Докажи, что я не виновен

Мне понравилось. Нравилась эта студийная суматоха, нравилась Арти, несмотря на ее резкость. Она была так же прямолинейна, как и Юнги. Она могла кричать и материться, но это никак не портило женщину. Это делало ее лишь горячее. Я помогала ей с организацией съемок, локациями, актерами. Начальница сказала, что у меня хорошо получается находить общий язык с проблемными гостями, за счет моей миловидности. Впервые в жизни, меня хвалил начальник и утверждал, что у меня что-то получается. Я разрывалась между тюрьмой, студией, кофейней и университетом в течении недели. Несмотря на то, что Арти вынуждала меня уйти из кофейни, я не могла просто так бросить Су А, пока она не найдет мне замену. Мать по прежнему была в бегах, а вместе с ней пропал и Алекс. Когда Тэ сказал мне об этом, я заставила себя поехать к отцу. Бедный мой папочка. Он был совсем изможден. Он, как и я ничего не знал о своей жене. Ещё и дочь, творящая неведомо что. Мы долго говорили с ним по душам, он рассказывал о том, что его фирма действительно занимается махинациями, а он вынужден все это скрывать. В тот вечер он закапывал в саду флешку. От нее нельзя было избавляться, она могла ещё понадобиться, потому босс велел отцу припрятать ее у себя. Нам с Тэхёном было абсолютно понятно, что отец стал козлом отпущения для своего начальника. Тот обещал наконец-то повысить сотрудника, если он будет действовать по его наказу. Казалось бы. Чего нам стоило сразу все обсудить? Чтобы понять друг друга, решить как с этим быть. Но все мы хранили свои страхи и проблемы внутри себя. Глава семейства боялся осуждения, боялся подать своим детям дурной пример. Пусть они и уже взрослые, но все же дети. Он, как и я, не мог поверить в то, что происходит вокруг нашей семьи. Несколько раз уже приходили сотрудники следствия, допрашивали его, обыскивали дом. Я безумно корила себя за то, что не была с ним рядом в эти моменты. Не представляю, как одиноко он себя чувствовал в это время. Мы с Тэхёном велели ему уволиться с работы. Намджун обещал мне достойную зарплату, на которую я, пусть без излишков, но смогла бы содержать себя и отца. Только он не согласился с таким предложением. Уволиться согласился, согласился даже принять помощь на первое время, но сидеть без дела он не хотел. Тогда в мою голову пришла мысль. Вместе с отцом, я отправилась в Анян. Познакомив его с дядюшкой Гу, я предложила папе попробовать себя на роль сменщика. Молодого амбициозного Чхве намеревались перевести в комнату досмотра, а отец мог бы составить компанию Гу. И ему без дела не сидеть, и компания приятная, и у меня под присмотром. Идеально. Пока он, вместе с Чхве ходил трудоустраиваться, я отнесла очередную посылку и вернулась к проходной. Теперь я уже не претендовала на встречу. Просто передавала еду, а выходя смотрела в окна, в глупой надежде увидеть хотя бы его силуэт. Иногда даже казалось, что видела, как он смотрит с высока, едва склонив голову. Но понимала, что это лишь то, что я хочу видеть. Пусть будет так. Если мне так легче, почему нет? — Вот дурная девчонка. Он ее динамить продолжает, а она радостная вприпрыжку идет — Сокрушался Гу на проходной. — А и пусть вредничает. Я же знаю, что он меня любит. — Уже убегаешь? — Нет. Посижу с тобой. Меня сегодня никто нигде не ждёт. На студии дали выходной, в кофейню вроде вышел стажер, а лекций нет. Свободна, как ветер. — я расслабленно откинулась на кровати охранника. — А что же полицейский твой? — Он не мой, дядюшка. Мой вооон там, за толстыми стенами сидит. Хоть Тэ и не был «моим», он уже полноправно считал меня своей. Детектив продолжал настойчиво приезжать по первой своей необходимости, ночевать в моей квартире, вынуждая меня всю ночь просидеть за столом. Несколько раз я получала от Арти выговор за свое сонное лицо. Не удавалось поспать и сегодня. Я не знаю, как ещё сказать Техёну, что не стану я выходить за него замуж и между нами ничего не будет? Может быть только когда Юнги наконец выпустят, он поймёт? Мне даже удалось задремать на теплой кровати Гу, как мой мимолетный сон прервал телефонный звонок. Это была Арти. Женщина оживленно кричала, что ей срочно нужна какая-то папка. Я ни черта не понимала, что за папка, поняла лишь одно, я должна прямо сейчас отправиться по указанному адресу и прислать ей фото документов из этой папки. — Мышка, давай быстрее! Я бы сама съездила, но у меня посадка через двадцать минут начнётся. Сонно буркнув, что уже выезжаю, я попросила охранника предупредить отца о моем срочном отъезде и позвонить, как только будет решение по его трудоустройству. Такси возвращало меня в Сеул. Оно остановилось возле высотного, фешенебельного, многоквартирного дома с нарядной парадной. Я восторженно оглядывалась вокруг завороженная богатым убранством коридоров. Поднявшись на нужный этаж, нашла указанную квартиру. Внутри было абсолютно пусто. Никакой мебели, ни единой картины. Что это за место? Пустота квартиры отвечала мне эхом собственных шагов. — Ээй? Здесь кто-нибудь есть? Ответило мне лишь все то же эхо. Проходя вглубь квартиры, я заметила на полу красную папку. Все это больше походило на фильм ужасов. В голове даже мелькнула мысль, что режиссер задумала какой-то очередной проект, в котором я стала пилотным участником. Подняв папку с пола, я открыла ее и лишилась дара речи. Внутри нее были все мои записки, что я писала Юнги. Дрожащими руками я перебирала одну за одной, всматриваясь в свой почерк, будто не узнавая его. Откуда это все здесь? В тот же момент я почувствовала крепкий торс, прижимающийся ко мне, сильные руки осторожно коснулись моих глаз. Я задрожала ещё сильнее, пытаясь коснуться этих рук. Узнаю их из тысячи, из миллиона. — Юнги…— я готова была лишиться сознания прямо сейчас. — Мышка моя… — его нежный голос звучал у самого уха — Прости меня… Я резко развернулась. Блуждая взглядом по его лицу, коснулась рукой, не веря в то, что это он стоит передо мной. Настоящий. В своей большой футболке, широких штанах, а не в тюремном комбинезоне, закованный в наручники. — Как же я скучал— шептал он, потираясь щекой о мою руку — Каждая твоя записка была зачитана мной до дыр. Смотрители ненавидели меня. Вечно отчитывали. Ты смогла обаять там абсолютно каждого. Они постоянно корили меня за то, что ты так преданно ходишь каждый день…Глупая не берегла себя совсем.А в тот день…Когда увидел твое хрупкое, обессиленное тело, так хотел помочь. Прижать к себе, умолять простить. Но они не дали… Я не дышала. Боялась, что стоит только сделать вдох и все это развеется. Не будет его, не будет этих слов, не будет этой теплой кожи в моей руке. — Давай, мышка. Покажи, что там. — Юнги приложил руку к моей груди, вырывая из нее все то, что копилось внутри все это время. Ту боль, что жила во мне, те терзания, что мучили меня, ту вину, что сковала тело. Все, чему я не давала выхода. Крики, которые так отчаянно направляла в самые недра души, теперь нашли выход. Я упала прямо к нему в руки позволяя себе расслабиться, хоть ненадолго. Дать возможность, на время стать уязвленной, открывая свою душу. Точно так же, как это делал медик с трупами, так же Юнги мог залезть внутрь меня и я знала, что он не причинит мне этим боль. Будет только хорошо и спокойно. Я долго плакала, пока он, кутая в своих объятиях, качал меня словно маленькую. Говорила о своей боли, как переживала из-за того, что он не хотел видеть меня, как не знала куда пойти, как ненавижу себя за все. — Ты обещал, что не отпустишь! —укоряла его я, хлюпая раскрасневшимся носом. — Я и не отпускал, мышь. А ведь он был прав. Может его не было рядом, но Юнги всегда был в моей голове, незаметно решал все мои проблемы, не кичась этим и не выставляя на показ. Я покрывала поцелуями его лицо, не в силах оторваться, касалась губами нежной шеи, вдыхая запах его тела. Я теперь понимала про какой голод он говорил. Мои руки скользили по его теплой спине под футболкой, ощупывая каждый миллиметр тела. — Подожди, мышь, не здесь. — подхватывая меня на руки прохрипел он — Здесь пыльно. Ты достойна лучших условий. — пока я обвивала ногами его торс, он уносил меня из квартиры в дверь напротив — К тому же неловко будет приходить в гости к тестю, зная, как я страстно любил его дочь прямо в его квартире. — В смысле? — ничего не понимая я переводила взгляд то на Юнги, то на квартиру, куда он меня внес. — Нет, ты с шеей продолжай. Мне это нравится — ухмыльнулся он и я проложила оставлять свои нежные поцелуи на излюбленном месте — Мммм…мышка… Он мягко уложил меня на кровать, стягивая одежду. Пока я сгорала от нетерпения почувствовать его поцелуи на себе, Юнги не торопился. Стянув кофту, он миллиметр за миллиметром осматривал обнаженную кожу, любуясь каждой клеточкой, в то время как я нетерпеливо выгибала спину. — Где тебе больше нравятся поцелуи? Здесь?— спросил он касаясь губами живота, вынуждая его судорожно прилипнуть к самым стенкам — Или может нравится, когда делаю так? — горячий язык скользнул вверх, оставляя за собой влажную дорожку — И почему ты опять без белья? — прорычал он жадно захватывая возбужденный сосок. Мое сознание полностью отдалось во власть его прикосновений. Тело совершенно инстинктивно действовало, поддаваясь желанию. Руками я расстегивала ширинку его штанов, проникая под белье. Такой горячий, упругий, пульсирующий в моей тонкой руке. — Не трогай, молю — прорычал он. — Я сделала что-то не так? — Не могу сдерживаться от твоих касаний. Я мечтал о тебе все это время. Рискую быстро кончить. Юнги покрывал мое тело поцелуями, спускаясь все ниже и ниже. Когда его губы замерли в районе моего паха, я затаила дыхание. Мужчина удобно устроился на животе, закидывая ноги себе на плечи. Его руки нежно поглаживали мою изнывающую плоть. Языком он прошелся по половым губам, поднимаясь к чувствительному бугорку. Цепкий взгляд пристально следил за моей реакцией. Я же могла только жадно хватать воздух, цепляясь руками за его волосы. Его медленные, нежные движения, постепенно ускоряли свой темп, сводя с ума, вырисовывая замысловатые узоры. Он был хозяином всего происходящего, управляя мной как заблагорассудится. Отстранившись, он перевернул меня на живот. Мое тело поддавалось ему, тянулось, словно магнитом, подставляя ягодицы. До слуха донесся шелестящий звук упаковки. Расправившись с презервативом, Юнги плотно прижал мой живот к кровати, слегка развел бедра и подарил такое желанное проникновение, плотно прижимаясь животом к моей спине. — Черт… узкая-то какая…— задыхался он, покрывая мои лопатки поцелуями. Поза действительно позволяла его толстому члену едва протиснуться в меня, создавая неповторимые ощущения для нас обоих. Юнги был словно волна, плавно, покачиваясь входя в меня, демонстрируя всю пластичность своих бедер. — Иди наверх — скомандовал он, передавая власть в мои руки. Подчиняясь его желанию, я села на него, по новой ощущая его в себе, блаженно закрыв глаза. Упирая ладони в колени Юнги, я плавно двигалась чувствуя эту распирающую мощь в себе. Его руки скользили по моему телу, словно скульптор ваяющий свое творение. Они очерчивали мой силуэт, ласкали грудь, сжимали ягодицы и все это под пристальным, завороженным взглядом. — Так слишком далеко. — сказал он, усаживаясь не выпуская себя из меня. Он прижимался ко мне торсом, оставляя , на разгоряченном теле, поцелуи. Его близость сводила с ума, его стоны сводили с ума, он сам сводил меня с ума. Он словно наркотик, вызывающий зависимость, стоит только попробовать его однажды. Я замедляла этот ритм, как только чувствовала приближение оргазма. Хотелось, чтобы это никогда не кончалось. Хочу тонуть в нем, хочу раствориться в нем, никогда не отпуская. Я понимала, что это ненормально, но ничего не могла с собой поделать. Я зависима от этого мужчины. Мое тело не может без его прикосновений, мой слух не может без его голоса, мое обоняние не может без его запаха, мои глаза не могут развидеть его образ. Как бы мы не оттягивали этот момент, он все равно настал. Сначала поражая его, а затем и меня, точно выстрел, попавший прямо в цель, прожигающий собой все изнутри, даря такое сладкое расслабление. Он упал на спину, утягивая меня за собой. Пусть мы и достигли высшей точки удовольствия, но отпустить наши объятия так и не смогли. Он все ещё был внутри меня, крепко прижимая к себе. Я уткнулась носом в его шею, чувствуя близость Юнги каждой клеточкой своей кожи. — Кот? — тихо прошептала я — Да, мышка моя? — Я так люблю тебя, что кажется сейчас сердце остановится. Такое бывает? Он подтянул мое лицо за подбородок, всматриваясь в него. Его глаза бегло изучали меня, словно пытаясь поверить в услышанное. — Правда любишь? — надломившимся голосом уточнил он. — Очень сильно…Так сильно, что даже страшно. Юнги смотрел на меня каким-то особенным, влюбленным, задумчивым взглядом и накрыл губы долгим, чувственным поцелуем. Он пьянил меня, кружа голову, переворачивая все внутри с ног на голову. Все таки любовь-это страшное чувство. Но такое приятное. Мы долго лежали вот так, обнаженные, крепко прижавшись друг к другу, обнажая и свои души. Я выспрашивала у него какого было там, в тюрьме. Все ли так радужно, как вырисовывал детектив. Если сравнивать с российскими тюрьмами, то конечно все было гораздо лучше. Сперва его посадили в изолятор, пока принимали решение о размещении. Затем перевели в камеру, где он «проживал» с мужчиной, так же ожидающего своего приговора. Он обвинялся в изнасиловании. — Боже…страшно наверно было в одной комнате с насильником? — сочувственно произнесла я, ласково поглаживая его грудь. — Думаю ему было страшнее — ухмыльнулся Юнги. — Меня то вообще в убийстве обвиняли. И правда. Выражение лица Юнги и так не было самым приветливым, а имеющееся у остальных осознание того, в чем мужчину обвиняют, заставляло его бояться. Больше всего бедняге тяжело давалось отсутствие полноценного сна. Подъем был в шесть утра, а с восьми до одиннадцати было свободное время. Заключенные должны сидеть за маленьким складным столиком, просто скрестив ноги и находить себе занятие. Просто стоять или спать запрещалось. В такие моменты ему помогала музыка. Он писал тексты, музыку, надеясь когда-нибудь их применить. В течении дня можно было посещать спортзал, а иногда включали телевизоры, где транслировали только дорамы. — Боже! Как же ты выжил? — усмехнулась я. — Мышь, с трудом! Но, теперь я фанат Ли Дон Ука — звонко засмеялся он. — Слушай…скажи, только честно, я пойму… — Что сказать? — с удивлением уставилась я на него. — У вас с Тэхёном что-то было за все это время? Этот вопрос заставил меня раскраснеться, вспоминая касания Тэ. Я не знала, стоит ли рассказывать об этом или же лучше скрыть, чтобы не ранить Юнги и не сталкивать лбами с другом. — Значит было — на громком выдохе протянул он — Ты не думай…понимаю всё. Правда. Я поступал с тобой, как полный урод, а он был рядом, наверняка поддерживал и все такое…Конце в концов -это просто секс и ты говоришь, что любишь меня… — Этого не было. — приложив палец к его губам, прекратила попытки Юнги оправдаться. Я решила, что должна быть с ним честна. Достаточно в моей жизни тайн и умалчиваний. Хочу быть с ним откровенной и честной, открыто говоря даже о таком. Я рассказала все как было. Что Тэ предлагал мне замуж, что иногда я даже задумывалась на этот счет, считая, что такой как Юнги не светит такой, как я. Рассказала, как нечаянно сгубила мужское самолюбие детектива, признавшись в своей неудовлетворенности во время наших интимных отношений. И, разумеется, призналась в том, что он трогал меня, не утаивая того, что мое тело откликнулось на эти касания. Юнги пристально смотрел на меня не моргая. — Возбудилась, но отказала? — удивлено спросил он. — Да…— сильнее краснее созналась я. Мне казалось, что сам факт того, что меня возбудили чьи-то касания, помимо Юнги, были ничем иным , как изменой. — Прости…должно быть ужасно это слышать…Но я собрала свои вещи и уехала в тот же день… — Глупая моя — улыбнулся он, поглаживая меня по голове — Уехала она. Ага, знаю я как ты уехала. Мне Намджун все рассказал. — Ты не злишься? — удивилась я — А на что мне злиться? Злюсь только на то, что ты под дождем шаталась и если бы Джун не заставил тебя в номер заселиться, так и осталась бы на улице. А что касательно Тэхёна, то абсолютно не злюсь. Больше того тебе скажу, что если бы мне не удалось выйти и меня посадили бы глубоко и надолго, то я был бы рад, если ты вышла за него замуж. Во всяком случае так был бы уверен, что о тебе позаботятся должным образом. — Но разве то, что я вообще это испытала-это не предательство? Я же была уверена, что ты выйдешь, но все равно позволила его рукам зайти так далеко. Ничего не ответив, Юнги встал и взяв свой телефон, вернулся в кровать, удобно устраиваясь на животе. — Ложись. — он похлопал ладонью рядом с собой, приглашая лечь так же. Ничего не понимая, я приняла ту же позу, прикладываясь щекой к его плечу. — А теперь смотри. Оперев телефон о подушку Юнги нажал на экран и на нем заиграла ритмичная музыка, сопровождающая порно ролик. — Ой, божечки! — вскрикнула я, стыдливо закрывая лицо руками — Смооотрии. — улыбаясь протянул он, убирая мои руки, вынуждая смотреть на это действо. Сквозь пальцы я смотрела на горячую сцену, происходящую на экране, не понимая зачем вообще нужно это смотреть. Все хоть и было чрезмерно наигранным, но отзывалось покалыванием внизу живота. Я представляла их ощущения, их эмоции, проецируя на себя. — Возбуждает? — спросил Юнги, целуя меня в плечо. Решимости сознаться в этом, я не нашла, лишь сильнее покрылась багровой краской. — Отвечай. Я же знаю как проверить. — Да…— едва слышно произнесла я. — А? Не слышу! — Возбуждает…— нечленораздельно сорвалось признание, под звонкий смех Юнги. — У нас есть фантазия, поэтому возбуждаться от чего-то такого или когда кто-то касается твоих чувствительных точек-это нормально. Важен сам факт, можешь ли ты контролировать свое возбуждение. А ты, как мы выяснили можешь. — он выключил видео, переворачивая меня на спину. — А с нахлынувшим возбуждением, я разобраться помогу. — Не сомневаюсь в этом. — шепнула я, протягивая руку к его возбужденному органу. Эта ночь была полна нашей, льющейся через край, любви. Мы отдавались друг другу без остатка, забыв про сон. Занимались любовью, много говорили, строили планы, вместе готовили, Юнги неустанно учил меня, кутал в своих объятиях, а я готова была всю жизнь посвятить ему, лишь бы он всегда улыбался так, как сейчас.

***

Утром мы вместе отправились в Анян к отцу. Его кандидатура устроила директора исправительного учреждения и Гу предложил ему сразу вовлечься в процесс, рассказывая и показывая все тонкости работы и предстоящие обязанности. Все сотрудники по прежнему радостно приветствовали меня, расплываясь в улыбках. Только теперь их вопрос был не « Ну что? Вышел?», теперь они спрашивали: «О! Все же отпустили?». Я счастливо сжимала ладонь Юнги и радостно отвечала «Да» , благодаря каждого за искреннее поздравление. — Так вот он какой, твой Мин Юнги? — воскликнул папа, скрестив руки на груди. — Доброе утро — улыбнулся Юнги, протягивая отцу руку — Как Вам здесь? Если хотите, можем подыскать другую работу. — А ну, пойдем-ка поговорим. — строго сказал отец, указывая на машину Юнги. — Пап, да брось ты! — возмутилась я, крепче обвивая предплечье любимого. — Женёк, не лезь, когда мужики разговаривают. Сделав серьезное лицо, Юнги приглашающе протянул руки в сторону авто, одаривая меня успокоительным поцелуем. Стоило им только сесть в салон, я подошла к дядюшке Гу, протягивая ему, купленный по дороге, суп. Старик многозначительно смотрел на меня с хитрой улыбкой на лице, пока я расплывалась в глупой, неконтролируемой ухмылке. Гу, распростер свои руки, заключал меня в объятия. Опытным взглядом он заметил мой цветущий вид, искренне радуясь за меня. Только вот его печалило, что теперь я, вероятно перееду из Аняна и закончатся наши с ним вечерние просмотры шоу. И кто теперь будет носить ему супы? Я клятвенно пообещала передавать еду вместе с отцом, ведь он теперь будет жить совсем рядом. Юнги рассказал, что та самая пустая квартира, была куплена им для отца. Дядюшка Гу, услышав всю историю, шокировано смотрел на меня. — Да-да! Представляешь! А я думаю, зачем меня в ту пустую квартиру отправили? А оно вон что! Оказывается он попросил Намджуна купить эту квартиру папе, зная, что находиться в доме ему будет не по себе после всего, что произошло! — словно сплетница, шептала я. Когда Юнги мне об этом рассказал, сначала все казалось какой-то шуткой. Ну с чего бы ему покупать квартиру, ещё и за такие деньжищи, в элитном комплексе, для совершенно чужого ему человека. Хорошо, пусть он меня любит, но это ведь совсем не значит, что нужно теперь содержать и моих родственников. Главное, чтобы папа не спешил делиться радостной новостью с тетей Галей из Рязани и с тетей Таней из Ростова. Иначе наш добродетель обалдеет от количества внезапно объявившийся родни у своей пассии. Но все же, что за человек? Он не просто купил отцу эту квартиру, а сделал так, чтобы он был совсем рядом и мог прийти в любой момент или принять в гостях нас. Ведь по его решению, я безоговорочно переезжаю жить к Юнги и мнения моего никто не спрашивал. А я, собственно, и не против. Наоборот, только «за». Мысль о том, что мы будем просыпаться вместе, засыпать, проводить вместе выходные-теплом отзывалось внутри. Но помимо прочего присутствовал и страх. Мы будем вместе жить, работать, будем постоянно вместе. Что если я ему надоем? Что если меня будет слишком много в его жизни? Что если он пресытится этими отношениями и захочет разойтись? В том, что это может произойти со мной, я даже не думала, потому что была уверена в невозможности этого. Если можно было бы залезть к нему под кожу, так и поступила бы, а вот мужчины, как говорят, любят свободу. Не став скрывать своих страхов, я поделилась ими с Юнги. Хоть он и заверил меня в глупости этих домыслов, нотки страха все же остались. Они долго разговаривали с папой. Точнее говорил в основном Юнги. Мы с дядюшкой Гу, как две любопытные старушки, сующие нос не в свое дело, поглядывали за ними, прилипнув к окну его небольшого поста. Закончив свою беседу, отец вышел с крайне обескураженным лицом, в то время, как Юнги был доволен, словно кот наевшийся сметаны. — Про квартиру что ли рассказал? — вопрошающе уставилась я на отца, махнув головой. — Да нет…Там другое…— шокированно мямлил он. — Кот, ты мне папу сломал — я склонилась подбородок к шее, с ещё большим удивлением смотря на родителя. — Ничего, он справится — Юнги ухмыльнулся кривой улыбкой, похлопывая отца по плечу — Так, ладно, мышь, поехали. Надо возвращаться к работе. За столько времени без меня там черти что творится. Уверен. — начал раздавать указы строгий начальник — Боб, Вы позвоните мне после смены, если уж сегодня планируете остаться работать. Я либо сам заберу, либо водителя отправлю. Нужно начинать квартиру обустраивать, из дома вещи забрать и всё такое. Попрошу секретаря выставить объявление о продаже дома. — он деловито печатал что-то в своем телефоне — Ах да, ещё же и отсюда вещи забирать. Мышь, у тебя там вообще что-то жизненно важное есть? — Юнги окинул меня взглядом — Н-нет… — мы с отцом замерли в одинаковых позах, хлопая глазами — Н-ну т-там вещи в-се м-мои. — Только вещи? Тогда херня. После работы заедем новые купишь. — Юнги окинул нас взглядом расплываясь в улыбке — Ну чего замерли то? Вот же одинаковые. Мышь, давай в машину, бегом. Боб, продолжайте трудиться. Господин Гу, мое почтение. На работе Юнги встречали с радостными визгами, возгласами и аплодисментами. Я стояла в стороне, наблюдая за этой картиной. Весь персонал желал пожать ему руку, обнять. Все любили строгого, но талантливого продюсера, имеющего свой , неповторимый стиль. А он любил их. Даже Леона, об отношениях с которым в компании уже сложились байки и собственные мемы. Я видела, как Юнги дорожит своей работой, как ему нравится здесь. Сейчас нужно дать ему всецело насладиться этим моментом, оставить наедине. Тихо скользнув мимо шумящей толпы, я заметила довольного Намджуна, тихо наблюдавшего со стороны. Низко поклонившись ему, направилась прямиком в кабинет начальницы, разгребать оставленные ею задания. А их было не мало. Весь день я носилась, словно белка в колесе то контролируя процесс съемок, то обзванивая гостей, которых Арти хотела видеть в своих шоу, то выстраивая план для команды. Несмотря на усталость, я понимала Юнги в его любви, я, как и он, безумно полюбила это место.