THE SEWED

— Все на месте, Командир.   В комнату зашел человек, полностью обтянутый черным латексом, одетый в корпоративный костюм с пальто поверх и козырьком на голове. Он осмотрел коробки, их содержимое, и проговорил:  — Все в целости. Копии будут изготовлены в ближайшее время и доставлены тебе, оригиналы заберем.   — Принято, — сказал Вукашин с выразительными сербским акцентом.   «Командир» покинул квартиру, внутри остался лишь владелец. Вукашин запер входную дверь, и вернувшись в комнату с коробками принялся изготавливать чертежи содержимого.   Зал суда. Адвокат Вукашина активно что-то говорила, он не вслушивался. Однако при виде, что та уходит, он слегка улыбнулся и протянул руку вверх.   — Я признаю вину.   После удаления судьи он вынес приговор, 5 лет тюремного срока и уплата штрафа в 150К£. Истец отчаяно усмехнулся.   — Каких 5 лет тюремного срока? Вы издеваетесь? Завтра Судный день! С пол шиша он пять лет отсидит!  — Тишина в зале. — ровным тоном произнес судья. — Закон есть закон. Приговор был вынесен и остается неизменным. Все свободны.   В камере временного хранения, Вукашина окружил самый разный люд. Объединяло всех одно, разочарование. Последний день всем пришлось провести в неволе. Однако Вукашин, казалось, остался незатронут общим настроением. Дождавшись проходимца в лице охранника, он пожаловался на состояние здоровья и был отправлен в медпункт при участке.   Там, охранник сменился охранницей, а внутри его уже ждал врач в лице высокого черного мужчины.   — Слишком рано, Вукашин, — сказал врач, посмотрев на ручные часы. — Я позову тебя когда придет время.   — Необходимо уйти под шумок. — добавила охранница. — Сейчас не время.   Вукашин кивнул, по указанию врача задержался в кабинете еще на несколько минут и был отпущен. Доктор же сообщил охраннику, чтобы тот проводил Вукашина на следующий осмотр вечером.   В 10 часов вечера, охранник зашел за Вукашином и проводил того до медпункта. В медпункте его снова ждали те же люди, и охранник вновь удалился.   — Слушайте внимательно. Сейчас ситуация на улицах накаляется, все слишком заняты чтобы следить за участком, — проговорила охранница. — Наши сделали несколько ложных вызовов, это должно еще больше всех отвлечь. Ждем сигнала, после чего спокойно выходим, угоняем любую машину и едем обратно к тебе в цветочную лавку. — она показала пальцем на Вукашина.   Затхлый район совсем опустел. На волне хаоса все решили провести последние часы в более культурном пространстве.  — Как мухи на мясо все в центр сбежались. Нам же лучше. — проговорил врач.   — Иногда я сомневаюсь, вдруг общий конец все-таки придет. — охранница посмотрела в небо, окрашенное в красный от света воздушной тревоги.   — Не придет. — доктор кинул взгляд на часы. — Мы уже это проходили.   — Алан, живо сплюнул.   Врач закатил единственный глаз, но все же сплюнул, под нос пробормотал что-то вроде «Люсины приметы». Впрочем, ехать еще надо долго, так что действительно, лучше без форс-мажоров.   Остановив машину неподалеку, группа направилась в цветочную лавку. Однако уже через стеклянные двери было видно, что магазин приобрел внезапного посетителя, даже двух. Вот только одного из них они уже знали.   — Приветствую, господин, — сказал Вукашин, отпирая входную дверь. — Нежданный визит.   — Знаю. — проговорил монотонный искуственный голос сквозь динамик в горле. — У нас пополнение. Помнишь, какой адвокат тебе был поставлен, Вукашин?  — Нет.   — ***, точно помню, — сказала Люси.   — Это и есть наше пополнение.   На стул было посажено бездыханное тело адвоката. Неприятное зрелище. Голова в зоне правого глаза прострелена, тело уже посинело и пованивало. Гость закатал рукав своей рясы, достал ритуальный нож и сделал аккуратный надрез на своем запястье. Кровью, он начертил на лбу убиенной пару символов, прошептал что-то на латыни, и она открыла единственный глаз. Стеклянный, пустой взгляд, словно кукольный. Люси слегка дрогнула от зрелища.   — Все вы на одно лицо… — она посмотрела на приятеля. — Вукашин, вот у вас вроде глаза совершенно разные, но взгляд просто идентичен.   Человек в рясе приставил палец поверх, предположительно, губ, и снова раздался искусственный голос:  — Бабочка не помнит прошлых имен. Не вспомнишь и ты. Высоко тебе лететь, Джейн Доу.   — Джейн Доу. — внемлила ему адвокат, голосом таким же ровным, что у Вукашина.   — Я тебе небо, и ты фрагмент меня. Я тебе ветер.   — И мне следовать потоку.   Человек в рясе довольно кивнул. Окинув взглядом остальных, добавил:  — Вукашин, следи за своей лавкой. Веди себя как обычно, словно никакого Судного дня не было. Остальным рекомендую тоже вернуться к прежним делам и ждать вести командира. Джейн, будешь ассистентом цветочной лавки, в иное время ты будешь мне нужна. На этом все.