Квотербек

Ник оставался до тех пор, пока поздним вечером не вернулся Джастин. Он подвинулся, уступив место Уэсу, чтобы тот мог поиграть в Halo, а сам проверил электронную почту. Сгорбившись на диване, Уэс все время ворчал, пока Колтон продолжал встревать, постоянно комментируя, ругаясь и раздавая указания. Каждый раз, когда Уэс попадал в ловушку, Колтон встречался взглядом с Ником за его спиной, закатывая глаза, и ухмылялся, когда тот совершал те же ошибки, что и Ник. Ошибки, о которых Колтон предупреждал обоих раз по шесть. Когда сквозь грохот и лязг готовящихся ко сну парней до верхнего этажа донёсся голос Джастина, Ник вскочил на ноги и остановился у двери, чтобы встретить сына. Все ещё в медицинской униформе после смены в больнице, Джастин появился с двумя фраппучино из Starbucks и пакетом китайской еды на вынос. Ник потянулся за пакетом и стаканчиком кофе, и глаза Джастина расширились от удивления. — Привет, папа. Не знал, что ты здесь. — Я пришел после обеда проведать Колтона. Решил дождаться тебя. Джастин просиял. — Ну, этот фраппучино для Колтона… Ник повернулся к Колтону как раз вовремя, чтобы заметить, как тот сгладил выражение лица, пряча напряжение, которого не было до появления Джастина. Колтон поблагодарил Джастина за фраппучино, как только Ник передал ему стаканчик. Он избегал смотреть Нику в глаза, что было особенно заметно после целого дня, проведенного вместе. Ник нахмурился. — А еда для всех, но я не знал, что ты придешь, так что может и не хватить, — закончил Джастин. Ник заглянул в бумажный пакет. Для трех парней Джастин принес девять контейнеров с едой. Для кого-то другого это было бы перебором, но Уэс и Колтон наверняка могли съесть по четыре коробки каждый. И он не видел, чтобы Уэс что-нибудь ел с тех пор, как прибежал домой после тренировки. Может быть, поэтому он был таким раздражительным. Джастин достал коробку лапши ло мейн и палочки для еды и передал их Уэсу. Уэс бросил контроллер, схватил еду, а затем притянул Джастина к себе, чтобы поцеловать. — Спасибо, mon amour. Я умираю от голода. Джастин нежно погладил его по щеке. — Там ещё куча всего. Он отступил назад, когда Уэс сорвал крышку и принялся за еду. Джастин достал ещё одну коробку и палочки и передал их Колтону. Колтон огляделся по сторонам и поставил еду на подлокотник дивана в качестве импровизированного столика, так как не мог держать контейнер и есть одновременно. — Хрустящая говядина, — сказал Джастин. — А ещё есть курица в апельсиновом соусе, говядина с кунжутом, копченая утка в чайном маринаде… — Утка моя, — прошамкал Уэс, набивая рот лапшой. — Черт… Колтон толкнул Уэса коленом в бедро. — Хочешь, папа? Пока эти животные всё не съели. — Нет, спасибо. Я пойду домой. Мне нужно ещё кое-что наверстать. Колтон замер, положив палочки для еды на колени, и виновато посмотрел на Ника. — Мне нужно еще собрать для тебя характеристики и презентации. На лице Колтона снова появилась улыбка. — Спасибо. Жду не дождусь, когда смогу приступить к делу. Проходя мимо, Ник сжал плечо Джастина. — Да, Джастин. Колтону нужна твоя помощь. Ему нужно обновить гардероб для стажировки. Улыбка Джастина стала хищной, когда он оторвал взгляд от Уэса и пристально посмотрел на Колтона. — Правда? Каким-то образом он растянул это слово на пять секунд, вложив в каждый слог максимум недоверия. — Нет, нет, нет! — запротестовал Колтон с полным ртом хрустящей говядины. — Я сам справлюсь! Вот увидишь — я тебя впечатлю. Он помахал палочками для еды Джастину. — Я не буду жульничать. — Жульничать? Брови Джастина взлетели вверх. — Пользоваться услугами эксперта, как это сделал Ник. Колтон взял еще один кусок говядины и засунул его в рот. — Я знал про клетчатые шорты, — подмигнул он Джастину. — Папа, ты опять? — простонал Джастин. — Мы же говорили об этом. Ник вскинул руки. — Я усвоил урок. Я больше не пойду по магазинам без тебя. Эй, — сказал он. — А как же Уэс? Как ему удается избегать твоей критики? Уэс обратил к нему свои огромные круглые глаза, палочки для еды застыли во рту, щеки раздулись. Контейнер с лапшой ло мейн был почти пуст. — Папа, у Уэса безупречный вкус. Он ковбой, и у него настоящий стиль ранчо. — Джинсы и футболка? — И сапоги, и шляпа. Джастин обнял Уэса за талию и прижался к своему возлюбленному. Ник рассмеялся. Он не собирался вставать между Джастином и Уэсом, даже в шутку. — Увидимся завтра. Он протянул руку к Джастину. Джастин потянулся в ответ, и на мгновение они сжали пальцы друг друга. Это было их объятием, чем-то большим, чем просто слова. Этот жест говорил громче, чем любое прощание. Когда они только начали снова проводить время вместе, им казалось, что просто сказать «увидимся позже» на прощание было недостаточно, но Джастину все еще было неловко обниматься, поэтому Ник начал с простого, короткого пожатия руки, и это быстро превратилось в одну из их традиций. Джастин еще раз сжал его руку, прежде чем отпустить, и на секунду показалось, что они вернулись в прошлое, где Джастину было пять, и они дурачились перед сном. «Я люблю тебя», — говорил он Джастину. «Я люблю тебя больше», — отвечал Джастин, а Ник возражал, говоря, что любит Джастина больше. И так до тех пор, пока Джастин не начинал хихикать, а Ник не наклонялся, чтобы поцеловать сына в лоб и поправить одеяло. Неужели прошло уже шестнадцать лет? — Увидимся завтра. Он отстранился, кивнул Уэсу, махнул Колтону. Уэс улыбнулся, роясь в пакете в поисках еще одного контейнера с едой, а Колтон помахал в ответ. — Спокойной ночи, Ник! — крикнул он ему вслед. Ник прошагал по дому, махая парням, собравшимся в гостиной. Один крикнул ему: «Эй, папа Джастина!», а трое других помахали ему с дивана. До его квартиры было недалеко — всего несколько минут езды. Он припарковался на своем месте в гараже и поднялся на лифте, крутя ключи, пока его мысли метались между работой, Колтоном, стажировкой и днем, который он провел, валяясь в неряшливой спальне Колтона. У Колтона была главная спальня в доме, она была больше остальных и имела собственную ванную комнату, но Колтон был студентом. На полу валялась одежда, в углу лежала груда гантелей, на столе — учебники вперемешку с кучами бумаг. Почти на каждой поверхности — грязная посуда. И запах студента-спортсмена, смешанный с запахом дезодоранта. Это было совсем не похоже на упорядоченную, современную аккуратность его квартиры. Он остановился в прихожей, оглядывая квартиру открытой планировки, которую они с Джастином выбрали. Стены из серого пятнистого бетона, кухня из нержавеющей стали. Его просторная спальня и ванная комната находились с одной стороны гостиной, гостевая спальня Джастина и Уэса и его кабинет — с другой. Сквозь раздвижные стеклянные двери от пола до потолка вдоль задней стены он мог видеть весь освещенный ночными огнями кампус. Это было совсем не похоже на его прежнюю жизнь. Синтии нравился деревенский стиль, вещи из антикварных магазинов и различные безделушки. Двадцать лет она отвечала за декор, и он никогда особо об этом не задумывался. Дом был уютным. Это был его дом. У него было кресло-реклайнер и пульт дистанционного управления, и задний двор, где он предпочитал отдыхать. Был бассейн, патио и гриль на открытом воздухе. И воспоминания о том, как он играл с Джастином в воде, как учил его плавать и прыгать бомбочкой. Теперь у него была элегантная кожаная мебель, минималистичный декор, современные прикроватные столики. Единственным намеком на индивидуализацию была цифровая фоторамка, которую он поставил на кухонный остров и куда Джастин загружал фотографии себя и Уэса, а иногда и остальной команды — и Колтона, — чтобы они прокручивались по кругу. В спальне Колтона ему нравилась уютная, обжитая атмосфера. Он прошёл в свою спальню, переоделся в спортивные шорты и старую футболку, посмеиваясь про себя, а затем взял пиво и направился в кабинет. Час он отвечал на электронные письма, еще час занимался подготовкой презентаций и технических характеристик для Колтона. Незадолго до одиннадцати его телефон завибрировал. Он ожидал очередного письма, возможно, ответа от одного из самых нетерпеливых подчинённых. Но нет, это было сообщение от Колтона. «Спасибо, что зашёл сегодня. И вчера. Это очень помогло мне. Надеюсь, тебе не в тягость». Ник улыбнулся. «Совсем нет. Мне было очень весело». «Это очень много для меня значит». «Ты уже знаешь, что хочешь завтра на обед? Готов принять заказ прямо сейчас, если знаешь». «Ты любишь суши?» «Люблю. Знаешь хорошее место?» Колтон дал ему адрес суши-ресторана и написал заказ на шесть порций разных суши-роллов — невероятное количество для одного человека. «Завтра я рассчитаюсь с тобой за всё. И за суши, и за последние два дня». «Не нужно. За мой счёт». Ник ежемесячно отправлял Джастину деньги на карманные расходы, несмотря на первоначальные протесты того, но он был рад побаловать и Колтона. По меньшей мере, он мог его накормить, и если время, проведенное с Колтоном, действительно так много значило для него, то что ж. Ник не шутил, говоря, что будет рядом каждый день, пока Колтону нужна его компания. Колтон не был его сыном, но он был… особенным. Друг, да, но Ник не стал бы отпрашиваться с работы, чтобы проводить вечера с кем-то другим, покупая ему горы еды и проигрывая в видеоигры ради его развлечения. Он общался с Колтоном не ради Джастина. Нет, Колтон нравился ему сам по себе, и у них была уникальная дружба, независимая от Джастина и Уэса. Возможно, это произошло по необходимости, двое лишних в их четверке. Но Колтон был самым близким другом Ника за последние годы, возможно, с тех пор, как Ник сам учился в колледже. Колтон представлял собой мощную смесь искренности и уязвимости человека, который всё ещё накапливал опыт, формирующий его личность. Проводя время с парнями, Ник всё чаще вспоминал себя в том возрасте, когда казалось, что потенциал вливается ему прямо в вены, а его мечты, подобно мечтам Уэса, были широки, как солнце. Женщина, с которой он хотел провести остаток жизни, ребенок на подходе, первые шаги в карьере. Всё, чего он когда-либо желал. Возможно, он приближался к кризису среднего возраста. Возможно, оглядываясь назад, он тосковал по юности, которая давно прошла. Что означали развод и двадцатидвухлетний друг? Перезагрузку, новые мечты, новую жизнь, на пороге которой он мог оказаться? Или начало краха, резкое падение лицом вниз, когда он поймет, что нет, он действительно стар. «Спасибо, — снова написал Колтон. — Увидимся завтра». Позже, не в силах заснуть, Ник схватил телефон и открыл Amazon, ища то, что никак не выходило у него из головы. *** — Ты прибрался. Щеки Колтона покраснели. — Так очевидно, да? Ник передал суши. Спальня Колтона была убрана, посуда отнесена вниз, стол приведен в порядок, разбросанная одежда убрана с глаз долой. Казалось, даже пылесос несколько раз проехался по ковру. — Это большие перемены. Колтон покраснел ещё ярче. Держа в одной руке суши, он медленно опустился на диван. — Если уж я собираюсь принимать гостей, то все должно выглядеть прилично. Так мама учила. Ты принес материалы для стажировки? — Да. Ник достал несколько папок и флешку из сумки для ноутбука. — У тебя есть ноутбук? Следующие несколько часов они все тщательно изучали. Сначала Колтон внимательно слушал, как Ник проводил презентацию, а затем он просматривал проектную документацию и технические характеристики их мобильных сетей. Колтон, несмотря на всю свою несуразность, обладал невероятно острым умом. Ему это было необходимо, чтобы добиться таких успехов в качестве квотербека. Он должен был знать каждую игровую схему команды от и до, как и куда должны двигаться игроки, а также, вероятно, пять сотен вариантов защитных построений. Он знал, как выбирать атакующие комбинации против защиты, с которой ему предстояло столкнуться на этой неделе, какие маршруты позволят преодолеть ту или иную оборону, какое построение линии нападения ему понадобится, чтобы продвинуть мяч по полю и передать его Уэсу, Данте или Орландо. С той же детальной точностью Колтон усваивал всё, чему его учил Ник. У него было множество вопросов, и он так сосредоточенно слушал, что говорил Ник, что Нику было почти не по себе. Ник не был уверен, что кто-либо когда-нибудь так внимательно слушал его презентацию. Через три часа они сделали перерыв и переключились на PlayStation. Колтон сложил папки и свой ноутбук на кровать, чтобы вернуться к ним позже. Остаток дня они провели за игрой в Halo и гонки, а когда Уэс вернулся после тренировки, он отправился принять душ и перекусить. Видимо, он чувствовал, что Колтон в надежных руках. Через несколько дней Ник предложил отвезти Колтона на осмотр. Он старался ехать медленно, но подвеска Porsche не была рассчитана на переломы костей или разрывы связок, и Колтон стискивал зубы, чувствуя каждый камешек на дороге. — В следующий раз я могу сесть за руль твоей машины, — предложил Ник. — Надеюсь, скоро я смогу сам сесть за руль, — сказал Колтон, вылезая из низко посаженного «911». Еще и это. Нику, видимо, недолго придется прислуживать Колтону. Врач был приятно удивлен прогрессом Колтона и щедро его хвалил. — Ты действительно хорошо отдохнул, не так ли? — Вы же мне сказали, — проворчал Колтон. — Я слушаю. — Ты бы не добился таких успехов, если бы не слушал советов. Врач осмотрел его, поменял повязки, проверил швы. — Как боль? Колтон пожал плечами. — Я принимаю таблетки только перед сном. Днем стараюсь отвлекаться. — У тебя, должно быть, есть отличный способ отвлечься. Это не самая безболезненная травма. Колтон заерзал. — Можно мне вернуться к тренировкам на следующей неделе? Просто находиться на поле и присутствовать на командных собраниях? Я не собираюсь делать ничего, что могло бы повредить плечо. Это последняя неделя тренировок перед летними каникулами. Я не хочу ее пропустить. Врач долго и пристально смотрел на Колтона. — Ты знаешь, что поставлено на карту, если не отнесешься к этому серьёзно. — Знаю. — Я разрешу тебе присутствовать, но только в качестве наблюдателя. Я позабочусь о том, чтобы тренер Янг и остальной персонал знали, что ты находишься в режиме ограничений. Если ты сделаешь что-нибудь, что может навредить твоему плечу, тебя тут же отправят домой. Понимаешь? — Да, я понял. Доктор перевел взгляд на Ника. — Вы можете за ним присматривать? На прошлой неделе он чувствовал себя отлично. За это я должен благодарить вас? Брови Ника поднялись. — Я не каждый день вижу Колтона, поэтому не могу так пристально за ним следить… — О, — нахмурился доктор. — Я думал… — И Колтон чувствует себя хорошо, потому что сам заботится о своем выздоровлении. Он прекрасно справляется сам. Ему не нужен присмотр, — закончил Ник. Колтон улыбнулся, глядя на кафельный пол. — Ну, тогда приходи через неделю, и мы частично снимем повязку. Начинай делать простые упражнения на растяжку и продолжай контролировать боль, хорошо? Доктор сжал левое плечо Колтона. Колтон поморщился. Перед тем как отправиться домой, Ник достал из багажника одеяло, свернул его и помог Колтону просунуть его между грудью и бандажом, чтобы смягчить удары от жесткой подвески машины. Казалось, это немного помогло. По крайней мере, Колтон не стискивал зубы так сильно, когда они ехали по шоссе. — На следующей неделе никаких игр в Halo, — сказал Ник. — Ты можешь зайти после тренировки. У меня есть куча других игр, в которые ты можешь поиграть. Вы с Уэсом могли бы сразиться друг против друга в Madden. А ещё у меня есть Destiny, Red Dead и Tetris… — Tetris! Вот это уже другое дело! Колтон усмехнулся. — Видишь, тебе нужно прийти. Ты должен показать мне, на что способен в Tetris. Он нахмурился. — Если, конечно, у тебя нет других планов. Я что, мешал твоей личной жизни? — Нет, не мешал. У меня сейчас нет особой личной жизни. Я ни с кем не встречаюсь. — А мог бы. Я видел, как девушки смотрят на тебя, когда мы куда-то выходим. — Сейчас меня не интересуют свидания. Развод ещё не завершён. И я знаю, что не обязан ждать, но… — пожал он плечами. — Думаю, для меня это своего рода ориентир. Да и сюда я приехал не за этим. — Хэштег: папина жизнь. — На этой неделе я работаю шофером. Он усмехнулся, когда Колтон застонал. — И курьером доставки еды. — Кстати, об обеде, не хочешь где-нибудь остановиться? Я ужасно голоден. — Конечно, — сказал Ник. — Что ты хочешь? Колтон указал ему дорогу к бургерной. — В этот раз за мой счёт, ладно? Припарковавшись, Ник достал из-за сиденья подарок, который купил для Колтона. Он всё ещё был в коробке от Amazon, клапаны были сложены так, чтобы Колтон мог открыть ее одной рукой. — Да ни за что, — выдохнул Колтон, заглянув внутрь. — Ты шутишь? Как ты это нашёл? Он вытащил одноручный контроллер PlayStation. Джойстики и кнопки были переставлены, и контроллер был сделан так, чтобы его можно было держать на колене, на предплечье или даже на креплении для инвалидной коляски. Колтону придётся научиться держать его по-новому, но когда он это сделает, он сможет играть одной лишь левой рукой. — В мире полно геймеров, играющих одной рукой. Я знал, что такое должно существовать. Колтон перевернул контроллер, губы его были приоткрыты, челюсть расслаблена. — Даже после снятия повязки правое плечо может какое-то время болеть. Врач сказал, что мелкие движения могут утомлять и вызывать боль в плече. Это поможет тебе расслабиться, и когда станет действительно больно, надеюсь, игры отвлекут тебя от боли. Колтон повернулся к нему, одарив его таким изумленным и ошеломленным взглядом, что Ник не смог сдержать улыбку. — Чувак, знаешь, что это значит? Теперь мы можем играть вдвоем. Ник рассмеялся. — Именно так я и думал, когда покупал его, — поддразнил он. — Я думал: «Жду не дождусь, когда смогу поиграть в PlayStation». *** Он оставался с Колтоном весь день — конечно же, играя. Колтон прочесывал YouTube в поисках обучающих видеороликов по управлению одноручным контроллером и, придвинувшись поближе к Нику, показывал ему каждое прохождение на своем телефоне. Ему придется изменить свой стиль игры, держать контроллер по-другому, но он сможет делать все, что раньше делал двумя руками. Колтон настоял на том, чтобы они сыграли в Halo вдвоем, и они провели несколько часов, бродя по пустому уровню, Ник стрелял в Колтона, намеренно промахиваясь на целую милю, пока Колтон управлял своим персонажем левой рукой. Ник задержался до тех пор, пока Уэс и Джастин не вернулись ранним вечером домой. Вчетвером они снова поужинали в комнате Колтона, поскольку большая часть команды разбрелась по своим делам, готовясь к окончанию семестра. Джастин и Уэс удивили их, рассказав о своих планах на лето. Долгое время они хранили интригу, и после того, как Джастин дважды уклонился от ответов, Ник оставил всякие попытки что-либо выяснить. Но теперь Джастин буквально не находил себе места от нетерпения, и на мгновение Нику показалось, что Джастин вот-вот объявит, что они с Уэсом сбегают в Мексику или Вегас, чтобы пожениться. Он затаил дыхание. — Мы проведем это лето на ранчо Уэса, — сказал Джастин, обняв Уэса за руку и широко улыбаясь. Они оба сидели на полу, скрестив ноги, лицом к Нику и Колтону, сидящим на диване. — Я собираюсь научиться быть ковбоем. Я уже заказал шляпу и все остальное. Уэс ухмыльнулся. — Моему отцу всегда нужна помощь со стадом, но я не был уверен, стоит ли ехать домой этим летом, потому что… Ну, я не хочу провести ни дня без тебя. Последнюю фразу он адресовал Джастину. — Отец сказал, что мы можем приехать вдвоем, но мы не были уверены, что сможем все успеть, — продолжил он. — И на ранчо съездить, и убедиться, что Джастин сохранит свое место в танцевальной труппе. Больше всего на свете я не хотел расставаться с тобой, так что, если ради этого пришлось бы отказаться от поездки домой, я бы не поехал. Колтон бросил на Ника взгляд, в котором каким-то образом сочетались умиление от всей прелести этого момента и ужас от просто-таки зашкаливающей приторности. — Но в моей танцевальной труппе сказали, что я могу уехать из города на лето, при условии, что продолжу поддерживать форму, — сказал Джастин. — Раз в неделю я буду отправлять видео для оценки. Он поцеловал Уэса. Уэс улыбнулся, и Джастин улыбнулся в ответ в их сомкнутые губы. — Я научусь быть ковбоем, и нам не придется расставаться. — Когда вы уезжаете? — спросил Ник. — В следующие выходные. Жду не дождусь! — Заметно, — сказал Ник. — Ты выглядишь немного взволнованным. Будь у Джастина хвост, он вилял бы им с бешеной скоростью. Уэс все так же не сводил с Джастина глаз, улыбаясь так, словно тот был произведением искусства. Он даже перестал есть, чтобы просто любоваться им. Вот это и есть любовь. В груди Ника что-то ёкнуло, словно его сердце было гонгом, в центр которого пришёлся удар. Это была смутная смесь радости и печали, горько-сладкое счастье. — Я буду скучать по тебе. Я привык видеть тебя каждый день. Вас обоих. — Мы будем поддерживать связь, папа, Джастин снова перевёл взгляд на Ника. — Я буду отправлять тебе фотографии каждый день. — Я тоже. Хочу увидеть Джастина — великого ковбоя, — тут же добавил Колтон. Они с Уэсом обменялись долгими, совершенно не скрываемыми ухмылками. — Хочу наблюдать за этим летним приключением. — Ты справишься? — спросил Уэс, повернувшись к Колтону. — Летом в доме ты будешь совсем один. — У тебя ещё и стажировка у папы. Ты готов? Боже, Уэс и Джастин практически заканчивали мысли друг друга. Ник скрыл улыбку, откинувшись на диван. — Я буду в порядке, — сказал Колтон. — С нетерпением жду начала стажировки. Жду не дождусь, когда у меня появится занятие. — У тебя же нет никаких занятий, — подмигнул Уэс. Колтон закатил глаза. — Стажировка нужна для учебы. — Ты купил себе новую одежду? — спросил Ник. Колтон поджал губы. — О да. Это в списке моих дел на выходные. — Вы, ребята, тоже должны рассказать нам о стажировке и о том, как у вас дела. Напиши, как вам удалось приучить Колтона работать с цивилизованными людьми в офисе, папа, а я расскажу, как стал лучшим работником ранчо, который когда-либо был у Уэса. Уэс поцеловал его в щеку. — Ты уже мой любимый работник ранчо. На этот раз взгляды Ника и Колтона встретились, и оба с трудом сдерживали смех. Колтон первым отвел взгляд, наклонился вперед, чтобы взять пиво, и поднял бутылку над столом, произнося тост. — За лето, — сказал он. — За ковбоев и стажировки. — И за скорейшее восстановление. Ник поднял свою бутылку, и все четверо подняли тост. Он откинулся назад, отпивая из бутылки, пока Уэс рассказывал о том, что произошло на тренировке и что пропустил Колтон. Оказывается, запасной квотербек был в полном отчаянии, настолько растерян, что не мог взять в руки ни свою задницу, ни мяч. Тренер поговаривал о том, чтобы найти игрока со стороны, но и с этим были проблемы. Никто и подумать не мог, что Колтон получит травму, а тренеры не заполнили список запасных за Колтоном, и теперь у них была явная слабость. Разговор протекал мимо Ника. Он с удовольствием слушал и ловил взгляды Колтона каждые несколько минут, словно тот проверял, здесь ли еще Ник, весело ли ему. Он прожил сорок три лета, так много, что они начали сливаться в одно целое. Особенно запомнились первые, проведенные с Джастином, лета — вечеринки у бассейна, катание на велосипеде и поедание тающего мороженого на заднем дворе. Однако где-то после тридцати они превратились в сплошное пятно солнца и жарких дней, а повседневная рутина работы и жизни слились воедино. Теперь что-то изменилось. Он словно снова был двадцатидвухлетним парнем, стоящим на пороге чего-то великого. Весь этот потенциал и все шансы бурлили в нем, словно перед ним открывался целый мир со всеми его возможностями. Он был счастлив, а ведь был уверен, что уже никогда не будет, после того как выдавил из себя слова: «Я хочу развода». Он думал, что его жизнь станет меньше, а не больше. Что она уже никогда не будет такой насыщенной, чтобы он мог почувствовать, будто расписывает свои дни яркими мазками. Его сын был счастлив и отправлялся в своё великое ковбойское приключение с любовью всей своей жизни, а он собирался провести лето с Колтоном, своим невероятным другом. Жизнь была прекрасна. Он улыбнулся Колтону и отпил пива.