Докажи, что я не виновен

Сама не помню, как успела согласиться отправиться по написанному адресу. Со мной такое, увы, случалось часто. Иногда мне не хватало смелости или решительности, чтобы возразить просящему и отказать в той или иной просьбе. Потому, зачастую, как например сейчас, мне приходилось совершать вещи, которых я вовсе не желала. Будь то выполнение чужой работы или спасение незнакомца от моей же семьи. Такси привезло меня к маленькому, ветхому дому с покосившимся забором. Окна были плотно занавешены, участок весь порос травой, крыша казалась совсем прохудившейся. Идеальное место для фильмов ужасов. На ватных ногах я подходила к дому, опасливо оглядываясь по сторонам. Стоило мне только коснуться кулаком двери, как изнутри тут же раздался знакомый голос «музла»: — Кто? — Я? — пожимая плечами пролепетала моя персона. — Кто «я»? — А я откуда знаю кто ты? — растерявшись не поняла я вопроса. — Что-то начинает казаться, что ты нам вряд ли поможешь — скептически окинул меня взглядом незнакомец открывая дверь. — Ну тогда пойду? — обрадовалась я, разворачивая корпус по направлению к дороге. Глубоко вздохнув он схватил меня за руку, затаскивая в дом. Внутри было не менее ветхо, как и снаружи. Дом был промерзшим и в нем явно давно никто не жил. По гостиной расплывался едкий дым с, знакомым мне, печным запахом. — Тэ, твою мать! Я же тебе говорю, что он не рабочий! Весь дым сюда прет! — обратился к мужчине вошедший незнакомец. В руках он держал дрова, его просторная одежда была перепачкана золой, а черные волосы растрепанно рассыпались у фарфоровой кожи лица. — Это не он не работает, а у тебя голова не работает! — мой похититель, по совместительству «музел», которого, как оказалось звали Тэ, подтолкнул возмущенного мужчину к старому камину, из которого так и норовил вырваться дым. — Позвольте? — мягко отодвинула я удивленных мужичин, усаживаясь на колени — Во-первых откройте дымоход. У вас тут дым валит, потому что ему уходить некуда — со знанием дела сказала я, указывая на заслонку вверху — Во-вторых никто дрова так не кладет. Нужно домиком, чтобы разгоралось лучше — уверенные руки перекладывали горячие поленья— Ну а в-третьих нужно поддувало открыть, чтобы лучше разгоралось— звук заслонки лязгнул под топкой. — И вуаля скоро здесь будет очень тепло. В камине языки пламени объяли дрова, обдавая лицо своим жаром. Я отряхнула руки, поднимая голову к удивленным мужчинам. — Что? У моей бабушки был дом в деревне. Я раньше научилась печку топить, чем читать. Хочешь жить-умей вертеться — неловко заключила я. — Эта мышь и есть та самая Дзагорыская? — спросил незнакомец коверкая мою фамилию, как и любой кореец. — Загорская…— робко поправила его я — Зачем обзываться то? — Я так и сказал. — его презрительный взгляд осматривал меня с ног до головы. — Мышь Биладимиревна Дзагорыская. — Знаете, я пожалуй пойду… — оскорблено ответила я, направляясь к выходу. — Юнги! Прекращай себя так вести! Имей уважение! — вскрикнул Тэ на друга — Маленькая, подожди! — его рука прочно ухватилась за мое предплечье, разворачивая к себе лицом — Не сердись на него. Он хам и грубиян, к тому же подавлен. Давай мы тебе все объясним и все вместе подумаем, что с этим делать? — Не давая мне возможности возразить, он обнял меня за плечи, уводя на кухню. — Замерзла наверно, бедняжка? Давай выпьем чая, пока дом не протопится? На просторной, мрачной кухне, как и в гостиной, не горел ни один осветительный прибор. Только лишь многочисленные свечи. Возможно в целях конспирации, а вполне возможно в доме и вовсе не было электричества. На столе лежали куча бумаг, схем, чертежей, с наспех нарисованными стрелками. Среди них я увидела свое имя, напротив которого стоял большой минус, и имена папы, Алекса и мамы, напротив них стояли вопросительные знаки. Усевшись за столом, грея руки о теплые кружки, мужчины принялись посвящать меня в детали происшествия. Тэ, он же Тэхён, оказался детективом полиции, который обнаружил то самое тело. До того, как дело забрали сотрудники NIA, криминалистам и судмедэксперту удалось добыть важные улики. — Это хорошо, что Вичан мой друг и крайне педантичный человек. Он всегда сохраняет дубликаты документов.— оживлено рассказывал Тэхён. Они ему и не понадобились, если бы мужчина не узнал от своего начальника, из доносящихся слухов, что причастным к убийству считают какого-то крутого, телевизионного продюсера. Опыт работы в полиции и врожденное чутье, поселили в мужчине подозрения и он направился к дому своего давнего друга, который как раз подходил под описание убийцы. К тому моменту там уже орудовали сотрудники разведки и Тэхён поспешил укрыть Юнги, пока сам не разберется во всем происходящем. А разобраться ему помог тот самый Вичан. На месте происшествия, в ладони убитого, обнаружена пуговица с жакета Юнги. Разумеется при проведении обыска в доме подозреваемого они нашли этот элемент одежды с недостающей фурнитурой. А сравнив отпечатки пальцев и вовсе убедились в том, что пуговица принадлежит именно ему. — Джени, посмотри на фотографию. Тебе знакома эта вещь? Тэхён подтолкнул ко мне снимок, где на железном столе, среди массы отметок и разметок лежала черная, кожаная куртка, которую я узнала бы из тысячи. Это была куртка Алекса. На правом рукаве был яркий химический след от отбеливателя, которым я случайно капнула, на любимую куртку брата. Целый месяц Алекс упрекал меня в неуклюжести сокрушаясь над своей одеждой. — Поэтому вы думаете, что убийца мой родственник? — озадачено подняв глаза на мужчин спросила я. — Нет. Потому что именно кто-то из них оторвал ту самую несчастную пуговицу с моего жакета — хрипло ответил Юнги. В тот день продюсер шел со студии. Пристально смотря в телефон, он не заметил человека, шедшего навстречу и столкнулся с ним. Незнакомец был одет в куртку моего брата, на голове его была кепка и капюшон, скрывающие лицо. Машинально Юнги схватил за плечо незнакомца, пытаясь удержать от падения то ли себя, то ли его. Тот в ответ лишь поклонился уносясь прочь к своему авто. Внимательный Юнги сразу заметил оторванную пуговицу, но посчитал, что ее оторвали абсолютно случайно из-за резкого, непроизвольного взмаха руки. Однако что-то в незнакомце показалось мужчине странным и он посмотрел ему в след. Мужчина в кожаной куртке сел в серебристый Hyundai Avante. В силу своей профессии продюсер обладал отличной памятью и запомнил, совершенно машинально, не о чем не подозревая, госномер авто. — Семь, ноль, четыре, шесть- это же ваш госномер, Джени? — уточнил Тэ. — Да… наш Hyundai…— с ужасом прошептала я. — Этой же ночью в лесу находят труп с моей пуговицей в руке и отпечатками пальцев на кожаной куртке, которая стала идеальной поверхностью для этого. — Откинувшись на стуле бросил Юнги. — У тебя есть железное алиби. Ты, в момент убийства, была в университете. Однако твоя мать, брат и отец алиби не имеют. Элена и Алекс были дома, что подтвердить или опровергнуть сложно, а Боб должен был быть в офисе. Однако его там не было, по неизвестным причинам. — Бред какой-то…— я потрясла головой, будто пытаясь сбросить с себя этот морок— Зачем кому-то из них убивать какого-то мужчину? — А вот здесь самое интересное, малышка. Убитый, он же Оливер Грант, был агентом южнокорейской разведки. Поэтому NIA и перехватила инициативу. Не холопское это дело, убийство агентов расследовать— саркастично прыснул Тэ. — Да ну точно бред! — истеричный смех сорвался с моих губ— Где мы и где все эти агентские штучки? — Вот и нам интересно. Вполне вероятно, что кто-то из твоей семьи может быть завербован настоящим убийцей или являться заказчиком. Это нам и надо узнать. На теле Оливера было 23 ножевых ранения, что говорит об убийстве в порыве избытка негативных чувств. Словно убийца пытался остервенело исколоть беднягу, не в силах остановить собственную руку. Однако, я считаю, что это инсценировка. Судя по первому удару, а пришелся он прямиком в сердце, убийца точно знал, куда надо попасть, чтобы убить сразу и без возможности выжить. А все последующие удары были, так скажем, маскировочными. Следовательно напрашивается вывод, что Юнги хотели подставить изначально. — Но какой у него мог бы быть мотив? — не понимая уточнила я — Ты знал Оливера? — Нет. Без понятия что за хрен. — сухо выдал он. — Что-то сильно натопили… жарко как-то— теребя ворот своего свитера сказала я . — Джени, помимо прочего, глазастые криминалисты нашли на трупе ресницу, а в следе, на мокрой земле, обнаружен кусочек ткани. Признаться честно мы больше рассчитывали найти ДНК на куртке, следы пота, эпителия, но куртка кристально чистая и на ней только пальчики Юнги. Однако эта ресница, не принадлежит ни Юнги, ни Оливеру, так же как и найденая ткань. Тебе нужно помочь нам достать ДНК всех твоих домашних, чтобы понять кому принадлежит ресница, а затем проверить их одежду. Огонь свечи бликовал в хмуром лице Юнги, перемещая свои тени, делая его вид ещё более мрачным. Откинувшись на стуле, он сидел сплетя ладони в замок. Чувство безграничной жалости раздирало меня изнутри. Несчастный человек, ставший жертвой чьих-то игр, вынужденный прибегать к помощи посторонних, чтобы спасти себя. Наверняка у него была радостная, комфортная, полная интересных событий жизнь в компании друзей, идеальной Наён, в стенах дорогой и уютной квартиры. А теперь он вынужден сидеть здесь. В ветхом, промозглом доме, разлученный с возлюбленной и всем тем, к чему он так привык. Встав со стула я подошла к Юнги и сказала: — Встань пожалуйста. — Это еще зачем? — удивлено вскинул брови мужчина. — Просто встань. Поднявшись, он вопросительно уставился на меня, не понимая происходящего. Я близко подошла к нему и со всех сил обвила руками крепкий торс, положив голову на плечо. — Эй! Ты что творишь? А ну пусти! Терпеть не могу это всё! — изворачиваясь брезгливо корчился он. — Объятия очень помогают. И я тебе помогу. Помогу и докажу, что моя семья- не те, кто вам нужен. Как бы он не пытался меня оттолкнуть, я тугим кольцом сжимала его торс, не давая шансов высвободиться из этих объятий. Я поделилась с ним своей сестринской любовью и мне даже показалось, что это сработало. Он перестал сопротивляться, обмяк, дыхание стало ровным и он позволил моим рукам утешительно поглаживать его по спине. Хоть его глаза и закатились страдальчески, а лицо выражало высшую степень недовольства, я верила, что если нам с Алексом помогают объятия, то и ему помогут. Они всем помогают. — Ну что за милашка? — расплылся в улыбке Тэхён — Ты не обращай внимание на его постное лицо. Наш Мин не самый тактильный человек с некоторых пор. Ладно, ты знаешь что нужно делать. Добудь нам волос, слюну, что угодно. — Хорошо, постараюсь… — я бросила на Тэ грустный взгляд выпуская из своих рук Юнги. — Я пойду. А ты выходи не раньше, чем через тридцать минут. На всякий случай. Хотя мы и так рисковали, когда ты зашла, но было темно, поэтому уверен тебя не смогли разглядеть. Мало ли, с кем я хочу потрахаться в заброшенном доме. — Кхм…— сконфузилась я — Кто не заметил? — За мной и Наён следят. Хотят выйти на Юнги через нас. Поэтому телефоны прослушиваются, а слежка за нами осуществляется круглосуточно. Поэтому тогда я и просил тебя устроить сцену ревности. Агенты должны были подумать, что ты простая девушка, пришедшая ко мне на свидание. Если они начнут следить и за тобой-нам конец. С твоей ловкостью нас в миг спалят. — по лицу мужчины было видно, что он вспомнил минуты моего унижения в ресторане. Попрощавшись, Тэ закрыл за собой дверь, оставляя нас с Юнги в неловком молчании. — Значит, вы с Наён помолвлены? — спросила я угловато потирая ладони, осматривая гостиную. — Должно быть вы хорошая пара. — Тебе то откуда знать, какая мы пара? — метнув в меня уничтожающий взгляд прорычал Юнги. — Послушай, я понимаю, что на роль своего спасителя ты видел точно не меня, да и мнение о причастности моей семьи к твоим бедам оставляет осадок внутри… Ты имеешь полное право мне не доверять, но… — Тсс! — подняв палец вверх мужчина всматривался в заштореное окно. Сквозь плотную ткань едва заметно поблескивали лучи фонарей. — Черт! Кружки со стола забери бегом! — он подтолкнул меня к кухне, а сам бросился в противоположную сторону. Дрожащими руками, я забрала посуду и вернулась к Юнги. В полу гостиной он открыл люк, который в закрытом виде был абсолютно незаметен глазу. Доски на нем были уложены так, что при закрытии складывались подобно пазлу, не выдавая своего наличия. — Спускайся бегом! — Что?! Нет! Не полезу я туда! — Вот бестолковая мышь! Давай сказал! Или хочешь, чтобы тебя агенты разведки пытали? Лезь сказал! Не сумев выбрать из двух зол меньшее и ясно понять что страшнее: холодный мрачный подвал или пытки сотрудников NIA, я спустилась по железной лестнице, объятая лапами ужаса. Юнги спустился следом, закрыл люк и затолкал меня в глубь подвала, в его самый темный угол. Тело пробивала крупная дрожь, казалось биение моего сердца отдавало в самые уши. — Возьми, посвети мне, ничего не вижу! — он протянул мне фонарик и двумя руками обхватил стоящий у стены большой лист фанеры. По всей видимости у Тэ и Юнги все было продумано до мелочей. Это была имитация стены. Лист идеально вписался по ширине от одной стены до другой и упирался в потолок. Его отделка была идентична отделке подвала, что позволяло бы вошедшему предположить, что подвал намного меньше, чем есть на самом деле. Оставшееся нам пространство было ничтожно мало. Сесть вдвоем, вытянув ноги у нас бы абсолютно не вышло. Мы стояли в кромешной темноте, звенящей тишине, прислушиваясь к звукам сверху. Как только раздался скрип входной двери, я не смогла удержать в себе испуганный писк. Юнги мгновенно зажал мне рот рукой вжимая лопатками в холодную, шершавую стену. Мне ещё никогда не было настолько страшно. Страшно до тошноты, до гула в голове, до дрожи, до спазма в желудке. Не знаю, что пугало больше: замкнутое пространство или эта неизвестность. Что будет если они найдут нас? Будут ли действительно пытать? А насколько надежный этот подпол? Вдруг потолок обвалится? Я задрожала ещё сильнее. Продолжая силой зажимать мне рот, Юнги просунул свою руку между мной и стеной, укладывая ее мне на лопатки. Я не видела его лица, но чувствовала неистовое биение сердца, тепло исходящее от его торса и тяжелое, прерывистое дыхание, пробегающее по моей коже мурашками. Казалось мы так простояли целую вечность. Каждый спешный шаг, раздающийся сверху, заставлял меня задерживать дыхание. Я боялась даже вдохнуть, считая что так нас обнаружат. Старые доски скрипели у нас над головой под гнетом тяжелых ботинок, снующих по всему дому. Голосов не было слышно. Ночные гости совершенно не разговаривали. Они просто топали, стучали, переворачивали все, что считали нужным. Как только сверху раздался звук входной двери, Юнги убрал руку с моего рта и облегченно выдохнул. — Не расслабляйся. Они могут быть ещё здесь — едва слышно шептал он — Переночуем здесь, пока Тэ не придет. — Как здесь? Я не могу здесь! Меня дома ждут. Все переживать будут.— взволнованно шептала я. — Если тебя схватят, то полетит не только твоя мышиная голова, но и моя. А я не хочу лишаться головы, ясно? Так что сказал ночуем, значит ночуем. Не вздумай даже пикнуть! — Да как здесь ночевать? Холодно и присесть даже не получится. Мы не сможем простоять вот так всю ночь! — Ты что, в тетрис в детстве не играла? Отойдя к дальней стене, Юнги сел на пол узкого пространства, вытягивая ко мне ноги насколько это было возможно. — Ложись сверху. — как ни в чем не бывало сказал он. — Чего?! Не буду! — истерично шипела я. — За что же ты на мою голову свалилась-то? — вздохнул Юнги — Так теплее будет, бестолковая, и сможем конечности более менее вытянуть. — Спасибо, постою… Его ноги были согнуты в коленях, а я гордо стояла между ними не собираясь ложиться на незнакомого мужчину. Однако гордость моя не долго держала верх над слабыми ногами. Все тело затекло, серой завистью завидуя растянувшемуся Юнги. Моя поясница молила о пощаде. — Спишь? — я вопросительно ткнула мужчину в колено пальцем — Ровно одна тысяча восемьсот секунд. — заключил он — Ложись давай. Перемещая наши ноги, я наклонилась и ползком пробиралась по его крепким бедрам, пока рука не уперлась во что-то особо мягкое, заставляя мужчину болезненно вздрогнуть. — Да куда же ты руки свои суешь, мышь бестолковая?! — отчаянно шипел он. Только сейчас до меня дошло осознание, что я, со всей имеющейся у меня силой, надавила ему прямо в пах. — Боже! Прости! Я не подумала что у тебя есть… Точнее понятно что у тебя есть, но я забыла что он у тебя есть… Боже… Прости пожалуйста?! Сильно больно?! — испуганно лепетала я, потирая ладонями ушибленный пах. — Да что ты творишь?! — сильнее взбеленился Юнги. — Ой…что это? Вот черт… Прости! Я забыла… что он… я это машинально… Боооже мой! —я резко убрала руки чувствуя как болящая плоть мужчины начинает твердеть под ними. — Просто ляг уже! — схватив за подмышки, он подтянул меня и вытянул ноги — Спи, извращенка! Послушно расположившись сверху я медленно положила голову на его грудь. — Давай поменяемся? — тихо предложила я. — Что опять не так? — мужчина явно терял терпение. — Земля холодная. Почки застудишь. — А у тебя что, почек нет? — Как нет? А разве можно жить без почек? — я удивлено подняла голову, пытаясь всмотреться в его лицо в этой кромешной темноте — Может человек жить без почек, если регулярно диализ делать . Только чем мои лучше твоих- не понятно— раздраженно бросил он. — Почему лучше? — Да что ты за человек такой? Сто вопросов! Зачем предлагаешь морозить собственные почки? Ещё и предпочитаешь быть раздавленной человеком, который явно весит гораздо больше тебя. — Мне просто тебя жалко… — Жалко? Докатился твою мать…