Все знают, что Аня Форджер — идеальная лгунья.

Она не пошла домой. В голове билась такая оглушающая паника и пульсировала такая жгучая боль, что Аня просто не вынесла бы сейчас никаких вопросов от родителей. Один проницательный взгляд Лойда или обеспокоенный вздох Йор — и она бы сломалась окончательно, выдав всё. Ноги сами несли её по вечерним улицам Берлинта. Ей нужно было подумать. Выстроить хоть какой-то план. Теперь ей придется подыгрывать Демиану, изображать его информаторшу, но при этом использовать свой дар, чтобы незаметно вытаскивать из его головы настоящие планы Донована и решать, что с ними делать. «Но… неужели папа мне правда многое не говорит? Что Демиан имел в виду?» — эта мысль отравленным шипом засела в сознании. Лойд не знал о её способностях. Если бы он планировал что-то ужасное, что-то, что могло бы оправдать слова Демиана, разве она бы этого не услышала? Разве он смог бы скрыть от телепата свои истинные мотивы? Но с другой стороны… Лойд — Сумрак. Лучший из лучших. Возможно, это касалось каких-то глубоко засекреченных, темных протоколов WISE, о которых он просто не думал в её присутствии? Аня зашла в какой-то пустой, темный переулок и прислонилась спиной к холодной кирпичной стене. Она даже не заметила, как по щекам покатились обжигающие слезы. Ложь. Ложь. ЛОЖЬ. Вся её жизнь пропитана ею насквозь. Как же сильно она устала врать. Она согнулась пополам, обхватив себя руками, словно от физического удара. За один короткий час рухнуло абсолютно всё: её первая настоящая любовь, её безопасный мир, её надежды на нормальное будущее. Всё полетело в ад. «Что же мне теперь делать?..» Снова играть. Снова врать. Недоговаривать. Прятаться за чужими масками. Делать то, что она умела лучше всего. Аня медленно разогнулась. Она вытерла слезы тыльной стороной ладони и уставилась в одну точку перед собой. Взгляд её зеленых глаз, всегда такой живой и эмоциональный, начал стремительно гаснуть. «Для этого же меня и мучали в лаборатории, верно? — пронеслась в голове пугающе холодная мысль. — Чтобы я была инструментом. Идеальной отмычкой для политиков и военных. Что ж… кажется, я просто наконец-то начала исполнять свое прямое предназначение». Чего она хотела сама, Аня больше не понимала. Но что-то теплое и живое внутри неё в этот момент окончательно умерло. Точно так же, как часом ранее оно умерло в кабинете у Демиана. Вскоре они с ним встретились в школе. Не заметить перемен было невозможно. Было почти физически больно видеть, как изменился Демиан. Он закрылся ото всех глухой, непробиваемой стеной. Исчезли его подростковая вспыльчивость и редкие, но искренние усмешки. Теперь он сосредоточился исключительно на учебе и выверенном, сухом общении с определенными учениками — наследниками политиков и бизнесменов. — Что с ним случилось, Форджер? — Юэн поймал её в коридоре после очередного урока, преградив путь. — Это ты во всем виновата, да? — Да, я. И дальше что? — её голос прозвучал настолько равнодушным, что она сама едва его узнала. Аня подняла голову и посмотрела прямо ему в глаза. Врать больше не хотелось. Притворяться, что всё хорошо — тоже. Юэн опешил от её интонации. Он привык к шумной, иногда нелепой, но всегда эмоциональной Ане. Этот холод сбил его с толку, но он быстро взял себя в руки, сжав кулаки. — Ну, если вы опять поругались из-за какой-то ерунды, то скорее миритесь! Посмотри на него, Форджер, он же просто вылитый… — Десмонд? — жестко перебила она. — Каким ему и полагается быть по праву крови, не так ли? Именно в эту секунду, глядя на растерянное лицо Юэна, Аня окончательно поняла: все детские игры давно кончились. Школа, уроки, звонки, оценки — всё это было не более чем картонными декорациями. Какой смысл вообще переживать об Эдеме, когда на неё обрушились настоящие проблемы с фатальными последствиями? Политика, война, тюрьма, угрозы, пытки... Она обманула Демиана. Она растоптала его сердце. И теперь она должна расплатиться за это сполна… либо уничтожить его окончательно, пока он не сделал это первым. — Почему ты так о нем говоришь?.. — Юэн отступил на шаг, выглядя по-настоящему напуганным. — Аня, просто расскажи мне, что между вами случилось. Если это настолько серьезно, мы с Эмилем поможем, мы же… — Юэн, будь добр, лучше не лезь. Здесь уже ничем не поможешь, — Аня обошла его, направляясь в сторону лестницы. Сделав пару шагов, она остановилась и повернула к нему голову, бросив через плечо взгляд. — И да. Единственное, что могу тебе посоветовать, как другу: не пытайся его спасти. Держись от нас обоих как можно дальше.