выводить из оцепенения ошеломлённый персонал. — Б-босс! — через несколько минут прозвучал дрожащий голос одного из сотрудников. Подняв голову, в его глазах отчётливо виднелся страх. — Энергопоток ультрачервоточины… он куда-то пропадает, что-то или кто-то забирает его! — И температура тоже! — вслед за первым последовал второй голос. Он откинулся назад на спинку стула, схватившись за голову. — Температура выросла на десять… пятьдесят!.. д-двести градусов?! Чёрт, шестьсот градусов!.. ТЫСЯЧА ГРАДУСОВ?! ЧЕРВОТОЧИНА НАГРЕЛАСЬ ДО ТЫСЯЧИ ГРАДУСОВ! С каждой минутой раздавалось всё больше выкриков, а стабильная червоточина начала увеличиваться в размерах и менять цвет на золотистый. Фаба быстро посмотрел на Мона в надежде понять, что происходит, но, увидев в глазах друга страх, он замер. Вскочив с места и посмотрев на ультрачервоточину, мужчина сделал несколько робких шагов назад, словно шестым чувством ощущая исходящую опасность. — Мон, что происходит!? — один серьёзный глаз Лусамины посмотрел на Мона. Но мужчина смог лишь незаметно пожать плечами, тоже ничего не понимая: — Я не знаю, этого не должно было произойти! В следующую секунду из ультрачервоточины вытянулась чёрная когтистая лапа, заставив червоточину вспыхнуть с характерным звуком ломающегося стекла. Вытянувшись, лапа схватила червоточину за края… и в действительности схватилась за неё, сминая будто она физический объект. Как только лапа зафиксировалась в реальности, всех на алтаре охватил неописуемый страх. Глядя на лапу, все чувствовали одно и то же — смерть, забвение, тьму. Не успел никто отойти от шока, как из червоточины появилась вторая такая же лапа и схватилась за противоположный край. Давление, ощущаемое людьми, усилилось, и несколько человек, не выдержав подобного, начали падать в обморок. *** Алдер спокойно лежал на шезлонге, наслаждаясь лучами солнца и пригубивая через трубочку, торчащую из кокоса. Его взгляд из-под солнцезащитных очков смотрел только в одну точку — бёдра и загорелая кожа местных красоток. Он не считал это чем-то плохим, а совсем наоборот — каждый мужчина обязан насладиться чувством прекрасного. И если мужчины Алолы могут делать это постоянно, то и он может. Всё же он турист, а туристы должны наслаждаться достопримечательностями региона, в который приехали. Но внезапно он поднялся с шезлонга так резко, что отдыхающий рядом с ним сопровождающий из фонда, тоже вскочил. Быстро повертев головой и убедившись, что всё хорошо, парень обратился к чемпиону: — Мистер Алдер, что-то случилось? — Жди здесь и никуда не уходи, — неожиданно серьёзным тоном ответил Алдер. Оглядевшись в поисках своего внука, Алдер увидел его веселящимся верхом на Сёрфинге Мантине. — И следи за моим внуком. — Ч-чего вы собрались сделать? — нервно произнёс парень, стоило Алдеру потянуться к покеболам. — На острове появился чрезвычайно сильный покемон, сильнее моих, — мужчина призвал Вулкарона, пока говорил это. Алдер подошёл к ней и позволил зацепиться за свою спину лапками. Это не осталось незамеченным: несколько человек достали свои телефоны и фотоаппараты и начали делать снимки необычного для них покемона. Но Алдер не обратил на них внимания и серьёзно сказал парню из фонда Эфир: — Будь готов, возможно, придётся звать Кахуну и эвакуировать город. Вулкарона взмыла вверх и унесла за собой своего тренера. Подлетев на сотню метров, она повернулась в сторону огромного источника энергии и бросилась в его сторону. — В-в смысле эвакуация острова?! — поражённый внезапной сменой поведения чемпиона и ещё больше шокированный его словами, парень не выдержал и закричал, привлекая к себе взгляды всех на пляже. *** Так же, как и Алдер, энергию ощутили и другие чемпионы: Чемпион Лэнс, медитирующий на горе Сильвер. Позади него несколько его драконов занимались тренировками татсугири в центре озера. Его дух даже на фоне кричащих драконов и звуков от ударов оставался спокойным, как безмятежная водяная гладь. Однако в следующий момент всё изменилось: почувствовав невероятно агрессивную энергию дракона, что превышала каждого из его покемонов по отдельности. Лэнс быстро вышел из состояния медитации и вскочил на ноги. Обернувшись на своих покемонов, парень убедился, что те также заметили это. Все, кроме татсугири — малыш ещё был недостаточно сильным и не мог ощущать настолько тонкую и мощную энергию. Поэтому он только и мог, что вертеть головой, не зная, почему все остановились. Понимая, что где-то происходит что-то очень серьёзное, чемпион не стал медлить. Он вернул всех своих покемонов обратно в покеболы, оставляя лишь одного — самого сильного, верного и быстрого Драгонайта. Прыгнув ему на спину, парень через секунду уже оказался высоко над облаками. Далеко в Хоэнне Стивен использовал своих покемонов для быстрой раскопки обрушившегося туннеля. Группа рабочих быстро раскопала первый подземный этаж при помощи покемонов чемпиона и уже закончила раскопку половины второго этажа. На этом этапе Стивен почувствовал крайне агрессивную и невероятно мощную энергию психического типа. Настолько сильную, что все его покемоны вместе — вообще ничего не стоили. Поэтому он призвал всех своих покемонов, телепортируя себя с их помощью к входу. Появившись там, он быстро нашёл пожилую Дженни и поспешил к ней. Никто не понимал, что именно так всполошило чемпиона и заставило бросить работу. Рабочие внизу тоже не знали, что произошло, не способные заметить быстро подавленный шок на лице своего чемпиона. Им оставалось лишь продолжать копать своими силами и покемонами, надеясь, что Стивен поскорее вернётся. — Дженни, я должен срочно удалиться, — быстро произнёс Стивен, как только женщина обернулась. Покемоны вокруг него просто своим существованием сгущали пространство и делали его плотным. — Я передаю свои полномочия тебе, продолжай работу за меня. — Что-то случилось, чемпион? — сразу же нахмурила брови пожилая Дженни. Быстро пройдясь взглядом по лицу мужчины, она с трудом, исключительно из-за выдержки и опыта прожитых лет, заметила странную реакцию его зрачков. — Не знаю, не уверен… наверное, — сбивчиво ответил Стивен. Сразу после этого его окутал белый свет, и парень испарился вместе со своими покемонами. — Нгх… Ладно, ушёл и ушёл. Сама справлюсь, — поправив фуражку, Дженни пошла к туннелю. Как главная, она должна быть внутри и лично контролировать расчистку. *** Ультрачервоточина продолжала расширяться, деформируясь под тяжестью схвативших её когтей. Медленно из центра вылезло лицо существа: плоское, с четырьмя камнями вместо глаз. Оно посмотрело вперёд на главную четвёрку, и глаза создания начали блестеть — один за другим происходила вспышка белого цвета, после которой глаза создания стали излучать потусторонний свет. Одним только своим присутствием чёрное существо вызвало колебание в электросети: не только Алтарь Солнца и Луны — весь остров Пони мигом лишился электричества, получив полностью перегоревшую проводку. Волна мощи выдвинулась за пределы острова Пони, выводя из строя всю Алолу. А где-то там, в лишённом электричества фонде Эфира, очнулся ото сна маленький Нихилего. Увидев, что клетка раскрылась, он сделал то же, что и другие захваченные ультразвери, — вырвался на свободу. — О-оно впитывает свет! Эта херня затягивает свет в себя! — первым среагировал Фаба, заметив, как область вокруг червоточины начала втягиваться в неё, формируя область абсолютной тьмы, в которой отчётливо было видно светящееся тело создания. — Быстро, быстро, блять, выключите подачу энергии! Не дайте ему пробраться сюда! Обернувшись, Фаба прикусил губу от негодования: никто не среагировал — половина вообще лежала без сознания на земле и пускала слюни. Поэтому он сделал то единственное, что мог в текущей ситуации. Повернувшись по очереди к каждому из своих коллег, он широко замахнулся рукой и отвесил пощёчины Вике, Лусамине и Мону. Его не волновал тот факт, что он ударил по факту своих работодателей: что-то подсказывало ему — если позволить существу выбраться из ультрачервоточины, то Фаба даже моргнуть не успеет, как погибнет. — Ч-что… Фаба! — придя в себя, Лусамина схватилась за щёку. Недовольно посмотрев на мужчину, она встретила лишь его ошалевший взгляд. Такой, какой можно увидеть лишь у дикого зверя. — Не стойте, вы, трое! — растолкав всех троих, Фаба бросился к тем сотрудникам, что замерли в сидячем положении. — Быстро вырубайте систему, к нам лезет какая-то мерзость! К счастью, это подействовало, и троица учёных бросилась в разные стороны, как и Фаба ранее. Дёргая учёных и техников, они сами пытались отключить подачу энергии через удалённый доступ. Не все приходили в себя — большинство падало и снова теряло сознание от давления. Но те немногие, кто остался в сознании, старались вложить собственные усилия в разрешение той катастрофы, свидетелями которой они стали. — Э-это бесполезно, оно не выключается! — крикнула Вике, не сумевшая выключить систему. Она стояла сзади червоточины, когда компьютер, к которому она наклонилась, взорвался. Отброшенная взрывом, она прикрыла покрасневшее от взрыва лицо и болезненно вскрикнула. — Б-больно! — Вике! — заметив её падение, Лусамина бросилась на помощь своей подчинённой. Но в следующую секунду несколько устройств возле неё тоже взорвались. За несколько секунд все устройства вышли из строя, а платформа покрылась мусором от разрушенных столов. Между ними лежали те, кто считал, что сможет прорваться в другое измерение. Кровь медленно стекала на каменную поверхность, сразу же втягиваясь в сторону расширяющейся ультрачервоточины. А существо продолжало рваться из червоточины, вытянувшись из неё наполовину. Чёрный панцирь сиял на свету, впитывая его в себя. Снова подняв голову, глаза существа упали на Мона. Не считая Фабы — что пытался поднять Лусамину и Вике, — он был единственным, кто остался стоять на ногах. Его кулаки крепко сжались, ногти впились в кожу до самой крови. С мрачным лицом он думал о том, как разрешить катастрофу. [Мне надо как-то добраться до кристаллов, но смогу ли я…] — лихорадочный взгляд Мона метался по видимому искажению в пространстве вокруг червоточины. Оно почти добралось до Z-кристаллов, от чего те на глазах теряли свою яркость. — [Что я наделал…] Секунда — и его мрачное лицо разгладилось. Посмотрев на свою жену так, словно видел её в последний раз, полное решимости лицо вновь обратилось на чёрное создание. Он уже знал, что ему следует сделать, — никто, кроме него, не мог сотворить этот безумный поступок. [Не думал, что умру так скоро.] — с этой мыслью в голове Мон сделал шаг вперёд. Чувствуя энергию, мужчина понимал, что она слишком сильна. Ни один из Кахун даже близко не сможет сравняться с существом по силе. Вполне возможно, что даже вместе у них не было бы шанса. Что бы ни выходило в мир из-за его оплошности — оно уничтожит мирную Алолу. — Простите, Лусамина, Лилли, Гладион. Ваш папа просто идиот. И пока мысли об отказе не посетили его голову, он уверенно бросился вперёд. Фаба, только поднявший Лусамину, заметил поступок Мона. Не придумав ничего лучше, с Лусаминой на руках он закричал, срывая горло: — Мон, не ходи туда! — он не мог поверить в то, что видел. Сама реальность била его по голове, заставляя отрицать увиденное. — Ты погибнешь! Придурок, стой! Из-за его крика Лусамина открыла свой единственный видимый глаз. По счастливой случайности — либо по року судьбы — она посмотрела прямо на Мона. На своего мужа, что схватил один из кристаллов, поворачивая голову в её сторону. Но что бы он ни хотел сделать — гром ослепил женщину, а последующая за этим вспышка оглушила её. Как только последствия поступка Мона сошли, Лусамина нашла в себе силы броситься вперёд. Но ни ультрачервоточины, ни чёрного как смоль создания, ни её мужа нигде не было.