Змей, что пожирает нас ︱ The Serpent That Devours Us

  Как только до Гарри дошли слухи о василиске, обитающем в магической части леса в национальном парке Ван Вихар в Индии, он понял: нужно ехать.   — Ты совсем свихнулся? — спросила Гермиона, когда он признался, куда держит путь на этот раз.   Гарри не собирался ей рассказывать, но Гермиона умела вытягивать правду, даже когда он был полон решимости её скрыть.   — Послушай, — Гарри выразительно обвёл руками свою фигуру. — Я первый змееуст в Британии за столетия. Возможно, даже в мире. Я просто поболтаю с ним, и всё.   Рон был чуть более рассудителен, чем его кипящая от гнева жена, но лишь самую малость.   — Дружище, ехать в Индию, чтобы «поболтать» с василиском — это чересчур даже для тебя.   Гарри пожал плечами, что взбесило Гермиону ещё сильнее.   — Я всё расскажу твоей матери.   Глаза Гарри расширились.   — Пожалуйста, не надо, — взмолился он.   Она рассказала.   — Гарри, дорогой, — произнесла мама вечером того же дня, после того как они с отцом напросились к нему на чай. Лили сидела на диване, балансируя чашкой в руках, а отец мерил шагами комнату перед камином. — Мы уважаем твой выбор, но охота на василиска — не лучшая идея.   Гарри ахнул, оскорблённый до глубины души.   — Я не собираюсь на него охотиться, мам. Я просто хочу с ним встретиться.   Вздохнув, отец остановился и поправил очки на переносице.   — Только то, что ты можешь делать... это, ещё не означает, что ты должен, Гарри.   — Ты имеешь в виду змеиный язык, пап, — сказал Гарри, смертельно уставший от того, что отец не принимает его магические таланты. — Я змееуст, который говорит на парселтанге.   Отец отмахнулся от его слов как от чего-то несущественного, что разозлило Гарри ещё больше.   — Ты уже десять лет мотаешься по всему свету, — произнёс отец своим самым невыносимым поучающим тоном.   — Потому что я магический зоолог! — громко вставил Гарри, но Джеймс, мать его, Поттер, экстраординарный аврор, полностью его проигнорировал. История всей его жизни.   — Тебе пора подумать о будущем, Гарри, — продолжал отец. — Посмотри на свою сестру...   — Довольно. — Гарри вскочил с дивана, переводя яростный взгляд с матери на отца. — Я взрослый тридцатитрехлетний мужчина с успешной карьерой, которую я обожаю. На этом всё. В ваших советах я не нуждаюсь. Спасибо, что зашли. Увидимся через пару недель.   Он решительно зашагал к камину, бросил горсть летучего пороха, выкрикнул «Поттер-мэнор» и остался ждать со скрещёнными на груди руками, пока родители не поняли намёк и не ушли. Он любил маму и папу, но чаще всего они просто доводили его до белого каления.   На следующий день заглянула сестра.   — Просто чтобы ты понимал: если тебя съест большая жирная змея, всё наследство перейдёт ко мне, — с ухмылкой сообщила Гиацинт.   Гарри фыркнул, но позволил сестре обнять себя.   — Серьёзно, Гарри, будь осторожен, пожалуйста. Твои племянник или племянница хотят, чтобы дядя дожил до встречи с ними. — Она указала на свой округлившийся живот, и Гарри искренне улыбнулся.   — Обещаю сделать всё возможное, чтобы меня не съели. У меня большие планы на твоего ребёнка. — Гарри подмигнул ей.   — Пока в эти планы не входят василиски, я не против, — она приняла его поцелуй в щёку. — Увидимся через пару недель. Пришли открытку.   — Обязательно.   Вечером зашёл его деловой партнёр.   — Привези яда, если сможешь выманить его у бестии, — сказал Северус, принимая бокал с огневиски.   Всё детство и юность «дядя Сев» (как настаивала называть его Лили) смотрел на Гарри сверху вниз сквозь свой крючковатый нос. Мужчина был крёстным Гиацинт и вёл себя с ней предельно дружелюбно, но у Гарри не было ни одного нормального разговора с мужчиной до тех пор, пока он не закончил Хогвартс и не выбрал карьеру зоолога. Северус прижал его к стенке на дне рождения матери и тихо спросил, какие редкие ингредиенты для зелий Гарри рассчитывает встретить в следующей экспедиции.   Так и началась, как говорится, «прекрасная дружба». Гарри путешествовал по миру в поисках магических существ, а Северус использовал и перепродавал всё, что тот привозил. Это приносило обоим неплохие галлеоны.   — Пара чешуек тоже не помешают, — добавил Северус, потягивая виски. — Сброшенная кожа, если найдёшь. Кровь тоже чего-то да стоит.   — То есть ты предлагаешь мне просто привезти всю тушу целиком?   — Если она будет мёртвой — несомненно.   Сириус прислал открытку из Лиссабона, где они с Римусом праздновали годовщину свадьбы. «Веселись! Не дай себя съесть! Римус просит сделать пару снимков для его уроков». Римус, разумеется, был профессором Защиты от Тёмных Искусств в Хогвартсе, в то время как Сириус служил аврором.   И последней, но не по значимости, заглянула его лучшая подруга Полумна.   — Всё будет хорошо, — заверила она его в своей особенной манере. — Вот, возьми, это может пригодиться. — Она протянула ему пару обычных магловских пластиковых очков с радужными линзами.   — Спасибо, — улыбнулся Гарри. Он давно научился не задавать лишних вопросов Луне. Если бы Гарри был хоть немного «по девочкам», он бы сделал ей предложение не раздумывая. Но, увы, он не был, а Луна встретила и полюбила Рольфа Скамандера. К сожалению, у Рольфа не нашлось брата-гея, прячущегося в шкафу.   Потребовалось три портала, чтобы добраться до Мумбаи, а там он пользовался каминной сетью, чтобы перемещаться внутри огромной страны. Самую последнюю часть пути Гарри преодолел на метле, укрывшись верной мантией-невидимкой.   Магическая часть леса была окружена плотным слоем щитов, чтобы не пускать ни людей, ни магов. Но чарам было много лет, они постепенно разрушались, и Гарри потребовалось меньше часа, чтобы проделать небольшую брешь и проскользнуть внутрь.   Он заговорил на парселтонге, и почти сразу ему ответила королевская кобра.   — Король Змей? — переспросила кобра. — Да, я знаю, где он живёт. Моноклевая кобра рассказала мне об этом прямо перед тем, как я её съела. Дружелюбный был парень, но кушать-то хочется. Его зовут Волдеморт.   — Кого, парня? — уточнил Гарри, присев перед змеёй.   — Нет, глупый, Короля Змей. Я никогда не спрашиваю имён у добычи. Вдруг я привяжусь, и что тогда? Голодать прикажешь? — кобра хихикнула. — Я провожу тебя, если хочешь.   — Это было бы чудесно. — Гарри поднялся и последовал за коброй вглубь леса.   — О, мне нетрудно, — заверила его змея. — Знаешь, становится немного одиноко, когда единственные, с кем можно поговорить, — это те, кого ты ешь.   — Уверен, что так и есть, — согласился Гарри. — Значит, ты никогда не общалась с Волдемортом?   — О нет, — кобра покачала головой. — Такая глупышка, как я, будет болтать с Королём Змей? Не осмелюсь. К тому же, говорят, он порой бывает не в духе.   — Хм. — Гарри сглотнул и вытер внезапно вспотевшие ладони о джинсы. — И насколько сильно он бывает не в духе?   — Говорят, раз в несколько лет у него случаются истерики. Он пытается уйти, не может и разносит часть леса. Съедает несколько оленей. Однажды даже тигра, я слышала. Представляешь, съесть целого тигра! В остальное время он вроде бы спит.   — Ладно. С этим я справлюсь.   Змея окинула его взглядом, оценивая размер.   — Надеюсь, волшебник. Ты гораздо меньше тигра, так что он может проглотить тебя целиком и не заметить.   Гарри коснулся своего ожерелья — аварийного портала. На месте. Хорошо.   — Всё будет в порядке, — сказал он, скорее чтобы успокоить самого себя.   — Если ты так говоришь. — Кобра остановилась и указала на большой холм. — За ним много огромных пещер. Там он и живёт.   — Спасибо, — искренне поблагодарил Гарри. Кобра сэкономила ему дни поисков.   — Рада была помочь, — кобра махнула ему хвостом. — Прощай, волшебник. Не стань добычей!   Почти весь день ушёл на то, чтобы пересечь холм. Оказавшись на другой стороне, Гарри вытащил чемодан из рюкзака и забрался внутрь. Чемодан был его гордостью и радостью — зачарованный самим Ньютом Скамандером всего за месяц до его смерти около десяти лет назад. Гарри считал, что ему несказанно повезло познакомиться с этим человеком.   Быть змееустом в порядочной гриффиндорской семье — та ещё задачка. Распределяющая шляпа, например, хотела отправить его в Слизерин, но в одиннадцать лет Гарри был достаточно наивен, чтобы верить: Гриффиндор принесёт ему одобрение отца. Не принёс — по крайней мере, не так, как Гарри хотелось.   Джеймс Поттер просто не мог смириться с тем, что его старший ребёнок, единственный сын, оказался змееустом.   Когда Гарри в шесть лет заговорил с садовым ужом, отец первым делом обвинил Лили в неверности, за что тут же получил пощёчину от разъярённой жены. Затем он в панике вызвал через камин профессора Дамблдора.   Дамблдор осмотрел Гарри и заверил родителей, что с их сыном всё в порядке. Мол, такая магия иногда проявляется после поколений «сна», и то, что их сын проявляет черту Слизерина, не делает его злом.   Гарри тогда не понимал, из-за чего весь шум — он всего лишь обсуждал лягушек в пруду с дружелюбной змеёй.   Лили очень старалась принять его таким, какой он есть, и по большей части ей это удавалось. Но отец с того самого дня относился к Гарри как к кому-то «с дефектом».   Как ни странно, больше всех помог Сириус — его любимый крёстный и ярый гриффиндорец. Он познакомил семилетнего Гарри с Хагридом.   — Покажи ему, что ты умеешь, Гарри, — с ободряющей улыбкой сказал Сириус, наколдовав подвязочную змейку.   И Хагрид захлопал своими огромными ладошами, когда Гарри обсудил со змеёй погоду.   — Потрясающе, Гарри! Жаль, я не могу болтать со своими зверюгами. Это было бы чертовски полезно!   Так родилась прекрасная дружба. Гарри считал, что именно Хагрид взрастил в нём любовь ко всем существам, и именно через Хагрида Гарри познакомился с Ньютом Скамандером на первом курсе. Гарри заворожённо слушал этого тихого человека, и с того дня они вели постоянную переписку.   Именно Ньют вдохновил Гарри стать магическим зоологом, когда весь мир ожидал, что он пойдёт по стопам отца в аврорат.   И Гарри ни о чём не жалел. Он любил свою работу, неплохо зарабатывал благодаря деловой хватке Северуса и своим книгам, и чувствовал, что приносит пользу, просвещая людей. Единственное, о чём он жалел — постоянные разъезды мешали личной жизни. За эти годы он встречался с несколькими волшебниками. Оливер Вуд мог бы стать отличным мужем, но из-за плотных графиков обоих их отношения завяли, толком не начавшись.   С Блейзом Забини была лёгкая интрижка с лучшим сексом в жизни Гарри. Но Блейза не интересовало ничего серьёзное, а Гарри нужна была верность и обязательства, так что через год они расстались. Были и другие, но никто не мог удержать его внимание надолго. Леса и океаны звали его, и Гарри всегда откликался.   Впрочем, Луна уверяла, что он встретит того, кто примет его и его карьеру. А Луна Лавгуд редко ошибалась.   Гарри приготовил себе нехитрый ужин — сэндвичи с беконом и яичницей — в маленькой кухне своего чемодана. После еды он взял чашку чая в постель и читал зоологический журнал о поездке коллеги к громовещам, пока глаза не закрылись сами собой.   На следующее утро, приняв душ и позавтракав овсянкой с крепким кофе, Гарри упаковал чемодан обратно в рюкзак.   До входа в пещеру оставалось около двух миль. Вход был колоссальным, размером с Большой зал Хогвартса. Гарри дошёл до середины, глубоко вздохнул и крикнул на парселтанге:   — Приветствую тебя, Король Змей. Я пришёл с миром.   В тени, в глубине пещеры, что-то зашевелилось.   — Слушай, крайт, я же велел тебе проваливать. Мне плевать на твои интриги.   Голос звучал на идеальном парселтанге — знакомо, но в то же время как-то потусторонне.   Гарри откашлялся.   — Я не крайт. Я волшебник.   Огромные тёмно-зелёные кольца показались из тени. Гарри инстинктивно зажмурился и сжал пальцами портал.   Чешуя скрежетала по камню, нечто массивное подбиралось всё ближе, пока не окружило его. Гарри слышал движение и дыхание зверя, но продолжал крепко держать глаза закрытыми. По спине катился пот.   — Что ж, — произнёс василиск, и Гарри почувствовал, что его голова замерла прямо перед ним. — Долго же ты добирался. Я ждал десятилетиями.   Гарри был настолько ошарашен таким ответом, что случайно открыл глаза и уставился прямо в пару ярко-жёлтых сфер. Вскрикнув, он закрыл лицо руками, напрочь забыв про портал.   — Не слишком-то ты сообразительный, а? — проговорил василиск довольно высокомерным тоном. — Ну да ладно, капризничать не приходится. Можешь открывать глаза. Змееусты невосприимчивы к взгляду василиска.   Очень, очень медленно Гарри опустил руки и посмотрел на змея. Тот был колоссальным — футов шестьдесят в длину, а голова была такой, что действительно могла проглотить Гарри целиком, пожелай он этого.   — Привет, — выдавил Гарри. Он был настолько поражён беседой с настоящим василиском, что не нашёлся, что сказать ещё.   Василиск закатил глаза и вздохнул.   — И правда, тугодум. Как тебя зовут?   — Гарри Поттер. А ты — Волдеморт, верно?   Василиск сделал нечто, напоминающее смущённое пожатие плечами.   — Я совершил ошибку, назвав это имя гадюке Рассела, когда только прибыл сюда, и оно приклеилось.   С каждой минутой Гарри запутывался всё сильнее.   — Значит, Волдеморт — это не твоё имя?   Василиск придвинулся ближе, так что они оказались почти нос к носу.   — Меня зовут Том Реддл, и мне нужна твоя помощь, чтобы снова стать человеком.