Ульрика Прекрасная

Когда Ульрика открыла глаза было ещё раннее утро. Её муж Адальштейн уже не спал. Он был сдержан и собран. Казалось, муж с нетерпением ожидал встречи со своими родственниками и народом. - Мы подъезжаем к нашему замку, - сообщил Адальштейн своей жене. Ульрика тронула служанку за плечо, чтобы разбудить её. Девушка тотчас открыла глаза. Она поняла, что их новый дом уже близко, села прямо и поправила платье. Ульрика отодвинула шторку и посмотрела на улицу. Карета ехала через лес, но очень скоро вдалеке показались первые дома. Царевна увидела небольшую деревню. Крестьяне высыпали из своих домов и стояли по обе стороны дороги, встречая своих владык. Ульрика побольше отодвинула шторку, чтобы крестьяне могли увидеть её лицо. - Что ты делаешь? - спросил Адальштейн, поймав жену за руку. - Муж мой, - ответила ему Ульрика, мило улыбнувшись. - Если ты желаешь, чтобы народ в будущем любил тебя и подчинялся безропотно, ты должен доказать своему народу, что тоже любишь его. Пусть они смотрят на своих будущих владык! Вели вознаградить всех, кто пришёл, чтобы встретить нас, ведь они пришли сюда из любви к своим будущим властителям. А любовь должна быть вознаграждена деньгами. Адальштейн удивлённо посмотрел на свою жену. В первый раз он слышал такие речи из уст женщины. Адальштейн был восхищён умом Ульрика и покорён её красотой, поэтому сделал так, как она ему посоветовала. Сын Лейфа Доброго нащупал у себя на боку средних размеров мешочек с деньгами. Он открыл не только шторку, но и окно кареты. Увидев это, крестьяне начали шумно приветствовать своих владык. Они бросали им цветы на пути и громко желали здоровья, благополучия и благословения богов. Адальштейн дал своей жене горсть бронзовых монет, а сам пошире открыл свой мешочек. Вместе они стали кидать деньги из окна кареты в толпу, за что получили ещё больше благословений от благодарных крестьян. Так они проехали три или четыре деревни и везде их встречали и провожали с великими почестями. Ближе к полудню они прибыли в замок, где на его пороге молодых мужа и жену встречали родители Адальштейна, властители деревень и замков. Улыбаясь вышел Адальштейн из кареты. Он открыл дверцу перед своей женой, вывел её за руку и подвёл к своим матери и отцу. - Мать моя! Отец мой! - прлизнёс Адальштейн и почтительно поклонился родителям. - Позвольте вам представить мою жену Ульрику, дочь Кая Бездушного. Родители Адальштейна с уважением посмотрели на девушку, которая стояла перед ними, а царевна почтительно поклонилась им. Отец мужа был полным мужчиной низкого роста с небольшой бородкой. Его глаза были яркого синего цвета и светились необыкновенной добротой, видимо, из-за этого он и получил прозвище Добрый. Мать Адальштейна была высокой женщиной, выше своего мужа и сына. Тонкая и стройная, с длинной русой косой и зелёными, болотными глазами, она производила впечатления какого-то неземного существа. - Ульрика, - сказал Адальштейн, обращаясь к жене и смотря теперь только на неё. - Это - мои почтенные родители: Лейф Добрый и Астрид Длинная Коса. - Рада познакомиться с вами, - ответила Ульрика и поклонилась им. - Большая честь для меня, что ваш сын взял меня замуж. Я постараюсь во всём угождать вам. Теперь вы будете мне вместо матери и отца. - Мы рады видеть тебя женой нашего единственного сына, - ответил Лейф Добрый. - Теперь и он, наконец, нашёл своё счастье. - Проходите, сын мой и дочь моя, - сказала Астрид Длинная Коса. - Столы накрыты. Вино налито в кубки. Мы ждали только вас, дети мои! Адальштейн и Ульрика взялись за руки и последовали за хозяевами замка. Столы, действительно, были накрыты. Ульрика удивилась, как за одну короткую ночь можно было наготовить столько разнообразных блюд. Царевна подумала, что в родном доме её так не встречали, как в этом чужом замке. Лейф Добрый и Астрид Длинная Коса сели во главе стола. Они посадили рядом с собой Адальштейна и Ульрику. Придворные молчали, когда их владыка произносил первый тост. А потом началось веселье. Все ели до отвала и пили столько вина, сколько могли в себя вместить. Придворные музыканты начали играть на лютнях и петь древние песни клана Огня, которых Ульрика никогда раньше не слышала, очень увлекло её их содержание. Все они были о любви, но одна из них особенно тронула Ульрику. В ней пелось о Безумном Леннарта, боге подземного мира, друге орков и Темного Хозяина. Он собрал магию всех четырёх кланов и повелевал всеми стихиями. Сделал это Безумный Леннарт ради брата своего Теодора, которого убил на турнире маг клана Воздуха. Захотел он вернуть брата к жизни и ему это удалось. Но взамен Безумный Леннарт пообещал Тёмному Хозяину, что займёт его место и станет богом подземного мира. После того, как женился он на Ингрид, своей возлюбленной, ушёл великий маг в мир мёртвых и вечно правит теперь подземным царством супружеская пара. Ульрика задумалась над этой песней. Есть ли возможность на самом деле воскресить любимого человека или это всего лишь легенда? Но от этих размышлений её отвлёк муж, который произносил очередной тост. Тут Ульрика и вспомнила о своей служанке. Ей нужно было устроить девушку на новом месте. Но царевна в суматохе совсем забыла спросить её имя. - Как тебя зовут? - обратилась Ульрика к служанке. - Меня зовут просто Дота, госпожа, - скромно ответила девушка. - Я совсем не знала своих родителей. Имя мне дали чужие люди, которые продали меня в рабство к вашему отцу. - Хорошо, Дота, - ответила Ульрика. - Отныне ты больше не рабыня. Ты - моя служанка. Я попрошу мужа устроить тебя в хорошее место. Ульрика улыбнулась девушке, а та с благодарностью склонила перед ней голову. Царевна положила руку на ладонь мужа. Адальштейн обернулся к ней. - Ты чего-то хотела, жена моя? - спросил он. - Да, - ответила Ульрика. - Нам нужно куда-то устроить мою служанку Доту. - Пойдём, жена моя, - сказал Адальштейн со вздохом, поднялся её руку к своим губам и нежно целуя. Он поднялся из-за стола под руку с женой. Ульрика сделала знак своей служанке следовать за ними. Они обошли пьяных гостей и вышли из пиршественного зала к огромной лестнице, которая вела на верхние этажи. На ней была построена красная ковровая дорожка с изображённой на ней огромной головой белого волка. Ульрика и Адальштейн, взявшись за руки, поднялись наверх. Там царевна увидела большой коридор, освещённый чадящими факелами. Адальштейн остановился у первой двери и говорил её. В просторной комнате стояло несколько кроватей. На одной из них сидела молодая женщина, держащая на руках грудного младенца и что-то ему напевающая. - Это - комната для прислуги, - сказал Адальштейн. - Дота, ты можешь остаться здесь. Катарина покажет тебе свободную кровать. Молодая женщина с ребёнком на руках кивнула и Дота несмело вошла в в комнату. Адальштейн притворил за ней дверь. - Теперь мы отправимся в наши покои, моя госпожа, - сказал Адальштейн, вновь беря жену под руку. Они пошли дальше по коридору. И остановились у последней комнаты. Адальштейн открыл дверь и они оказались в просторном помещении с одним огромным окном, через которое можно было увидеть снежные вершины гор. В покоях был уже разожён камин. На кровати лежала белая волчья шкура. Адальштейн прикрыл за собой дверь. Ульрика осмотрелась. Она не знала, чего от неё может потребовать муж, поэтому просто села на кровать, в волнении теребя подол свадебного платья. - Я не стану требовать от тебя исполнения супружеского долга, жена моя, - произнёс Адальштейн. - Зная твоё положение, я не хочу принуждать тебя. Но потом, когда ты родишь этого ребёнка, я потребую от тебя исполнения долга. Ты должна будешь родить мне сына. Моего собственного сына. Ульрика посмотрела на мужа и молча кивнула ему.