Покемон-ДНК: По пути Гиратины

Полёт длился целые сутки, и только сейчас Грант соизволил очнуться. Моргнув, парень поморщился, чувствуя, как неприятно покалывают его затёкшие конечности. Стараясь не смотреть вниз, он начал ёрзать — к тихому неудовольствию Фироу, что бросила на него быстрый взгляд, — разминаясь и сводя на нет неприятные ощущения. Хуже всего было его пятой точке, которую он физически не мог расслабить, не упав при этом с птицы. Во время очередного потягивания резкая вспышка ослепила его. Машинально закрыв лицо ладонью одновременно с испуганным криком Фироу — что уже вызывало вопросы, — Грант почувствовал, как на несколько секунд покемон под ним пропал. Не успев протереть глаза, парень снова услышал крик, после которого всё пошло наперекосяк: воздушный карман, окружающий его, рассеялся, давая ревущему ветру ударить тело Гранта, откидывая всё, что выше верха, назад. Прижимаясь спиной к покемону-птице и чувствуя, куда дует ветер, внутри парня всплыло неприятное осознание — они падали. С свистом в ушах они неудачно приземлились, сбив несколько деревьев и подняв в воздух обитающих там покемонов-птиц и насекомых. Будучи отброшенным в сторону, Грант чудом избежал встречи с острыми брёвнами и разозлёнными покемонами. Шатаясь, он наконец-то прозрел, тяжёлым взглядом осматривая произошедшее. Обращая внимание на Фироу: на теле покемона был отчётливый след от кулака, который, по-видимому, и отправил летающего покемона вниз. [Что вообще это было?] — Когда над ним поднялась высокая тень, а в нос ударил запах приятных и по-своему завораживающих духов, подросток поднял голову. — …Блять. С чувством собственного превосходства на него, как на кусок самого вонючего в мире дерьма, смотрела Феромоса. Длинный и утончённый ультра-зверь с сегментированными конечностями и длинными чешуйчатыми волосами. — Феро… — тихо сказала Феромоса, и Грант невооружённым взглядом смотрел, как из её рта выходит облачко бледно-розового и прозрачного дыма. В следующую секунду оно лопнуло, и потоки дыма принялись заполнять всё вокруг. — Фе… Дым проник внутрь Гранта через нос и рот, от чего его тело вздрогнуло, выгибаясь назад и практически падая. Отступив назад, парень согнул ноги, чувствуя, как нагревается его тело. А в особенности — нижняя его часть, которая ну никак не должна была проявить себя. — Феромо? — Ультра-зверь перевела взгляд на Фироу, лежавшего в куче грязи и дрожавшего. По всему телу покемона растекались капли пота, а сам Фироу с тяжёлыми вздохами стонал. [Что она… делает… не пойму… так тяжело… что… больно…] Пока подросток старался не потерять сознание, безуспешно борясь против самого страшного врага — собственного возбуждения, — Феромоса элегантной походкой, демонстрируя власть и гордость в каждом шаге, приблизилась к Фироу. Хоть она и чувствовала, что вокруг человека не одна, а целых четыре ауры, — они блекли перед тем, какую энергию хранила в себе крылатое создание. А сверху, сияя радугой, висела огромная дыра, оттянутая назад так, как парень это помнил. Ошибки быть не могло — перед ним была ультра-червоточина. На его глазах она вспыхнула, увеличиваясь в размерах в несколько раз. Сразу после этого из портала начали выходить покемоны: Несколько одинаковых Феромос, что безучастно посмотрели на своего сородича и пошли дальше. Это была не их добыча, да и не в их правилах было воровать чужое. Всё же они леди. Следом вышли Ксюркитри — похожие на дерево звери, состоящие из электрической проводки. Вместо пальцев у него была медная проволока, а головы и того отсутствовала: вместо неё было что-то вроде лампы, по форме напоминающее шаровую молнию. Оказавшись на земле, они моментально почувствовали мощный, нет, огромнейший источник энергии. Такой огромный, что нигде в Хоэнне его больше нет. Не раздумывая, они пошли туда, протыкая землю своими ногами-вилками. — БАЗЗ!! — С жужжащим зовом из портала появился Баззвол. Высокое, красное, покрытое выпуклыми мышцами насекомое. Приземлившись на землю, от чего та содрогнулась, он сразу же встал в позу, безуспешно демонстрируя свои грудные мышцы уходящим Феромосам. К сожалению, тех это вовсе не впечатлило. От чего поник уже сам Баззвол. Словно клоун, на тонких конечностях показался Бласефалон, двигая своими жёлтыми бёдрами в сине-розовую полоску. Его тонкие руки без пальцев — тоже сине-розовые — двигались по чёткой траектории, пока зверь ощупывал воздух. Его голова — большой белый шар с розово-синими пятнами — медленно осматривалась на все 360 градусов, выбирая, куда пойти. Увидев количество ультра-зверей на одну поляну и понимая, что скоро выйдут ещё, он решил делать то, что умеет лучше всего, — танцевать. Ультра-звери всё выходили и выходили, распространяясь по территории. Когда червоточина померкла и уменьшилась, из неё вышел последний, ранее не выходивший ультра-зверь — Нихилего. Похожий на медузу, с чётко вычерченной формой молодой девушки, тело зверя полностью состояло из материала, похожего на стекло. Всё внутри него, кроме выпуклой шляпы, состояло из молочной субстанции. Было что-то странное в этом конкретном Нихилего: на первый взгляд это было незаметно. Но будь здесь кто-то из жителей ультра-измерения, он сразу бы подметил то, что рост зверя меньше обычного. Даже с учётом шляпки тот достигал всего лишь метра — чуть больше половины от нормального размера Нихилего. Не спеша спускаться, Нихилего оглянулось вокруг в поисках носителя. И как раз, к её счастью, здесь был Грант: запертый в своём теле, двуногий безучастно смотрел на приближающуюся Феромосу. Та уже истощила Фироу, не оставив даже костей. Почти не ощутимый, слабый и только зарождающийся разум Нихилего почувствовал опасность. — Ни… — Осознавая, что её будущего носителя сейчас сожрут, медузка бросилась на перерез. Она ещё росла, ей обязательно нужен носитель! Нихилего успела преодолеть только половину расстояния до носителя, как из противоположной стороны леса вылетел гиперлуч. Феромоса только и успела поднять одну руку в защите, как луч врезался в её тело. Раненная и отброшенная, Феромоса вскрикнула, сплёвывая кровь на саму себя. По случайности — а может, и специально, во что Грант не верил, — взрыв от луча отбросил подростка в сторону. Оглушённый, он покатился по земле, пока не остановился, врезавшись в дерево. Он не сразу понял, что произошло, ведь звон в ушах никак не проходил. Даже тогда, когда подросток закрыл уши руками. Не заставляя ждать, из леса снова выстрелили гиперлучом, но теперь сразу пять раз подряд. Фигура Баззвола испарилась в воздухе, когда тот почувствовал опасность для Феромосы. Двигаясь быстрее, чем мог видеть неподготовленный глаз, ультра-зверь закрыл собой Феромосу. Сжав вместе ладони, он напряг грудные мышцы, принимая весь урон на себя. С треском электричества и пронзающим гулом из-за деревьев показался массивный Магнезон. Его единственный глаз смотрел на поле перед ним, анализируя каждый виденный кадр. Являясь одним из покемонов-асов, выпущенным на волю, он испытывал, если и не любовь, то доброту к человеческой расе. Так что выход здесь был только один. — Магне… — прогудел Магнезон, начиная собирать энергию вокруг себя. По телу покемона пробегали искры, с каждым появлением исчезая с большей скоростью. — БАЗЗ!! — взревел ультра-зверь, напрягая мускулы и срываясь на огромной скорости. Только на секунду материализовавшись возле противника, дабы тот оценил, кто окажется его непреодолимой стеной. — БАЗЗВОЛ! — ЗОН! Зарядив электропушку, Магнезон выстрелил в подобравшегося вблизи насекомого. На что Баззвол, не став отражать атаку, нанёс свой сфокусированный удар. Обе атаки попали одновременно, и Баззвол вздрогнул от сковавшей его тело паутины из молнии. А Магнезон, никак не защитив себя, болезненно застонал, отлетая на десяток метров назад. Покачнувшись и оценив силу удара, тело Магнезона сверкнуло ярким светом. Это была железная броня, используемая специально для укрепления собственного тела. Пока Баззвол стоял на месте, напрягая каждую свою мышцу ради побега, Магнезон наблюдал, сканируя насекомое: это создание было ему совершенно незнакомо, но тип насекомого был гарантирован. К сожалению, психический тип не был в его приоритете ни в бытность покемоном тренера, ни сейчас. Бросив короткий взгляд на человека, покемон молчаливо наблюдал за боем его знакомого Урсаринга: тот бросился на защиту человека, забирая себе Феромосу и не давая ей ни забрать детёныша, ни напасть втихую на Магнезона. Урсаринг тяжело дышал, упав на одно колено. Глядя на Феромосу, что так пренебрежительно смотрела на него — побитого после пяти обычных для неё ударов, — покемон не смог сдержать яростного рыка. Земля пошла ходуном, реагируя на злобу Урсаринга. Сильнее вдавив ногу в землю, Урсаринг заставил ту потрескаться своим молниеносным рывком вперёд. Правда, молниеносным только для него: Феромосе не составило труда контратаковать — одним ударом в челюсть нокаутировав медведя. Он был слаб — слабее ранее поглощённой птицы и уж точно не подходил в качестве её еды. Приближаясь к человеку, Феромоса как не обращала внимания на битву Баззвола, так и не обратила на её продолжение. Её больше интересовало наличие четырёх источников в одном человеке, тем более таких разных: один нейтральный, второй такой же, но слабее, третий как она, а четвёртый как бесполезная, но слабая добыча. — НИХИ! С писком незамеченный Нихилего брызнул кислотой прямо в глаза Феромосы. Та закричала ещё громче, привлекая внимание Баззвола, на что последнего сразу же парализовало очередной электропушкой. Жжение было терпимым, но от чего она кричала, так это от грязи: жалкое создание ПОСМЕЛО запачкать её лицо! Оно ЗНАЛО её, но всё равно ПОСМЕЛО! А Нихилего, чувствуя, как со всех сторон к ним приближаются покемоны — и как Блацефалон начал плясать активнее, чувствуя надвигающееся веселье, — бросился к человеку. Начав кувырок, она в середине зацепилась шляпкой за голову человека. Унося его за собой и уводя от расколовшего землю удара Феромосы. Закончив кувырок, она опустила человека на ноги. Заполняя Гранта своей энергией — сбрасывая наваждение и инстинктивно воздействуя на его нервную систему. — Ух ты, это странно, — промолвил Грант, чувствуя энергию во всём теле. Наделяя его необычной лёгкостью, Нихилего делала то, для чего была рождена, — улучшала его тело, взамен поглощая его энергию. — Феромоса! — Звучный крик вырвался из маленького рта Феромосы, на что Грант с спокойным лицом повернулся к ней. Мгновенно взвыли новоприобретённые инстинкты, которые Грант получил после насильственного симбиоза с Нихилего. Подобно пуле он отпрыгнул спиной назад, а на его место ударил самый настоящий лиственный шторм. Шифтри, зацепившись за верхушку дерева, пристально и агрессивно смотрел на вторженца. Он мог терпеть человека — с трудом и то из-за их полезности в обучении молодняка, — но не чужого покемона. Если кто-то решил, что может посягнуть на его дом, то Шифтри с радостью поломает ему все кости. Не став испытывать судьбу, Грант бросился наутёк. Спасаясь бегством, его окружала энергия Нихилего. Он рвал вперёд, как неостановимая машина, тараня своим телом деревья и совсем не страдая от этого. Феромоса отступила назад, начиная жужжать своими сегментированными волосами-крыльями. Резкий звук столкнулся с лиственным штормом, создавая паритет между двумя атаками. Который, к сожалению для Шифтри, решился слишком быстро — звук рассеял его атаку, заставляя покемона невольно нахмуриться. Перестав жужжать, она с огоньком в глазах посмотрела на Шифтри, испытав к нему интерес. Он был слабее — она чувствовала это своим нутром — и он был чрезвычайно вкусным. Вероятно, самый вкусный персонаж, встреченный ею в новом месте. — Шиф… — улыбнулся Шифтри, ехидно смотря на Феромосу. Деревья вокруг него затрещали, и из-за листьев на неё смотрело несколько новых Шифтри с десятком других Назлифов. От каждого веяло жаждой битвы, и до Феромосы начал доходить масштаб проблемы. Лес вокруг оживился, ведь многие другие покемоны также столкнулись с ультра-зверями, вступая в ожесточённые бои целыми стаями. Несколько активных Вигоротов выбежало из леса, разбредаясь по поляне. Они выли и ударяли лапами землю, заявляя о своих намерениях. Позади них пробежала компания из Плюсла и Минуна, держащихся за руки, как настоящая парочка. Только вот Грант этого всего не видел: он целых десять минут мчался на пределе своих новых сил, совершенно не чувствуя усталости. Только когда ему самому надоело бежать, он затормозил, поднимая в воздух пыль от внезапной остановки. — Это всё также странно… — тихо прошептал, осматривая собственные руки. Два щупальца Нихилего прижимались к ним, выступая в качестве проводника энергии. Подняв взгляд на шляпу, он спросил: — Спасибо за помощь… Ты ведь ультра-зверь, Нихилего, верно? Медуза ничего ему не ответила, предпочитая оставаться предметом гардероба. Даже если бы она хотела, ей ещё предстояло привыкнуть к энергии человека. Ведь в таком случае обмен между ними станет ещё питательнее. Жаль только, что непонятная дымка в мозге хозяина препятствовала попыткам ультра-зверя, не давая заглянуть в самые потаённые воспоминания. — Хм… Ладно, молчи. — Грант подошёл к дереву, начав осматривать его на наличие покемонов. Убеждённый в том, что ни на ветках, ни на стволе никого нет, подросток взмахнул рукой, как ножом. Нихилего мгновенно поняла помыслы хозяина, быстро передавая подростку свою энергию. И вместо того чтобы врезаться в бревно, Грант перерезал его. С оглушающим треском дерево накренилось, падая на землю. — Это необычно. — И снова Грант сжал кулак, понимая, что данная ему сила была временной. — [Впрочем, мне не на что жаловаться. Учитывая эти несколько дней, мне наверняка понадобится хорошая защита.] Грант прекрасно понимал природу Нихилего, чего уж там говорить — нейротоксин уже повлиял на подростка, заставляя его просто желать двигаться. Чувство напоминало неприятный зуд, когда чешется не кожа, а кость под ней. Он не мог не задаться вопросом: раз Нихилего подействовал на него вот так, тогда как сильно сносит голову у обычных людей? — Надеюсь, что никогда не узнаю этого. Он мог бы поступить рационально — всё-таки у него пропали эмоции, но уж точно не мозги, — но… а зачем? Грант не помнил точно, ведь пропустил игры по региону Алола. Но вроде бы Нихилего не должен убивать своего носителя — у него совсем другой стиль питания, чем у прочих симбиотических вредителей. Да и вообще Грант помнил из школьного курса, что нервная система связана с мозгом. И по логике парня всё просто: раз Нихилего смог подействовать на его нервную систему, то должен быть шанс вернуть ему эмоции через стороннее влияние. Раз работает одна часть — логично, что вторая тоже должна работать. Звучит по-детски, но такое начало тоже подойдёт. Погладив Нихилего по шляпке и оценив её приятную текстуру, Грант начал осматриваться. Было легко отследить собственный путь — такие мысли возникли у подростка, когда он смотрел на уходящую в глубь полосу растительного мусора и опилок. Прокладывая пройденный им путь и вспоминая, куда ушли те электрические ультра-звери — Нихилего и тут помогал ему, ускоряя мозг собственной силой, — Грант медленно вырисовывал в своей голове грубую, но действенную карту маршрута. [Я свою печень на съедение ставлю, что такие вызывающие создания питаются вырабатываемой человеком электроэнергией. Если это не так, то… не знаю, но это маловероятно.] Такое заключение Грант сделал исходя из того, что слишком уж Ксюркитри похожи на типичных монстров из старых киношек его прошлого мира. Тех самых, что питаются энергией и от этого растут, соответственно становясь сильнее. Сориентировавшись, он двинулся в сторону ушедших ультра-зверей. Хоть он и убежал довольно-таки далеко, но, к счастью, бег был не по прямой. Чем дольше он шёл, тем громче становились звуки борьбы, крики улетающих птиц и воющих покемонов. От этого тело парня само задрожало, выдавая рефлекторный страх. Страх и предвкушение — зуд намекал ему, умолял броситься в гущу сражения, чтобы показать силу, которая за ним стоит. Но он держался — стиснув зубы, прикусив язык, крепко сжав кулаки, до покраснения впиваясь ногтями в кожу. Одни звуки битвы затихали, но не на тишину — на такие же крики, но уже людские. Остановившись, он с прищуром посмотрел вперёд, словно стараясь разглядеть через плотную листву причину этих криков. Что-то там происходило, и это что-то было каким угодно, но точно не приятным. Посмотрев по сторонам, оценивая перспективу, из его рта вырвался вздох. [И о чём я думаю? О каком выборе вообще речь, если я даже не знаю, где я и куда вообще иду? Впереди хотя бы люди есть, но…] — Грант прикусил губу, размышляя над своим следующим шагом. Но поскольку рационализм был наименьшим из его достоинств и потому что Нихилего не переставал держать его в возбуждённом состоянии, парень сделал свой выбор. Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, подросток возобновил свой путь вперёд. Наконец-то выйдя из леса, Грант остановился, держа одну ногу в кустах. Перед ним творился самый настоящий ад: велосипедная дорога, возвышающаяся над землёй, оказалась полностью разрушена. Обломки бетона и сгоревшие велосипеды либо плавали на поверхности, либо прибились к суше. Фонарные столбы истлели до черноты, а один из них рассыпался на глазах подростка. Ещё дальше были слышны крики покемонов и людей, заглушаемые массивными молниями, выходящими из земли прямо к небу. Гранту, может, и показалось, но он точно видел, как впереди показалось несколько извивающихся проводов. — Что за ужас, нахуй, здесь творится?! — Картина ошеломила парня, заставляя выбежать вперёд. Подбегая к входу на велосипедную дорожку, Грант хмуро уставился на обгоревшее и местами расплавленное здание. Все окна превратились в текучую массу, а на месте стальной двери была горячая куча металла. Достав покебол, он вызвал своего стартера. — Рогенролла, на выход! Выйдя из луча света, покемон приземлился на ноги… и тут же бросился к своему хозяину. Толкнув Гранта в ноги, камень начал делать то, чего подросток не ожидал, — он задрожал. Рогенролла чувствовал присутствие монстров, на фоне которых его мать не казалась такой сильной. Даже чувствуя, что сильные покемоны обладают электрическим типом, он не желал отходить от своего хозяина: тип ничего не значит, если ты настолько сильнее оппонента, что одним зарядом способен расплавить его каменное тело. — Рогенролла, малыш, — присев на колени, парень внимательно посмотрел на Рогенроллу. И покемон ответил тем же. Понимая бесполезность своего следующего действия, парень всё же протянул руку, проводя ею вдоль задней части Рогенроллы. — Бояться нормально, правда, тебя никто не осудит, и я тоже. Но тебе нельзя позволять страху взять верх, понимаешь? — Роге…? — Наклонив голову, маленький камень на секунду обратил внимание на новый наряд своего тренера, тут же теряя интерес. — Роген… ро? — Ты знаешь, почему я тебя позвал? — На это Рогенролла как могла махнула своим телом, показывая, что нет, она не знает. — Чтобы ты стала сильнее. — Рог…? — Рогенролла не до конца понимал, что несёт его тренер. Тренироваться и становиться сильнее нужно с равными, а не с теми, кто тебя убьёт! В этот момент Грант почувствовал, как его покемон смотрел на него полным сомнения взглядом. Дыла в центре, приподнятая вверх, была направлена на подростка. — Злые существа далеко, а твоя еда рядом. Вон она, — Грант показал на кучу расплавленного металла. — Если ты впитаешь это в себя, то станешь крепче и сильнее. Ты хоть и из камня, но твоё тело не уступает стали. Понимаешь, о чём я? Рогенролла несколько секунд размышлял, прежде чем кивнуть. Его тренер говорил правильные вещи, и похоже — он наконец-то готов тренировать его. Он уже начинал ощущать голод — раньше его кормила мать и старшие братья, ведь сам он никогда не интересовался едой. Она была ему попросту не интересна, как и всё в этом мире. Кроме созерцания вечного каменистого пола. — Давай, иди и ешь весь металл, который найдёшь. Чем больше ты съешь, тем крепче ты станешь. — Грант не думал, что это работает именно так, но надо же ему было как-то подбодрить своего покемона. — [А ещё я забыл купить еды своим покемонам…] Никак не отреагировав на порцию похвалы, Рогенролла спокойно пошагала к тому, что когда-то было дверью. Приблизившись, покемон плюхнулся в кучу, разбрызгивая горячий металл в стороны. Грант стоял в стороне, молча смотря, как его покемон поглощает металл не только своим отверстием, но и всем своим телом. Он скажет честно: интересно наблюдать за питанием необычной формы жизни, коими являются покемоны. Особенно если необычность экземпляра была таковой даже на фоне других видов. Да, было бы интересно понаблюдать за другими покемонами — за по-настоящему живыми. Но… зачем? У него ведь есть целый живой камень! Дождавшись, пока Рогенролла впитает в себя всю субстанцию, Грант немедля прошёл внутрь здания. Он помнил по играм, естественно, как по-современному тут всё выглядело. Теперь же здание походило на заброшенный комплекс, причём заброшенный лет так на десять. — Что здесь произошло? — Грант обратился к Рогенролле, хотя и понимал, что не получит ответа. — Допустим, что сюда напали… да наверняка напали, это очевидно. Почему нигде нет тел? Компьютеры повреждены, но на месте, стойка тоже, да даже основание стула. Но вот ни одного человека, даже намёка. Не могло не быть хоть кого-то: по количеству велосипедов Грант ясно понимал — работа здесь шла полным ходом. — Роге… — исключительно ради вида ответил Рогенролла только для того, чтобы тренер знал о том, что покемон его слушает. Двигаясь дальше, Грант совершил ещё несколько остановок: Рогенролле нужна была еда, она была обязана стать крепче. Каждый встреченный участок расплавленного металла только улучшал начальный потенциал Рогенроллы. Парень дошёл до середины велодорожки, через пропасть вглядываясь в мутную воду внизу. Нихилего помогал своей энергией, улучшая его зрение. Но даже с такой помощью подросток не видел ни тел, ни останков, ничего. С очередной порцией энергии его возбуждение возросло, преобразуя себя в нетерпимый зуд. Грант упал на одно колено, прижимая руку к груди и закрыв глаза. Рогенролла бесстрастно смотрел на своего хозяина, ничего не чувствуя по поводу его борьбы со своим телом. Зуд не просто возрос, он атаковал его нервную систему волна за волной. Каждая последующая была сильнее предыдущей, отвоёвывая у него контроль. Подросток чувствовал, как ломается его сопротивление. Как бы парень ни старался, но он не привык к такому. Поэтому, быстро достав покебол, Грант отозвал Рогенроллу обратно. Срываясь с места, он незаметно для себя прыгнул на уцелевшее ограждение велодорожки, используя его как трамплин для следующего прыжка. С тяжёлым приземлением он побежал дальше с сосредоточенным лицом. Раз он не может контролировать себя, то хотя бы воспользуется внезапным усилением.