Школьная библиотека

Когда Женя обернулась в руках Лизы, смех мгновенно затих. Музыка в колонке продолжала качать — «Бібліотека, бібліотека...» — но для них двоих звук будто превратился в глухой фон где-то за стеной. Лиза не разжала рук. Наоборот, её пальцы на талии Жени сжались чуть крепче, притягивая ту вплотную. В этом жесте больше не было «прикола» для фото или дружеской подначки. — Женя, — голос Лизы стал низким, почти неузнаваемым. — Ты ведь понимаешь, что я не просто так таскаюсь за тобой по всем этим пыльным углам? Женя замерла. Её дерзкая улыбка медленно растаяла, уступая место искреннему, почти детскому испугу вперемешку с восторгом. Она видела, как расширились зрачки Лизы, как фиолетовые пряди волос колышутся от её собственного дыхания. — Я... я думала, тебе просто нравится меня троллить, — прошептала Женя, невольно подаваясь вперед. Лиза медленно покачала головой. Она подняла одну руку и осторожно, почти благоговейно, провела большим пальцем по нижней губе Жени. — Ты — самая яркая вещь в моей жизни, Женя. И мне не нужно фото, чтобы помнить, как у меня перехватывает дыхание каждый раз, когда ты заходишь в класс. В библиотеке стало невыносимо жарко. Женя почувствовала, как по спине пробежал электрический разряд. Она вдруг поняла, что все эти «случайные» касания, долгие взгляды в зеркало и общие наушники вели именно к этому моменту. — Тогда почему ты молчала? — Женя смело положила ладони на плечи Лизы, зарываясь пальцами в её фиолетовые волосы. — Боялась, что «Горе» — это не только моё прозвище, но и то, что я принесу тебе, — ответила Лиза, сокращая расстояние между их лицами. — Но сейчас мне плевать на прозвища. И на завуча. И на одиннадцатый класс. Лиза наклонилась и коснулась губ Жени. Это не было похоже на киношный поцелуй — сначала он был робким, пахнущим мятной жвачкой и книжной пылью. Но когда Женя ответила, прижимаясь к Лизе всем телом, всё изменилось. Это был взрыв — красный встретился с фиолетовым, создавая новый, абсолютно сумасшедший цвет. Они стояли, скрытые высокими стеллажами, пока песня «Бібліотека» затихала на повторе. В этот момент школьная форма, экзамены и планы на будущее перестали существовать. Существовали только руки Лизы, которые больше никогда не захотят отпускать, и губы Жени, которые, наконец, нашли свой причал. — Знаешь, — прошептала Женя, отстранившись всего на миллиметр, — кажется, это лучшее, что случалось в этой библиотеке за последние сто лет. Лиза улыбнулась — впервые не саркастично, а по-настоящему, — и снова притянула свою «красную бестию» к себе.