Скованные горем

Недовольный взгляд Стива точно копировал то, как на него смотрел Джонатан. Нэнси была лучшей кандидатурой ему в напарники, и это разбивало ему сердце. Парень скучал по времени, когда общение с Дастином ему приносило умиротворение, словно этот мальчик — недостающий кусочек пазла в его жизни. Теперь ребенок превратился в хрупкую фарфоровую фигурку, по которой пошли трещины, но Стиву не позволяли ее подлатать. Он был словно красной тряпкой для Хендерсона. Старший никогда не сможет стереть из памяти душераздирающие крики ребенка в ту роковую ночь.

***

Троица передвигалась по Изнанке, жадно глотая воздух. У Робин постоянно руки тянулись к шее, словно лианы до сих пор пытались ее задушить. Стив тоже не мог прийти в себя, он просто шел вперед, ведомый мыслью, что, если часы пробили четыре раза, это вряд ли означало что-то хорошее для Макс. Парень честно не хотел ничего додумывать и переживать за весь их отряд еще больше, но с Макс что-то не так, Векна постыдно сбежал... Видимо, только у Дастина с Эдди все прошло хорошо. Харрингтон передвигался как солдат — как только он увидел трейлер Эдди, резко выровнил спину и направился туда, не смотря по сторонам, видел только цель прямо перед ним. Но его смог отвлечь дикий душераздирающий крик. Нет, это не похоже на звук, который издавали бы твари из Изнанки. Троица повернула голову и увидела чуть дальше фигуру, склонившуюся над чем-то. Когда молния озарила алым все вокруг, получилось разглядеть у фигуры слишком знакомые небрежные кудри. Харрингтон тут же подорвался туда. Но, когда он осознал над чем склонился мальчик, замер на месте. На лице Эдди вымученная улыбка, глаза стеклянные, лишенные жизни, по подбородку текла дорожка крови. Он услышал, как девушки, догнав его, ахнули. Дастин не заметил их присутствия или просто игнорировал, рыдая навзрыд. Стив никогда не видел этого ребенка в таком состоянии. Душераздирающие завывания вернули его в реальность, и он упал на колени рядом с Дастином. Харрингтон старался действовать аккуратно, словно перед ним дикое животное, медленно начал тянуть к нему руку. Когда он коснулся плеча мальчика, тот вздрогнул и повернул голову в его сторону. Потребовалось несколько секунд, чтобы Хендерсон узнал человека рядом с ним через пелену слез, и тот упал ему на грудь, издав звук, который прозвучал бы от щенка, которого пнули. Сердце Стива разрывалось от этой картины, и он крепко обнял ребенка дрожащими руками, нежно покачивая из стороны в сторону, бесполезно пытаясь успокоить. Он не мог точно сказать сколько они так просидели, как вдруг почувствовал нежную руку на плече и поднял голову. — Нам нужно идти. — удрученно сказала Нэнси и бросила взгляд в сторону тела Эдди. Стив понял что она пыталась сказать. Мы не можем взять с собой тело Эдди. Харрингтон прикусил нижнюю губу. Как объяснить мальчику, безутешено рыдающему в его объятиях, что они не могут нормально проводить в мир иной его близкого друга? Он прикрыл глаза, пытаясь собраться с мыслями. — Даст? — нежно позвал Стив. Мальчик оторвался от его груди и посмотрел на него снизу вверх красными заплаканными глазами и шмыгая носом, — Нам пора идти. Конечно же, Хендерсон был умен, даже слишком сообразительным для своего же блага. Он быстро понял к чем клонил его лучший друг, отцепился от Стива и бросился назад к телу Эдди. Харрингтон в надежде взглянул на девушек, те смотри на него с сочувствием, у Робин слезы грозились вот-вот политься из глаз. Именно ему следовало вытащить Дастина из этого жуткого места, хотел мальчишка того или нет. — Дружок, у других, похоже, какие-то проблемы возникли, — Стив отказывался думать, что удар часов возвестил о смерти Макс, — Пожалуйста, пойдем. — Вы идите. — не унимался Дастин, пытаясь говорить сквозь рыдания, — Я-я еще немного посижу и сам верну Эдди домой. Ну уж нет. Уже успели поиграть в героя. Стив глубоко вздохнул, пытаясь притупить нарастающее чувство вины, а затем обнял мальчика мертвой хваткой и принялся поднимать его с земли. — Нет! Нет! Нет! — Дастин начал истошно кричать и барахтаться, словно тонул, — Отпусти! Отпусти! Отпусти! Пожалуйста! Кажется, по щекам Харрингтона бесшумно потекли слезы, но времени их смахивать с лица не было. Кудрявый мальчишка в его руках был не в себе — он продолжал бороться, наносил старшему удары, стараясь выбраться из захвата и вернуться к Эдди. Хотя Стива больше всего ранили не удары, а то, каким разбитым выглядел его лучший друг. Парень на него зла не держал. Он наверняка совершил бы какую-нибудь глупость, если бы Эдди и Дастин поменялись местами. — Эдди! Стив, отпусти! Я умоляю тебя! Я сделаю все, что ты захочешь! Мне больше ничего не надо! — продолжал срывать голос Хендерсон, пока они не добрались до трейлера. Их встретила перерезанная веревка. Стиву пришлось отпустить ребенка, чтобы разобраться как вернуться домой. Девушки тут же встали у двери в защитных позах, готовые помешать Дастину покинуть трейлер и броситься назад к Эдди. Это не потребовалось — когда мальчика отпустили, он, подобно марионетке с оборванными нитями, рухнул на пол и, закрыв лицо ладонями, выплакивал последние силы. Одна из его ног была согнута под неправильным углом.

***

Стив больше года пытался помочь лучшему другу справиться с этой потерей, но Дастину словно с каждым днем становилось только хуже. Сначала мальчик вместе с ним и Робин помогал пострадавшим чем мог, но запала хватило лишь на три дня. Потом Хендерсон перестал выходить из дома. Когда Стив приходил его проведать, он всегда лежал в постели, а на столе стояла нетронутая тарелка с едой. Ситуация снова изменилась — Дастин начал покидать постель, но стал холоден, не подпуская никого к себе. Через какое-то время Синклер пришел к нему на радиостанцию и поведал, что кудрявый нашел новое хобби — теперь он провоцировал школьную команду по баскетболу. Да пошел ты, Эдди Мансон! Спасибо, что навсегда травмировал ребенка! Честно говоря, Стив понимал, что в его нынешних отношениях с Дастином виновата не только жертва Эдди. Ревность сделала его слишком грубым и языкастым. — Ты вздохнул? — Я не вздыхал. — Нет, ты вздыхал. — Не было такого, идем уже. — Я все слышал. — Просто мы всегда вместе. — И что тебе не нравится? — Всегда надо пробовать что-то новое. Всегда нянка. Я всегда нянька! Вселенная его услышала — Макс в коме, Дастин не подпускал его к себе. Кто его за язык тянул, а? Теперь он больше не был в окружении детей и пробовал что-то новенькое — его напарником стал Джонатан. — Чего застыл? — Байерс медленно направился вниз по лестнице, — Идем уже. Стив сжал губы и пошел следом. Каким большим стал клуб "Мы не выносим Стива Харрингтона". Им повезло, что лианы не тянулись по полу лаборатории, а распространялись только по стенам. Ему хватило того раза в доме Крилов. Коридоры казались мертвыми, и в них не было ни намека на наличие генератора. Парни остановились у большой двухстворчатой двери. Они посмотрели друг на друга — оба решили, что за ней может быть что-то важное. Но, распахнув, обнаружили комнату, явно обустроенную скорее для детей, чем для ученых — разбросаны различные предметы, направленные на то, чтобы ребенок развивался, а на полу изображена радуга. — Не ожидал увидеть в этой дыре детский садик. — Оди, наверное, как и другие дети, проводила здесь время, когда над ней не ставили эксперименты. Бедная девочка. Стив боялся даже представить что она пережила в столь юном возрасте. Спокойные дни в ее жизни можно посчитать по пальцам. Парни, казалось бы, все внимательно осмотрели фонариками, но не нашли ничего похожего на генератор. — Может, в этот раз Дастин ошибся? — предположил Джонатан. — В последнее время он слишком часто ошибается. — фыркнул Стив, и они оба развернулись, чтобы продолжить осматривать другие комнаты. Эти слова вышли непроизвольно. Похоже, Харрингтон больше не мог хранить все это в себе. Робин бы его хорошо поняла. Ну, ничего, Джонатан прочитал ему целую тираду в фургоне перед тем, как появился Дастин. Настала его очередь. — Не дави на него. — ответил Байерс, чего другой парень не ожидал, — Так ты его только еще больше разозлишь. — И что мне делать? Спускать это все с рук?! — голос перешел на крик, — Позволить ему превратить себя в ходячую мишень, отталкивать всех от себя, подавлять эмоции? Он уже специально нарывается на этих тупоголовых баскетболистов, сам себе намеренно причиняет вред. — Ты не понимаешь. — Джонатан все еще казался спокойным, составляя контраст своему напарнику, пока они изучали нижние этажи лаборатории, — Мы пылинки сдували с Уилла, когда он только вернулся из Изнанки, боялись на минуту оставить одного. В какой-то момент он вспылил и чуть ли не умолял нас немного успокоиться. Честно говоря, Харрингтон не мог представить младшего Байерса раздраженным. Мальчик всегда казался таким тихим. — У тебя есть возможность осторожно следить за мелким, вы живете вместе. А мне что делать?! Я звал этого засранца в гости, пытался заманить к себе на работу, чтобы приглядывать. Все без толку. Он меня уже открытым текстом посылает! Джонатан не мог ничем возразить. Его действительно утешала мысль, что он всегда находился с братом пол одной крышей. Сразу после возвращения Уилла из Изнанки, старший Байерс чуть ли не каждую ночь заглядывал проверить в постели ли брат. Позже оказалось, что их мама занималась тем же самым. У Стива не было такой возможности, поэтому Джонатан решил немного сменить тему. — Он сильный парень. Не смотря ни на что старается быть собой, не подстраивается под общество. За эти слова он получил убийственный взгляд Харрингтона. Они все меньше фокусировались на поиске генератора и больше погружались в разговор. Фиговые из них сыщики. — Он все время нарывается на драку. Его такими темпами просто убьют! Мне нужен живой ребенок! — наверное, это чуть ли не первый раз, когда Стив признал вслух Дастина своим подопечным, наверное, даже младшим братом, — Да и не похож он уже на себя. Дастин все больше превращается в Эдди. А как Мансон закончил? Нэнси рассказала своему парню, как она со Стивом и Робин нашла их общего бывшего одноклассника в Изнанке, которого изрядно погрызли летучие мыши, а над его телом склонился Дастин, который явно был не в себе. Байерс не общался с Эдди в школе, но уважал его за борьбу с конформизмом. — Я не говорю тебе пустить все на самотек. Просто дай ему свободы. Я знаю, что ты переживаешь, что он... — Джонатан знал чего очень боялся собеседник, но не решился озвучить это вслух, — Совершит что-то радикальное. Знаю, ты хочешь для него лучшего, но ему нужно отстаивать свою индивидуальность. В этом плане я его хорошо понимаю. Я сам учил Уилла, что нет ничего плохого в том, чтобы отличаться от других, что быть фриком — это не что-то плохое, что им быть даже круто. Стив, ты просто жил в других условиях, ты этого не понимаешь. Джонатан внимательно посмотрел на Стива и на несколько секунд увидел боль в его глазах, пока тот не отвернулся и не ускорил шаг. Харригнтону нравилось, что, по сути, он и Дастин дополняли друг-друга, с него сила, с мальчика мозг. Но в некоторых ситуациях их отличия создавали непреодолимую пропасть. Дастин как-то перед началом старшей школы попросил у Стива совет как завоевать доверие старшеклассников и избежать избиений. Старший с охотой поделился своим опытом. К сожалению, вечером, после первого дня учебы, он увидел Дастина с поникшей головой, бродящего по улицам городка. Харрингтон подбежал к нему и стал расспрашивать как все прошло, но мальчик лишь отмахнулся и пробурчал что-то про то, что ему срочно нужно домой. Парень не стал давить, надеясь, что мальчик сам решится с ним поговорить, но этого не произошло — в результате между ними образовалась дистанция, а Хендерсон за советами стал обращаться к Эдди. Да, Стив был рад, что у ребенка появился тот, кто мог ему помочь справиться со школьными трудностями, но ему было больно от собственной беспомощности. Вдруг Джонатан споткнулся обо что-то, оперся на стену для поддержки и выругался под нос. Затем он замер и начал ощупывать стену, огорошив Стива. Байерс что-то нащупал и слегка приоткрыл потайную дверь. Парни переглянулись, наконец-то они нашли что-то стоящее. Даже если там не будет генератора, может быть найдется что-то другое, что поможет одолеть Векну. Это помещение больше напоминало пристанище сумасшедшего ученого, а не детский садик — в тайной комнате находилась доска, на которой закреплены какие-то записи, а на столе разбросаны книги и полностью исписанные листы бумаги. — Наконец-то прогресс! — выдохнул Стив и принялся внимательно вчитываться, словно сможет разобраться. Джонатан держал фонарик, освещая записи напарнику и параллельно сам пытался что-то понять. — Ты понял что здесь написано? — Не-а. Нам бы сейчас пригодился Хендерсон. — Джонатан принялся собирать все листы бумаги, — Думаю, нам следует показать мелкому все это, — Стив театрально взмахнул рукой, — Его лучше сюда позвать. Рука Джонатана уже потянулась к рации, как вдруг началась жуткая тряска.