Аудит

Кейн мелькает в офисе компании тут и там. Кажется, невозможно выйти из кабинета и ни разу не увидеть яркого пятна его красных волос. Он улыбчив, весел и доброжелателен — тем не менее, чем дольше он здесь находится, тем дальше расходятся тревожные шепоты за его спиной. Грант не спрашивает, но факт за фактом ему рассказывают. Кейн проводит аудит. Сам владелец бизнеса пригласил его. Его слово выше слова директора компании. Отдел делопроизводства и бухгалтерия корчатся в муках от его пристального внимания. Проходит чуть больше месяца, когда Кейн появляется на пороге его отдела и говорит сходу: — Поговоришь со мной сам или отдашь мне на растерзание кого-то другого? Соблазн велик, но Грант не готов жертвовать ни одним из своих сотрудников. Он открывает дверь своего кабинета с сухим: — Добро пожаловать. Кейн проходит внутрь, сразу падает на гостевой диван и хамски закидывает ноги на низкий кофейный столик. Грант чувствует, как у него начинает болеть голова, но решает: он сможет просто игнорировать это. Он сможет. — Сначала я читаю документацию, потом задаю вопросы, — объявляет Кейн. Повисает пауза. Некоторое время они смотрят друг на друга, а потом Кейн откровенно закатывает глаза, — Документация. Я жду. Игнорировать. Просто игнорировать. — Одну секунду. С немного мстительным чувством Грант открывает Кейну доступ напрямую к их серверу. Он мог бы попросить Рагату отобрать важное, отделив мусор от не-мусора, но господин аудитор же не желает ждать, верно? За следующие несколько часов Грант с удивлением обнаруживает, что Кейн работает. Он сидит, не шевелясь — только зрачки скользят по строкам влево-вправо. Иногда выразительно хмурится и отмечает что-то для себя, но не отвлекается, не заваливает вопросами сразу, а продолжает разбираться. Даже кофе, который Рагата украдкой поставила перед ним в обеденные часы, заслужил яркую улыбку и громкое "Спасибо!" — но остался нетронутым. Только однажды у него начинает разрываться телефон, и Кейн несколько раз подряд раздраженно скидывает звонок, очень громким шепотом ругаясь под нос. Грант определенно может услышать что-то вроде "блядский цирк" и "никакого порядка". Грант остаётся верен себе и просто работает в обычном режиме, начисто игнорируя это новое кабинетное растение, но внутри груди все равно зреет какое-то странное чувство — то ли тревога, то ли нет. День проходит, а черед "вопросов" не наступает. Гранту приходится оставить свой кабинет открытым, потому что господин аудитор, кажется, прирос к его дивану и абсолютно игнорировал рабочие часы нормальных людей. В таком духе всë продолжается большую часть недели, а потом Кейн отставляет свой ноутбук в сторону и заявляет: — Я готов задавать вопросы. Гранту даже немного интересно. На рабочую почту ему сразу прилетает сообщение, и Кейн сопровождает это комментарием: — Это официальные требования. Я умру от скуки, если буду проговаривать их вслух. Грант открывает документ в пару кликов и смотрит: "Регламент ... ссылается на приложение ... которого не существует. Требуется написать разъяснение", "Инструкция ... поддерживалась сотрудницей Риббит, в настоящее время уволившейся. Требуется назначить нового исполнителя" и всякое в таком роде на несколько длинных страниц — действительно, маленькие и скучные вещи. Это исправить несложно. Что интересует Гранта намного больше, так это... — Будут ещё и неофициальные требования? — прохладно спрашивает он, поправляя очки. Кейн кивает, и это заставляет Гранта поморщиться, — Что, если я откажусь? "Что ты мне сделаешь?" — сквозит в его тоне неозвученным, и он даже не пытается это скрыть. Кейн отводит взгляд, несколько секунд смотрит сквозь стеклянную стену на сотрудников Гранта, мирно занимающихся своими делами, а потом вдруг произносит: — Помни — твой заместитель. Почему её подпись не стоит ни под одним документом за последние полгода? Сердце Гранта ухает вниз. Кейн ничего не может сделать с начальником отдела разработок, но это не значит, что он ничего не может сделать вообще. — Это угроза? — интересуется он, и тоном его голоса уже можно остужать вулканы. Кейн поднимает на него взгляд. Снизу вверх, казался бы невинным, если бы не был таким пристальным. Этот взгляд будто пробирается под кожу. Грант вдруг понимает: Кейн, должно быть, уже хорошо их всех изучил. Сначала по досье из отдела кадров, а потом по серверу, доступ к которому Грант дал ему своими руками. Соединив множество разрозненных точек воедино, собрал их портреты по частям — и начал этим пользоваться самым бессовестным образом. — А я тебя уговаривать должен? — отвечает Кейн вопросом на вопрос, — Начальник, вы не сотрудничаете. У этого парня еще есть настроение шутить. Грант замыкается в себе, скрещивая руки на груди, но вынужденно соглашается: — Что за требования? — Садись, — Кейн широко улыбается и хлопает по дивану рядом с собой ладонью, — Расслабься и получай удовольствие. Грант сердито подчиняется. Кейн разворачивает свой ноутбук экраном к Гранту, и первое, что он говорит: — Это, это и... Вот это. Должно быть удалено. Начисто, словно у тебя этого вообще никогда не было. — Нельзя, — раздраженно возражает Грант и поясняет, — Это тестирует уязвимости. — А то я не понял, — улыбка Кейна становится такой широкой, что Грант поражается, как ему не больно, — Это тестирует уязвимости без разрешения. Это незаконно, начальник. О, черт. Грант об этом не задумывался. — Не исправляй, — настойчиво повторяет Кейн, — Удали и напиши заново, или что там ты считаешь нужным. Но никаких следов, что это вообще было. Грант внутренне подбирается. "Неофициальные требования" Кейна оказываются вообще не тем, что он ожидал, и он не знает, лучше это или хуже. Дать взятку определенно было бы намного легче, чем встречаться со своими ошибками лицом к лицу. — Ладно, что дальше? — серьезно спрашивает он. — Дальше... — Кейн несколько секунд переключается между папками, — Вот здесь отдел безопасности дал тебе кусок кода, а ты его встроил в свои сценарии, не проверив. И теперь они за тобой следят. — Они что... — какая же головная боль. Что с этим вообще полагается делать? Грант напрямую спрашивает, — И в чем твоё требование? — Оно должно случайно сломаться. Это не безопасно, что бы они там не думали. Дальше... — Погоди, — Грант привстает с дивана, — Мне пора начинать записывать. Кейн бесцеремонно дергает его за руку обратно и насмешливо прищуривается: — Никаких записей. Грант снова вынужден согласиться. Только через полтора часа Кейн с самодовольной улыбкой закрывает свой ноутбук. У Гранта голова пухнет от десятков дел — все из которых экстремально срочные — но он все же находит в себе мужество озвучить странное: — Ты помогаешь мне. — Неверно, — Кейн расслабленно поднимается с дивана, словно между ними только что не было настолько серьёзного разговора, — Я помогаю компании. Грант провожает его пустым взглядом, устало сжимая переносицу. У самой двери Кейн на секунду останавливается и, не оборачиваясь, произносит: — А теперь я помогаю тебе, — его рука касается дверной ручки, но не нажимает её, — Отчет, который у тебя просил директор. Не пиши его. Дверь захлопывается. Грант не успевает спросить, в чем причина такого странного совета. Должен ли он... Последовать ему?