STAY ALIVE

Эпиграф: «В темноте даже тени теряют свои очертания»

Саундтрек: DARKSIDE - Neoni

Я закрыла дверь комнаты и прислонилась к ней спиной, чувствуя, как дрожь накрывает меня с головой. Он знает больше, чем говорит. Пальцы сами потянулись к горлу, будто пытаясь ослабить невидимый узел галстука, который вдруг стал давить. Я сорвала туфли на высоких каблуках и почувствовала холод паркета под босыми ногами. Я сжала кулаки. Он что, действительно пытается помочь? Или это очередная ловушка? В зеркале отразилась девушка в роскошном голубом платье, с подведёнными глазами и идеальной укладкой. Всё это было просто маской. Я резко потянула за шпильку, чувствуя, как волосы рассыпаются по плечам. Кто я на самом деле? Дочь пропавшей учёной? Пешка в чужой игре? Чонгук ждёт у восточных ворот. Я взглянула на часы. Время – 23:45. Я глубоко вдохнула и потянулась за кроссовками. Если это ловушка — я сама стану охотником.

***

Ночь обволакивала академию. Восточные ворота, обычно запертые на тяжелый замок, сегодня стояли приоткрытые. Сонхва не боится потерять своих учеников? Или они нас из-под земли достанут? Я шла медленно, прислушиваясь к каждому шороху. Кроссовки мягко ступали по гравию, но каждый звук казался мне оглушительным. Сердце колотилось так сильно, что я боялась — его стук услышат даже в самых дальних уголках спящего кампуса. — Ты пришла. Голос парня прозвучал из темноты так неожиданно, что я вздрогнула и едва не вскрикнула. Я резко обернулась. Он стоял в тени высокого кипариса, его черные волосы почти сливались с ночью, только глаза отражали лунный свет. На нем была темная спортивная куртка с логотипом академии, натянутая до подбородка. — Я не была уверена, что ты действительно будешь ждать, — прошептала я, чувствуя, как комок подкатывает к горлу. Чонгук усмехнулся. — Я сказал, что буду и я здесь. Он сделал шаг вперед, и теперь лунный свет упал на его лицо. Я впервые разглядела следы усталости под глазами, тонкие морщинки у губ — будто он слишком долго стискивал зубы. — У нас не так много вариантов, — сказал он. — Но, если мы будем просто ждать — они уничтожат все следы. — Какие следы? — я нервно провела рукой по волосам. — У нас нет ничего, кроме пары старых отчетов и слухов. Чонгук шагнул ближе. Теперь между нами оставалось меньше метра, и я чувствовала тепло его дыхания. — Тогда давай найдем больше. — Как? — Станем их тенью, — он наклонился чуть ближе, и в его глазах вспыхнул тот самый опасный огонь, который заставлял моё сердце биться чаще. — Будем смотреть, слушать, красться там, где они не ждут. Я закусила губу. — Звучит безумно. — А ты предпочитаешь безопасные варианты? — он улыбнулся снова, и на этот раз в его взгляде читался вызов. Я отвернулась, но не смогла скрыть ответную ухмылку. — Ты играешь с огнем, Чонгук. — А ты боишься обжечься? — Он произнес это так тихо, что слова почти потерялись в шепоте листьев, но я услышала. Я медленно подняла на него глаза. — Если это ловушка? Чонгук замер, потом медленно, словно давая мне время отстраниться, протянул руку. — Тогда у тебя будет повод ненавидеть меня по-настоящему. Я посмотрела на его ладонь, потом в его глаза. Они заставили меня поверить ему. Я почувствовала, словно я подчиняюсь Чон Чонгуку. — Только до первого предательства, — сказала я, кладя свою руку в его. Он сжал мои пальцы, и его прикосновение было теплым. — Договорились. Ночь обволакивала академию. Восточные ворота, обычно запертые на тяжелый замок, сегодня стояли приоткрытые. Сонхва не боится потерять своих учеников? Или они нас из-под земли достанут? Я шла медленно, прислушиваясь к каждому шороху. Кроссовки мягко ступали по гравию, но каждый звук казался мне оглушительным. Сердце колотилось так сильно, что я боялась — его стук услышат даже в самых дальних уголках спящего кампуса. — Ты пришла. Голос парня прозвучал из темноты так неожиданно, что я вздрогнула и едва не вскрикнула. Я резко обернулась. Он стоял в тени высокого кипариса, его черные волосы почти сливались с ночью, только глаза отражали лунный свет. На нем была темная спортивная куртка с логотипом академии, натянутая до подбородка. — Я не была уверена, что ты действительно будешь ждать, — прошептала я, чувствуя, как комок подкатывает к горлу. Чонгук усмехнулся. — Я сказал, что буду и я здесь. Он сделал шаг вперед, и теперь лунный свет упал на его лицо. Я впервые разглядела следы усталости под глазами, тонкие морщинки у губ — будто он слишком долго стискивал зубы. — У нас не так много вариантов, — сказал он. — Но, если мы будем просто ждать — они уничтожат все следы. — Какие следы? — я нервно провела рукой по волосам. — У нас нет ничего, кроме пары старых отчетов и слухов. Чонгук шагнул ближе. Теперь между нами оставалось меньше метра, и я чувствовала тепло его дыхания. — Тогда давай найдем больше. — Как? — Станем их тенью, — он наклонился чуть ближе, и в его глазах вспыхнул тот самый опасный огонь, который заставлял моё сердце биться чаще. — Будем смотреть, слушать, красться там, где они не ждут. Я закусила губу. — Звучит безумно. — А ты предпочитаешь безопасные варианты? — он улыбнулся снова, и на этот раз в его взгляде читался вызов. Я отвернулась, но не смогла скрыть ответную ухмылку. — Ты играешь с огнем, Чонгук. — А ты боишься обжечься? — Он произнес это так тихо, что слова почти потерялись в шепоте листьев, но я услышала. Я медленно подняла на него глаза. — Если это ловушка? Чонгук замер, потом медленно, словно давая мне время отстраниться, протянул руку. — Тогда у тебя будет повод ненавидеть меня по-настоящему. Я посмотрела на его ладонь, потом в его глаза. Они заставили меня поверить ему. Я почувствовала, словно я подчиняюсь Чон Чонгуку. — Только до первого предательства, — сказала я, кладя свою руку в его. Он сжал мои пальцы, и его прикосновение было теплым. — Договорились. И в этот самый момент где-то совсем рядом, с верхушки старого дуба, раздался дикий, пронзительный крик совы. Я подскочила на месте, резко выдернув руку из его ладони, и издала звук, похожий на помесь всхлипа и придушенного визга, одновременно отскакивая назад и чуть не падая в кусты. Чонгук замер на мгновение, глядя на меня округлившимися глазами, а потом его плечи начали трястись от беззвучного смеха. Он не издал ни звука — приличные парни из восточного крыла, видимо, не смеются в голос, — но его тело сотрясалось так, что ему пришлось схватиться за ствол дерева, чтобы не рухнуть на землю. — Ты... — прошептал он, едва сдерживаясь, — ты только что, как какая-то белка или заяц... — Заткнись! — прошипела я, чувствуя, как мои щёки заливаются краской. — Это была не сова! Это был сигнал тревоги! — Сова с сигналом тревоги? — он вытер выступившие от смеха слёзы. — Пак Чеён, ты восхитительна. Ты готова идти против корпорации, которая уничтожает людей, но боишься ночной птицы. — Я не боюсь! — я ударила его по плечу, но он перехватил мою руку и, всё ещё улыбаясь, притянул меня ближе. Теперь между нами не было ни сантиметра, и я чувствовала, как его сердце бьётся так же сильно, как моё. Только теперь я не знала — это от смеха или от чего-то другого. — Спокойно, — его голос стал ниже, почти шёпотом. — Здесь нет ничего, кроме нас и этой дурацкой совы. Он не отпускал мою руку, и я не пыталась её выдернуть. Его пальцы были тёплыми, а в темноте, под кронами деревьев, весь мир сузился до нас двоих. Где-то вдалеке снова крикнула птица, но на этот раз я даже не вздрогнула. Потому что его дыхание касалось моей щеки, и это было слишком громко, чтобы слышать что-то ещё. — Ты дрожишь, — заметил он. — Холодно, — соврала я. Он ничего не сказал, только крепче сжал мои пальцы. Мы стояли так, пока ночной ветер не принёс запах приближающейся зимы, и Чонгук наконец отпустил меня. Я не знала, было ли это случайностью или он специально держался так близко, но мне не хотелось это выяснять. Впервые за долгое время я чувствовала, что я не одна, даже если завтра всё рухнет. Чонгук, хоть и отпустил меня, но взгляда от меня не отвел. Я чувствовала, как во мне появляется дыра от его черных глаз. Я, бросив ему вызов, взглянула в его глаза. Секунд через тридцать этих молчаливых гляделок, он усмехнулся. Я первой отвела взгляд. Проиграла. Чертов Чон Чонгук! — И когда мы начинаем? – наконец заговорила я, нарушая это глупое напряжение между нами. — Сейчас. — улыбнулся он.

***

Его пальцы снова сжали мою руку, в этот раз покрепче, и прежде чем я успела что-то сказать, Чонгук резко потянул меня за собой в темноту. Мы нырнули в узкий проход между кирпичными стенами, о котором я даже не подозревала. — Тише, — его дыхание обожгло мое ухо, когда мы прижались к сырой стене. Где-то совсем близко раздались шаги. Охрана. Я затаила дыхание, чувствуя, как бешено колотится сердце. Чонгук стоял так близко, что я различала запах его одеколона с нотками мяты. Шаги затихли. — Идем, — он снова потянул меня за собой, и мы заскользили вдоль стены, как две тени. Мы двигались через запретные уголки кампуса — мимо закрытого крыла библиотеки, через внутренний дворик с засохшим фонтаном (я и не знала, что такие есть в Сонхва), пока наконец не остановились перед неприметной дверью с цифровым замком. Чонгук быстро набрал код — его пальцы двигались уверенно, будто он делал это сотни раз. Дверь бесшумно отъехала в сторону, открывая узкую лестницу, уходящую вниз. Откуда он всё это знает?! — После тебя, — он пропустил меня вперед, и я ступила на ступени, ощущая, как холодный воздух поднимается навстречу. Лестница оказалась круче, чем я думала. Моя рука скользнула по влажной стене, когда я вдруг пошатнулась — но Чонгук тут же подхватил меня за талию. Я почувствовала моментальную дрожь в теле от его прикосновение. Даже через спортивную куртку его руки словно обжигали мое тело. — Осторожно, — его голос в темноте звучал глухо. — Здесь нет перил. Мы спускались все ниже, пока наконец не оказались в узком коридоре, освещенном лишь тусклыми аварийными лампами. Стены были увешаны проводами и старыми трубами, а под ногами хрустел какой-то странный песок. — Где мы? — прошептала я. — Сердце Сонхва, — он провел меня дальше, к металлической двери с крошечным окошком. — Или, точнее, то, что от него осталось. Чонгук достал из кармана ключ-карту с логотипом Ханул и приложил к считывателю. Дверь открылась с тихим шипением. Ну да, преимущества наследника. То, что я увидела внутри, заставило мое дыхание перехватить. Комната была заполнена мониторами, на которых мелькали изображения разных уголков академии. Стены испещряли заметки, фотографии, схемы. И прямо по центру — огромная доска, опутанная красными нитями, как в тех детективных сериалах. Но самое пугающее — в центре этой паутины висела фотография моей матери. — Что это... — мой голос сорвался. Чон закрыл за нами дверь и повернулся ко мне. — Часть правды, Чеён. Ты готова ее узнать? Где-то над нами снова раздались шаги, на этот раз быстрые. Они уже знали, что мы здесь. Я посмотрела на доску, на фотографию матери, затем — в глаза Чонгуку. — Покажи мне все. И в тот же момент где-то совсем близко раздался звук тревоги.

***

Резкий звук тревоги прорезал тишину, заставив мое сердце бешено колотиться. Я инстинктивно рванулась к выходу, но Чонгук резко схватил меня за запястье. — Стой! — его пальцы впились в мою кожу. — Это учебная. В ту же секунду на пол падает вентиляционная решетка и я вижу Ким Тэхёна. Ничего себе...Драконы никогда не перестанут меня удивлять. — Охрана отвлечена. Восточный коридор свободен на 3 минуты. — Вперед, — прошипел Чонгук, подталкивая меня к узкому отверстию. Мои спортивные штаны зацепилась за край металла, когда я пробиралась внутрь. Темнота сомкнулась вокруг, только слабый свет от почти севшего фонаря Тэхёна выхватывал пыльные стенки вентиляции. Я ползла, чувствуя, как холодный металл обжигает ладони, а где-то впереди скрежетал Чонгук. — Налево, — его голос донесся сквозь гул системы. — Там люк. Мы двигались как слепые кроты, пока Ким не остановился перед решеткой. Одним точным ударом он выбил ее — и мы вывалились в подсобку садовника, заваленную горшками с орхидеями. — Черт, — я потерла ушибленный локоть, но брюнет уже тащил меня дальше, к потайной двери за стеллажами. — У нас примерно 2 минуты. — сказал Тэхён. Мы бежали по узкому служебному коридору, где пахло моющими средствами и старым деревом. Чонгук шел впереди, его плечи напряжены, как у загнанного зверя. Тэхён замыкал шествие, постоянно оглядываясь назад. — Здесь, — Чонгук резко свернул к неприметной двери с табличкой «Хранилище инвентаря». Он ввел код — и мы ворвались в знакомую мне комнату. Комната Драконов. Это вообще как, чёрт возьми? Мне начинает казаться, что архитектор академии был под чем-то, когда строил эту зловещую школу. За столом для покера, заваленным фишками и пустыми бокалами, сидели Чимин и Юнги. Чимин, уже переодетый в черную водолазку, лениво разбирал колоду. Юнги, в растянутом свитере, что-то яростно строчил в блокнот. Лиса, в пижаме с кроликами и с маской для сна на лбу, сидела на подоконнике и жевала печенье. — Ну наконец-то! — она бросилась ко мне, рассыпая крошки. — Я уже думала, вас поймали! Пак поднял глаза и медленно улыбнулся: — Ну что, Золушка, понравилась экскурсия по задворкам нашей сказки? Чонгук швырнул ему флешку, которую он успел забрать в лаборатории. Только я пропустила этот момент. Когда он успевает делать всё за моей спиной? — Заткнись и проверь это. В комнате повисла тишина, пока Чимин подключал носитель к своему ноутбуку. Лалиса сунула мне в руки кружку с чем-то горячим: — Пей. Ты вся дрожишь. — только теперь я заметила, как сильно трясутся мои пальцы.