После всего

Корабль всегда в безопасности на берегу, но он не для этого построен.

Грейс Хопер.

Утренний холодный воздух у ворот Хогвартса не принес ему облегчения. Он шел выпрямившись, так как должно, пока в голове звучал её крик. На губах всё еще чувствовался вкус её слез и где-то внутри залегло чувство отчаяния. Он чувствовал себя выпотрошенным и ему хотелось оказаться в своей спальне, попросить свой любимый чай и продолжить спать, зарывшись в мягкое одеяло. Но тяжесть обязательств давила на него, и ему в очередной раз пришлось ощутить весь вес своей фамилии. Аппарируя и появляясь у ворот своего дома, он встретился с такими же серыми глазами как у себя. Люциус ждал сына, стоя ровно, перед кованными воротами. На нем было шерстяное пальто, черный костюм из плотной ткани с узорами. Волосы аккуратно уложены и та самая незаменимая трость, которую он крепко держал в руках. Подойдя ближе, Драко почему-то обратил внимание на новые морщины у глаз отца. Его что-то очень сильно беспокоило, он передвинул трость завидев сына. Жест был нервный, нетерпеливый. В глазах усталая тревога, казалось, отец не спал эту ночь. - Ты задержался, сын, - пожурил его Люциус, окидывая его оценивающим взглядом с головы до ног. - Судя по твоему лицу и тому как от тебя несёт раздражением, твои дела… идут не очень? … - Ничего не случилось, отец. - Драко ответил резче, чем собирался. Он остановился в паре шагов от отца, но не смотрел на него. На удивление, отец не стал читать ему нотации о том, как важно приходить раньше назначенного времени. Он заметил неподалеку стоящего Аврора. Было крайне унизительно принимать, что отца сопровождают как последнего преступника. - Зачем я должен тебя сопровождать? Это твои дела с Министерством, не мои. Они забыли, что я студент? Всё накладывалось одно на другое. Это выбивало его. Он был на взводе, готовый сорваться на кого угодно, кто окажется под рукой. Люциус, на удивление, не поддавался на провокации сына, он лишь устало вздохнул. Драко видел признаки окклюменции в его глазах, и сам поднял щиты. Дышать стало легче. Отец одобрительно качнул головой. Он смотрел на своего сына с сочувствием, ведь сам толкнул своего ребенка в котёл с тьмой и сейчас получал результат своих деяний. - Это важно, Драко, - тихо и не типично для себя, как то уж слишком мягко сказал Люциус, делая шаг ближе к нему. Он положил руку на плечо сына и Драко вздрогнул от этого отцовского жеста. Ничего хорошего это не предвещало. - Важнее, чем твои личные драмы. Кингсли не вызвал бы нас обоих ради простых формальностей. Поверь, я бы не стал впутывать тебя, если бы речь не шла о чем-то действительно серьезном. Успокойся. - он сжал плечо крепче. - Мы справимся с этим вместе. Драко перевел взгляд на руку отца, а затем посмотрел прямо ему в глаза. Отец выглядел решительным и нисколько не осуждал его за поведение. Ярость тихо оседала, мысли очищались и Драко просто чувствовал себя уставшим. Раннее утро, а он уже ввязался в очередное дерьмо, которое преследует его и не собирается отпускать. Он обречённо кивнул, признавая поражение в этом коротком споре. - Хорошо. Пойдем. Люциус направился в сторону аврора и протянул свою руку. Драко усмехнулся тому как отец это делал. Словно он не бывший Пожиратель Смерти, а король Британии и протягивает руку для того, чтобы ему оказали почтение. Люциус даже своего надзирателя умудрился сделать своим подданым. Сам он просто коснулся локтя мужчины. Пространство вокруг них свернулось и выкинуло их в нужном месте. Стоило Малфоям появиться в Атриуме, как вокруг них образовалась воронка из шепота и взглядов. Люциус шагнул вперед, загораживая собой сына. Драко засмотрелся на его осанку. Позади маячил аврор, живое напоминание всем о статусе отца, но тот словно не замечал ничего вокруг. Он делал вид, что этот страж ничто иное как эскорт для почётного человека. Сам Люциус помнил это место для себя другим. Еще пару лет назад, даже до второго Возрождения Темного Лорда, люди чуть ли не в ноги ему кланялись, ища его снисхождения и одобрения. Ловили каждое его слово, как собаки ловят кости из рук своего хозяина. Сейчас эти же самые люди косо глазели и шептались. Они любопытно смотрели на него, ожидая увидеть падение бывшего Лорда Малфоя. Не позволю, - решительно подумал Люциус, - не дам ни грамма своей слабости. Он гордо вскинул подбородок и решительным шагом ступал по мраморному полу. Он всем своим видом кричал о достоинстве. С ним рядом шел его сын и его переполняла неприкрытая гордость. Драко вырос, он шел с ним так, словно был ему равным. Копируя его походку и величие. Совсем как в детстве, бегая по коридорам, разнося свой радостный смех по Мэнору. Люциус вернет себе всё, что потерял. Величие не пропадает просто так, тот кто однажды поднялся, сможет сделать это снова, а потом еще раз и еще раз. Он будет биться, пока не получит того, что хочет. Но на этот раз не для себя, себе он хотел спокойную жизнь со своей женой, красивой и молодой. Для своего сына, чтобы он больше никогда не чувствовал себя изгоем общества. Что бы его дети, их с Нарциссой внуки, гордо носили фамилию Люциуса. Зайдя в лифт и дождавшись когда решетка захлопнется, он повернулся к сыну. - Ты как, Драко? - негромко спросил он, глядя на отражение профиля сына в медных панелях. Драко молчал, сжимая переносицу, горько сожалея, что с ними, блядь, это происходит. Как глупо отец облажался, втянув их семью в это гадкое положение. Дважды, он сделал это дважды. Однако то, как Люциус сейчас находит в себе силы идти этим чистым путем, не теряя лица, Драко не мог не уважать его за это. Обида на отца отпускала его, медленно, но отпускала. Он расслабил плечи. - Спасибо, отец, - сказал он, встретившись с Люциусом взглядом. Не нужно было пояснять, за что именно. Оба понимали, о чем говорит Малфой-младший. Возможно, стоило пройти через унижения и пытки ничтожества, чтобы наконец-то встать на правильную сторону. Медные решетки лифта раскрылись и они вышли в коридор. Еще из-за угла ощущалась магия, исходившая из его коридора, однозначно стояла заглушка и защита. В самом кабинете пахло табаком и кофе. Кингсли сидел за своим столом, бумаги были разложены по обе стороны от него, а сам он сложил руки домиком у подбородка. В камине горел синеватый огонь. Взгляд оценивал входящих и проницательно вглядывался профессиональным взглядом. Он охранял в прошлом самого Министра, до того как самому занять его место. В его профессионализме сомневаться не стоило. - Лорд Малфой, - Кингсли приветственно кивнул Драко, намеренно игнорируя Люциуса. - Хвалю, вы прибыли быстро. Присаживайтесь, не будем терять время. Люциус хмыкнул, привлекая к себе внимание. Он встал за спиной у сына, который уже успел сесть на предложенное место. Он сам выбирал, что ему делать, именно это он сейчас показывал Министру. “Ради Салазара, серьезно?” - подумал Драко, поражаясь самомнению отца. Он посмотрел на привычную усмешку отца, почти такую же как у него и скривился. Достоинства хватит на три поколения вперед, еще и соседям достанется, - снова оценил он отца. Люциус, нисколько не смутившись, величественно протянул: - Ну что же вы, Министр, - прозвучала фирменная интонация. - Неужели не почтите и меня приветствием? Столько лет знакомы, а вы всё еще пытаетесь делать вид, что я не существую. Кингсли опешил от этого, всего на секунду, но потом губы тронула такая же хитрая тень усмешки. Видимо шляпа, распределяющая на факультет Слизерина, внедряла её на генетическом уровне, - наблюдая за фарсом, размышлял Драко, он уже расслабился и не ожидал никакой агрессии. Министр поднял глаза на старшего Малфоя и покачал головой. - Люциус. Тебя ничто не возьмет. Ни войны, ни падения режимов, ни само время. Здравствуй и тебе, присаживайся, угощу тебя огневиски. Конечно не то, что у тебя в погребах, но до твоих запасов не удалось добраться, а делиться ты не любишь. Так что наслаждайся тем что есть. Они обменялись короткими кивками и Кингсли палочкой призвал графин из шкафа и наполнил бокалы. Они так много знали друг о друге, что продолжать вражду, когда нуждались в обоюдной поддержке, не было смысла. Кингсли снова перевел взгляд на Драко. Тот изображал полное безразличие, глаза были пустыми. Но внутри него закипало раздражение. Подозрения только обострились, наблюдая за этим цирком. - Министр, - начал Драко, после того как отец опустился на кресло рядом. Он говорил холодно, показывая, что он тут по делу и откинулся на спинку кресла. - Мой отец сказал, что дело срочное, хотя, наблюдая за вами, я так и не понял зачем я здесь. По условиям приговора, Люциус оказывает полное содействие следствию. Он это делает. Его обычно сопровождают ваши авроры, и мы выполняем абсолютно всё, что нам было поручено. У Министерства возникли какие-то новые претензии к нашей семье, поэтому вы привлекли меня? Кингсли удивлённо посмотрел на юношу. Он был готов защищать свой дом, прямо сейчас, даже не дожидаясь, пока ему выложат суть. Мальчишка определенно стал еще более властным. Скинул душащую власть клейма на руке с себя и стал даже более агрессивным. - Речь идет о безопасности вашей семьи, Драко, - Кингсли подался вперед, переводя свой тон в серьезный разговор. - У нас есть сведения об активности в восточных регионах. Леса, заброшенные фермы, крепости. Там зафиксирована темная магия. Скажем так, в регионах ближе к Словакии и Словении. Те, кто не был уничтожен, как мы и ожидали - объединяются. Говорят, они называют себя Верными служителями. По нашим данным, в их рядах есть те, кого официально объявили мертвыми. - К чему вы клоните? - Драко прищурился, желая поскорее услышать очевидный пиздец, который несомненно ляжет еще одной цепью на его прекрасную аристократичную шею. Захотелось её потереть, потому что ощущения были слишком ясные. - Это всего лишь слухи, но якобы видели Яксли или даже братьев Лестрейндж. Они могли инсценировать свою гибель, - спокойно произнес Кингсли, словно говорил о срочном документе, который нужно подписать незадумываясь. - Эти Верные захотят реванша. Драко криво ухмыльнулся, хотя внутри всё напряглось. - Верные? Кому? Трупу в канаве? Вы сошли с ума, Кингсли. Лестрейнджи погибли - ваши Авроры сами зафиксировали это, я видел отчёты, - он сжал кулаки. - Неужели вы хотите сказать, что эта такая же липа, как и ваше предвыборное обещание о том, что наступили безопасные времена. - Драко, успокойся, - подал голос Люциус. - Это политика и ты прекрасно знаешь как в неё играют. Ты забыл все уроки? Слова отца не помогли, лишь еще больше раззадорили его внутренний пыл. Не хватало еще ему снова бегать по заданиям, только теперь не в маске и черном плаще, а вероятно, придётся доставать костюм героя. В его гардеробе вообще найдётся что-то подходящее? - Тебе уже известно, смерть - это не всегда конец. Для тех, кто практиковал темную магию… - смотря ему прямо в глаза, ответил Министр. - Однако, сейчас нас беспокоит финансирование. Кто-то снабжает их золотом. Конечно же, следы ведут к последователям, и, следовательно, ведут к вам… - Вы не посмеете… Мои сейфы... - голос Драко стал опасно тихим. Кингсли поднял руку, останавливая его, жест был властным и как бы Драко не хотелось послать этого мужчину к самому дьяволу, ему пришлось подчиниться. - Мы знаем, что ты вступил в права наследства Беллатрисы, - перебил его Кингсли. - Это огромное состояние. И мы наблюдаем как ты его используешь… - Тогда вы должны были видеть и то, куда они уходят! - Драко оперся руками о стол, намереваясь встать. Его глаза горели праведным гневом. - Хоть что-то полезное сделала эта сумасшедшая стерва после смерти! Я трачу его на благотворительность! Разуй глаза своим финансистам! Они идут на восстановление и фонды помощи тем, чьи семьи пострадали от войны. Проверьте счета еще раз, если у вас есть лишнее время! - Мы проверили, - Кингсли не отвел взгляда. Мальчишка откровенно не сдерживался, но ему даже было интересно наблюдать за ним. - Это беспокоит нас больше всего. Твои жесты доброй воли, Драко... Стали заметны. Твой отец помогает следствию, ты отмываешь пожирательское золото на тех, кого они мечтали увидеть вздернутыми задом к верху. - Драко поднял бровь, услышав как откровенно говорит Кингсли. - Представь, насколько им это не нравится. Я говорю о том, что следы недавних диверсий на границе ведут к Мэнору не потому, что вы в деле, а потому, что вас подставляют. Люциус издал сдавленный звук и выругался сквозь зубы. Яксли и Лестрейнджи... если они живы, они не простят Малфоям перехода на светлую сторону. - Вы закончили, Министр? - спросил Драко спустя минуту тишины. Он просто не видел смысл говорить об этом. Что еще обсуждать? Что сбежавшие из страны убийцы, собираются мстить? И к чему приведут обсуждения. Планы туманны. Это вообще может оказаться слухами. Муж Беллы был туп как пень, ему вряд ли хватило бы мозгов создать крестраж. Даже Белла знала о них частично. - Если это всё, мы можем идти? - Люциус, ты свободен, - Кингсли перевел взгляд на старшего Малфоя. - Подпиши бумаги в отделе. Отец медленно поднялся, бросив на сына короткий, ободряющий взгляд. Он всем своим видом показывал ему, что он рядом. Когда дверь за ним закрылась, Кингсли снова обновил заглушку. Драко не шелохнулся, лишь наблюдал как Министр тяжело вздыхает и откидывается на спинку кресла. - Время и правда неспокойно, Драко. Намного более неспокойно, чем мы афишируем в газетах. И в этом хаосе... я хочу предупредить тебя, чтобы Нарцисса была осторожнее. - Не смейте приплетать сюда мою мать! - взревел Драко, резко выпрямляясь в кресле. Он даже слышать не желал об этом. Это всё и так звучало двояко. Что всё это значило, чёрт возьми? Министр угрожает или защищает!? Он не хотел рассматривать Нарциссу ни в одной из этих вариаций. Всё, чего заслужила его мать, это обычной спокойной жизни. Беззаботно пить чай и поливать свои розы, которыми пропах весь их грёбаный дом. - Драко, ты необычайно вспыльчив сегодня. Пойми, они помнят кто их предал. - Кингсли снова поднял ладонь, призывая к спокойствию. Его голос оставался ровным. - Я думал, ты понимаешь, что я тебе не враг. Я просто хочу, чтобы она была в безопасности. Люциус не позволит ей пострадать, но ты знаешь, его срок ареста еще не закончен. Он не может её сопровождать вне дома. - Конечно, - Драко усмехнулся, готовый изливать яд. - Вам же нравится держать его в узде. - Драко, ты знаешь не меньше моего, что твой отец виноват и заслужил большего. Он и так легко отделался, и поверь, сейчас ему лучше и правда находиться в Мэноре. Ваш дом - неприступная крепость, ты знаешь это лучше любого аврора. Ты обновил все защитные чары на поместье? - Да, - коротко бросил Малфой. - Ты должен перепроверить всё. Крайне не хотелось бы, чтобы Нарцисса пострадала. Драко подозрительно прищурился, вглядываясь в лицо Кингсли. Зачем ему так заботиться о безопасности его матери, что он скрывает? - Почему вы так печётесь о ней? - Личная просьба, Драко. Считай это моим уважением. Она отважная женщина, и я не забыл её роль в финале битвы. Драко медленно выдохнул, понимая, что он бы всё равно не дождался правды. - Рад, что вы не завели этот разговор при отце, Министр. Он бы вам этого не простил. - он взял в руки бокал, покручивая и наблюдая как жидкость бьется о края. Зная отца, он бы перевернул тут весь кабинет, если бы у него хоть на мгновение возникла даже одна мысль, из тех что сейчас были у него. - Нарциссой он дорожит сильнее, чем собственной гордостью. Мужчины Малфой жизнь положат за свою женщину. Кингсли чуть заметно улыбнулся, и его тон внезапно смягчился, став почти шутливым. Он внимательно посмотрел на юношу поверх сцепленных пальцев. - Я знаю. Поэтому, говорю именно с тобой. - Кингсли немного помолчал, давая время осознать всё сказанное. Потом снова посмотрел на Драко, уже более спокойно. - А что же ты? Юный лорд уже выбрал ту, за которую готов сложить свою голову? Драко выдержал пузу. Раздумывая, насколько можно быть откровенным. Когда он принял решение, его взгляд стал словно прозрачным, лишенным всяких щитов. Он больше не говорил вызывающе, скорее он собирался заключить сделку. - У меня есть к вам разговор, Министр. Кингсли выглядел довольным. Сделки с Малфоями всегда были интересны. Он откинулся на спинку кресла, заинтересованно прищурившись. - Я слушаю, лорд Малфой. - Какова вероятность того, что Министерство окажет мне... хм… как бы правильно выразиться…скажем так - поддержку. Если я решу расторгнуть брачный контракт с Гринграссами в судебном порядке… - Драко смотрел прямо в глаза. - Если мои личные юристы не справятся, могу ли я рассчитывать на ваше слово? Мой отец и Лорд Гринграсс заключили договор, когда мне было тринадцать. - В чем дело, Драко? - Кингсли удивленно приподнял бровь. - Ты ведь знаешь наши традиции. Брак в твоем кругу это вопрос статуса и стабильности. Лорд Гринграсс все еще влиятельный человек в нужных кругах. У него две прекрасные дочери. Насколько я знаю - это Астория. Она идеально подходит на роль леди Малфой. Что тебе мешает? Тебе не нравится обязательство как таковое? - Я просто не хочу жениться, - Драко вцепился в подлокотники кресла, не замечая насколько сильно их сжимал. - Ты не хочешь жениться вообще? Или... - Кингсли сделал паузу, его взгляд стал необычайно понимающим. - Девушка не та? - Девушка определённо не та, - хрипло, но твердо подтвердил Малфой. Министр смотрел на огонь, барабаня пальцами по столу. - Ты понимаешь, на что идешь? Общество не примет это решение. Будет скандал, который ударит по репутации сильнее, чем ты думаешь. Это вопрос свободы... или вопрос выбора, Драко? - Я бы назвал это вопросом жизни, - отрезал Драко. - И ты понял, что сейчас всё не так спокойно, как кажется? - Кингсли встал и подошел к окну, которое выходило куда-то в темноту. - Кто-то спонсирует этих Верных. Кто-то из вашего круга, Драко. Ты не глупый мальчик. Ты понимаешь, что Малфои всегда будут на виду… Случись что-то и вы будете целью. Такой же важной, как и герои войны. - Кингсли выразительно посмотрел на него исподлобья. - Я готов делать всё возможное, чтобы обеспечить безопасность, - Драко выпрямился, он был предельно серьёзен сейчас. Это сново было его личной вендетой. Он стоял с таким же достоинством, с каким стоял его отец в свои лучшие годы. До того как пережил унижения. - Я уже жертвовал всем, и вы это прекрасно знаете. Я готов пойти на это еще раз. Сколько угодно раз, я буду делать это снова и снова. Моя преданность... имеет четкий адрес, хорошо вам известный, - он задумался, словно вспоминая что-то болезненное. Потом поднял руку и вытащил запонку из манжета. Подтянул рукав и оголил предплечье. - Мне плевать на чьей стороне играть, если это означает, что в итоге я получу то, что хочу. Мне глубоко плевать кем я окажусь в итоге, как видите, Министр, история всегда меняет направление. Кингсли обернулся и его глаза впились в предплечье парня напротив. В его взгляде читалось уважение, смешанное с тревогой. - Она очень дорога мне как друг, Драко. Ты ведь понимаешь, что выбирая эту девушку, ты ставишь её в двойную опасность? С тобой… С тобой она станет мишенью для радикальных чистокровных как осквернительница рода, и мишенью как способ ударить по тебе. Нельзя придумать худшего исхода, менее безопасного положения. Драко тоже стоял, его взгляд был твердым. Решительность кипела в нём огнём, бурлящим и готовым плавить всё на своём пути. - Вы не представляете, насколько она дорога мне. Вы правы. Но ошибаетесь в одном, она в любом случае будет в опасности. Но с другой стороны... возможно, именно со мной она окажется в безопасности. Потому что никто в этом мире не знает её врагов лучше, чем мы. Никто не пойдет ради неё на то, на что готов пойти я. Кингсли подошел к нему и, помедлив секунду, уверенно протянул руку. - Хорошо. Я поговорю с главой юридического Департамента, если понадобится. Если Гринграсс начнет давить, найдем рычаги воздействия. Но, Драко, за такой выбор всегда приходится платить кровью или золотом. - Я уже заплатил авансом, Министр. И готов заплатить больше. - Драко крепко пожал его руку. Попрощавшись он вышел из кабинета и отправился на поиски отца. Увидев сына, Люциус не задал ни одного вопроса, зная, что даже у стен есть уши. Они поговорят позже, дома. Однако, Драко знал, он точно отпустит деталь разговора где упоминалась Нарцисса. Их семье сейчас достаточно одного ревнивого Малфоя, двоих этой стране вытерпеть было бы невыносимо. *** Ночной воздух ударил в лицо, сразу же как они вышли за дверь паба. Гермиона вздохнула и наконец-то расслабила плечи. Она почувствовала облегчение и её тело слегка стало ватным. Но, несмотря на облегчение физическое, внутри всё еще кипел коктейль из гордости и ревности. Среди этих чувств, так же было ощущение торжества. Слова, брошенные Астории и тот ледяной огонь в таких родных и холодных глазах, до сих пор ощущались на кончике языка. Она ни сколько не жалела о сказанном, как бы это двояко не звучало. Она ведь даже не обманула, вечер действительно будет хорошим. Искренним. Он будет искренним - напомнила она себе. В конечном итоге, чтобы Астория не планировала на вечер, какие бы планы не вынашивала - у неё не будет этого. Пусть она имеет с Малфоем любого вида отношения, Гермиону это не удивило бы, это приносило ей боль, глухую и раздражающую, но она точно знала, что Драко всё еще принадлежит ей. Она видела это в нем. Видела, даже за стенами его окклюменции. В каждом его взгляде, в каждом движении, в каждом звуке, что он произносил. Мысли метались и приносили разные ощущения, она тонула в этом ворохе, но самая главная грела её. Не давала опустить руки и шанса отступить от своего решения. Она могла предположить, что, возможно, она поступает неправильно, но знала точно, что не пожалеет об этом. Так будет правильно, - мысленно поддержала она саму себя. Чарли шел рядом, не торопясь и не задавая вопросов. Он мягко придерживал её за талию, но делал это настолько ненавязчиво, что она даже не замечала его присутствия в своём мирке. Его нахождение рядом было надежным, поддерживающем, что, вместо привычного стыда за такое поведение, она не испытывала ничего, кроме воодушевления. Ей давно надо было осадить эту выскочку с её сладким ядом, даже Пэнси в свои худшие годы не бесила её так сильно. Гермиона не любила людей, что стелили гладко, но гадко. Ей привычней было принимать прямую агрессию, чем улыбку, за которой скрывалась ненависть. - Ты как? - негромко спросил Чарли, когда они свернули на одну из освещенных магловских улиц. - Выглядела так, будто собиралась вцепиться ей в волосы. Теперь я понимаю, почему дракон позволил тебе собой управлять. Это было впечатляюще, Гермиона. Она негромко рассмеялась и почувствовала себя живой. Закатив глаза, она слабо улыбнулась, поправляя свой белый шарф. - Некоторые люди действуют мне на нервы больше, чем положено. Как твои дела, Чарли? Ты так мало написал в последнем письме. - Это было отстойный месяц, сейчас самая горячая пора, - Чарли усмехнулся и поиграл бровями, его лицо казалось еще более мужественным. - У некоторых драконов начался брачный период. Мороз Карпат делает их пламя сильнее, старые драконы стали опаснее, а молодые слишком активно отбивают свою территорию и претендуют на пары. Гермиона слушала завороженно, ей и правда было интересно. Послушать истории про драконов, которые больше походили на рассказы и фэнтази, или то, как проводят Рождество в други странах. - Конечно, приятно вернуться домой. Это рождество мы решили провести всей семьей. Ну после последних событий, не хотелось бы оставлять маму одну. - Гермиона взяла его руку и крепко сжала. Она понимала, что он имеет ввиду, утрата Фреда сильно повлияла на всех Уизли. - Но знаешь, Рождество в горах Карпат - это нечто особенное. Суть не только в том, чтобы украсить дома и любоваться огнями. Там кипит жизнь. Я много раз отмечал там и это было здорово! - Чарли улыбался. Открыто и по доброму. - Расскажи мне, это правда так интересно! Я читала в книгах, ну еще когда была маленькой, до Хогвартса. Про разные традиции народов, но хотелось бы узнать от тебя. - Обычно, к вечеру вся деревня собирается у огромного костра, мы жарим мясо на вертелах, пьем местную настойку и поем старинные песни, те, что были еще до прихода туда христиан. Многие надевают тулупы из овчины или любой другой шкуры, кто-то даже маски. А еще у них есть традиционные рубахи, они расшиты древними силами, что даруют мощь и плодородие. Драконы любят кружить вокруг в небе, их привлекает свет от костров и запах. В первый раз мне показалось это таким диким, но в тоже время это волшебно и красиво…Совсем не похоже на праздничный Лондон. Гермиона слушала его, глядя на то, как снежинки тают на его рыжих волосах. Он был живым и настоящим, она не находила других прилагательных, чтобы более правильно его описать. В нём действительно кипел этот огонь жизни, словно он одолжил его у одного из своих любимцев. Пока он рассказывал, она представляла себе эту картину, и как будто огонь от вымышленного костра касался подола ее длинного платья. Она хотела вернуть себе свой огонь в груди, хотела тоже стать такой же живой. - Это правда звучит захватывающе, Чарли. Знаешь, Виктор Крам тоже рассказывал мне про традиции своей страны. Но у них, вместо костра, зажигают огромное полено и оно тлеет всю ночь. - Гермиона притихла, Чарли заметил перемену в ней и стал более пристально вглядываться в её лицо. - Чарли... - тихо произнесла она, после паузы, - На самом деле, я хотела поговорить. Боюсь, у меня не получится отметить это рождество в этом году с вами. Чарли замедлил шаг. Он не остановился окончательно, но Гермиона почувствовала, как изменился ритм его шагов, а дыхание стало нервным. На его лице мелькнуло понимание, будто он давно ожидал этого. - Вот как, - он кивнул, глядя перед собой. - Что-то случилось? - Просто… Мне кажется, мне нужно разобраться кое в чём. Чарли наконец обернулся к ней и совершенно грустно посмотрел на неё. Он не злился и от этого стало еще более неуютно. Возможно, ей сейчас даже не помешало бы, чтобы он на неё накричал. Так ощущения вины было бы куда меньше. Но конечно, Гермиона знала, он этого не сделает. Поэтому, ей придётся нести ответственность самой. Ох, очень хотелось бы переложить её на кого-то другого, - подумала она. - Хоть раз. - Знаешь что? - просто сказал Чарли, будто ничего не случилось. - Давай сначала поужинаем. Мы ведь собирались, попробовать тот ресторан, где подают томлённую говядину в вине? Не будем портить вечер разговорами на ходу. Внутри ресторана пахло хвоей, которую декораторы расставили по столам, и играл тихий джаз. Они общались удивительно легко. Чарли рассказал ей несколько историй о Хагриде, который иногда слал ему письма с вопросами про Норберта, которого они переправили с Чарли на первом курсе. Гермиона делилась успехами в учёбе и говорила, что в этом году ей всё даётся куда сложнее. Она рассказала, что познакомилась с Тедди и Чарли держал её за руку, делясь теплом и поддерживая. Весь вечер Гермиона ловила себя на мысли о том, что Чарли заслуживает самого лучшего, он правда был хорошим человеком. И хотя ей так и не удалось распробовать мясо на вкус, потому что от переживаний оно казалось ей безвкусным, она поверила ему, когда он нахваливал насколько правильно оно приготовлено. Они покинули ресторан только к одиннадцати ночи. Лондон обычно не спал в это время, но, вероятно, из-за праздников город был тише обычного. Люди старались проводить это время с семьями, готовясь к завтрашнему сочельнику и рождественскому утру. Они решили прогуляться до точки аппарации и сейчас неспеша шли вдоль Темзы. Собравшись и приняв решение, что больше тянуть нельзя, Гермиона остановилась и посмотрела на темную гладь реки. - Чарли, я правда пыталась, - она повернулась к нему и произнесла эти слова сжавшись всем телом и дрожа. Холод не ощущался. - Я так не хочу тебя обманывать. Это просто выедает меня изнутри. Словно я даю тебе обещание раз за разом и не выполняю ни одно из них. Я чувствую себя ужасно виноватой, я не могу исполнить ни одно из них, не так как ты хотел бы. Не так как ты заслуживаешь. Чарли тяжело вздохнул и подошел ближе, вставая рядом. Он не попытался её обнять, не попытался перечить. Просто был рядом. Стоял спокойно, словно готов принимать любой удар на себя. Она отвернулась, стыдливо пряча глаза. - Гермиона, посмотри на меня. - она смахнула рукой появившиеся слезы и обернулась. - Ты не давала мне никаких обещаний, - мягко сказал он, смахивая уже сам слезинку с её щеки. - Мы оба знали, на что шли. Я видел, в каком состоянии ты была после войны, - он снова тяжело вздохнул, - Мне хотелось стать для тебя тем, рядом с кем ты сможешь быть собой. Если это помогло тебе продержаться эти месяцы, то знаешь, я лично не жалею ни об одной секунде. - Но ты заслуживаешь большего! Большой и взаимной любви, Чарли! Настоящих чувств, а не таких... сломанных и непонятных. Чарли тихо рассмеялся, качая головой. - В первую очередь, мы семья, я помню тебя еще малышкой. Я знаю, чего ты боишься, но обещаю тебе - ни это, ни нашу дружбу ничего не изменит. Что бы ты ни решила, это никуда не денется Гермиона. - Чарли невесело усмехнулся, поправляя волосы. - Я же не слепой. Вижу как ты на него смотришь. Правда это не сравнится с тем, как он смотрит на меня, - он негромко рассмеялся, вспоминая потемневший взгляд Малфоя. - Клянусь, он был готов убить меня прямо там. Совершенно отчаянный парень. Нужно отдать ему должное, бросать мне вызов, учитывая разницу в возрасте и опыте... это либо полное безумие, либо что-то гораздо более серьезное. Гермиона невольно прыснула, вытирая слезы. - Да... он такой. Невыносимый человек. Абсолютно не умеющий контролировать собственнические порывы и держать себя в руках. - Как оказалось, Гермиона, тебе всё же не нужен покой, - тепло сказал Чарли и обнял её за плечи. - Ты хочешь огня, и тебе не нужно этого бояться или стесняться. И Гермиона не могла этого отрицать. Рядом с Драко она и правда горела. Его поцелуи были обжигающими. В его руках и только с ним рядом, она чувствовала как за спиной раскрываются крылья. Только он мог доводить её до этого состояния, что она пылала как феникс в огне и возрождалась заново. - Я так боюсь ошибиться, Чарли. Мы пережили столько ужасного... Что если это просто... психологическая ловушка? - Гермиона задумалась, - Какая-то болезненная привязанность? Вдруг мы готовы быть вместе, чтобы просто вопреки. - А что, если нет? - парировал он, после того как дал себе минуту подумать над её вопросами. - Ты не можешь знать наверняка, пока не сделаешь этого. Ты не должна себя винить. Ты прошла через ад, Гермиона. Если ты считаешь, что именно рядом с ним ты чувствуешь живой, значит так тому и быть. Пусть сейчас это будет твоим правильным путём. Не оглядывайся на меня, Рона, на маму, на то, что заставляет тебе быть правильной. Слушай свое сердце, оно утебя честное, чтобы долго врать. Гермиона уткнулась лбом в его плечо, чувствуя, как огромный камень, что давил на душу всё это время, упал и теперь лежал между ними. Стало спокойно, вина не ушла, но она перестала так пульсировать. - Спасибо тебе, - прошептала она. - Ты самый лучший мужчина, которого я знаю. - Расскажешь об этом Малфою, - подмигнул ей Чарли, отстраняясь. - Ну всё, нам пора домой. Тебе нужно высыпаться, Гермиона. Он проводил её до дома. Чарли поцеловал её в макушку и исчез в вихре, словно его тут и не было. Гермиона осталась стоять одна под светом фонаря. Уют и тепло, что всегда сопровождали её рядом с Чарли исчезли вместе с ним. Но на этом месте распускались совершенно иные чувства. Было так странно. Казалось, она совершенно невесома. Зайдя в дом, Гермиона сразу прошла на кухню. В доме была тишина, только слышно как где-то вдали возится старый домовик. Он стал намного терпимее к ней, но всё еще не воспринимал её как хозяйку. Впрочем, она ей и не была. Мысли о том, что все эльфы должны быть свободными, давно покинула её. Было совершенно не до этого в последние два года, но она всё еще хотела нормального к ним отношения. Она самостоятельно налила себе чай, тепло кружки согревало продрогшие ладони. Гарри дома не было и она надеялась, что он вернется позже. Ей хотелось поделиться с ним своим решением, но она так же ощущала желание провести этот час в одиночестве. Она села у окна и задумалась, глядя на заснеженную улицу. О том как сложилась её жизнь, о том куда привёл её выбор. Жалела ли она хоть о чём-либо? Вероятно нет, единственное, о чем она сожалела, что долгие месяцы была одинока, что так долго не позволяла себе раскрыть свои чувства. Так долго и мучительно несла это в одиночку, мучая тем самым не только себя. Огни в соседних домах медленно гасли один за другим. Ей совершенно не хотелось, чтобы завтрашний день наступал, сочельник, некогда её любимый день в году, стал её личным кошмаром. Он напоминал ей обо всем том, что хотелось забыть. Она грустно улыбнулась, вспоминая как она проводила этот день, когда её родители еще были рядом. Это всегда было тепло и по-семейному. Её родители были заботливы, они любили её и делали всё, чтобы она была счастлива. Когда ей пришло письмо из Хогвартса, со временем они чуть отдалились. Её жизнь не всегда была им понятна, но они правда старались вникать, чтобы пропасть, что зияла теперь между ними, была меньше. Чай совершенно не согревал, поэтому она переместилась на диван в гостиной. Укрывшись мягким клетчатым пледом, она взяла книжку. Строчки расплывались перед глазами, но Гермиона не прерывала чтение. Это всегда её успокаивало и уносило тяжёлые мысли куда-то далеко. В какой-то момент тяжесть дня взяла свое, и она уснула прямо с открытой книгой в руках. Она проснулась от того, что шея затекла. На часах в гостиной было около трех часов ночи. В комнате было темно, камин погас и теперь свет был только от уличного фонаря, что пробивался сквозь шторы. Гермиона встала, её голова немного закружилась от резкой смены положения. Тело было деревянным от долгого нахождения в неудобном положении. Но в эту секунду, к ней вдруг пришла решимость такой силы, что она больше не желала медлить ни секунды. Если не сейчас, то когда? Едва не запутавшись в пледе, который все еще болтался где-то в ногах, она поспешила в спальню. Рывком проскочив пролет, она влетела в свою комнату. Руки дрожали, пока она копалась в ящиках в поиске пергамента и пера. Ей казалось это идеальным временем. Сочельник. Завтра будет Сочельник. Она не могла позволить себе прожить еще один день, неся это в одиночку. Придвинув стул, она плюхнулась на него и стала быстро писать. Всего пару слов, самых важных слов, как ей казалось. Несмотря на спешку, её буквы все равно сохраняли привычную аккуратность: “Нам нужно поговорить. Завтра. Г. Г.” Спешно сворачивая письмо, Гермиона снова взлетела по лестницам на чердак. Там, в специальном уголке, все было обустроено для новой совы Гарри. Светло-серая сипуха спала. Когда Гермиона её разбудила она недовольно ухнула и взъерошила пёрышки. Но почуяв, что это Гермиона, успокоилась и подняла лапку. - Пожалуйста, доставь это Драко Малфою, - прошептала она, привязывая пергамент. - Это очень важно. Она распахнула окно, впуская ночной холод. Сова ухнула и довольная вылетела в ночь, сделав прощальный круг, скрылась в темноте. Гермиона обхватила себя руками и еще немного постояла у окна, глубоко вдыхая морозный воздух. Несомненно, утром она будет жалеть об этом порыве. - Я сошла с ума, - воскликнула она, хлопая себя по лбу. Она сошла с ума. Точно сошла. Отправлять письмо в три часа ночи, просить о разговоре в самый разгар праздников... Это было так на неё не похоже. Возможно, у него уже давно планы. Конечно, он наверное собирался провести день с семьёй, с друзьями, с Асторией? Последняя мысль кольнула ее в бешено колотящее сердце. Она откинула все эти мысли, в конце-концов это было важнее, чем вся его распланированная жизнь. Этот внутренний довод успокоил её внутренний шторм. Она вернулась в спальню и легла в кровать. Сон накрыл её мгновенно. Этой ночью ей ничего не снилось, в голове была лишь тишина. Драко проснулся от настойчивого стука. Кто-то нагло пытался ворваться в его спальню, бесцеремонно нарушая его сон. Это жутко раздражало. Он накрыл голову подушкой, не желая слышать этот шум, его словно били молотком по голове. Он лежал с закрытыми глазами, в надежде, что тот, кто за дверью, нахрен свалит. “Убью эту гребаную суку, если она снова решила поиграть на моих нервах”, - пронеслось в голове. Образ Астории с её наглым личиком промелькнул в голове, выводя его из себя еще сильнее. Наконец стук прекратился. Драко с облегчением перекатился на живот, обнимая рукой подушку и готовясь вновь провалиться в отрезвляющий сон. Однако, стоило ему только коснуться края сладкой бездны в раю Морфея, как глухие удары повторились. - Да блять! - взревел он, рывком вскакивая с кровати. Ничего не соображая спросонья, он бросился к двери, готовый уничтожить безумца, который рискнул его потревожить. Он распахнул дверь с такой силой, что та ударилась о стену. Но перед ним никого не оказалось, он моргнул. Драко высунул голову, проверил коридор. Всё такая же тишина и пустота. Только его тяжелое дыхание и стук сердца. Вновь донесся звук, но на этот раз Малфой осознал, он шел с противоположной стороны. Он резко обернулся, осматривая комнату и подлетел к тумбочке, хватаясь за палочку. Кинув взгляд на часы, время близилось к пяти утра. Какого черта?! - Люмос максима! - прорычал он. Комната озарилась ярким беловатым светом. Он огляделся, в самой комнате никого не было, но за окном расправляла крылья и долбила клювом окно - сова. Паника и тревога сразу же вытеснили остатки сна. Его внутренности сразу же в своих тисках сковал страх. Сова была незнакома ему. Что-то случилось в Мэноре? С матерью? С отцом? Драко подлетел к окну, пытаясь его открыть, но оно не поддавалось. Чертов Забини зачаровал окна от сквозняков. Глухо рыкнув, он применил заклинание и окно распахнулось, впуская в комнату ледяной холод. Продрогшая птица влетела и недовольно нахохлилась. Не обращая внимание на её недовольство, Драко лихорадочно сорвал пергамент с её лапки и развернул его. Гермиона? Он стоял посреди комнаты в одних боксерах, не чувствуя холода и не понимал, что ему делать. Он раз десять прочитал одну и туже строчку. Почему она написала? Что-то случилось? Ему стоит найти её? Переместиться прямо сейчас? Где, блять, она находится?! Драко захлопнул окно и натянул первый попавшийся свитер прямо на голый торс, совершенно забывая про штаны. Он выскочил в коридор, не заботясь о том как выглядит, ему нужно было срочно найти Поттера. Как он вообще мог думать, что это была Астория. Он прекрасно знал, что даже Дафну очень редко отпускали оставаться у друзей, что уж говорить о младшей сестре. Конечно они давно были дома. Проверив все гостевые спальни, он нигде не нашел Гарри. Ни намека на Избранного мальчика. Оставались только личные покои хозяев, да спальни Тео и Пэнси. “Блять. Совершенно неловко”, - пронеслось в голове, когда он остановился перед дверью Паркинсон. То, что Поттер не у Теодора он понял сразу. После этого к нему и пришло понимание где мог быть герой-любовничек. Внутренний голос выл от негодования. - “Неужели этот козлина действительно с Пэнси?” Не раздумывая больше ни секунды, Драко забарабанил в дверь. - Поттер! Выходи, мать твою, я знаю, что ты там! За дверью послышалась возня и приглушенное ругательство. Наверное, он звучал как ревнивец, но ему было так плевать. Спустя минуту дверь приоткрылась. На пороге появился Гарри. Волосы были всклокоченные, хуже обычного. Он был сонный, в расстегнутой рубашке, которая была накинута явно в спешке, потому что сейчас болталась на нем совершенно не аккуратно. - Малфой, ты совсем сдурел?! - прошипел Гарри, пытаясь закрыть собой обзор. Драко закатил глаза на такую реакцию. Что он там не видел, Салазар! - Какого хрена ты приперся сюда среди ночи... в трусах?! - Поттер, уймись, - из глубины комнаты раздался сонный, но властный голос Пэнси. Она приподнялась на локтях, кутаясь в простыню, и вскинула брови при виде друга. - Драко, что случилось? Выглядишь… хм… безумным. - заключила она. Драко, игнорируя неловкость, протиснулся внутрь спальни, отпихивая Гарри плечом. Он сейчас и правда был безумен. - Ваша подруга сошла с ума, вот что случилось! Какая-то сова чуть не выбила мне стекло! - Он сунул Гарри измятый пергамент. - Что делать? С ней что-то случилось? Где она? Гарри пробежал глазами по строчке и тяжело вздохнул, потирая переносицу. - Если сова светлая и серая, то это моя. Я купил новую на прошлой неделе. Покорми её и ложись спать, Малфой. Она на Гриммо. - Я тебе не совиная наседка, придурок! - взорвался Драко. - Тебя не смущает, что твоя подруга пишет мне такие вещи среди ночи? Может, ей угрожает опасность? Может, Уизли… - что, что он собирался сказать. Он сам боялся думать о любом исходе, что мог сделать этот долбанный Уизли… Он не был похож на того кто смог бы её обидеть, тогда что? Он её слишком сильно обрадовал? Как и чем? Что она захотела обсудить с ним это. Блять. Нет. Нет. Он не мог представить и не желал этого. - Не истери, Малфой, твой мозг сейчас сломается. - отрезал Поттер, он был предельно спокоен и уверен в своей правоте. - Если бы было что-то серьёзное, она бы прислала Патронус. Но видя, как Малфой начал нервно мерить комнату шагами и тяжело дышать, Гарри сам тяжело вздохнул и призвал домового эльфа. - Кикимер! В центре комнаты появился домовик. Он выглядел сонным, но как только большие круглые глаза просканировали комнату и увидели Драко, глаза его расширились словно перед ним стоял сам Мерлин. Он бросился к ногам Малфоя. - О, мой благородный хозяин! Последний из древнего и благородного дома Блэков почтил меня своим вниманием... Кровь моей благороднейшей госпожи... - запричитал эльф, хватаясь за ноги Драко. Драко брезгливо посмотрел на него, помня о нём не самые лучшие вещи из прошлого. Однако ему было жаль этого выжившего из ума, по всей видимости, эльфа. Даже его собственные эльфы, не причитали так в его присутствии. - Кикимер, где Гермиона? - строго спросил Гарри. Домовик неохотно оторвался от Драко и, к огромному удивлению, вежливо поклонился Поттеру. Драко на мгновение потерял дар речи, когда тот заговорил. Эльф был необычайно аккуратен в словах, никаких грязнокровок или проклятий, никаких выпадов об осквернении рода или крови. Его словно подменили. - Мисс пришла домой поздно, хозяин Гарри, - монотонно доложил эльф. Он говорил скучающе, детально описывал всё, что происходило. - Она была одна. Долго пила чай на кухне и смотрела в окно. Потом мисс читала книгу, мисс всегда так делает, когда ей грустно. Потом она уснула на диване, Кикимер не стал её будить, мисс выглядела очень уставшей. - Она плакала? - Драко подался вперед, впиваясь взглядом в домовика. Пэнси удивленно посмотрела на друга, потом на Гарри, тот незаметно ей кивнул и пожал плечами, понимая её мысли. В вопросе и поведении Малфоя было слишком много заботы и переживаний, кажется они никогда не видели его таким. Какие грани хранил этот человек в себе, было совершенно не ясно. - Нет, юный хозяин Драко, - покачал головой Кикимер. - Когда мисс проснулась, она была... оживленной. - Оживлённой? Что это значит? Говори пожалуйста яснее. - процедил Малфой, заметно нервничая, потому что пока он ничего не понимал. - Кикимер помнит маленького хозяина Драко, еще совсем ребенком… - пустился эльф в воспоминания, а Драко передернуло от этого упоминания, он явно был тем еще придурком в детстве. Эльф продолжал углубляться в воспоминания, и только после нетерпеливого кашля Драко, и повторения им вопроса, продолжил. - Мисс побежала в свою спальню и начала писать письмо. Потом побежала отправлять его. А потом… - он боязливо посмотрел на Поттера, и тихо почти шепотом сказал: - Она сказала, что она сошла с ума и ушла спать. - Драко и Гарри переглянулись. - Сейчас мисс крепко спит. - Спасибо, Кикимер. Отправляйся отдыхать, - велел Гарри. - Молодой хозяин Драко... - домовик замялся, глядя на Малфоя с надеждой. - Можно мне иногда видеть вас? - он боязливо посмотрел на Поттера, тот закатил глаза, давясь смехом. - Вы придете снова в дом ваших великих предков? Последний благородный юноша из рода Блэк должен посетить свой дом. Пэнси громко хмыкнула и вскинула брови, глядя на Драко: - Ого, Драко. Так ты уже был на площади Гриммо? Какая прелесть, как много нового я сегодня узнала о тебе. Драко почувствовал, как щеки обдает жаром от этого разоблачения и от первого и последнего воспоминания об этом доме. - Эм... я не знаю, - растерялся он. - Кикимер, вообще-то это мой дом, - напомнил Гарри с легким раздражением. - Конечно, конечно, хозяин Гарри, - Кикимер демонстративно поклонился Поттеру, затем отвесил еще более низкий поклон Драко, потом повернулся к Паркинсон и нисколько не смущаясь её положения и того, что она полуголая в спальне с двумя мужчинами, залепетал. - Молодая госпожа Паркинсон всегда была достойной компанией для хозяина Драко, - отвесив ей поклон, он испарился, оставив за собой лишь эхо хлопка. В комнате повисла тишина. Троица молча смотрела друг на друга. А потом Пэнси не выдержала первой и засмеялась. Драко чувствовал себя полнейшим кретином. Он полуголый, взвинченный до одури, ворвался в спальню, где его заклятый враг в прошлом делил постель с его лучшей подругой. Обалдеть просто. И это всё было из-за одной самой обычной строчки на пергаменте. - Эм... наверное, я пойду, - пробормотал Драко, скривившись так, словно съел протухший сыр. - Не горю желанием лицезреть эту картину дальше. Он развернулся, чтобы уйти к себе. Услышав громкий хмык Гарри. Но потом его окликнула Пэнси, которая уже успокоилась и перестала глупо хихикать. - Драко, - её голос хоть и был мягок, говорила она серьёзно. - Все будет хорошо. Слышишь? Ложись спать. Малфой лишь коротко кивнул и быстро зашагал в свою комнату. Гарри проводил его взглядом, а затем, сев на кровать, мягко притянул Пэнси к себе, утыкаясь носом в её шею. Пэнси стянула с него рубашку и утянула с собой в кровать. Пока он шел по коридору, он думал, что хорошо он не встретил Блейза или Тео, те насмехались бы над ним за это безумие до конца его дней. Войдя в спальню, Драко увидел, что сова расположилась на кресле, как на жердочке. Он не стал её прогонять и не стал будить домовиков, чтобы те отнесли её в совятню. Он снова прочитал письмо, проводя пальцем по буквам. Г. Г. Кикимер сказал, она выглядела уставшей и не плакала. Значит, можно подождать до утра и потом написать ответ. Он сжал пергамент в руке и лег в постель, глядя в потолок. Сон не шел долго, но постепенно адреналин отступал. Он так и уснул, не выпуская клочок из руки. Утро Сочельника в поместье Забини началось непривычно рано для тех, кто вчера весь вечер пил и развлекался. Драко проснулся через пару часов, и едва открыл глаза, как тут же схватил записку, что лежала у его руки. Он встал и прошёл к столу, выдвинув ящик и взяв из аккуратной стопки пергамент, потянулся к перу с чернильницей на столе. “Я зайду за тобой в пять вечера. Д.Л.М” Он отправил сову Поттера назад, проследив взглядом за её полетом. После этого Драко прошёл в ванную, приняв наскоро душ и, проделав привычные утренние процедуры перед зеркалом, он оделся и спустился в столовую. Его движения были резкими, он явно спешил. Поттера нигде не было видно, и он не знал, знали ли друзья о том, что он вообще тут ночевал. Поэтому он не задавал вопросов, не желая ставить Пэнси в неловкое положение. За длинным столом неспешно завтракали Блейз, Тео и Пэнси. Атмосфера была праздничной, и повсюду весела наколдованная омела. Это было явно дело рук самого Блейза, только он один любил всю эту праздничную суету с поцелуями на виду у всех. Драко на ходу схватил чашку черного кофе, обжигая язык, и тут же достал сигарету. - Драко, ты чего такой дерганый? - Теодор мечтательно намазывал джем на тост. - Дела, - коротко отмахнулся Драко, делая глубокую затяжку и ища глазами пепельницу. Пэнси наблюдала за ним поверх своей чашки, но помалкивала. Кажется им обоим было что скрывать. Блейз и Тео переглянулись у него за спиной, их лица выражали скептицизм. - Придурки, - бросил Драко через плечо, даже не оборачиваясь. - Мне не нужно на вас смотреть, чтобы понимать, что вы там корчите рожи. - О, наш ледяной принц снова читает наши мысли, - хмыкнул Блейз. - Раз ты такой занятой, может скажешь, когда мы увидимся? Мы вообще-то хотели, поздравить Нарциссу и Люциуса. - Мне нужно идти домой прямо сейчас, - Драко поставил пустую чашку на стол. - Нужно уладить кое-какие вопросы. - Тогда ужин? - предложил Тео. - Сегодня сочельник и Миссис Малфой всегда рада компании. - Меня не будет вечером, - отрезал Драко. Наступила тишина. Теодор отложил нож и внимательно, даже с неким испугом или беспокойством, посмотрел на друга. - Драко, всё нормально? Что случилось? - Да-да, всё хорошо. Просто есть дела, которые я не могу отложить. Он развернулся, ища глазами своё пальто, которое оставил вчера у бара. Ему поскорее хотелось уйти. - Значит, семья от нас отказывается? - Теодор картинно вздохнул, кивая в сторону Драко. - Представляешь Пэнси, нам отказано в самом лучшем глинтвейне в Англии. Все знают, что у Малфоев лучшее вино из Бордо. - Между прочим в такой важный день, меня лишают отца! - вставил Забини, подмигивая. - Люциус мой единственный пример для подражания. Я мечтаю, что когда-нибудь, во мне проснётся его ген роскошных волос. Но увы, пока всё досталось этому Мистер-Высокомерие. - он кивнул на Малфоя. - Уймись, придурок, у тебя хотя бы есть мать, - отозвался Тео. - Из-за Драко я сегодня останусь без тепла Нарциссы. - Он просто боится, Тео, что она любит тебя больше, милашка ты наш, - кивнул ему Блейз. Драко не выдержал и коротко рассмеялся. Напряжение, которое его не остпускало все эти дни, и которое еще крепче схватило его ночью, спало от шуток его друзей. Это было так по-семейному, они резвились словно не было ничего сложного в их прошлом и настоящем. - Расслабьтесь, - Блейз лениво потянулся, рубашка задралась, но ему наоборот это нравилось. Он прошелся рукой по своему прессу. - Моя мать должна сегодня перенестись из Италии. Пэнси, позови Миссис Паркинсон. Отметим впятером, если наш ледяной принц жлобит нам своих родителей. - Заткнись, Забини, - улыбнулся Драко. - Приходите завтра утром. Мы будем вас ждать. - О! - Теодор хитро прищурился. - У тебя свидание, малыш Драко? - Малыш у тебя в штанах, Теодор, - парировал Малфой. - Как грубо! Твой большой член не дает тебе права оскорблять меня, - Тео со смехом кинул в него салфеткой. - Сколько вас знаю, ни грамма не изменились, - Пэнси закатила глаза, она старалась оставаться серьёзной, но смех так и рвался наружу. В её глазах была теплота. Она так скучала по ним, таким весёлым и беззаботным. - Вас двоих, - она перевела длинным ногтём с Тео на Драко и обратно, - даже Метка на лбу бы не исправила. Словно дети малые. Парни тут же вскочили, направляясь к ней, чтобы обнять и защекотать. - Отвалите, придурки! - визжала Пэнси, пытаясь отбиться и стягивая со стола скатерть. Все четверо смеялись. Внезапно Блейз, запыхавшись, остановился и серьезно посмотрел на Драко. - Малфой, а это правда, что Астория вчера была у тебя в спальне? - Блейз, твои эльфы слишком болтливы. - Драко мгновенно посерьезнел. Его взгляд стал холодным. Но эту машину уже было не остановить. - Нет, Драко, мы все видели её в слезах, когда она выбегала из твоих покоев, - вставила Пэнси, её глаза блестели в предвкушении сплетен. - Она пыталась тебя соблазнить? - Ей почти удалось... - Драко криво ухмыльнулся, снова доставая следующую сигарету. - Почти? - Блейз заржал на всю столовую. - Так что, твой прекрасный член не работает, Малфой? - Заткнись, Забини, однажды твой язык доиграется, - Драко выпустил облако дыма. - Просто... это было не то. - Не думала, что она опустится до такого, - Пэнси брезгливо поджала губы. - Поверь, Пэнс, она отлично умеет опускаться и неплохо смотрится на коленях, да, Малфой? - хищно улыбаясь, вставил Блейз. - Возможно. Можешь проверить, - ответил Драко, словно ему было настолько неинтересен разговор, что он даже эмоций не хотел на него выделить. - Малфои не делятся, помнишь? Ты вдалбливал нам это с пяти лет, - хохотнул Забини. Все снова взорвались хохотом. Драко шагнул из зеленого пламени прямо в холл. Он только начал отряхивать пепел, как уже показалась Нарцисса. Она была в голубом платье в пол, очень красивая и идеально вписывалась в роскошно украшенный интерьер их дома. Её улыбка озаряла их дом, и Драко моментально почувствовал тепло. Всё было на своих местах. Он хотел всю жизнь видеть свою мать только такой. Спокойной, с мягкой улыбкой, что предназначалась ему, и в безопастности. - Дорогой, ты вернулся. Признаться, я ожидала тебя ближе к ужину, - она подошла к нему и он невольно склонил голову, чтобы ей было удобнее коснуться его щеки. Привычный и щемящий жест. Она всегда так делала. И это возвращало его в детство, напоминало, что он всегда будет для неё маленьким мальчиком, которого она всеми силами готова защищать. Даже сейчас, когда именно на нём лежал весь груз ответственности за их семью и род. Нарцисса, как обычно, пристально наблюдала за ним, замечая даже мельчайшие детали. В частности, сейчас её сын был сильно взбудоражен чем-то и его глаза лихорадочно блестели, а взгляд стремился к лестнице, словно он спешил. - Сегодня праздничный ужин, ты же проведешь его с нами? - мягко напомнила она ему, поправляя его одежду. - Отец очень ждал этого ужина. Нам нужно многое обсудить, как семье. Это так важно соблюдать традиции. Но мы хотели бы, чтобы ты пригласил друзей. - она смотрела на него настороженно, потому что он напрягся и она чувствовала это. Что-то было не так. - Позови Блейза и Тео. Теодор наверное очень одинок, я бы не хотела оставлять его в этот день без семьи. Драко все еще молчал, внимательно слушая, но свет в глазах погас. - Я как раз обсуждала меню на вечер, - продолжила она, махая куда-то в сторону, где были кухни. - Эльфы готовят твою любимую утку в медовой глазури, они хотели порадовать тебя. А Тинки лично взялась за грушевый пирог с корицей. Драко накрыл её руку своей, слегка сжимая тонкие пальцы. В его взгляде читалась искренняя скорбь от того, что он был вынужден её огорчить. Он покачал головой. - Мама, прошу, извини меня, - тихо начал он, - Я понимаю, что сейчас не время нарушать традиции, и вам тут одиноко. Но я не смогу сегодня присутствовать на ужине. Я приглашу Блейза и Тео завтра, но сегодня… Это правда очень важно, мама. Нарцисса чуть сузила глаза, её взгляд стал подозрительным. Драко поднял щиты окклюменции, и она, почувствовав стену, которая не пропустила её, усмехнулась. Он улыбнулся в ответ. Между ними произошел безмолвный разговор, который слишком многое расставил на свои места. Оба сделали вид, что ничего не произошло. - Хм... это как-то связано с... - Да, - не дал он ей договорить, оба знали о ком идет речь. В его голосе прозвучала непреклонность вперемешку с надеждой. - Напрямую. Мать молчала, смотря на него, и Драко не уводил взгляда. Нарцисса же размышляла о том, что в нём отражается Люциус в его молодые годы, но так же он вобрал в себя и её породу. Блэковская страсть полыхала в нём. Это касалось не только любви, она касалась всего. Он, как и она сама, постоянно подавлял этот огонь в себе. Сказалось то, что он вырос под постоянным ожиданием опасности из-за угла. Годы, которые он провёл в этом доме с самыми темными и жестокими волшебниками, постоянно находясь в ужасе и стрессе, заставили его заглушить в себе искры, которые присущи обычному подростку или молодому юноше. На поверхности он оставил только всё самое ценное, что было присуще взрослому и опасному волшебнику. Он до сих пор не скинул с себя мантию Пожирателя Смерти. - Драко, - мать положила ему ладони на плечи. Она была полна материнской нежности. Её мудрость не позволяла ей задавать вопросов, она не хотела, чтобы он закрывался от неё. Она знала, он сам расскажет больше если захочет. - Прошу тебя, будь чутким. Ты умеешь это, я знаю. Ты с детства был таким, хоть постоянно и скрывал это. Не закрывайся, не играй в холодного мужчину, который всё решает в одиночку. Ей не нужны твои пустые глаза, ей нужен ты. Живой, настоящий. - она сжала его плечи, а потом опустила руки и схватила его за ладонь. - Слышишь? Посмотри, мы - Малфои и Блэки, веками выстраивали каменные стены вокруг сердца, выбирали то, что, казалось, должно защитить. Но посмотри, вспомни куда это привело твоего отца. - она опустила его ладонь и отошла к окну, всматриваясь в даль. Драко последовал за ней. Он остановился у неё за спиной. Они некоторое время молчали. - Сила не всегда в том, чтобы быть непобедимым. Храбрость не заключается только в насчитанных победах и ты это знаешь. Самая большая храбрость - признать, что тебе страшно. Позволить себе слабость. - Нарцисса обернулась на него. - Позволь себе быть слабым, рядом с тем кого ты любишь. Будь храбрецом, мой Дракон. Не совершай ошибок, которые совершили мы с отцом. Слова матери коснулись неких струн души, тех от которых возник ком в горле. Если бы Малфой умел плакать, а он больше не умел…, возможно, он бы сейчас растрогался. Он кивнул, не в силах найти те слова, которые отблагодарят её за поддержку. Нарцисса улыбнулась ему. И когда он уже был у лестницы, когда поднимался к своему кабинету, он услышал как мать окликнула его. Он обернулся, держась за поручень. - Не опаздывай на завтрак, Драко. Это крайне неприлично. - строго сказала Нарцисса и удалилась в сторону кухни. Драко лишь усмехнулся и продолжил подниматься. Ему стало намного легче и понятнее от слов и наставлений матери. Всё-таки она была женщиной, и прекрасно понимала логику представительниц своего пола. Он давно сделал это открытие для себя, и иногда, невзначай, спрашивал у неё совета. Именно нарцисса была той, кто первой заметила его влюбленность. Именно она направила его. И он был благодарен ей, что все эти годы она всегда была рядом. Все эти годы она никогда не выпускала его руки. Гермиона уже целый час металась по комнате, спотыкаясь о разбросанную одежду. Она так сильно нервничала, что уже дважды роняла палочку, пытаясь навести порядок, и лишь сильнее устраивала еще больший хаос. Она мерила наряды один за другим и всё казалось ей совершенно не тем. Платья летели в угол, короткие юбки и шорты туда же. - Не хватало только чулки нацепить, для полноты картины. - застонала она, стаскивая с себя очередную мини юбку. - Он решит, что я вырядилась для него, унизительно. - прошептала она следом, смотря в зеркало на себя. Она выглядела как девушка, которая отчаянно молит о внимании. Шелковая блузка тоже была неподходящей. Слишком откровенно, она просвечивала кружево, которое она надела. Пошло, слишком вульгарно. Она не хотела, чтобы он видел в ней объект желания, она хотела, чтобы он увидел её. Попытка надеть спортивный костюм провалилась через минуту. Она чувствовала в нём себя какой-то простолюдинкой, а Драко, она была в этом уверена, придет в безупречном пальто и костюме, как подобает лорду. Он всегда выглядел нарядно, раньше она вообще думала, что он ложится спать сразу в костюмах. Только проведя с ним пару ночей она поняла, что это действительно была какая-то чертова магия, он засыпал с ней голый и растрепанный, но когда они просыпались на утро и она выглядела сонной и лохматой, но даже в таком своём уязвимом состоянии Малфой выглядел все равно опрятно и изысканно. Чёртов аристократ, - уныло подумала она. В итоге, когда на часах было уже четыре, а она всё еще стояла не собранная, подруку ей попался мягкий и шерстяной голубой костюм. Свободные штаны и свитер. Ей было в нём комфортно, и это помогало ей не дергаться и не впадать в панику, как если бы она натянула платье и думала о том, как она выглядит со стороны. К тому же, он красиво облегал её фигуру, при этом не уходя в откровенную пошлость. Цвет удивительно подходил к её волосам, делая образ мягким и домашним. Это выглядело просто и не так, будто она, как его самая отчаянная фанатка, ждала этой встречи целый год. Хотя, надо признаться, кажется, она ждала её целую вечность и могла бы прождать еще столько же, только бы она случилась. С волосами она возилась не менее тщательно. Сперва высокий хвост - официально, потом низкий пучок - скучно, потом коса - уныло. В итоге, плюнув на всё, она оставила их распущенными и это было лучшее решение, он ведь любил её волосы. Пусть наслаждается. Подойдя к косметичке, Гермиона взяла тушь, но сразу же передумала. Она посмотрела на свои расширенные от волнения зрачки. - Всё равно буду плакать, - рассудительно произнесла она и отложила косметику. - Гарри! Гарри иди сюда, закричала она. Гарри появился на пороге, оглядывая беспорядок вокруг. Он был удивлён. - Гарри, я выгляжу так, будто собиралась на свидание? - Разве у тебя свидание, Гермиона? - сделал удивленный вид Гарри. Она так ему ничего и не сказала о письме, когда он появился дома. А сам он не хотел её смущать, поэтому молчал. Весь день он ждал от неё хоть что-нибудь, но сейчас, смотря на хаос в комнате, не был удивлён. Видимо, она не нашла времени, пока уничтожала комнату в ворохе своих вещей. - Нет! То есть да! - она вздохнула и закатила глаза, прикладывая ладони к щекам. - Понимаешь… Я вчера написала Малфою. Думаю, нам нужно поговорить. Еще вчера я сказала Чарли, ну… теперь мы точно друзья. - Ну Рон то уж точно будет счастлив, - хмыкнул Гарри, - Только скажи ему сперва эту часть, насладимся его радостью, а после добавь о том, что ты уничтожила гардероб собираясь на свидание…к Малфою? Ну знаешь метод морковки и палки, сработает с ним отлично! - Гарри засмеялся, а Гермиона ткнула его кулаком в плечо. Они спустились в гостиную и Гермиона чувствовала как её сердце стучит о грудную клетку. Нужно было выпить умиротворяющий бальзам. Почему она сразу не додумалась. На часах было без десяти пять. Малфой никогда не опаздывал, скорее приходил раньше положенного. Она еле дышала и всё, на что её хватило, это попросить Гарри встретить его. Он бы не смог зайти с улицы, потому что не был хранителем тайны. Она вздрогнула всем телом, когда Гарри просто кивнул и, натягивая куртку, вышел за дверь. Кажется, она сейчас упадёт в обморок. На площади Гриммо никогда не существовало дома номер 12. Все жители этой улицы, принимали это как должное. Они давно приняли эту ошибку и практически никто больше не задавал вопросов. Драко стоял на тратуаре, подняв воротник пальто и чувствовал себя полнейшим идиотом. Он знал, что тут, где-то между этих стен спрятан бывший штаб Ордена Феникса, он даже побывал в нём в прошлом. Но сейчас, смотря на серые стены, он ощущал, что кто-то жёстко над ним насмехается. Магия Хранителя не позволяла ему даже почувствовать дом, для него, не посвященного в тайну, дома просто не существовало. Он нервно прикурил, думая о том, что в последнее время слишком увлёкся, и переминаясь с ноги на ногу не знал, что ему делать дальше. Должен ли он просто ждать? Выйдет ли она сама? Или ему нужно применить магию, чтобы подать знак? Его бесило отсутствие контроля. Всю свою жизнь Драко Малфой знал, куда он идет и какая дверь перед ним откроется. Не сейчас, эта неизвестность и шаткое положение, выбивало его из колеи сильнее, чем допросы, которые он проходил после войны в Министерстве. Собственно, его нервный срыв начался еще в Мэноре и, судя по всему, не собирался прекращаться. Всё было по идиотски сразу же, как только он начал собираться. Будучи джентльменом, Драко решил, что будет правильно заказать цветы. Когда Тинки внесла в его комнату огромную охапку нежно розовых бутонов, которые источали чудесный аромат, он застыл глядя на них. Драко смотрел на букет добрых десять минут. Чем дольше он смотрел, тем сильнее его охватывала паника. Что-то было не так. Да к чёрту, казалось всё не так. Нет, с цветами всё было хорошо. Они были чудесны, как он и ожидал, вывалив за них крупную сумму. Но для чего они ему… Возникли вопросы. Он идет на свидание? Но она ничего не говорила о свидании. Просто написала, что им нужно поговорить. Насколько часто такие разговоры заканчиваются страстными поцелуями под омелой? Уместно ли будет заявиться к ней с веником в руке? Вдруг она вообще собирается послать его нахрен? В голову лезли самые омерзительные сценарии. Что, если она позвала его только для того, чтобы сообщить ему, что она уезжает на другой конец света? Что, если она скажет - о ужас! Он зажмурился, сжимая кулаки и желая, что-нибудь разбить, - что она решила выйти замуж? Что если всё это для того, чтобы он от неё отвалил и не искал её ни под каким предлогом? - Блять... - простонал Драко и рухнул лицом на кровать, зарываясь пальцами в покрывало. Его сейчас взорвет. Его скрутило только от одной мысли о ней в белом платье. Нет, конечно, он хотел увидеть её в нем. Он мечтал об этом, он даже сейчас очень четко ощущал как будет медленно снимать этот белый шелк в их первую брачную ночь. Но только если она будет его невестой. Мысль о том, что она пойдет к алтарю с кем-то рыжим и неуклюжим, вызывала у него тошноту. Драко резко вскочил, схватил ни в чем неповинный букет и с яростью швырнул его в корзину для мусора. - К дракклу. Никаких цветов. Он начал мерить комнату быстрыми шагами. Он достал пачку сигарет и закурил прямо посреди спальни, наплевав на все запреты. Сейчас, наверняка, явится мать и отчитает его. У Нарциссы была чуйка на запах табака, она словно ищейка шла на этот запах, чтобы выразить своё крайнее недовольство его отвратительной привычке. Мозг работал как сумасшедший. Завтра Рождество... Должен ли он подарить ей подарок? И что, чёрт возьми, подарить? Салазар его подери, он просто сейчас сойдёт с ума. Платье? Нет. Словно ему не нравится её гардероб. А ему очень нравились её эти магловские вещички. Она точно решит, что он хочет сделать из неё идеальную девушку, вырядить в платья до пят или юбки короче колен, чтобы она соответствовала его статусу. Она возненавидит его за это. Книгу? Скучно. Он уже дарил ей книгу. Ей впору дарить целую библиотеку. Интересно… можно ли найти и выкупить Александрийскую библиотеку? - подумал он, выпуская густой дым в потолок. - возможно, у гоблинов есть какие-нибудь зацепки или связи… Он тут же горько усмехнувшись. Эти бредни проносились у него в голове так быстро, словно он был пациентом с четвертого этажа Мунго. Может, пока тетка Белла обучала его и пытала Круциатусом, она всё-таки травмировала ему мозг? Нормальные люди не думают о покупке библиотек в качестве рождественского подарка. Хотя, возможно, ему стоило бы узнать о той, что была в Ватикане… Пару свитков выкупить точно удастся. Если не книги, то что? Украшения? Драко поморщился. Любая девушка из его круга пищала бы от восторга, получив камни в подарок. Но Гермиона была совершенно не такой. Она не была падкой на золото, ей было плевать на его счета, и она точно не тащилась по нему только потому, что он Малфой. Скорее наоборот, её его фамилия должна была напрягать и пугать. Особенно сейчас. Подари он ей бриллианты, и она решит, что он кичится своими деньгами. Как тупоголовый мажор пытается купить её расположение. Он еще не забыл как она сказала ему на втором курсе, что он купил место в команде, когда отец подарил им всем новые мётла. “Нужно было спросить у матери”, - находясь уже в полном отчаянии, подумал он. Время уже поджимало. Так ничего и не придумав, он пошел в сад, чтобы выйти за ворота. В конце концов, подарки дарят только завтра. Возможно, до утра к нему придет озарение. И вот теперь он здесь. Стоит и смотрит как снежинки кружат в воздухе, было не сильно морозно, Лондон не был таким холодном как местность где располагался Хогвартс. Он гипнотизировал стену, стоя под фонарем. И его выдержка всё сильней трещала по швам. Внезапно, его внимание привлек поток магии. Воздух задрожал и стены соседних зданий начали сжиматься, словно были вовсе не из камней. Драко завороженно наблюдал, как пространство раздвигается и перед ним возникает еще один дом. Мрачный и величественный. Дом его предков. Он шагнул ближе, перед ним была дверь с серебряной ручкой в форме извивающейся змеи. Драко мысленно усмехнулся, почему он не удивлен? Дверь распахнулась и на пороге появился Поттер. Драко от неожиданности смутился и тряхнул головой, словно сбрасывал наваждение. Гарри смотрел на него, и в его ярких зеленых глазах плясали смешинки. Малфой выглядел обескураженным и Поттера это забавляло. Скажи ему полтора года назад, что он будет открывать дверь Малфою в свой дом, в такой вечер… Гарри бы точно решил, что часть души Волан-де-Морта окончательно сожрала его разум и ему пора бросаться с башни вниз. Гарри вышел на порог и коротко кивнул. Драко приблизился. - Поттер. - Малфой. Оба хмыкнули, а после короткого молчания не выдержали и негромко рассмеялись. Ситуация была неловкой. Ночью они стояли друг перед другом в спальне Паркинсон, полураздетые, а сейчас пытались делать вид, что между ними нет совершенно никакого общения. - Ты как? - спросил Гарри, когда смех утих. - Наверное, нормально. Снова молчание. Оба не знали, что говорить. - Она как? - наконец спросил Драко, выдавая своё напряжение. - Нервничает. Малфой, послушай... - Гарри словно изменился в мгновение. Он был крайне серьёзен. - Ей правда тяжело, я знаю. Ты можешь быть... ну... - Поттер, я знаю, хорошо? — перебил его Драко. - Что будете делать? - Я не знаю. - Пойдем в дом, Малфой. - чуть погодя сказал Гарри, - Я не планировал сегодня отмораживать себе зад. Гарри пропустил Драко первым по коридору. Малфой шел по уже знакомому ему дому и чувствовал как магия окутывает его. Принимает. Радуется ему. Ему это не нравилось, совершенно. Он не хотел претендовать на этот дом, зная, что последний прямой потомок Блэков, передал его Поттеру. Но он не мог противиться крови и магии, что сейчас пеной разливаясь по его венам. Он ощущал силу и власть, которую вложенная магия предков дарила ему. Они дошли до гостиной и он старался не дышать как загнанный пес, получалось очень плохо. Все попытки не выдать своё состояние были тщетными. Гермиона сидела на диване. Когда они вошли, она вскочила так резко, что Драко показалось, будто просто нечто голубое взметнулось вверх. Он замер в дверях, не зная, что сказать, и просто смотрел на неё. Она показалась ему хрупкой и совершенно неуверенной. Судя по расширенным зрачкам, тоже была на грани паники. Поттер рядом молчал, неловко переминаясь с ноги на ногу, и явно не зная куда себя деть. В этот момент Драко почувствовал, как родовая магия Блэков буквально собралась вокруг него, успокаивая его и оберегая. - Это делаешь ты? - шепотом спросила Гермиона, во все глаза глядя на него. Драко моргнул, не сразу поняв вопрос. До него не сразу дошло, что они скорее всего тоже заметили это, тоже могут ощущать этот прилив. - Нет, - он покачал головой. - Дом. - Хм... интересно, - Гарри озадаченно почесал затылок. - Со мной он такого никогда не делал. Драко приподнял бровь, и на его лице появилась его фирменная кривая усмешка. Напряжение начало понемногу отпускать. - Поттер, прости, конечно... Ты, может, и относишься к первой линии Певереллов, но Блэком от тебя и не пахнет. - Больно надо, - скривился Гарри. - Ты вообще хоть раз слышал, как визжит портрет Вальбурги Блэк? Гермиона не выдержала и прыснула, прикрывая ладонью рот. Драко наконец-то расслабился, его губы растянулись в такой редкой улыбке, что она невольно распахнула свои глаза, которые обрамляли пушистые ресницы. Малфой сразу же метнул к ней взгляд. - Ты обедала? - спросил Драко, нарушая возникшую тишину. - Эм... что? Нет, - неуверенно ответила она, моргая и совершенно не понимая, ей показалось или он всё же задал вопрос. - Тогда, думаю, это будет совсем не рано для ужина. Возьми... верхнюю одежду. Мы идем ужинать. Гермиона смотрела на него так, словно видела впервые. Вообще-то она и сама не знала, что планировала делать. Она как-то об этом и не думала. Когда она написала ему, что хочет поговорить, и всё утро после, она настолько волновалась, что даже не продумала, как всё это будет происходить. Останутся ли они дома? Пойдут гулять? Или он поведет её куда-то? Но куда они пойдут? Свободных мест сегодня нигде не будет. Она была в полной растерянности и смотрела то на него, то на Гарри, совершенно не уверенная в том, что ей делать. Согласиться? Она не хотела серьезно говорить при Гарри, но и боялась, что им двоим будет неловко. Так странно… Они так хорошо знают друг друга, между ними столько всего было... Почему её посещают такие странные мысли? О ужас, - подумала она, понимая, что слишком долго молчит и просто пялится на него. Как же не пялиться? Он, как она и предполагала, пришел идеальным. Очень красивым. Хотя на нем, вместо костюма, был темно-зеленый свитер и черные брюки, пальто было при нем. Этот более свободный, такой повседневный вид нисколько не убивал в нём роскошь, ту самую, которая была присуща только Малфою… О Мерлин, кажется, она ведет себя как влюбленная дура. Осталось только пустить слюну и начать мычать. Но ведь она и была влюбленной, разве нет? Малфой всё это время выжидающе смотрел на неё. - Ну же, Грейнджер. Думаю, Поттер простит нас, если мы покинем его миленький дом и оставим его наслаждаться одиночеством. - Вообще-то я не планировал проводить время в одиночестве, - нахохлился Гарри. - О Салазар, оставь эти мерзкие подробности при себе, ничего не хочу знать, - Малфой притворно скривился. - Я уже увидел предостаточно. Гермиона хлопала глазами, смотря на них. Она совершенно не понимала, что происходит. О чем они вообще говорят и почему общаются как лучшие друзья с общими тайнами? Хотелось протереть глаза и защипать себя до синяков, чтобы убедиться, что это не мираж. Драко усмехнулся, видя её реакцию. Он демонстративно прочистил горло, давая понять, что всё еще ждет. - Эм... Думаешь... сейчас будет где-то свободное место? - неуверенно спросила Гермиона и тут же захлопнула рот. Ну что за идиотка. Хотелось дать себе затрещину. Драко выразительно поднял бровь. - Не хочу показаться слишком грубым или на что-то намекающим, но есть пара мест, где для меня всегда найдется столик. - Он победно улыбнулся, прекрасно понимая, какую именно сейчас получит реакцию. - Малфой, ты невыносим. Пойду за пальто. - Гермиона закатила глаза и направилась к лестнице. - Кажется, ты уже мне это говорила, Грейнджер. Когда она поднялась по лестнице, и скрылась из виду, Гарри и Драко переглянулись. Поттер выглядел совершенно сбитым с толку, видя свою подругу такой. - Эм... вроде всё прошло нормально? - Хм, наверное? - Малфой пожал плечами. Спустя пару минут Гермиона спустилась, и они вышли за дверь. Оказавшись скрытыми тенью домов, Драко остановился. - Возьмешь меня за руку? Я перенесу нас. Она кивнула и протянув руку, собираясь ухватиться за его локоть, но Малфой, не теряя времени, сам схватил её ладонь и переплел их пальцы. Гермиона подняла на него глаза. Он выглядел совершенно довольным собой. Эта близость только еще больше заставила её нервничать. Ей несомненно нравилось ощущать его тепло. Хотелось прижаться к нему ближе, возможно обнять или чего хуже. Она чувствовала как щеки розовеют, отчаянно надеясь, что он не заметит или спишет на холод. Его близость совершенно неуправляемо на неё влияла. - Расслабься, хорошо? - негромко сказал он, погладив её ладонь большим пальцем. - Я не хочу, чтобы ты пострадала при аппарации. Она лишь коротко кивнула, не в силах вымолвить ни слова и, закрыв глаза, постаралась расслабиться. В следующую секунду она почувствовала вихрь того как Драко переносит их.

Я видел дыру в твоём корабле с первого дня путешествия,

но решил плыть с тобой, думая что любовь творит чудеса.