Нелюдо-Убийцы

Надежда. Совсем небольшая, но всё же, она есть. По крайней мере Тэд хотел в неё верить. В то, что Лиззи скоро придёт. А отец — нет. Проблема заключалась в том, что он не мог выйти из сегмента. Для повторной сдачи экзаменов нужно опять мучиться с бумажками. А сидеть с ними больше негде. Его сестра что-то намудрила, и теперь он перенаправлен на экзамен по физической культуре. Он безмерно ей благодарен. Да и к тому же теперь посещает спортивный зал намного чаще. Всё, лишь бы дольше не возвращаться домой. Как жаль, что сейчас так нельзя. И… Парень снова случайно натыкается взглядом на уголок комнаты, что наводит точку уже какой день. Это что-то по типу мемориала, со всем, что когда-либо было отдано Ханом Дормэном. Лиззи в свободную минуту помогла ему это построить. И всё же… Сложно просто осознать, что кумир больше никогда на него не взглянет. Но печаль сменяется небольшим страхом. Тяжёлые шаги отца сзади уже раздаются. У них была недолгая взбучка перед началом восстания, но по понятным причинам, та быстро закончилась. Они почти не разговаривали с тех пор. Но взгляд учителя... Он говорил о многом. Вот и сейчас Карделион напрягается, со спины слыша, как тот проходит в комнату Лиззи. Но... проходит мимо. Идёт дальше. С грохотом дверь неумолимо открывается. Он не хочет оборачиваться и видеть этого лица. Не хочет возвращаться к этому... разговору? Скорее монологу. – Тэд. – И вновь его имя этим голосом звучит столь чуждо. – Я не могу понять, почему ты оформляешь документы на сдачу физической культуры? Тэд сглотнул. Взгляд и ожидания давили, торопили крутящиеся в голове мысли. Каждый тик часов отбивался ритмом в мозгу, стуком в груди. – Я... – У него были верные слова, он их нашёл. Но чтобы сказать... – Я... хочу поступить на тренера. Он говорил медленно, словно проверяя каждое слово на правильность. Ходил по тонкому льду. – Это плохая перспектива для будущего. – Отец покачал головой. – Тебя может ждать перевод на служение... – Н-но ведь сейчас... – На тебя будут надеяться при возникновении любой опасности, ты тот, кто должен будет остаться. – Возможно, всё изменится!... – В бункере проживают два демонтажника, опасность есть всегда. – Учитель, кажется, не слышал его, просто размышляя вслух. – Как минимум один из них не такой плохой. – Негромко пробормотал Карделион. Но его услышали. – Ты недостаточно осведомлён о них для таких выводов. Голос стал чуть резче. Словно... он задел за что-то живое? Странно. Тэд попытался сосредоточиться на документах, но лишь совершил глупую ошибку в слове. Мысли и эмоции всё больше захватывали тело. Он обернулся и, стараясь не встречаться взглядом с отцом, посмотрел на выход. – Это всё, что ты хотел, эм, сказать? Если да, то я пойду... – Нет. Я не закончил. Дыхание сбивается. Уйти. Надо уйти. Куда? Отец загородил проход. Выхода нет? Опять? – Профессия учителя информатики — это безопасно и стабильно. У тебя не будет проблем в ней. Каждое слово давило на голову с двух сторон. Внутри всё сжималось от невыносимости. Взгляд бегал ходуном, пальцы царапали бумагу. Когда это закончится? – Это то место, где тебе будет лучше. Кулаки сжались. Карделион и не заметил этого сразу. Что случилось? Какие чувства... Нет, это неправильно! Он не должен такого испытывать! И думать о таком! Тэд встал. Надо уходить, ему нужна тишина, спокойствие, поко... – В тот день в детстве, когда она сводила тебя в спортзал, всё изменилось. – Карделион торопливо, почти развернулся. – Возможно, всё было бы нормально, если бы я это пресёк. Он застыл в полуобороте. Дыхание остановилось вовсе. Всё сейчас остановилось. – Что ты сказал? – Шёпот. Поражённый, неистовый. – Я сказал, что... Удар! Проносится по лицу. Тэд больше не мог задумываться. Лишь быстрые обрывистые фразы в голове. Ошарашенный отец теперь у стены. Сердце бешено кричало. Грудная клетка болела от резких вздохов. Он ощущал, как изнутри его разрывает на куски. Толчок! Обе руки с силой сжаты на чужой шее. Всё тело обжигает. Руки учителя пытаются надавить на плечи, оттолкнуть. Его рот открыт в попытке вздохнуть. Всё внутри распирает, выходит наружу. – Я НИКОГДА НЕ ХОТЕЛ заниматься этим, слышишь?! – Он не узнаёт своего голоса. – Я НЕНАВИЖУ этот... Хрип. Он заставляет Карделиона резко вздрогнуть. Моргнуть. Осознать. Что... что он делает? Он тут же отпускает, с ужасом делая маленькие шаги назад. Отец хрипит сильнее, кашляя, пытаясь восстановить дыхание, глаза слезятся. Поспешно, шатаясь, покидает комнату. Тэд смотрит на болящие, дрожащие руки, выставленные перед собой. Что это было? Как он мог так? Причинил боль живому существу. Отцу. Чуть не убил... Из-за своих эмоций. Что... Что он натворил? – А ведь у нас с тобой по сути парные шрамы! – рассмеялась Ви на ходу. – На груди и животе. – Ага... – Узи задумчиво кивнула, смотря в сторону. Они только что посетили психотерапевта и сейчас уже шли к себе. – И... если что, ты не обязана ходить со мной туда, не волнуйся... – Ой, – заулюлюкала она, торопливо пытаясь оправдаться. – Что за лепет, я не волнуюсь, мне попросту заняться нечем! Так хоть послушаю какие-то странные философские рассуждения. Дормэн немного отвернулась, на её лице грелась лёгкая тёплая улыбка. Как бы охотница ни припиралась, это на самом деле было довольно... мило. Честно признать, она никогда должным образом не осознавала, что это значит – быть любимой. Но теперь... всё поменялось. Она поменялась. И если действительно есть те, кто готовы о ней заботиться также, как и отец, она будет беречь их. – И всё же подозрительный этот тип... Не нравится мне он. Слишком много пустых, водных слов, рассуждений, философий и бла-бла-бла, а смысла-то по нулю! Считаю, что нужно держать баланс. Так недоверчиво Ви отзывалась о том психотерапевте, что их принимал. Хотя иногда казалось, что она тут и вовсе никому не доверяла. Но это почему-то проявлялось лишь тогда, когда с кем-то контактировала именно её подруга. – Ну ты сама попробуй сделать это всё! – Дормэн несерьёзно усмехнулась. – Ну словно у меня ест... Когда к ним напряжённо выбежала нелюдка, это Лиззи. Она выглядела напугано, что мгновенно напрягло подруг. Охотница схватила её за плечи, заставив остановиться. – Ты чего? Что... – Отпусти! – блондинка отодралась от хватки, начав ходить туда-сюда. – Сейчас итак тошно. – Что у вас уже приключилось? Мимо прошёл отец их семейства, какой-то покалеченный и шатающийся. Тот даже не обратил на них внимание, удалившись. – Тэд, он... разозлился! – Лиззи не выглядела раздражённо, скорее напуганно и удивлённо. – И я не знаю, что с этим сделать! – А зачем с этим что-то делать? – получив от неё непонимающий взгляд, Ви продолжила. – Позлится — успокоится. Обычное дело. Но блондинку это ни капли не успокоило, а, казалось, словно даже наоборот ещё сильнее занервировало. – Ты не понимаешь! Он НИКОГДА не злился! – Совсем никогда? – хмыкнула охотница. А затем, задумавшись, посмотрела в сторону двери сегмента тех троих. – Я это, схожу, гляну, как у него там дела. Может, "псевдо-психология" пригодится! Она подмигнула всё это время молча стоявшей Узи, а затем скрылась. Блондинка неуверенно топталась на месте, но затем просто посеменила следом. Дормэн лишь пожала плечами и пошла к сегменту. Разные мысли уже устали лезть в голову от сегодняшних долгих диалогов, а потому оставили её в покое, поставив тело на автомат. Теперь хочется хорошенько выспаться… Но её вновь остановил шум, на этот раз очень громких тяжёлых ног. Да, очевидно, кто это. Ага, это Кей. Теперь его куртка снята и повязана на поясе. Кажется, кто-то подарил ему белый жилет, но не учёл, что тот ему чутка не по размеру. А ещё полностью красный, криво связанный галстук. И... белая повязка, теперь украшающая когда-то полностью чёрную шляпу. – О, вот ты где! Ты забыла направление. – Он протянул ей бумажку, и та, бросив непонимающий взгляд, всё же приняла её. – А откуда ты узнал? – Она подняла одну бровь, а он торопливо оборачивался по сторонам. – И... ты, кажется, изменился. Точнее, твоя одежда. – Эм... хах, да, есть такое. Быть может, прогуляемся? В плане, на улице. А-то не хочется здесь стоять и пугать народ. Узи удивилась резкому приглашению, но в целом... почему бы и нет? А потому она согласно кивнула. Тэд чувствовал дрожь по всему телу, сидя на полу. Какой же он отвратительный. Мерзкий. Движимый собственными эмоциями. Монстр? Перед глазами всё плыло, а руки беспорядочно сжимали мяч. Лиззи выглядела напугано. Она, наверное, теперь разочарована в нём. Как и все. Как и он сам. Что-то внутри гложило. Вина. Ощутимая и заслуженная. Почему он сейчас так нормально чувствует себя, в полной безопасности и целостности? Дверь комнаты вдруг распахнулась. Он был готов увидеть на пороге любые расстроенные из-за него глаза, кроме... Ви. Карделион был настолько обескуражен происходящим, что даже почти не заметил, когда та уселась напротив него, на почему-то его кровать. При этом созерцая его сверху вниз. – Что ты тут... – Ты в норме? Вопрос застал врасплох. Как всегда, эта охотница умела это делать. Но всё же, очевидно, не до него сейчас. – Почему ты... – Отбросим сейчас вопросы, а. Я спрашиваю, ты в норме щас? Тэд задумался. Выдохнул и выдал: – Да, я... – Пауза. – В порядке. И ведь и в правду, что у него-то не так? Другим сейчас всё равно хуже. От этого всем телом он чувствует незаслуженность того, что у него всё не так плохо, как могло бы быть. – Сам-то в это веришь? – Она пыталась встретиться с ним своим острым взглядом, но тот был направлен лишь в пол. Но, как всегда, вопрос вызвал вопросы. – О чём ты? – Подумай. Молчание. Подумать. О чём? У него в данный момент всё нормально! В особенности относительно других. – Я... В плане... До этого, конечно, из-за меня были неполадки, но у меня-то всё хорошо! Лучше скажи, как там отец и... – Твоё тело говорит обратное. – ... – Ви активно игнорировала ненужные ей вопросы. Однако отчего-то не казалась давящей. Карделион всё же смог выдать из себя лишь... – ...Я не до конца понимаю, что ты имеешь в виду. – Да и твоё подсознание. Все осознали всё, кроме тебя. На какое-то время перестав говорить и давая шанс на переваривание информации, охотница лениво потянулась. Её хвост растянулся почти на пол комнаты, слегка постукивая по полу. – Моё... Что? – Тот всё ещё не понимал. – Причём здесь это? – И оно действует. А ты нет. Как, скажем, хм... – Она ненадолго задумалась, придумывая на ходу. – Бесполезная высокая гора, вечно стоящая на одном месте. Да, идеальное сравнение. – Улыбнулась, в шуточной гордости задрав нос. – Похоже, это твоя судьба. – Почему именно она? – Потому что кем ещё ты должен себя чувствовать, если не этой грудой камней, которая постоянно позволяет снегу на себя валить? – Я не думаю, что должен чувствовать себя ею... Ви хмыкнула, даже как-то легко пожав плечами. – Здравая мысль, однако. Может, воплотишь её в жизнь или типа того? – То есть, я никогда ей себя не чувствовал! – Тэд всё пытался отрицать. – А что ты тогда, если не она, если то и делаешь, что копишь на себе всё новые слои? – Я не ко... – Нет, Тэд, ты делаешь. – Она покачала головой, но это больше было похоже на встряхивание. – И чем больше на тебе будет снега, тем сильнее будет твоя лавина. Всё зависит только от тебя. – ... – Он не нашёл ответа. Это всё сбивало с толку. Чего охотница от него хочет, добивается? Просто издевается? А она и не то чтобы очень торопила. Сидела в своё удовольствие. Если бы она чуть не убила его пару раз, он бы и вовсе посчитал её вполне спокойной, умиротворённой личностью. – Хм... А что насчёт того, чтобы стряхнуть с себя все эти лишние кучки снега? Карделион отвёл взгляд, поникнув. – Не до конца уверен, что смогу... – Ты в норме? Что-то дрогнуло внутри от этого простого вопроса. С трудом, сомневаясь, он всё же пробормотал: – Я... Не знаю. Всё сложно. – А представь себе, как сложно будет тем, кто сдохнет под толщами упавшего на них снега! – Ви улыбнулась шире. Какое большое удовольствие она от этого, наверное, получает. – Но я ведь достаточно хорошо держу его! – Если она хотела гнуть свою линию до конца, то так и быть. Но если Тэд хочет защищать своё мнение, то пусть будет с ней на одной волне. – Держал. – Оголила два самых длинных передних клыка в подобии усмешки. – Но сегодня что-то не так, да? Не с той ноги встал? – Ви! – В сердцах воскликнул он. – Что, Ви? А ведь действительно... Что, Ви? Она просто сидит с ним и разговаривает неясными метафорами. Она не решит его проблему, но и не она её источник. Да? Однако её голос и взгляд вдруг прошли через стену вечных усмешек и ненадолго стали слегка серьёзными. Она выпрямилась, с лица почти сошла улыбка. – Ты предотвращаешь катастрофу либо сейчас, – правая рука наполовину согнулась, либо уже никогда. – Как и левая. – Жизнь у них всего одна, в конце концов, и попытка тоже. Так жестами охотница словно показала весы. Тэд глубоко вздохнул. Подумал минуту. А затем всё же сдался. – И... Что я должен сделать, чтобы что-то в этом изменить? – Ну, даже не знаю. Хах, ты не сможешь начать, пока сам себя не признаешь. Ну типа, скажи-ка себе вслух: "У меня серьёзные проблемы". – Но у меня нет серьёзных проблем, Ви. – Но их факт есть. А ты даже их не видишь. Так эта лавина только свалится в первую очередь на тех, кто тебе ближе всего. Ближе... Всего... – Я... Не допущу... Этого... – Ему казалось, что он сейчас затрясётся от напряжения. – Ты уверен? Карделион замялся. – Ты в норме? – ...Я... – Мелкий снежок на голову ещё никого не убивал. – Ви протянула, смакуя каждое слово. Его слова останавливает шум рядом. Резко дверь была раскрыта, и на пороге оказалась... Лиззи. Но та не выглядела опечаленной, скорее тревожной, подходя ближе, садясь рядом. – Ты как? Опять? Он точно видел беспокоющееся лицо перед собой. Его сестре станет лучше, если он скажет, что всё хорошо, правда? Но сзади охотница. И взгляд её опять серьёзен. Ей правда станет лучше... Но что насчёт него? Если Тэд сделает это хотя бы один раз, как она и говорит... И в правду ведь не должно ничего случиться? – Я... – Он почувствовал напряжение в области гортани. Он и в правду говорит это? – Я... – Голос перешёл на шёпот. – Не очень. В мгновение лицо Лиззи изменилось. Он... Он сделал что-то... Хвать! И он был захвачен в объятья. Крепкие. Искренние. – Это нормально. Это... Нормально? Это нормально. В секунду по его щекам пролились слёзы. И он прижался крепче. А Ви под шумок ускользнула. Нечего ей там делать вовсе. "Браво, Ви, ага, теперь сама попробуй сделать то, чему научила его." – Как-то пронеслось в голове. Бред! Она может, и если ей захочется, всегда сметёт небольшой лишний снег. "Как жаль, что именно её токсичен, да?" Отвыкшие от холода щёки обдул морозный ветер. Но не то чтобы Узи обратила на это особое внимание. Или в целом на что-то вокруг неё. Ведь с какой стороны не посмотри, везде всё одно и то же. Это слегка напрягало Кея. Ветер яростно дул прямо в лицо, а той хоть бы хны. Хотя... Он вдруг замечает одну маленькую деталь... Её руки трясутся. Но, хей, разве он опасен для неё, тем более ТЕПЕРЬ? Они когда-нибудь перестанут трястись? Или навсегда останутся воспоминаниями о прошлых событиях, которые... – Кей? – От тревожных мыслей её отвлекла сама (не намного, но) младшая. – Твой хвост меня трогает. Не сразу поняв смысл, он только сейчас заметил то, как бешено машет из стороны в сторону хвост. Боже, он ведь даже его не контролирует! Успокойся, успокойся! Демонтажник сделал пару шагов подальше, чтобы просто им никого не трогать, смирившись со своей участью. Он, пытаясь отвлечься, посмотрел вдаль: груда огромных валунов. Отлично! Прекрасное место для разговоров. – Так... Тебя получается Матиас напряг, чтобы принести, верно? На секунду он задумался над ответом, и пускай с сомнением, но всё же довольно честно выдал: – Ага... – Судя по взгляду, ответ Узи в целом удовлетворил. – Ты как сама по состоянию? – Я? – На секунду она реально удивилась, что он ей интересовался. Даже не замечая, как он вглядывается в каждое её движение и слово. Словно пытаясь расшифровать. – Да, нормально... Меня отправили к психотерапевту сегодня впервые. Первый приём. Он, пытаясь выглядеть спокойным, максимально медленно кивнул. А затеи показал пальцем на валуны: – Присядем? – Молча, младшая села, а тот вслед. Повисла тишина. Лишь какой-то недалёкий зверь кричал в дали, да ветер закрадывался в сердце. И это отчего-то ощущалось пыткой. А потому... – Кстати, я недавно узнал, что на рабочем столе Хана... Но стоило ему произнести его имя, как она тут же почти незаметно вздрогнула. Кей уловил это по вибрации рядом. И сразу осознал ошибку. – ТО ЕСТЬ, эм... Если ты не хочешь сейчас это обсуждать... – Та выглядела ещё более поражённой. Вероятно, потому что не понимала, чего это он так к ней чуток. Да, словно не она вытащила их из прошлого, предварительно сказав ему жить... – Нет, нет, продолжай. – Хорошо? Как хочешь. В общем, в его кабинете на столе было много документов, связанных с семьёй Котвиш, но он их всех откладывал, видимо, до тех пор, пока они не перестали приходить. Вот. Потребовалась где-то минута на то, чтобы она обработала эту информацию. И тем не менее она приняла её удивительно спокойно. Видимо, просто как факт. По крайней мере снаружи. А что внутр... – Долл говорила мне, что он... Ограничил мою связь с ними. – В голосе послышалась лёгкая боль. – Но... Но но но я уверена! Что он осознал все свои ошибки! И жалел об этом. – Вполне возможно. – Не стал отрицать он. – В любом случае... Матиас сказал мне, что она была сложным объектом. Технически с двенадцати уже можно подрабатывать, а потому именно с этого возраста не берут в приют. Но шанс найти работу очень мал. – Да, ещё она рассказала мне о том, как боялась выходить и гулять по бункеру. Не понимаю этого. Тот лишь несколько нервно пожал плечами, глядя на неподвижную "сомнительную подругу", раскинувшую взор куда-то в даль. Кажется, её особо не волновали разговоры. – Вы с ней теперь получается часто видитесь, да? – Ага. Только Ви не говори, я пока не хочу лезть в это, а ей уж точно не понравится. – Уловив положительный кивок, она продолжила. – Мы выяснили, что самым лучшим образом у меня развиты крылья, деструкция, телекинез и что-то ещё, что... Пока неясно. Демонтажника это несколько озадачило. Чем это может быть? Последние недели он постоянно вспоминал и записывал давно забывшиеся события. В том числе, связанные с Син. А потому... – Можешь хоть как-то описать это? Чисто теоретически я могу знать, нужна лишь наводка. – Ну... Это тоже что-то связанное с разрушением. Но глобальнее. И вдобавок ни моя мама, ни её не могли контролировать его при использовании. Теперь перед их носами блокнот с разными записями. Он перелистывает страницы одну за другой, пытаясь уловить информацию, и в конце концов лишь закрывает обратно. Отрицательно и несколько печально качает головой. Но Узи это, кажется, особо не корёжит. Она увидела там нечто, чего не должна была. – Откуда у тебя столько информации о пациентах кабинета психотерапевта? – Бестактно, но логично. Как только уши Кея задел вопрос, он тут же смутился, отведя взгляд в сторону. А она прищурилась, но не от презрения, словно пыталась как следует разглядеть. Будто нашла что-то новое. – Ну, эм, хах, я... В общем, не думаю, что это будет чем-то, что тебя удивит, но когда проходят сеансы психотерапии, я сижу буквально за стенкой. Знаешь, типа, слушаю и конспектирую. – И в правду, её это, видимо, особо не волновало. – Но... Как ты понимаешь, об этом знает только Матиас. – Вы с ним... Сблизились. – Дормэн считала список изменений в нём. Но ей всё казалось, что она упускала из виду что-то важное. – Ага, он мне даже жилет подарил! И да, он мне немного маловат, я знаю. Кажется, не то чтобы она хотела придраться или типа того. Хотя ему казалось, что это могло быть в её характере. Быть может раньше? – И кстати, Ви как-то упомянала, что у тебя теперь другие крылья! Не покажешь? – Его голос неожиданно, даже для него, стал каким-то взбудораженным. Узи поседела, подумала, но всё же кивнула. Встав и немного отойдя, она закрыла глаза. Выпрямилась. Расправила плечи. И.... Треск! Перед демонтажником теперь идеально ровные чистые крылышки. И размер, между прочим, подходит! Теперь-то она уж точно взлетит как надо! И только она собралась втянуть их обратно, как тот окликнул: – Стой, слушай... А покажи, пожалуйста, как ты теперь летаешь. Дормэн непонимающе обернулась и, пару раз моргнув, всё же соизволила согласиться. – Я давно этого не делала... Она посмотрела на землю, крылья были наготове... Взмах! Лёгкие частицы снега взлетели в небо вместе с ней. Впервые за это время её напряжённые мышцы расслабились и позволили свободный полёт. Отныне она парила над землёй, широко расправив крылья, как орёл. Но тут большая тень нависла над ней, а в воздухе разнеслись быстрые шумные хлопки. Только задрав голову, Узи отличила в высоком теле своего сомнительного друга. У того глаза прикрыты, а поза столь расслаблена... Она никогда не видела его таким... Умиротворённым? Что-то в этом было правильного и тёплого, это чувствовалось. – У тебя прекрасно выходит! Сбив её с толку комплиментом, Кей вдруг пошёл на обгон, залетая вперёд. Дормэн не могла оставить это просто так и также полетела следом. Ей еле удавалось поспевать, но её крылья лишь почти незаметно шуршали, в то время как его разносились ударами, словно гро. Видно, что он променял незаметность на скорость. И в целом этим доволен. Усталые через полчаса, они увидели в дали тот самый выступ. Ту самую реку. И приземлились. Она максимально плавно, почти изящно. Он с грохотом, поднимая вокруг себя снег. Усевшись, двое пытались перевести дух. – Знаешь... Ты изменился не только в одежде. – Призналась Узи. – Как и ты. – И кстати, давно хотел сказать! У твоего отца были весьма сильные руки. – Вот это было неожиданным заявлением. Но она лишь подтверждающе кивнула. – Помнится, когда я напал на тебя в десять, он хорошенько мне вмазал! – Ага, у него ведь род Каусмэн. Что-то связанное с копанием в шахтах. – И у тебя значит тоже… А мать? – Вот этого не знаю. – Младшая пожала плечами. – Вообще, чем она занималась в жизни, я без понятия. Типа, нам рассказывали, что некая организация отозвала всех нелюдов у хозяев, заставив работать на общее благо. Потом раздробление... Не помню. – Как бы то ни было… – Он слегка усмехнулся. – Мистер Дормэн и вправду был грозой демонтажников! Он даже убил одного, его звали, хм… Эм! По-настоящему Томас. Узи выглядела почти удивлённой, задумавшись. – Я ведь видела его мёртвым, там, в прошлом… Оно способно ещё и из мёртвых воскрешать? Тот лишь пожал плечами. Уставился на гладь воды. – А ведь он помнил всё… С самого начала. Мы просто считали его выжившим из ума. Хотя это не было далеко от правды, он реально отдалялся и безумел! Так и не успел рассказать… – Но если у вас есть регенирация… Как папа смог убить его? – Нам неизвестны подробности. – Протороторил демонтажник, насторожившись. – Я даже не помню, чтобы видел его труп. Всё пошло просто через слухи. А задумываться тогда не было времени. Они продолжили так стоять, потрясённые и выжатые. Пытались как-то логически объяснить происходящее, но не выходило. И тогда он решил хоть как-то исправить ситуацию: – Он же мертвец изначально. Может, Хан ударил по области, которая поддерживала его жизнь? – Возможно. – В любом случае… Пока есть время, давай не будем волноваться и бояться. – Шёпот. – Хотя бы сейчас. Они просто улыбнулись. Сдержанно и почти незаметно. Но очевидно. – В тебе словно зажглась жизнь. – А в тебе словно слегка угасла. Он невесело усмехнулся и посмотрел в её глаза. Те смотрели вовсе сквозь него. Но в один момент всё же поймали связь. Быть может, он сможет отплатить ей тем же. Быть может, её руки перестанут дрожать.