В объятиях зверя

« Настоящая любовь начинается там, где ничего не ждут взамен»

«Антуан де Сент-Экзюпери»

«Два волка-оборотня сошлись в поединке. Их поединок длился уже много часов, каждый пытался одолеть другого силой и ловкостью, стараясь нанести решающий удар. Однако силы были равны, никто не уступал ни на дюйм, даже несмотря на страшные шрамы, покрывавшие тела обоих. Первый пытался отдышаться, и всего на мгновение отвлекся, этого было достаточно что бы второй приготовился нанести смертоносный удар, делая выпод альфа не заметил как хрупкое тело омеги закрыло собой чёрного волка. Удар пришёлся в спину разрывая кожу и мышцы, теплая кровь окрасила остатки рубашки юноши. Он не переставая смотреть на своего мужа с искренней любовью, зная что на него альфа так не посмотрит никогда. Губы омеги, что то шептали, но тихий голос не мог уловить волчий слух. — Посмотри Ульф, — оскалился оборотень вернувшийся в человеческую форму, — он отдал свою жизнь за того кто его никогда не любил, даже сейчас этот омега хочет получить любовь. Знаешь так даже лучше, если раньше я хотел твоей смерти, сейчас уже нет. Смерть этого мальчишки лучшее, что можно было сделать. Теперь ты всю жизнь будешь знать что омега не получивший от тебя любви и тепла бросился на твою защиту. Это прекрасная месть, — мужчина обращается в волка и покидает место поединка. Ульф смотрел вслед уходящему врагу, чувствуя боль не только физическую, но и душевную. Омега лежал перед ним, истекая кровью, но взгляд его оставался ясным и полным любви. Удивление и раскаяние захлестнули сердце альфы — впервые он осознал, насколько глубоко привязан к этому существу, которое всегда старалось заслужить его внимание и заботу. — Прости меня... Я не понимал, как сильно нуждался в тебе, — тихо прошептал мужчина, склонившись над умирающим омегой. — Ты мой мир... — последние слова которые смог сказать парень перед тем как его глаза закрылись навсегда, и последнее тепло покинуло тело. Теперь Ульфу предстояло жить дальше, осознавая горькую правду — только потеряв любимого, он понял истинную ценность своей жизни рядом с ним. Сердце разрывалось от невыразимой боли, чувства вины и пустоты, которую ничто больше не сможет заполнить. Остальные члены стаи вскоре нашли его неподвижно сидящим возле мертвого тела супруга, сжимающего холодные пальцы омеги. Слезы катились по щекам мужчины, смешиваясь с грязью и кровью битвы. Каждый знал, что значит потерять близкого, особенно таким образом. Но эта потеря была особенной — альфа лишился части самого себя. И теперь стая понимала одно: любовь иногда приходит поздно, часто остаётся незамеченной, пока её не станет слишком поздно ценить. Однако Бельгум навсегда запомнил тот миг, когда глаза омеги смотрели прямо в его душу, выражая чистую и бескорыстную любовь. Она стала символом самоотверженности и настоящей связи, которую нельзя купить, завоевать или навязать — лишь принять с благодарностью, честностью и ответственностью. Это воспоминание останется вечным уроком, напоминанием о важности признания чувств и принятия тех, кого мы любим. Любовь бывает сильной, нежной, мудрой и порой смертельной. Но именно благодаря ей наши жизни обретают смысл и глубину, даже если это понимание приходит слишком поздно.» — Почему он защитил его? — спрашивает Феликс, когда преподаватель закончил рассказывать старую легенду. Все собравшиеся в аудитории обратили внимание на него. Парень продолжал смотреть на мужчину, чью внешность не пожалело время: — Ни кто никогда не узнает истинных намерений омеги, Феликс. — Зачем романтизировать его жертву? Зачем искать то чего не было? Ведь Ульф Бельгум не мог в один миг полюбить своего мужа. Этой легенде больше тысячи лет, в ней точно нет того смысла, что был непосредственно в то время. Зачем рассказывать её сейчас? Зачем нам помнить о той бессмысленной жертве? — Сейчас оборотни и люди живут в мире, мы смешались и больше не враждуем. Возможно именно благодаря его жертве. Мы знаем обычии двух народов. Мы должны помнить — это наша общая память. Может быть в будущем ты поймешь суть, Феликс. — ответил мужчина наблюдая за юношей, что смотрел на него. — Бред! — выпалил парень. Он прекрасно понимал, что сам бы так не поступил. Легенда, которую изучают на уроках истории даже не сохранила имени омеги. Будто его намеренно скрыли от людей. А может быть её просто придумали, что бы замаскировать, настоящую правду. Феликс неспешно выходил из аудитории, бережно сжимая в руках конспекты и записи лекций. Сегодняшний материал вновь напомнил ему о событиях, ставших переломными в отношениях между людьми и оборотнями. Однако, несмотря на тщательное изучение документов и архивных материалов, ему казалось, что картина неполная. — Должно быть что-то важное, что упустили, — думал он, внимательно рассматривая старую карту, изображённую на стене возле выхода. Остановившись у окна, парень смотрел на улицу сквозь стекло, терзаемый чувством неудовлетворённости. Казалось, какая-то деталь оставалась скрытой, уходящей корнями в глубокое прошлое, в эпоху перемен и новых отношений между двумя видами. Он достал планшет и начал листать заметки, сделанные на занятиях. Все факты выстроены аккуратно, хронология ясна, однако внутри Феликса росло чувство тревоги. Что-то отсутствовало, какое-то звено оставалось скрытым. — Возможно, проблема в самом подходе к изучению материала, — рассуждал он вслух, проверяя свои заметки. — Нужно взглянуть шире, выйти за пределы официальных источников и посмотреть глубже. Решительно заблокировав планшет, Феликс направился в библиотеку университета. Там хранилась коллекция редких манускриптов и записей. Может быть, именно там найдётся ключ к раскрытию тайн, лежащих за пределами официальной версии событий. После занятий Феликс шёл привычным маршрутом домой, погружённый в музыку и собственные мысли. Город бурлил жизнью, окружённые звуки машин, голосов и шагов сливались в общий фон, оставляющий ощущение спокойствия. Асфальтированная улица блестела на солнце, воздух казался тёплым и свежим, наполняя лёгкость бытия. Но мгновение остановилось, когда неожиданно зелёный сигнал сменился красным. Феликс не успел заметить предупреждающий знак, продолжая идти вперёд. Машина, стремительно приближавшаяся к перекрёстку, буквально промчалась мимо остальных автомобилей, издав резкий звук тормозов. Водитель отчаянно пытался остановиться, но реакция оказалась слишком медленной. Удар пришёлся мощным толчком сбоку, моментально отбрасывая юношу на несколько метров. Боль мгновенно вспыхнула ярким пламенем, заполнив всё его существо. Мир замер, звуки стали отдалёнными, словно приглушённая мелодия из наушников. Улица исчезла, растворившись в тумане, оставив лишь неясные очертания движущихся теней. Последними ощущениями были тепло солнечного света, касающегося лица, мягкая прохлада асфальта под телом и постепенно угасающий ритм музыки в ушах. Глаза закрылись сами собой, позволяя погрузиться в тишину. *** Солнце яркими лучами пробивались сквозь неплотные занавески. На улице во всю кипела жизнь нового дня. Феликс открыл глаза и не мигая смотрел на деревянный потолок. Тело было тяжёлым, конечности не хотели его слушаться. Дыхание было неровным, а сердце намеревалось выскочить из груди. — Просыпайся! — открыв дверь не давольно произнёс мужчина средних лет. — Я не сплю, — хриплым голосом ответил парень все так же лежащий в кровати. — Тогда вставай! Хватит лежать, если отец узнаёт будет ругать. Ты же знаешь его характер. — Не могу, тело не слушается, — так же хрипло прошептал Феликс. Мужчина застыл в дверном проходе. Он не знал куда бежать и кого звать. Феликс заметил выражение лица мужчины, которое сменилось тревогой и растерянностью. Он нерешительно сделал пару шагов внутрь комнаты, словно пытаясь преодолеть внутреннее сомнение. — Асфрид, давай позовем лекаря? — спрашивает старший нежно гладя блондинистые волосы юноши. — Ты вчера свалился с телеги, может все-таки получил травму? — С какой телеги? — голова парня поворачивается к говорившему. В голове возникаю размытые образы, чье-то жизни, а так же его собственной будто соединяя их в одно целое. Голова разрывалась непосильной болью, вызывая болезненный стон. Комнату окутал тяжёлый запах лаванды. — Успокойся, милый, — шепчет мужчина, — я пойду за лекарем. — сообщает старший и быстро покидает комнату. Оставляя юношу наедине с самим собой. — Я жив или все же мёртв? — тихо прошептал Феликс. — Не мёртв, — заключает парень после того как непослушными пальцами ущипнул себя за руку. Головная боль стихла, оставив только воспоминания. — Спасибо, что оставил хоть это, — возмущается парень. — Смотреть фильмы и читать книги про попаданцев это одно, а самому в такой ситуации очутиться не хотелось, но имеем, то что имеем. Парень медленно поднялся в кровати и сел оперевшись о деревянную стену, что ещё хранила запах древесины. Он был одет в хлопковую ночную рубашку ниже колена. Открытые участки кожи местами покрыты синяками и ссадинами. Феликс из воспоминаний понял, что он в теле омеги по имени Асфрид, сына местного главы. Он примерно оказался в то время, когда оборотни ещё устраивали набеги на поселения людей, а те в свою очередь убивали волков и украшали их головами городские стены или заборы в деревенских поселениях. — Мне выпала прекрасная возможность, увидеть все своими собственными глазами, а значит... Размышления прервали ужасающие крики с улицы. Асфрид смог подняться с постели и выглянул в окно. Более двадцати волков окрапили брусчатку улицы кровью убитых жителей. Они не щадили никого — бездыханные тела горожан падали под ноги оборотням. Волки выли предвещая только смерть. Омега в одной ночной рубашке выскочил на улицу. Тело плохо поддавалось новому хозяину, ноги заплетались, ему сложно было перейти на бег. Полученные травмы отзывались болью, но это не помешало ему смело встать перед огромным черным волком, защищая хрупкого омегу, что сжался в комок перед хищником. Желтые глаза волка сузились, внимательно изучая стоящего перед ним юношу. Волк пристально смотрел прямо в голубые глаза напротив. — Не смей! Ликан запрещал трогать омег, — с придыханием говорит парень сжимая свою рубашку в области груди. Густой феромон волка не дает сделать вдох. Он осидает на брусчатку под ноги волку. — Он не понимает, они же животные, — цепляется худыми пальцами за плече темноволосый юноша. К черному волку подбегает рыжий, он такой же крупный, морда и лапы покрыты кровью, они смотрят друг на друга, а потом переводят взгляд на омег. Парень знает, что оборотни умеют разговаривать ментально. Особая связь между членами стаи, но людей волки никогда не пускали в своё сознание. Воздух вокруг наполнился ощущением опасности, всё стало неподвижным и тихим, будто мир затаил дыхание в ожидании неизбежного. Звуки постепенно угасали, растворяясь в воздухе, пока не остался лишь вой, эхом раскатившийся по улицам города предупреждая завершении битвы, или лучше сказать безжалостном нападении. Волки грозными скалами предстали перед двумя парнями. Асфрид почувствовал странное давление внутри себя, будто невидимая сила тянула его куда-то прочь. Мир начал тускнеть, цвета стали блеклыми, оборотни перед ним размылись в два бесформенных пятна. Его тело потеряло тяжесть, голова закружилась, и сознание медленно скользнуло в глубокую тьму...